home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава двадцать четвертая

МЭРИ

Черт.

Я отвожу глаза и опускаю голову как можно ниже. Какой надо быть дурой, чтобы помахать Кэт, когда вокруг столько людей? Достаточно много, чтобы привлечь внимание. К тому же, когда ты кому-то машешь, а тебе не машут в ответ, это та-а-ак неловко! Надеюсь, никто не заметил.

Я думаю, что, когда все закончится, мы с Кэт могли бы стать подругами. Насчет Лилии я не уверена. То есть надеюсь, мы будем болтать время от времени. Но она такая популярная. Ей не нужны новые друзья. Думаю, большее, на что я могу рассчитывать, – это на возможность перестать делать вид, что мы не знаем друг друга, когда оказываемся на людях.

Внизу, у передних трибун, оркестр Джар Айленда начинает играть гимн. Я сижу в самом верхнем ряду и почти ничего не вижу, только ободки блестящих духовых инструментов, движущихся синхронно из стороны в сторону, и белые перья, вставленные в верхушки шляп.

Все вокруг подпевают, хлопают руками, как чайки крыльями, и топают ногами по трибунам, издавая дикий грохот.

Я не знаю слов песни.

Лилия и Ренни, облаченные в форму чирлидеров, стоят внизу, на футбольном поле. У Ренни в руках мегафон, на котором нарисована большая буква «К». Видимо, потому, что она капитан. Другие участницы команды выстроились в идеально прямой ряд, носки их кедов едва касаются белой боковой линии. Ренни, Лилия и Эшлин идут вдоль ряда и внимательно осматривают каждую из чирлидерш: расправляют изгибы белых атласных лент, которыми завязаны их волосы, разглаживают свитера, подправляют помаду тем, кому это нужно. Когда они доходят до конца линии, Ренни и Лилия совещаются. Затем Лилия отбегает и хватает белые короткие помпоны для себя и для Ренни, и они трясут ими вместе с остальной командой, пытаясь расшевелить зрителей на трибунах.

Я смотрю, как Лилия и Ренни исполняют энергичный танец. Они смеются друг другу в лицо. Я все больше понимаю, как Лилии сейчас тяжело. Ей приходится делать вид, что они с Ренни подруги, но при этом помогать Кэт ударить ее ножом в спину. Серьезно, Лилия дружила со всеми, кому мы мстим.

Приезжает команда противников. Футболисты выходят на стадион с противоположной стороны поля. У них свои группа поддержки и оркестр, но наших болельщиков в два раза больше. Может, потому, что сюда надо плыть на пароме, и большинству учеников их школы, к счастью для нас, было просто лень. Не зря считается, что у принимающей стороны всегда преимущество.

Наш оркестр начинает играть другую песню, а группа поддержки меняет рисунок, выстраиваясь в две длинные линии у ворот. Затем Лилия и Ренни разворачивают плакат, на котором яркими объемными буквами написано: «Вперед, «чайки», вперед!».

Через несколько секунд двери мужской раздевалки распахиваются, и оттуда выбегает футбольная команда со шлемами в руках. Рив – впереди, прыгает большими шагами, за ним – игроки из выпускного класса. Он на бегу врезается в плакат, с треском разрывая его.

Под глазами у Рива нарисованы черные полосы, влажные волосы зачесаны назад. Все на наших трибунах вскакивают на ноги и орут. Рив ухмыляется и показывает на зрителей пальцем, словно заметил кого-то знакомого среди толпы. Он ведет пальцем по всей длине трибун, не указывая ни на кого конкретно, но все восторженно кричат, как будто им оказали особое внимание.

Всеми обожаемый Рив Табатски.


В тот день был сильный дождь. Обратная дорога на Джар Айленд была беспокойная, паром трясло из стороны в сторону. Когда мы пришвартовались, я заметила, что за Ривом никто не приехал. Отец никогда его не встречал, но я предполагала, что в такую погоду он сделает исключение.

