Book: Ведьма Севера



Ведьма Севера

Татьяна Герас

Ведьма Севера

Пролог

Наш долг — это право, которое другие имеют на нас.

Ф. Ницше

Болийское нагорье. Замок Северная Корона.

Метель кружила белые стаи снежинок под завывание ветра, порывы которого казалось бы задались целью скинуть карету, запряженную четверкой крепких лошадок, с серпантина дороги ведущей к мрачной громаде замка. Непогода разыгралась не на шутку. Хотя глупо ждать чего-либо иного в это время года — время Одиннадцатой Луны. Этот цикл всегда нёс разгул ледяной стихии и путешествовать до середины следующего считалось форменным безумием.

Да только судьба не спрашивает.

Карету снова качнуло и лошади испуганно дернулись. но возница был опытный и темный возок на полозьях вместо колес продолжил свой подъем к цели.

Женщина, кутавшаяся в длинный плащ-накидку подбитую мехом горных лис, вытянула вперед тонкую ладонь в красной кожаной перчатке и потянулась к окну, пытаясь протереть стекло от наледи, чтобы взглянуть на то, что творится снаружи.

Но удалось лишь проковырять маленький кружочек, размером не больше монетки в один королевский долен. И в этот глазок не видно было ничего, кроме серой мглы и кружащегося снега.

— Шарков мне во сны, — пробормотала женщина и раздраженно скинула капюшон.

Совершенно седые волосы были убраны в довольно изящную прическу и сколоты серебряными гребнями в виде причудливых птиц. Породистое лицо с тонкими чертами казалось неестественно бледным и на фоне седины смотрелось слишком молодо. Определить возраст было сложно: не единой морщины и губы кармином притягивали к себе взор, но вот глаза… Черная бездна, в которой картины прошлого оставили следы за все прошедшие годы.

От резкого движения и брошенных в пространство слов на соседнем сидении встрепенулась большая птица, что сидела нахохлившись и казалось спала.

Крупный хищный клюв, крылья, которым под силу преодолевать большие расстояния, темное оперение и лапы, чьи когти легко бы пропороли даже череп врага, а ещё умный взгляд круглых карих глаз.

Костары — ведьмовские спутники, чья дружба была даром и только для сильнейших.

А то, что тара Валенсия Криг именно таковая, не сомневался уже никто порядка трех десятков полных циклов лун. У нее было всё: мощный дар, несгибаемая воля и пытливый ум. Впрочем, и происхождение не подкачало — герцогине Криг пробиться в жизни было проще, чем многим. Да, она по праву считалась одной из самых сильных ведьм Шалиона. Конечно, не считая королевской крови. Ну, тут уж ничего не поделать — их дар вне конкуренции, хотя и цена…

— Тебе тоже всё это не по нраву, Тейт, — Верховная ведьма Северного ковена покачала головой в сторону окна и улыбнулась своей птице. Но тут же поморщилась, — Ты знаешь, как я не люблю неожиданности. А сейчас всё повисло на волоске. Корния слишком долго тянула с этим. И вот, как результат — преждевременные роды. Да и ещё и в разгар зимы.

— Нельзя предвидеть. Рождение всегда скрыто, — прозвучало у неё в голове.

— А то я не знаю? — хмыкнула ведьма. — Скажи мне что-то новое…

В этот момент карета вздрогнула в последний раз и сквозь совершенно распоясавшийся вой пурги донеслось ржание вконец измучившихся лошадок, что честно выполнили свою работу и теперь предвкушали скорый отдых и тепло королевской конюшни. Заслужили, спору нет.

Дверь с силой дернули, и в карету ворвалась зима Болийского нагорья, ударив наотмашь морозом и ветром в лицо Верховной. Но Валенсия лишь вздернула выше голову и подала руку человеку, что вышел встречать столь долгожданную гостью.

Мужчина был грузным и невысоким — это единственное, что можно было рассмотреть, так как его тело пряталось в шубу с капюшоном, хоть как-то пытаясь спастись от того безобразия, что творилось на улице.

Говорить что-либо было бесполезно — все равно не услышать. Валенсия лишь кивнула советнику, в чьей личности она не сомневалась, подхватила небольшой саквояж, который тут же передала слуге, что топтался рядом, освещая магической лампой дорогу и бросила ментально Тейту приказ ждать в карете. Короткий путь по ступеням до входа было преодолеть непросто — ветер буквально валил с ног, а лед под ногами не способствовал устойчивости. Но когда окованные железом створки из горного дуба сомкнулись за спинами вошедших, женщина поймала себя на мерзком предчувствии, будто старинные двери отрезали её не просто от непогоды, а закрывали некую главу истории. И покой в грядущем явно не маячил.

А своим чувствам она доверяла.

Встретивший её мужчина мучился одышкой и держался за грудь — солидный возраст и лишний вес давали о себе знать. Когда плащ был, скинут на руки прислуге и советник Малине наконец смог дышать нормально. Верховная смогла задать вопрос:

— Как дела у Её Величества, тир Малине?

Советник помотал головой и, указывая рукой вперед произнес:

— Тира Криг, Ваша Светлость, умоляю, идемте! Ведь третьи сутки пошли! Принц-консорт каким-то чудом держится… Вся на вас надежда, — и двинулся в сторону лестницы в личное крыло королевы.

Верховная поспешила следом. Ну, надо же, Его Светлость, герцог Харн Лерн оказался достаточно крепок. Валенсия, если честно, не думала, что застанет его ещё живым. Силён. Не то, что первый муж Корнии, тот не пережил и пары покушений, и одной так толком и не начавшейся войны. А может Кора его и не любила вовсе, вот и не берегла. Да шарки с ними… Сейчас надо спасать эту старую дуру.

Как и весь Север.

Ступени, покрытые коврами, глушили шаги, но Валенсия итак знала, что за ней наблюдают, как люди, так и маги охраны. Малине привел ее к последним дверям и поклонился, предлагая войти и жестом приказывая слуге вернуть саквояж. Ведьма знала — дальше были такие магические барьеры, преодолеть которые могли лишь члены семьи, да пара вернейших слуг повязанных клятвой на крови. Ну и она, Верховная Северного ковена, а по совместительству лучшая подруга её Величества Корнии Таарской — Великой Ведьмы Севера, чей темный дар держал в ужасе все земли Шалиона.

Крик она услышала, едва за ней закрылась дверь и ускорила шаг, буквально вбегая в спальню. Картина, что предстала пред глазами, хоть и была ожидаема, но тира Криг надеялась, что не всё настолько скверно. Постель, на которой сейчас буквально корчилась роженица была обильно испачкана кровью, рядом суетилась верная Села — служанка и горничная королевы — а на кресле, не отпуская мертвой хваткой руки жены, сидел Харн Лерн, похожий сейчас больше на того самого мертвеца. Его глаза были закрыты, скулы резко заострились, а прямой нос напоминал птичий клюв — истощение было на лицо и перейдя на магическое зрение, Валенсия увидела, как из него уходят остатки жизни, перетекая к своей супруге.

Ведьма рванулась, разрывая контакт их рук и быстро кинула уже заготовленное плетение на принца-консорта. Некогда. Им она займется позже.

— Села, воды! — быстрый приказ, который женщина рысью бросилась исполнять.

Проклятые законы ведьмовской силы! Простым людям, да даже и магам, намного проще. Любая повитуха и лекарь могли справиться, не говоря о целителях-магах.

Но не с ведьмами желающими принести в мир новую жизнь. А уж о королевском роде и говорить нечего — только дар Верховной и подошел. Да вот, сидеть в Северной Короне главе ковена не с руки, да и до родов ещё ведь два цикла должно было пройти… Бездна!

Верховная, тихо ругаясь, опустила руки на огромный живот Корнии и замерла, вливая чистую силу. Роженица перестала метаться и взгляд ее прояснился.

