home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

Малибу. Дом был похож на космический корабль без углов внутри; два бара в гостиной, один — у бассейна; на кофейном столике — поднос с кокаином, длинное лезвие с ручкой из слоновой кости, хрустальный коньячный бокал со вставленными в него стодолларовыми банкнотами для втягивания носом наркотика; на другом столе лежали несколько стеклянных трубочек, золотые бутановые зажигалки и резная чаша с крэком. Женщины настолько исхудавшие, что на них было больно смотреть. Тела у всех были загоревшие. Все загоревшие пронзительно орали, чтобы перекричать стереозапись группы «Дюран-Дюран». В поведении отсутствовал смысл, никто не обращал внимания друг на друга.

— Привет, красотка.

— Привет.

Он громко расхохотался:

— Нет, не так, не так. Тебе следовало сказать: «Так это же Ник Айвори! У меня есть все твои пластинки. Я так переживала сразу после того. После того, как распалась группа. Ник, ну пожалуйста, Ник. Соединитесь вновь. Выступите с концертами. Выпустите альбом».

Сюзан подала ему стакан для виски:

— Не принесете ли мне что-нибудь выпить? Газированной воды с кусочком лимона?

Он снова расхохотался, взял стакан и вернулся с уже наполненным, но ей не подал.

— Ты не видела, что Джорджия сделала с туалетом? Установила огромную ярко-красную ванну с квадрофоническими колонками на подголовниках. Гидротерапевтические форсунки. Увлажняющий преобразователь. Давно знаешь Джорджию?

Сюзан взяла у него стакан.

— Ты похож на Кейта Ричардса.

— Черта с два. Ты давно видела Кейта? Постарел он, здорово постарел. Брюзга сварливый. Стоит увидеть. Оставил глубокое впечатление. Моя берлога выше. В Солтис-Каньон.

«За тобой будут ухаживать мужчины, — предупреждал Барнс, — толпы мужчин, иногда будет казаться, что буквально каждый мужчина. Единственный способ держать их на расстоянии — это с самого начала дать понять, что ты там по делу, что даже за самым незначительным разговором кроется деловая цель. Не давай возможности увидеть тебя расслабившейся — заметив это, они получат преимущество».

— Не мог бы ты представить меня Джорджии, Ник? Хочется спросить, кто обеспечивает ее поставками.

Айвори бросил взгляд на кофейный столик, рядом с которым две девушки в элегантных «тряпках», стоя на коленях, хихикали над своей неспособностью свернуть стодолларовую банкноту в трубочку. Он вновь обернулся к Сюзан, пристально вглядываясь в ее глаза.

— Трезвые. Чистый взгляд.

— У меня есть знакомый, торгующий оптом. Поставки… фармацевтам, как вы их назвали бы.

— Презервативы? Зубная паста? В этом роде?

— Лекарства по рецепту.

— А-а-а.

— Он хотел бы обменять их на что-нибудь.

— Что-то вроде бартерного обмена?

— Да.

— Тебе крупно повезло, девочка. Одной из немногих. Я тот тип, с которым тебе следовало поговорить на эту тему.

— Я хотела переговорить с тобой у Лиа, на вечере, но тебя увели.

— Ты была у Лиа? Не приметил. Я бы запомнил. Теперь я тебя никогда не забуду. До конца дней своих.

— Ты был там с близнецами. Как оно с близняшками?

Айвори расхохотался:

— Держу пари, ты эти штучки проделывала. С близняшками. Держу пари, проделывала все.

— Ник?

— Да, красотка? Не расслышал, как тебя зовут.

— Я не могу разговаривать с тобой, когда ты носом лезешь под юбку.

— Но там так прелестно, как на земле обетованной.

Земля обетованная. Земля, о которой ходила молва, о которой мечтал человек, склонившись над грудой грязной посуды в раковине, или находившийся в машине, у которой прокололось колесо во время дождя, или в жаркий август в подземке, или в феврале, ступая по слякоти. В эти мгновения приходило осознание того, что ход вещей останется, как сказал ты, Ник Айвори, неизменным. Да, Сюзан заселила бы Землю по-другому, изменила бы декор, выключила бы музыку, но оставила океан и звезды над ним, и навеянное ветром ощущение, что ты плывешь на носу корабля-континента.

«Будут и другие соблазны, — говорил Барнс. — Деньги, власть, свобода делать, что пожелаешь, когда захочешь и где захочешь. Пока ты сможешь оставаться сама собой, ты выстоишь перед всеми соблазнами. Не играй роль, не пори чушь, не притворяйся — и будешь неуязвима. В том, что я говорю, есть противоречие, я понимаю, ведь суть того, что ты делаешь, — игра и притворство. Если будешь опираться на свою внутреннюю сущность, на ощущение того, кто ты и где ты, то ты не сломаешься».

А если слегка внести смятение в души мужчин? Сюзан привыкла производить эффект на молодых людей: мальчиков-почтальонов и разносчиков, сыновей мясника и зеленщика, даже на друзей Кэрри, из тех, кто был менее анархичен, — за ее зрелостью они могли разглядеть женственность и восхищались ею. Со своей стороны она могла флиртовать с ними безнаказанно, зная, что они не были достаточно умны, чтобы осаждать пьедестал, на который сами же ее и поставили.

Другое дело — звезды рок-н-ролла. Ну и что, что от бесцельно прожитых лет он стал выглядеть в два раза старше, что стал рабом непомерного аппетита, что за свою жизнь и книги не прочитал, а если и прочитал, то лишь романы Кроули? Он воздействовал так, как на нее вначале воздействовали Элвис Пресли, Джимми Дин, Брандо, которые знали, — откуда они могли знать? — что у девочки была такая штука как клитор, дотрагиваясь до которого, ну, так… слегка…

— Ник?

— Больше так не буду, любовь моя. Обещаю. Вот тебе крест.

— Мне надо идти. — Ей хотелось свежего воздуха, прийти в себя, послушать Баха, напомнить себе, что такое настоящая музыка. — Завтра не сможешь подъехать ко мне в гостиницу на ленч? В Беверли-Хилз. Мы сможем поговорить о… бартере.

— Ну, я просто… Я просто опустошен оттого, что ты меня оставляешь, любовь моя. Но перспектива пообедать с тобой… поднимает мне чуть-чуть настроение. Как ты себя называешь?

— Сюзан Сейнт Майкл.

— Прелестное имя. Тебе подходит. Встретимся в час?

— Ровно в двенадцать, Ник.


* * * | Погоня за «оборотнем» | Глава 13