Мамину машину я увидела сразу же, там, где она обычно паркуется. Я застенчиво спросила Рива, не нужно ли его подвезти, но он отказался. Сказал, что просто подождет, пока дождь стихнет. Я побежала к нашей машине, но продолжала оглядываться через плечо. Рив пытался укрыться под навесом кабинки, продающей экскурсии по Джар Айленду, но его сумка с учебниками намокала, плечи тоже заливало дождем. Затем раздался такой сильный удар грома, что у меня завибрировало в груди. Сев в машину, я спросила маму, можем ли мы подвезти Рива домой. Она согласилась.

Когда мы затормозили рядом с ним, Рив выглядел благодарным и залез на заднее сиденье.

– Вам точно не сложно?

– Ни капельки, Рив. Я рада, что у меня наконец-то появился шанс с тобой познакомиться.

Я не решалась обернуться и посмотреть на Рива. Боялась, что он подумает, будто я рассказывала родителям о моем прозвище и о том, как плохо он со мной обращался. Но я им ничего об этом не говорила, только хорошее.

– Может, заедем в автоокошко в «Скупс» и возьмем мороженое? – предложила мама.

Я набралась смелости, повернулась и посмотрела на Рива.

– Ты не торопишься домой?

Рив помотал головой, но прошептал:

– У меня нет денег.

– Это ничего, – тихо сказала я в ответ с улыбкой, потому что знала, что мама все равно не позволила бы ему платить.

Мама взяла свое любимое мороженое, шоколадное с шоколадной крошкой, а Рив – ванильный мусс в вафельном рожке. Я обычно заказываю один шарик мятного пломбира, а другой – арахисового, но в этот раз взяла радужный шербет, потому что в меню было написано, что в нем меньше калорий.

Мы подвезли Рива, но он не пошел прямо домой, хотя дождь лил как из ведра. Он подошел к моему окну, поблагодарил маму, а мне сказал:

– Увидимся завтра!

А потом побежал по дорожке к дому.

Мы подождали, пока он зайдет внутрь, и только потом уехали.

Всю дорогу домой я не улыбалась. Я нравлюсь Риву. Он мой друг. Теперь все изменится.

На следующий день все действительно изменилось. Рив не спешил убегать с парома, оставляя меня позади. Он дождался меня, и мы пошли в школу вместе.


Передо мной на трибунах сидят три девчонки, одетые в цвета школы Джар Айленда. Я вижу, как одна наклоняется к другой и говорит:

– Боже, у Рива идеальное тело!

– Он свободен? – спрашивает другая девчонка. – Или все еще мутит с Терезой Круз?

Я задерживаю дыхание.

– Это давно в прошлом, – заявляет третья. – Рив теперь встречается с Ренни. То есть, по крайней мере, мне так кажется. Я слышала, что они пару раз целовались.

В первый учебный день именно Рив утешал Ренни, когда Кэт плюнула ей в лицо. Он даже дал ей свою футболку, чтобы вытереться.

Неужели они вместе?

Я смотрю на поле. Ренни взбирается на самую верхушку живой пирамиды. Она такая крошечная. В ней, наверное, максимум сорок килограммов. Я смотрю, как она проделывает себе путь наверх, нещадно наступая на спины девчонок из команды. Некоторые из них морщатся.

Такие, как Ренни, получают все, чего хотят, и им все равно, на кого придется наступить.

Это неправильно.

Я осознаю, что все это время задерживала дыхание, и выдыхаю. В тот самый момент Ренни спотыкается, почти добравшись до вершины. Все это видят. Некоторые ахают. В итоге она падает назад и приземляется в руки стоящих внизу девчонок, которые затем аккуратно опускают ее на землю, целую и невредимую. Ренни выглядит и рассерженной из-за того, что не добралась до вершины, и удивленной. Остальные девочки из пирамиды слезают друг с друга, и Ренни кричит на них за то, что они в плохой форме.

Сердце стучит, я тяжело дышу. Я знаю, что это сделала не я. Я не могла.

Хотя Ренни это и заслужила. И пусть на секунду, но я отчаянно хотела, чтобы она упала. Но недостаточно хотеть чего-то, чтобы это случилось.