— Вали, что? — хриплый голос королевы из надсаженного долгими криками горла.

Тира Криг подняла глаза на лицо своей старой подруги и повелительницы. Даже измученная родами Корния была красива, и возраст — а ей уже было далеко за сорок — ещё не сыграл извечную симфонию увядания. Но, Темнейший побери, какого она столько лет тянула? Хотя, что за нелепый вопрос? Валенсия всегда знала мотивы Ее Величества — власть отдавать не хочется, как бы долг не требовал. А дар передается из поколения в поколение и тянуть с инициацией новой Ведьмы Севера бесконечно ей бы не позволили. А так, нет наследницы — нет и необходимости. И вот результат — более двух десятков лет, что она у власти, страну лихорадило от страха, что Великая Ведьма не оставит преемницу и полчища «добрых» соседей рванутся разбирать по частям Север. И кто знает, не перекинется ли пожар, что непременно вспыхнет, на весь Шалион?

А теперь ей, главе ведающих, надо сказать то, что не хотела бы услышать ни одна из королевского рода.

— Скверно, Кора. Ты ведь знаешь закон… — Верховная смотрела с сочувствием и решимостью одновременно. — Это двойня.

Роженица до крови закусила губу и заскулила так горько, словно до этого и не мучилась почти трое суток, а лишь только сейчас что-то сломалось в ней от свалившегося на нее горя. Верховная не мешкая ни секунды влепила королеве пощечину и прошипела змеёй.

— Смирись и помоги мне, иначе и сама отправишься к Великой раньше срока и детей утянешь! — она прожигала женщину взглядом. — Дар неделим, Кора, и ты это знаешь! Помни о долге крови, Таарская! Север не устоит без силы твоего рода. И не простит.

Отповедь подействовала отрезвляюще. Несколько ударов сердца и на Валенсию вновь смотрела не ослабленная горем, а истинная Ведьма Севера.

— Делай, что должно, Верховная, — серые холодные глаза полыхнули огнем. — Но помни — королевская кровь священна! Позаботься о ней. Поклянись мне, Вале! — она даже сумела слегка приподняться над постелью и схватила подругу за руку, требуя обещания.

— Слово Силы! — сдавленно произнесла тира Криг, запечатывая клятву собственной ведьмовской сутью. Такое не нарушишь.

— Хорошо, — правительница рухнула обратно, похоже, исчерпав на этот порыв последние силы. — Только ты и Села. Харну ни слова, слышишь?

— Трусишь, Кора? И опять всё за Харна решила! Он, между прочим, чуть себя не высушил, тебя поддерживая… — Валенсия продолжала подпитывать силой. снимая боль и одновременно раскладывая инструменты и зелья на столике рядом.

— Всё ещё защищаешь его? — злая усмешка искривила потрескавшиеся губы, — Брось! Ты ещё про любовь заговори! Просто страх! Знает, что со мной у него больше шансов выжить, чем без меня. Я эту тварь красивую жалела, а могла. как Герлея… Все боятся. Они больше ничего не могут, только бояться…

Тира Валенсия мысленно поморщилась. Как будто у них не было причины…

Пора заканчивать. Она, молча, открыла фиал с какой-то зеленой субстанцией и быстро подсунула под нос королеве. Та сделала вдох и мгновенно обмякла, проваливаясь в забытьё. Служанка Села, что тенью стояла за спиной ведьмы, помогла той избавить от одежды и обмыть свою госпожу. А дальше блеснул кинжал под монотонный речитатив на древнем наречии.

Спустя какое-то время, крик младенцев огласил спальню. Валенсия устало наложила последний шов на кожу — внутренние повреждения ей удалось убрать, но на «косметику» тратиться уже не было сил. Она приказала служанке забрать первенца и принести корзину для второй девочки. Затем протянула очередное зелье к лицу Корнии, пробуждая роженицу. Та открыла тяжелые веки и окинула комнату мутным взором, явно с трудом возвращаясь к действительности.

— Имя! Ты должна дать ей имя, Кора. С наследницей разберешься позже, когда очнешься окончательно! — Верховная протянула один из попискивающих свертков.

Корния едва взглянула на дочь, которой ей было не суждено более увидеть. На щеке у ребенка уже сияла зловещим орнаментом печать, приговаривающая новорожденную ведьму к незавидной судьбе…

— Селения. — Королева быстро отвернулась и процедила сквозь зубы, — И я не хочу помнить, Вале. Сделаешь?

Верховная грязно выругалась, качая сокрушенно головой. Она потянулась к своим зельям, но тут Корния вцепилась в её руку и прошептала:

— Я жить хочу, а не маяться от тоски и невозможности что-то изменить. Просто жить!

Валенсия влила в рот правительнице очередное снадобье, не забывая шептать слова приправленные силой. Глаза Корнии вновь закрылись. Верховная ведьма быстро положила девочку в корзину, предварительно бросив на ребенка сонное заклинание. Оставила на столике пару фиалов со снадобьями для правительницы и восстанавливающее для её супруга, который безмятежно спал все в том же кресле, подпитанный силой ведьмы. Она бросила последний взгляд на мужчину, в её глазах промелькнула печаль.

— Что ж, живи Корния… Коли сможешь!

Подхватить такой легкий, почти невесомый груз и свой саквояж, накинуть принесенный Селой плащ, и быстро покинуть замок, отведя глаза охране — делов-то!

Пурга, что недавно накрывала нагорье, будто только ждала, когда Верховная закончит свою нелегкую миссия. Сейчас над каменной громадой замка висела полная луна — сама Белая Мора, покровительница ведьм, похоже, решила взглянуть на дела мирские.

Рассвет уже близок, стоило поспешить. Уже утром Северная Корона, сияющая огнями столица Резия, да и весь Север будет гудеть, как растревоженный улей, празднуя и обсуждая рождение новой Великой Ведьмы. Многие вздохнут облегченно. Здесь в стране, разумеется. Скольким же эта новость не придется по душе и думать не хочется.

Валенсия замерла на миг, подняв вверх лицо, по щекам невольно катились злые слезы. Она бы никогда не позволила себе такой слабости на людях, но эта ночь изрядно подкосила силы ведьмы.

— Ничего не меняется в этом мире, — прошептала она равнодушно взирающему светилу.

Она смахнула влагу с лица, не дожидаясь пока мороз, превратит слезы в кристаллики льда и более не мешкая, отправилась к ожидавшей ее карете со свежими лошадьми. Внутри дожидался верный Тейт, скосив голову набок и рассматривающий содержимое корзины, которую Валенсия устраивала на сидении.

— Кто-то всегда расплачивается за других.

— Ты прав, как никогда, милый, — вздохнула ведьма и стукнула в стену своему вознице, приказывая трогаться.

Вскоре четверка унесла возок от стен Северной Короны в сторону наступающего утра, забирая с собой одну усталую женщину и ничего не подозревающую малышку — ни в чем не повинную, но ставшую заложницей судьбы.

Карета уже почти исчезла из вида, такая маленькая темная точка среди кажущихся бескрайними снегов. И кажется никому нет дела до чьих-то человеческих трагедий…

Лишь только черный, как сама ночь, костар внимательно наблюдал за уезжающей ведьмой, сидя на карнизе центрального донжона. Огромный, мощный, под стать силе северных ведьм.



Глава 1. Стражи приграничья

Выживает не самый сильный и не самый умный, а тот, кто лучше всех приспосабливается к изменениям.

Чарльз Р.Дарвин.

В политике не мести, но есть последствия.

П.А.Столыпин

Около двадцати двух полных лунных циклов спустя.

Западный рубеж. Весегонские леса.

Селения.

Время девятой луны — не самая приятная часть цикла. Осень, входящая в стадию полного увядания. Природа медленно сдает позиции, сбрасывая последние листья с кустов мороники, которая, как известно, позволяет лишь грядущей зиме оголять себя, словно стыдливая девственница, до последнего прикрываясь крупными серебристо-зелеными кружочками. Вскоре останутся лишь вечнозеленые хвойники, прозрачные леса, да ковер прелого былого великолепия, что совсем недавно нещадно било по глазам своей пестротой, а ныне призвано догнивать под ногами или копытами лошадей.

Все тлен…

Ну, да! И мысли такие же. Осенние.

Хотя, как говорит тир Ромуэль: «Во всем, Ния, надо видеть светлую сторону — если тебя сегодня угробят, то завтра с утра не придется вставать в дозор!»

Ведь и не поспоришь! Вот и время девятой луны можно воспринимать хотя бы, как преддверие Тихого сезона. Когда с приходом снегов любая нечисть и прочие опасные твари заползают в уютные норы до грядущей весны.

Благодать… была бы, если бы не тут же активизирующиеся контрабандисты, разбойники, а так же шпионы и провокаторы с сопредельных территорий всех возрастов и мастей. Им ведь тоже не с руки шастать по местным лесам пока изрядно расплодившиеся в Шалионе твари бодрствуют. Ведь под охраной магов и дозоров только Резийский тракт, что проходит через эти земли, уводя прямиком из столицы караваны купцов, дипломатов и прочий не сидящий на ровном месте люд в соседние страны — Дорман и проклинаемую политиками, магами и простым людом, но обожаемую купцами Молонию. А чтобы пройти по этой относительно спокойной дороге, надо минуть посты и проверки, заплатить немалую пошлину, ну и свитки выездные иметь — не без этого! Дело хлопотное, да и Севером въедливо контролируемое.

Ну а где ж всяким мазурикам всё это взять? Правильно — негде. Вот и шастают ватагами, или в одиночку пытаются проползти по холодку. Кое кто, правда, и по теплу пытается, но на то и мы здесь поставлены. Так что, без работы стражи никогда не сидят. Зато и не расслабляются.

Весегонская граница — весьма популярное место, откуда проще некуда отправиться на свидание с Великой или в чертоги Темнейшего, буквально лишь выйдя за территорию пограничного поста. Особенно в темное время суток. И кто из вновь прибывших горе-стражей с первого раза эту нехитрую науку не усваивает, тому второго случая проникнуться серьезностью момента почти никогда не представляется.

Проверено не раз, слава Белой Море, не мною.

Сегодняшнее утро выдалось особенно холодным. Едва занявшийся рассвет не предвещал ничего хорошего — влажность стояла такая, что казалось. дышишь водою. Клочья тумана ползали по пригоркам в рассветной мгле, под копытами лошадей чавкала жижа, в которую превратилась лесная тропа, что должна была привести нас обратно к заставе.

Я устало потерла виски — бессонная ночь давала о себе знать. Убрала выбившуюся из косы прядь с неудовольствием отметив, что срочно пора красить волосы — рыжий цвет изрядно выцвел, а стало быть мои тусклые мышиные волосы скоро вылезут на свет. Хотя кого я обманываю — все равно не красавица. Впрочем, какая я на самом деле мне не узнать, об этом позаботились ещё при моем рождении. А рыжий, так дань моему слабому Огненному дару Дару… Это я когда-то наивно думала, что при всех превратностях судьбы, мне хоть немного повезло. Дура была малолетняя и знать не знала, что этот подарочек мне принесет.

Из сумрачных мыслей меня вырвал жест рукой вверх Карса, что вел нас сегодня.

Резко натягиваю уздечку, останавливая свою гнедую и тут же ощущаю, как и мои сигналки сработали — всё же я слабый маг, хотя Огонь и та стихия, что встречается не часто — но эти вибрации… Нечисть, её не спутаешь. Странно, ведь нас подняли и бросили на этот участок ещё вчера засветло. Всю ночь наша группа плутала, буквально по собачьи вынюхивая, следы тех, кто потревожил первый периметр.

Твари словно водили нас кругами. Все было тщетно и вот, пожалуйста!

Наш отряд замирает лишь на миг, четко перестраиваясь спина к спине, насколько на лошадях позволяет местность.

Братья Дерис мгновенно спешиваются и уже через пару секунд оказываются на деревьях, занимая позицию стрелков. Остальные тоже вскидывают арбалеты, замирая в ожидании.

— Ния, готова? — голос молодого мага слегка дрожит, но я-то знаю, что виной тому не страх, а лишь темное предвкушение — этот жилистый и высокий мужчина настоящий маньяк. А уж если речь о порождениях Молонской магии… Ненависть в чистом виде. И кто его обвинит? Карс, в отличии от меня, был достаточно большим, чтобы помнить о своей семье. И знать, за что его род прокляли и казнили, а на младшего наследника поставили печать. Ох, напрасно его отец связался с врагами короны. И как его угораздило спеться с молонцами? По крайней мере, такие слухи о нем ходили. Впрочем, точно ничего сказать было нельзя. А Корния Таарская никого не прощает, но детей щадит. Может и зря. По крайней мере, так считают многие.

Почти все.

А может все дело в том, что Карс старше меня на те самые шесть лет, что он безвылазно провел здесь, на Весегонской границе. Здесь сойти с ума не мудрено, а он всё ещё держится. Не понимаю, неужели он ещё надеется? Наивно думать, что когда Великая Ведьма передаст власть, то многим придет амнистия. Я точно была уверена(и у меня были основания так считать), что пока Корния жива, ничего не изменится. Тем более, если верить слухам о характере наследницы.

Мысли пролетели стрелой, в реальности я лишь бросила короткий взгляд на командира и язвительно прошипела:

— Не рассчитывай, Кар, что всё тебе достанется. На моем счету сегодня тоже будут «боевые»!

— Работай, мелкая, — уже привычно огрызнулся в ответ, едва заметно плетя пальцами какое-то убойное заклинание — его Воздух был силен, хотя и не слишком эффективен против искусственных порождений абсолютно чужеродной магии. Но разве Карса когда-либо это останавливало?

Они появились из тумана, быстрыми и, как всегда, молчаливыми тенями, кружа и прячась за деревьями, не спеша приближаться. Если бы ни неестественное ядовито-зеленое свечение глаз, то издали сегодняшних тварей можно было принять за стаю волков. Правда, делая поправку на размер — эти монстры, пожалуй, в холке достигали моей гнедой, а уж весили, наверное, пару сотен мер — ну и вряд ли вам когда-либо попадется волк, у которого вместо шерсти броня, а клыки побольше кинжалов. Впрочем, не думаю, что многие после такой встречи могли бы кому-то что-то рассказать, по причине фатальности ее исхода.

Лошади, хоть и были специально обучены, тревожно переступали ногами и нервно похрапывали, мечтая сорваться в галоп, унося своих недалеких седоков, отчего-то задерживающихся вблизи этих монстров.

Напряжение нарастало, вот только дергаться было нельзя — любой из нас в одиночку был обречен, а пробовать что-либо сделать на таком расстоянии — чистейшая глупость.

Время же, как часто бывало в такие моменты, застыло, как муха в янтаре. Сердце бешено разгоняло кровь.

Ну же! Давайте!

Когда они рванулись, я чуть не упустила момент, так вымотали эти секунды (а может минуты?) ожидания. Но Карс взмахнул рукой и повинуясь его сигналу, заранее заготовленное мною плетение сорвалось с пальцев. Это была «Стрела возмездия», огненный сгусток, что воспламенял стрелы и арбалетные болты, придавая им убойную силу и способность пробивать шкуры нечисти. Я уже давно со стопроцентной вероятностью поджигала снаряды на оружии у всех участников отряда. Болты ушли к целям и многие их достигли. Вот только второй раз выстрелить нам уже никто не дал.

— Шарково семя, — рыкнул кто-то рядом.