Или достаточно? В тот день в коридоре, когда я бежала за Ривом, я так сильно хотела привлечь его внимание. Шкафчики… Неужели это я заставила их захлопнуться?

Я забираюсь глубже на сиденье и кладу ладони под бедра. Нет, не может быть. Такое просто невозможно.

Пока все остальные внимательно смотрят на поле, я оборачиваюсь и гляжу на будку в самом верху трибун. Пожилой мужчина садится за микрофон, провод от которого присоединен к микшеру, прикрепленному к колонкам, установленным под сводами крыши. Мужчина делает глоток воды, прочищает горло и говорит:

– Итак, дамы и господа, встречайте боевых «чаек» Джар Айленда!

Он раскрывает перед собой папку и ведет пальцем по списку имен, тому, который мы с Кэт подложили в кабинку комментатора сегодня утром, пока никого не было на стадионе.

– Давайте тепло поприветствуем наших выпускников, которые выходят на поле последний сезон!

Когда слова эхом раздаются в громкоговорителях, Рив, Алекс и остальные выпускники отделяются от команды и подходят к трибунам. Выпускницы из группы поддержки тоже выходят вперед и становятся за ними.

– Квотербек и капитан, номер шестьдесят три, Рив Табатски!

Услышав свое имя, Рив запрыгивает на скамейку и машет толпе. Все кричат так, будто бы он рок-звезда. Ренни исполняет серию сальто назад.

– Ваш нападающий, номер двадцать семь, Пи-Джей Мур!

Все приветствуют Пи-Джея. Он встает на скамью вместе с Ривом, замахивается ногой назад и затем делает кик вперед, изображая удар. Лилия подпрыгивает, раздвигая ноги в стороны и касаясь руками мысков.

Аплодисменты стихают, и я задерживаю дыхание, потому что знаю, что будет дальше.

– Крайний принимающий, номер сорок шесть, Заразный Алекс!

Некоторые хлопают, но в основном раздаются смешки и шепот: «Как его только что назвали? Заразный?».

Алекс наклоняет голову набок, как будто плохо расслышал. Он краснеет еще сильнее, чем было после его проблем с кожей. Такого красного лица я еще никогда в жизни не видела. Блондинка, болельщица Алекса, поднимает помпоны над головой и собирается встать в стойку на руках, но не делает этого. Она застывает.

Думаю, потому, что Алекс не залезает на скамейку, комментатор повторяет его имя.

– Заразный Алекс!

В этот раз все слышат.

Рив сгибается от смеха. Пи-Джей – тоже. Один из игроков, стоящий за Алексом, хлопает его по спине. Когда Алекс оборачивается, все в толпе это видят. На спине его футболки написано «Заразный».

Гениальная идея Лилии. Она подменила его старую футболку той, что купила в спортивном интернет-магазине, где можно было заказать форму цветов нашей школы. Она отправила им анонимный платеж, чтобы заказ не смогли проследить, и уже на следующий день получила его в пункте доставки.

– О боже! – взвизгивает девушка передо мной. – Заразный Алекс? Фу! Гадость какая!

Я смотрю на Лилию. Она закрывает лицо руками, изображая шок. Когда комментатор в первый раз назвал имя Алекса, ее сестра начала прыгать и хлопать, но теперь ее руки опущены по бокам. Она делает несколько шагов назад и прячется за другими чирлидершами, которые стоят вокруг скамейки.

Алекс начинает вертеться, как собака за своим хвостом, пытаясь рассмотреть или потрогать спину своей футболки. Я смеюсь, потому что это ужасно забавно.

Рив спрыгивает со скамейки и пытается помочь Алексу, хотя продолжает дико хохотать. Может, Рив действительно хочет как лучше, но Алекс лишь видит, что его друг смеется над ним. Он опускает голову, бросает свой шлем и кидается на Рива, обхватив его руками за талию. С глухим звуком Алекс валит Рива на землю.