А дальше мыслей не было. Только рефлексы, вбитые за годы тренировок в Резийской Офицерской школе. Мой саиф[1] вспыхивает пламенем и я едва успеваю ударить по неизвестно как успевшей оказаться рядом твари, уже в прыжке вспарывая мечом и магией ей брюхо. Какое счастье, что монстры все же уязвимы, но их полное неумение издавать звуки, порой дезориентирует. Второй удар сносит голову, но тело ещё какое-то время пытается подняться на лапы, хотя я и отмечаю это лишь краем сознания, чтобы предупредить спонтанный прыжок в мою сторону-и такое случалось, когда недобитая тварюжка успевала сбить с коня свою жертву, а там и товарищи могли её подоспеть.

Сдавить гнедой бока и дернуть узду, чтобы отскочить в сторону. Вновь поджечь болты у братьев, что по прежнему палили в отставших монстров с деревьев, пригнуться, не позволяя себя сбить с лошади от прыгнувшего очередного зверя.

Развернуться и вновь ударить все ещё пылающим саифом.

Откуда же их столько? И, главное, с чего вдруг? То, что это не дикие, что сбежали от молонских магов, или просто результаты неудачных экспериментов, говорила их удивительная слаженность. И своевременность появления. Наводит на мысли…

Когда битва была закончена, я в первый момент даже не поняла, что сражаться уже не с кем. Гнедая не подвела, и я устало погладила её по шее. Спрыгнула на землю и наплевав не всё плюхнулась возле ближайшего дерева, прислонившись к стволу.

Сердце ещё выдавало сумасшедшую тарнийскую польку, но разум постепенно возвращался из боевого режима. Обвела взглядом своих: кажется сегодня пронесло— все живы.

Рядом медленно осел Карс, все ещё не выпуская из руки палаш.

— Кажется, сегодня «боевые» заработали все, мелкая, — тонкие губы изгибаются в кривой улыбке.

— Хорошо, что их есть, для кого начислять, — покачала головой я, безэмоционально наблюдая, как Шерл перевязывает Робера — мелочь, даже к лекарю ни к чему идти.

«Обделались легким испугом! — как говорит наш незабвенный командующий Весегонской заставой, а по сути, самым настоящим аванпостом, что прикрывает Север от врагов и примет удар первым, коли придется. — Тебе ничего не показалось странным, дозорный? — я повернулась к командиру отряда и испытующе посмотрела ему в лицо.

— Ставлю жалованье за целую луну на то, что эти твари нас от чего-то отвлекали, Ния, — Карс жевал травинку и смотрел куда-то вдаль.

— Я, пожалуй, пас, старший, ухмыльнулась магу. — Но если кто согласится на пари, то я в доле.

— Бездна, — поморщился мужчина. — Вряд ли тир Ромуэль будет счастлив, что ему придется сообщать в столицу о возможном прорыве через границу. И ведь поделать ничего не могли, но помяни моё слово, достанется всё равно нам. И молись Великой, чтобы те, кто устроил эту отвлекалку, не сотворили что-то запредельное, не то, ты ведь догадываешься, кто останется главным виноватым? — Карс одарил меня многозначительным взглядом.

Я понимающе хмыкнула и пожала плечами:

— Да ладно, Карс? Что нам терять, кроме никому не нужной собственной шкуры?

— Ну, не скажи, — протянул маг. — Я бы хотел дожить хотя бы до смены сезонов — чай праздник, — криво усмехнулся он и добавил мечтательно, — Горючки выкатят дозорным!

Я загадочно улыбнулась в ответ и склонившись ближе к мужчине, прошептала заговорщически:

— Зачем же ждать, спорим на сто доленов, что уже сегодня ночью мы с тобой попробуем тот самый спирт, что достопочтенный тир Ромуэль прячет в своем железном сейфе с магическим невскрываемым замком!

На меня посмотрели взглядом полным недоверия, но я невинно похлопала глазками и провокационно спросила:

— Так что?

То что Карс заведется, я не сомневалась и предвкушала выигрыш. И само собой, он повелся. Ну да, тут ведь такая скука! А здесь в любом случае останешься не в накладе: либо выиграешь и утрешь нос одной наглой магичке, либо проиграешь, зато напьёшься!

Братья Дерис с удовольствием разбили наш спор, хотя в его суть их не посвятили — ага, делиться же придется! А оно нам надо?

Когда через час мы прибыли в расположение заставы, кроме желания смыть с себя грязь и упасть на кровать в своей комнате, у меня уже мыслей не водилось. Даже аппетит куда-то исчез, вытесненный усталостью. Кинув вожжи конюху, я шла по двору на ходу снимая плащ. От мысли, что скоро скину сапоги, по телу заранее прокатилась волна предвкушения. Вот оно счастье! Надо просто уметь его ценить.

Я напоследок посочувствовала Карсу, что ему ещё предстояло докладывать начальству о проведенном дозоре и в который раз порадовалась, что моя должность весьма скромна, хоть и числюсь в офицерском составе.

Ну да, числюсь. И вот даже оружием владею неплохо, ну и огнем в случае чего могу. Да только считаться в глазах света аристократкой даже не второго. а самого, что ни на есть нижайшего сорта, я от наличия данных навыков и диплома высшей школы не перестану. Нет, не чернь, конечно, да только от этого не сильно легче. И ведь в щель не забьешься и печать не скроешь — не положено, терпи и радуйся, что высшей милостью небо коптишь. И тебе не раз и не двадцать об этом напомнят…

Потому что мы не просто проклятые — мы полезные расходники, прокладки между чужеродным злом и местной реальностью. Но не эта наша самая главная функция, а то, что мы живое назидание тем, кто осмелится в будущем даже подумать против существующей власти. Как говорится, коли не судьба стать положительным примером для подражания, будете страшным напоминанием!

Мертвые и низвергнутые в чертоги Темнейшего могли бы стать символом великой идеи, тем самым флагом, что повел бы за собой. Их участь ужасна, но не настолько, как наше жалкое существование. Такого не пожелаешь и врагам. Да, мы по прежнему дворяне, только без титулов. счетов в банке, имений и земель. И даже без имени рода. Скажу больше, у нас вообще больше нет фамилий, только приставка «тир» или «тира», присущая высшему дворянству и собственное имя.

Мы живем милостью Ведьмы, дышим милостью Ведьмы, получаем образование и право служить, тоже по её воле. Здесь, возле тракта проходящего мимо одного из самых опасных мест в мире — Весегонского леса и ещё десятка таких же суровых приграничных постов. Но и тут наше «геройство» лишь некий путь покаяния с эфемерной надеждой выслужиться и получить прощение и возвращение в свет, правда уже с новым именем. Да только за последние годы, только пару случаев таких припомню и то, это были такие же как я, не помнящие семей дети. Хотя мне-то амнистия не грозит вовсе. Было дело просветили на досуге, что не просто так меня всю разукрасили искажающими рунами. Видать, мой род так насолил кому-то, что даже фамильное сходство убьет меня.

Карсу, впрочем, тоже не судьба… Он помнит и ему не дадут забыть. Зачистка памяти в несколько лет — дело слишком энергоемкое и хлопотное. А так, исчезнет ещё один сын мятежников и Темнейший с ним.

Наши лица уродует печать, та что навек замуровала во мне и в других девочках, чьей виной было лишь несчастье появиться на свет в неправильном роду, ведьмовской дар. а магов превратила в послушных псов. Но им все же проще, у них магия остается — в том же быту вещь незаменимая, про боёвку и не говорю. Да только и тем и другим заказано иметь семью. да что уж там, скажу как есть: все, что у нас находится ниже пояса — неприкосновенная для чужих рук (ну и не только их!) территория, выполняющая исключительно физиологические функции покуда на нас печать. В общем, мы монахи в миру.

Да только единственная богиня, которой есть смысл возносить молитвы — это Её Величество Корния Таарская! А вдруг услышит и снизойдет?