Никто на трибунах больше не аплодирует. Вся команда собирается вокруг дерущихся на земле ребят. Тренер подносит свисток к губам и несколько раз отрывисто свистит. Комментатор продолжает объявлять имена других выпускников, но никто не встает на скамью. Все пытаются оттащить Алекса от Рива, чтобы он перестал бить Рива в лицо. Я вижу, как меткий удар Алекса попадает прямо Риву в челюсть. Я закрываю лицо руками.

Кэт с друзьями подбегают к ограде, крича:

– Бей! Бей! Бей!

Кэт взбирается на забор еще выше, чтобы было лучше видно.

Наконец-то Алекса оттаскивают. Рив лежит спиной на траве. Один из товарищей по команде протягивает ему руку, чтобы помочь подняться, но Рив отмахивается и сам встает на ноги. На это у него уходит секунда. Его челюсть покраснела и опухла. Футболка вся в грязи.

Алекс стоит в нескольких метрах, и Дерек старается изо всех сил, чтобы удержать его от повторного нападения на Рива. Алекс что-то кричит, чего я не могу расслышать со своего места, и грозит Риву пальцем через плечо Дерека. Рив даже не слушает. Он отворачивается от Алекса и идет по боковой линии. Ренни пытается догнать Рива, чтобы убедиться, что с ним все нормально, но Эшлин держит ее за руку. Она ее не пускает. Подбегают два тренера и с обеспокоенным видом осматривают рабочую руку Рива. Все ли цело у Алекса, никого не интересует. Старший тренер кричит на него так сильно, что брызгает слюной. Дерек с силой усаживает Алекса на скамью, не давая ему уйти.

– О чем Алекс только думал? – вскрикивает одна из девчонок передо мной. – Рив – наш квотербек. Алекс мог испортить нам весь футбольный сезон!

– Видимо, он все еще злится на Рива за историю с красной лентой.

– Бедный Заразный Алекс, – говорит третья девочка, и все смеются.

Вскоре начинается игра. Даже если Рив потрясен случившимся, он этого не показывает. Всего за три-четыре хода он блокирует тачдаун, проходящий через край поля. Все снова начинают поддерживать Рива, драки как будто и не было. Алекс сидит на скамье, вид у него расстроенный.

В перерыве я встаю, чтобы купить диетическую содовую, но очередь слишком длинная. Кэт уже ушла. Я видела, что она с друзьями уехала почти сразу после драки. Не знаю, стоит мне оставаться дальше или нет.

Я прохожу мимо чирлидерш. Девочка, поддерживающая Алекса, в нескольких шагах в стороне совещается с Ренни и Лилией.

– Да бросьте! – хнычет она. – Можно мне поддерживать кого-нибудь другого?

– Ты серьезно? – спрашивает Лилия, скрестив руки.

– Пожалуйста! Всякий раз, когда я пытаюсь его поддержать, все кричат: «Вперед, Зараза»!

– Не волнуйся об этом, – говорит Ренни. – Его сегодня, возможно, даже на поле не выпустят.

Девочка ахает:

– А вдруг его выгонят из команды? Мне вообще будет некого поддерживать!

В этот момент подходит Надя. Она тихо говорит Ренни:

– Если Венди не хочет поддерживать Алекса, то я буду. Мы можем поменяться. Я не против.

У Лилии отваливается челюсть. Она скрещивает руки.

– Никто не меняется игроками. Ренни долго обдумывала назначения.

Кивая, Ренни говорит:

– Лилия права. Как скажу, так и будет. Венди, ты пообещала быть с Алексом и должна это чтить. Не нравится – уходи.

Ренни берет зеркало из своей мешковатой сумки и встряхивает волосами.

– Сегодня пять тренеров из колледжей специально приехали, чтобы посмотреть на Рива. Я должна быть на высоте ради него, а не думать об этой ерунде. Мы закончили.

Ренни отворачивается и уходит от Нади и другой девочки. Лилия следует за ней и, пройдя мимо меня, кивает.

Я киваю в ответ. Миссия выполнена. Еще бы чуть-чуть – и было бы поздно. Если честно, я не могу дождаться, когда мы перейдем к Ренни.


Глава двадцать третья КЭТ | Око за око | Глава двадцать пятая КЭТ