Правда все эти гениальные выводы пришли в мою голову относительно недавно. В детстве я думала совсем иначе. До какого-то момента, оно у меня даже было, это детство…

Но это совсем другая история.

Сейчас я пробиралась в свою берлогу по просыпающейся территории Весегонского форта. Хотя, конечно же, на самом деле, форт по настоящему не спит никогда — это лишь вопрос интенсивности активности.

После двух суток дозора нашей группе положены законные отсыпные. Если, храни Великая, не случится какой-то грандиозной бяки. Но, за тот год, что я служу в этой забытой богами дыре, такого не происходило. Но и в серые будни, по местным меркам, костлявая поджидает тут любого зазевавшегося — безымянные холмика за южной стеной тому в подтверждение. Не исключено, что и мне такой уготован. И может быть скоро…

Человек ко всему привыкает, вот и эта мысль уже не вызывала у меня ужаса. Я ввалилась в комнату, что была мне положена по званию и со стоном блаженства скинула с себя одежду и обувь. Насвистывая что-то жизнеутверждающее, отправилась в маленькую купальню — эта клетушка с удобствами мирила меня с реальностью, порой лучше любых уговоров! Через четверть часа на свет выползла почти живая девушка и на миг замерла перед зеркалом, выдающим грустную картинку.



Нет, с фигурой у меня было все весьма неплохо, может рост подкачал — это да. А так, во всех нужных местах имелись правильные выпуклости и впадины, но вот лицо с довольно длинным носом и слишком тонкими губами, глазами невнятного цвета и копной вечно спутанных волос — ещё то зрелище. А уж багровый узор, змеящийся во всю правую щеку и спускающийся по скуле на шею почти до края плеча совсем не придавал шарма. Про руны изменения, что скрывали волосы я уж молчу. Когда-то я пыталась понять на ощупь, как на самом деле выглядит моё лицо.

Выяснила лишь, что нос явно короче, а глаза больше. Да и губы полнее. Впрочем, какая разница? Внешность не отталкивающая и ладно, зато желающих поглумиться было поменьше…

От воспоминаний поморщилась. И тут же усмехнулась, одеваясь по привычке почти полностью — если тревога, то время идет на секунды — и упала в постель. Жизнь на границе оказалась не настолько плохой, как мне представлялось. Тут, по крайней мере, я чувствовала себя человеком, потому что рядом со мной были те, кто понимал: от того, как мы друг к другу относимся, зависит наша жизнь. И если ты будешь вести себя, как скотина, твою спину могут и не прикрыть… чисто случайно, разумеется.

Тут не столица. И не Резийская Офицерская школа — рассадник снобизма и вседозволенности. Это Весегонский лес — он не спрашивает твой титул и звание, только смотрит насколько ты готов взаимодействовать с товарищами. Чтобы выжить.

Ладно, к шаркам всё! Меня ждет крепкий сон и предвкушение того, как я сегодня ночью получу свои сто доленов. Ну и попойку в веселой компании.

Глава 2. Средство от скуки

Жизнь — это игра азартная, с ничтожными шансами. Будь она пари, никто бы не принял.

Том Стопард.

Западный рубеж. Территория Весегонского форта.

Селения Стук в стекло разбудил почти мгновенно. Сработала уже устоявшаяся за годы обучения и службы привычка даже во сне быть начеку и я резко сажусь на постели, машинально хватаясь за лежащий под подушкой стилет. По-совиному хлопая глазами и пытаясь понять, что происходит.

И обнаруживаю, что в комнате, к счастью, по прежнему пусто, а за окном, к моему полному удивлению, темно. Вот это я дала! Проспать весь день! Давно со мной такого не случалось, однако. А когда взглянула на часы, то шепотом высказала самой себе и неизвестным затейникам, что устроили нам столь веселый дозор, всё что я об этом думаю. Судя по времени, уже пришла пора выполнять условие пари.

Бездна, есть хотелось так, что готова была грызть даже подметки. Преувеличиваю, конечно, но и пить алкоголь на голодный желудок точно не стоит. А с учетом, что в этом самом органе, пища не водилась уже почитай сутки… В общем, проблему решить придется, а то и выигрыш не порадует — впаду в полный транс от первого глотка. А оно мне надо?

По стеклу снова постучались, я зевнула и посмотрела в сторону колышущейся занавески. И улыбнулась: ну кто, кроме мага Воздуха может аккуратно выстукивать камушком по стеклу бравый ритм в районе третьего этажа?

Поднялась и распахнула створки, позволяя холодному осеннему воздуху ворваться в комнату. Внизу нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу стоял Карс. его и без того бледное лицо при свете магических шаров, что освещали территорию форта, казалось каким-то потусторонним. Особенно в сочетании с печатью на лице.

Маг, увидев мою заспанную физиономию, схватился демонстративно за сердце и покачал головой, выдавая всем своим видом и невербальными сигналами весь спектр негодования моим поведением. Улыбнулась ему вполне искренне и жестом показала, чтобы ждал меня внизу.

Быстро привела себя в порядок и схватила небольшой вещмешок — я ведь не просто так заявляла, что смогу добыть горючку, тут же целая операция была задумана. Я предвкушающе ухмыльнулась и быстро выскользнула за дверь, предварительно выглянув и прислушавшись — свидетели нам точно были не нужны.

Тихо, буквально на цыпочках, пробралась на задний двор, куда и выходило моё окно и замерла, озираясь и ища глазами товарища. Тень отделилась от ствола старой раскидистой сосны, что росла в нескольких метров от дома, где находилась, как моя берлога, так и комнаты некоторых других офицеров. Карс всегда меня восхищал своим умением буквально сливаться с окружающим пейзажем. Не даром его поставили командовать нашей группой — он был разведчик от бога, да и маг сильный, как и воин.

— И что это было, мелкая? — прошептал маг. — Что-то не припомню за тобой нежной любви ко времяпровождению в постели!

— Вот даже не знаю, Кар, — я дернула его за руку и потянула за собой. — Прозвучало как-то двусмысленно, не находишь? — я изобразила, что озадачена. Нахмурилась, потерла подбородок и стала рассуждать, слегка растягивая слова, — Если ты имел ввиду, что я долго спала, то это одно, а вот если, это то, что я подумала, тут могут быть толкования…

— И какие же? — хохотнул дозорный. сам уже поняв, что ляпнул, но с удовольствием желая выслушать мой трёп.

— Ну, спасибо, хоть не подверг сомнению то, чую я подумала. А то так и до комплексов недолго…

Мы при этом продолжали идти и Карс резко тормознул и спросил:

— Слушай, мне уже страшно, Ния, прям боюсь услышать, что ты дальше скажешь, поскольку у меня появились некоторые сомнения…Ты точно просто спала? А то, судя по тому, что идем мы явно не в сторону корпуса с кабинетом благороднейшего тира Рамуэля, а вовсе наоборот.

Я закатила глаза и заговорила менторским тоном.

— Да будет известно, о, вероломно усомнившийся в моём адеквате друг, что я девушка порядочная, — на что мне вздернули бровь в ответ, — Да-да! А ещё здравомыслящая, — я притормозила, одарив мужчину холодно-показным взглядом и ткнула Воздушника пальцем в грудь. — Ибо только идиот будет пить не закусывая, а стало быть, надо свершить сначала набег на кухню. Куда мы, собственно, и направляемся.

— Снимаю шляпу, — Карс поклонился и сделал жест изображающий воображаемый головной убор, — не только перед вашей предусмотрительностью, тира, но и диким самомнением! Вижу у тебя не единого сомнения в выигрыше!?

— Стала бы я ввязываться в безнадежное мероприятие, — фыркнула в ответ и продолжила топать в указанном мною направлении. Скептический взгляд был мне ответом.

Корпус. где находилась кухня, а также зал с офицерской и солдатской столовыми, был открыт круглосуточно. С той лишь разницей, что завтрак, обед и ужин тут были строго по расписанию, но в связи со спецификой нашей службы, здесь всегда был дежурный, чтобы накормить внезапно вернувшихся бойцов хотя бы простейшей пищей, типа хлеба с сыром и прочей снедью, если ничего не осталось от ужина. Ну и вкусный взвар из лесных трав и ягод всегда дымился в большом чане, поддерживаемый в горячем состоянии магией Огня, которой были напитаны специальные камни. Кстати, это была моя забота, обновлять зарядку периодически, раз уж мне так свезло со стихией.

Нам встречаться с дежурным было как бы не к чему — когда моя затея будет исполнена, не думаю, что тир Ромуэль окажется сильно счастлив и похвалит некоторых ни в меру сообразительных подчиненных. Так что, раз эта часть плана не относилась напрямую к пари, то Карс с удовольствием мне помог добыть еду. просто напросто выманив дежурного подальше от входа, уронив воздухом какую-то звонкую емкость в подсобке. И пока бедолага ходил разбираться, в чем дело, одна шустрая девица успела совершить мелкую кражу. Ну, не то чтобы совсем мелкую — мой вещмешок изрядно потяжелел.

Настроение неизменно ползло вверх, а от азарта и опасности просто попасться, кровь побежала по жилам в ускоренном режиме. Мы с магом переглянулись и стали пробираться. держась в тени домов, к святая святых Весегонского форта — его штабу, где и находился тот присно памятный сейф.

Когда мы подкрались к зданию, время давно перевалило за полночь. Разумеется с парадного входа никто и не помышлял совершать проникновение. Если бы наш командующий убрал вожделенную горючку в главный сейф, где реально хранятся документы и приказы по форту, то моя затея тянула бы на военное преступление и на такое никто бы в здравом уме не пошел бы. Но это было всего-то личное хранилище, в котором, как многие знали, наш командир держал помимо строго охраняемого от алчущих расслабиться дозорных запаса спирта, свое оружие, ну может ещё личные сбережения. Но и проникнуть в эту часть помещения было не в пример проще, чем в другие комнаты.

Обойдя здание с тыла и дождавшись патруля, что проходил этим маршрутом каждые пятьдесят минут, мы пробрались под окно и я, не мешкая с ловкостью кошки забралась на второй этаж и сев на выступ, со сноровкой которой мог позавидовать и заядлый воришка-форточник, вскрыла ножиком и тонкой спицей замок на раме и бесшумно распахнув ее влезла внутрь, раздвинув очень кстати закрывавшие обзор шторы. После махнула Карсу, предлагая проследовать за мной. Тот только скривил губы в ироничной улыбке и покачал головой, но с не меньшим проворством залез по стене, и вскоре оказался рядом, аккуратно прикрыв раму. Я задвинула штору и щелкнув пальцами повесила к потолку небольшой светлячок.

Обстановка комнаты была вполне аскетичной: стол и пара стульев, шкаф для одежды и стеллаж для книг и свитков, и узкий диванчик. Главным украшением тут служил лишь камин, что безусловно дарил тепло и уют долгими холодными вечерами, а порой и ночами, когда начальство проводило много времени в штабе.

Искомый нами сейф висел недалеко от окна на несущей стене, под ним стояло одинокое кресло. Лично мне было бы неуютно сидеть в таком, когда у тебя над головой нависает тяжелый ящик из многослойной стали, который держится всего на двух штырях. Хорошая работа, действительно вскрыть такой — дело хлопотное и под силу не каждому из сильнейших магов. Да, тупо унести его можно, конечно, вот только при попытке механически расковырять сие чудо, мог наступить пренеприятный эффект: взрыв, например, или ещё какая пакость. Не знаю, да и проверять желания нет.

Я, недолго думая оттащила кресло и посмотрела на всё более довольного мага, который уселся на диванчик, вытянув свои длинные ноги и сложил руки на груди, предвкушая мой провал.

— Что, Огненная, — произнес он ехидным шепотом. — Осознала всю глубину постигшей тебя… ммм, трагедии? Сдаешься или ещё посидим в гостеприимном штабе?

Я послала слишком рано задравшему нос магу улыбку хищницы и пропела елейным голоском, изображая манеры светской девицы.

— Достопочтенный маг Воздуха, не соблаговолите ли вы накинуть полог тишины хотя бы на вот эту маленькую площадку, — я обозначила рукой место на полу под сейфом примерно метр на метр. Карс возмущенно приподнял бровь:

— У нас пари, незабвенная! Ты не забыла? С чего мне тебе помогать?

Я равнодушно пожала плечами:

— Видишь ли, мой неосторожный друг, я намереваюсь очень не слабо пошуметь. И сделаю это в любом случае. Это, нравится тебе или нет, неотъемлемая часть плана. И, поверь, добыть спирт я успею, так что на результат спора сие не повлияет, как ты понимаешь. А вот то, что после этого мы успеем удрать и не попасть в карцер — не уверена, — я снова улыбнулась магу и произнесла кротко. — Так что, поможешь, или мне начинать так? Потому как, если мне придется ставить полог, то боюсь, я до утра провожусь. Я не питаю иллюзий по поводу своей силы.

— Все-таки ты ведьма, — вполне беззлобно констатировал маг, принимая мои аргументы. — Ну, ладно, потрепыхайся ещё, сдаваться ведь не в твоих правилах, пока к стенке не прижмут.. — С тоской посмотрел на вещмешок с ворованным харчем, вздохнул и, поднявшись, сделал руками несколько пассов и вскоре полог качнулся легким маревом на указанном участке.

— Поспеши, Ния, он продержится всего пять минут — я не собираюсь вбухивать весь резерв в его поддержание, — проворчал маг. А я завистливо глянула магически на его работу и, благодарно кивнув Карсу, бросилась воплощать свой гениальный план под внимательным наблюдением Воздушника.

Так, теперь надо подойти к сейфу и послать под определенным углом в стену самое мощное из доступных мне заклинаний разрушения, только задав ему вектор и точку приложения. Это была моя личная разработка — чего только от скуки не сделаешь, когда надо занять голову… Зима была долгой. Огонь буквально расплавил часть стены, высвободив крепившие сейф штыри. Ящик рухнул на пол вертикально, я белкой успела отскочить в сторону и если бы не магия, то грохот стоял бы на всё здание, а так лишь легкая вибрация, на которую, как я надеюсь, внимания не обратят или не смогут быстро вычислить ее источник. Довольно улыбнулась, ибо стояла рядом и отчетливо слышала звон бьющегося стекла. А дальше, с мастерством фокусника, достала из мешка неглубокую миску, поставила на пол возле сейфа, подошла к камину и взяла кочергу. Все эти действия сопровождались ошалевшими глазами Карса и добрым тихим словом, которым он поминал моих ни в чем не повинных предков(ну, я не уверена, что так уж ни в чем. но…). А когда я всем своим весом надавив сзади, чтобы буквально на ноготь поднять тяжеленную громадину и подсунуть кочергу, используя ее, как рычаг, изрядно наклонила наш многострадальный сейф, то через несколько секунд из расположенной почти у самого низа замочной скважины потекла слегка мутная жидкость в ту самую подставленную мною миску.

— Если поднять повыше, то и наберется больше, — невозмутимо заметила я, на восхищенную брань мага.

— Чего уж теперь… — Карс обреченно вздохнул и взмахнул рукой. Тут же жепезная коробка весом не меньше ста мер буквально воспарила над полом, выдавая новые порции спирта. Нет, ну такой талант на границе пропадает! Расточительство чистейшее. Интересно, из какого же он был рода? Ведь молчит, как язык отрезали.

Незадолго до моего рождения, репрессии прокатились по стране. Говорят, кем-то из высших родов был устроен заговор против Великой Ведьмы, в который втянули изрядное количество знати, но успеха затея не имела. Подробности выяснить было почти нереально, так как большая часть участников тех событий была безжалостно казнена. Да и всю информацию держали в строгом секрете. Многие головы тогда полетели и отлавливали виновных ещё не один год. Хотя, в моем представлении, только идиот может рубить тот самый пресловутый сук на котором сидит. Да, наша правительница та ещё стерва — да простит Великая мне такое сквернословие, но без её силы Север обречен. А речи тогда о передаче дара наследнице ещё не шло, по причине отсутствия таковой, то есть сместить Ведьму было нереально. А значит страну пытались просто отдать в чьи-то лапы. И Молония первая в претендентах на эту роль. Да только, вот что странно: если бы доказали участие молонцев, то в их стране уже был бы новый Владеющий — силу Убивающей Словом у Великой Ведьмы не отнять. Короче, история темная, как и другие, что случались у нас в стране. Не мы с Карсом первые, не мы последние оказались детьми проклятых.

Пока я предавалась размышлениям и созерцанию парящего сейфа, Карс бережно подставлял уже собственную флягу, буквально выжимая последние капли из этого волшебного источника «огненной воды». И вот ящик плавно опустился на пол, почти беззвучно.

— Признаю, ты выиграла, Ния, — Карс понюхал содержимое фляги пока я переливала из миски в оплетенную кожей бутыль большую часть добычи. Я уже завинтила пробку, когда мне протянули довольно увесистый кошель. — Держи, мелкая, долг — это святое!

— Карс, ну признайся — я гений! — я самодовольно задрала свой длинный нос.

— Признаю, — легко согласился он, но его серые глаза хитро сощурились. — Вот только жаль, что карцера тебе все же не избежать. Или ты думаешь, что следы огня на стене исчезнут сами? Сомневаюсь. — Он скептически хмыкнул и осмотрел тот вандализм, что учинила моя магия. — Ну, а кто у нас единственный маг Огня, думаю, напоминать не надо!

— ОЙ, как же это я так? Ай-ай! — посмотрела на стену, всячески изображая испуг, покачала головой, поцокала языком. И достала из мешка небольшую банку.

Отвинтила крышку и приложила горлышко к стене, как раз ровно в центре моей бурной магической деятельности. На моей ладони вспыхнуло пламя, я поднесла его к донышку и слегка его нагрела. Подождав примерно минуту, убрала банку в сторону.

На месте где та соприкасалась со стеной появилось несколько небольших отверстий и на пол посыпалась труха. Я торжествующе посмотрела на Карса.

— Ведьма… — это прозвучала так проникновенно, на выдохе и с восхищением, что я прям возгордилась. — Где ты добыла эту мерзость, пакостница?

— Ну…На прошлой неделе мы несли дозор в районе руин города Тайе. Сам ведь помнишь, что я отлучалась. Вот, обнаружила и сразу мысль пришла, — поделилась я.

— Ты хоть гнездо-то спалила? — Карс покачал головой.

Древоточцы были бичом лесов, а здесь, в некоторых районах Весегонии они когда-то уничтожали целые рощи. Маги боролись с этой напастью, регулярно проверяя постройки. Ну. а тот вид, что я подцепила во время рейда, был редким и крайне вредоносным. Несколько особей уже к утру превратят изрядную часть стены в решето. А с учетом того, что двигаются они по кругу из точки куда проникают, то как раз уничтожат следы моего вандализма, ну и ещё с пару локтей вокруг.

— Обижаешь, конечно спалила. Да и это только самцы, специально посмотрела в библиотеке. Так что завтра их тир Гирим выведет и всё, — усмехнулась я. — Ну. недоследил наш маг-хозяйственник, бывает, — я пожала плечами и быстро стала собираться. Взглянула на часы, чтобы не попасть на обход территории караулом.

— Да, а ты оказывается мстительная, Ния, — Карс подхватил мой вещмешок — Гирим, конечно, на редкость прижимист, но ему точно не поздоровится от нашего командующего. Признайся честно, что ты с ним не поделила?

Я поморщилась, не скажу, что была такой уж злопамятной, но наш вредный маг-хозяйственник и вправду оказался редким жмотом. А отказывать регулярно девушке в приятных мелочах, которые хоть как-то мирили ее с жизнью на границе и ограничивать даже средства гигиены, выдавая по крохам и каждый раз с боем — это явный перебор. Да и Карс преувеличивает, максимум, что грозит Гириму — это отповедь от тира Ромуэля и работа по восстановлению всего этого безобразия.

Ничего, ему полезно, ибо нечего!

— Я забочусь о его бдительности, Карс! Мы ж находимся в приграничье, так что пусть не расслабляется!

— Ну прям, сама невинность! То есть и с меня деньги получила, и мелкую месть осуществила! Моё восхищение, рыжая! — маг уже осторожно выглянул в окно и кивнул мне, ловко спускаясь вниз.

Я тоже быстро догнала его, естественно аккуратно прикрыв раму и не забыв завесить шторы, и шепнула улыбаясь:

— Не, Карс, я ещё и от выпивки получу удовольствие, да и этот «изысканный» напиток можно сменять на массу полезных вещей, коли он нам по вкусу не придется!

— Великая, храни королеву! Она жестока, но прозорлива и оберегает Север от такой ведьмы! Не то нам всем амба, — выдал саркастически мой приятель и командир.

— О да, куда мы без ее милости… Пойдем, выпьем за здравие Её Величества!

Вскоре мы уже сидели в давно облюбованном месте на крыше старого здания, что находилось недалеко от крепостной стены и было скрыто от посторонних взглядов огромными кронами раскидистых сосен. Форт был достаточно большим, напоминая скорее маленький военный городок за стенами, что огораживали нас от враждебных лесов, скрывающих опасности. Здесь наверху, в погожие ночи было тепло от огромных печных труб — в этом же корпусе жили люди из обслуги форта, обычно это были вольнонаемные из соседних деревень, что располагались в паре десятков лиг отсюда вдоль тракта со стороны Севера, там, где жизнь уже не висела на волоске от близости с границей. Народ тут долго не задерживался, хоть и платила корона хорошо, но вероятность погибнуть от прорыва каких-нибудь четырехногих или, что хуже, двуногих тварей, была высока.

Разложив нехитрую снедь и плеснув пойла в кружки на пару пальцев — собственно, напиваться никто и не жаждал — это был скорее спортивный азарт, хотя и способ немного расслабиться, не без этого. Мы просто лежали на слегка покатой крыше, неспешно жуя и молчали, позволяя огню растекаться по венам, утихомиривая вечное напряжение, что давно стало нашим спутником.

Я приподнялась на локте и взглянула на мага. Да, если о себе я могла сказать только, что представляю из себя некое рыжее недоразумение, с изуродованным печатью лицом, то про Карса такого язык бы не повернулся произнести. Он был истинным представителем Воздушников: высокий, даже худощавый, ловкий, как горный кот, но вовсе не хрупкий. Скорее жилистый. Он не был классическим красавцем, но не лишен притягательности и даже багровая отметина не уродовала его так, как меня. Тонкие черты лица, колючий взгляд серых глаз и почти всегда нахмуренные брови. Светлые волосы он стриг довольно коротко, в отличии от аристократов, как бы этим подчеркивая, что плевать хотел на свой статус мага и дворянина — некий безмолвный протест, как я думаю. Ведь интересный молодой мужчина. Даже не представляю, какого ему мириться с той действительностью, что нам уготована. Мы — меченые. И я даже благодарна тому, что у меня отняли мою истинную внешность — так проще, видя в зеркале длинноносое нечто.

Хотя порой, чтобы не сойти с ума, и придумываешь вот такие «подвиги». Мозг должен быть занят — так говорила мне та, что пыталась меня беречь, а я не всегда это ценила… И если бы не внезапно открывшийся Огненный дар, моя судьба была бы совсем иной, хотя и не скажу, что намного интересней. Спокойней. несомненно.

Да только нужен ли этот покой?

Теперь и не узнать.

— Ты оказалась права, дозорная, это был прорыв, — непривычно тихий голос Карса вырвал меня из задумчивости. Я встретилась глазами с магом, ожидая объяснений.

— Пока мы сутки носились, разыскивая тех, кто прошел сквозь первый периметр, кто-то оказался на Севере. Но не это самое интересное… — Воздушник не тянул время, он, похоже, сам был озадачен. — В то время, что мы блуждали по Весегонским чащам, пришла депеша от правительства Молонии. Нас официально предупредили, что некий маг-отступник был найден мертвым, после того, как продал неизвестным лицам целую стаю сотворенных на заказ тварей. Мол, возможна провокация, а они тут ни при чем.

— Да ладно? — я даже села на попу, удивленно глядя на товарища. — У нас с Молонией дипломатические отношения уже последние циклов пятьдесят на грани войны! Это с чего вдруг такая щедрость? Да ещё и когда всё уже случилось?

Владеющий решил снять с себя подозрения? Так как-то грубо, не находишь?

— Ну да, — все так же тихо произнес Карс. — Или это циничная наглость, либо они и вправду ни при делах, Ния. — Маг резко сел и потянулся к бутылке, я же демонстративно перевернула свою кружку, показывая, что больше не хочу. Он пожал плечами и быстро сделал глоток прямо из горлышка, даже не поморщившись.

— Карс, тебя что-то гложет?

Маг вновь пожал плечами, несколько нервно, как мне показалось. Он вновь откинулся на спину и прикрыл глаза. Мда, невеселый посиделки у нас получаются.

Впервые так.

Тишина начинала давить. Я посмотрела на россыпь звезд в черноте неба у нас над головой, пытаясь отвлечься от нахлынувшей внезапно тревоги.

— Великая Ведьма объявила о своем желании передать дар и власть Агнии Таарской. В Резию уже съезжаются претенденты на руку будущей правительницы.

Сейчас начнется балаган именуемый выбор мужа, а по факту, подбор породистого кобеля, которого не сильно жаль, — голос прозвучал зло.

— Брось, ты же знаешь критерии. Сила в первую очередь. Да и вдруг тира Агния воспылает чувствами и удастся по-тихому влиять на политику? — я с долей тревоги посмотрела на того, кого, наверное, могла считать другом. Его бледное лицо при свете луны казалось болезненным. — На Севере мощных магов не так уж мало, а принц-консорт — это всегда преференции для рода. Пусть даже его век может оказаться недолог, главы родов идут на это с удовольствием. Таковы реалии.

Карс не ответил, глядя куда-то вверх. Мне сегодня так не хотелось рассуждать о политике, да и просто думать. Но настрой на отдых испарился, сметаемый чувством, что внутри натягиваются невидимые струны. Шаркова бездна, мы даже расслабляться не можем, как нормальные люди. Хотя о чем это я? Какая норма, Ния? Всё это не про нас, да и не здесь.

Внезапно откуда-то из тьмы, что простиралась за стеной форта, со стороны леса, который кромкой наступал почти до самого Резийского тракта, раздался волчий вой.

Надсадный и тут же подхваченный другими членами стаи. Зловеще, будто подслушивая мысли двух не спящих сейчас проклятых. Я как зачарованная уставилась в сторону этого воя, который буквально выворачивал душу.

— У меня отвратительное предчувствие, маленькая ведьма, — добавил мрачности в и без того безрадостную картину маг — Слишком много совпадений. Настолько остро мой дар не вопил об грядущей опасности… с детства.

Я вздрогнула, когда неожиданно Карс костяшками пальцев провел легонько по моей скупе. Он был совсем близко, в его глазах на краткий миг отразились отголоски застарелой и тщательно скрываемой боли.

Лишь на мгновение. И он уже отстранился, быстро вставая и не глядя на меня побросал в мешок остатки нашего невеселого пиршества.

— Холодает. Это к лучшему, — я отвернулась на миг, чтобы справиться с эмоциями.

Я умела быстро брать себя в руки— Может к утру выпадет снег как думаешь, Воздушный? — Смогла послать магу улыбку, наверное, слегка вымученную. Мне хотелось разорвать эту внезапно натянувшуюся нить. Бездна, никак не ожидала, что моя авантюра закончится на такой ноте.

— Хорошо бы… Снег — это замечательно, Огненная, — Карс повернулся ко мне и тоже попытался улыбнуться. — Не слушай меня, Ния. Мне просто не стоило пить. Это твой феерический выигрыш так меня подкосил, можешь гордиться! — он протянул мне руку, помогая встать, чтобы отправиться наконец по своим комнатам.

Когда мы такими же партизанскими перебежками достигли каждый своей берлоги, напоследок ещё отвесили пару шуток про то, какой завтра подымется шум в штабе.

Притворяясь беззаботными.

Я же еще долго сидела, не зажигая свечи, размышляя и до боли сжимая кулаки.

Мысль пришла, опаляя сознание, о том, что сложись все иначе, тот же Карс мог легко оказаться на месте любого из претендентов на роль супруга королевы.

Какие же демоны могли жить в его душе?

Глава 3. Уходя или возвращаясь

Слишком в нас много от прошлого.

Слишком ничтожно подвигаемся мы вперёд.

Элиас Канетти.

Западный рубеж. Территория Весегонского форта.

Селения — Тира, у вас сегодня что, романтическое настроение? — Звучит над ухом, буквально заставляя меня подпрыгнуть. Карс делает молниеносный замах и я каким-то чудом успеваю отскочить, чтобы не получить плашмя по заду палашом. — Ния соберись, в конце концов! Это не цветочки, барышня, их не надо рвать.

Рубящий удар, а не это жалкое подобие! Где ты витаешь, Темнейший тебя задери?

Я зло зыркнула на мага, но промолчала — он прав. Такого пренебрежения граница не прощает, а я тут впадаю в прострацию прямо на полигоне. Вот только сегодня я сама себя не узнавала. Буквально всё валилось из рук, а тренироваться-то надо.

Тем более дражайший тир Ромуэль до сих пор рвет и мечет.

Прошла уже почти декада с нашей вылазки, мы успели отработать пару рейдов, перебить несколько опасных стай хищников и словить аж целую банду контрабандистов, что на свою голову решили открыть сезон пораньше. Вот эти идиоты чуть сами и не стали закуской тварям приграничья, если бы наш дозор не подоспел. К тому моменту, застенки Севера им уже казались курортом, так они нам обрадовались.

Вот только командующий так и не угомонился, несмотря на наши успехи и отсутствие новостей из столицы. Ну, скажите, откуда мне было знать, что в сейфе помимо вожделенного напитка, ещё и хранилась личная переписка владельца?

Спирт сделал свое дело, и теперь большинство бумаг не читаются. А ещё парадная портупея подпортилась… Короче, попасться то я не попалась, но у нашего командующего нюх на выходки своих дозорных, поэтому он не знает кто и как, но досталось на всякий случай всем.

В общем, уважаемый тир решил, что нам рейдов мало, раз так хорошо справляемся. Нам надо ещё и тренировки усилить, чтобы совсем на всякую дурь сил не оставалось.

В чем-то он прав, конечно.

Вот только сегодня, видимо, совпала некая совокупность факторов: моя рассеянность, старания командующего и совершенно неясная нервозность Карса, что нынче злобствует над нами не по-детски. Не иначе как приближение полнолуния, выпавший первый снег и грядущий праздник смены сезонов так его взбодрили.

Сейчас Карс удовлетворился моим молчаливым раскаянием. На самом деле, я всегда прилежно тренировалась — может я и дурная временами, но не совсем дура и жизнь мне пока дорога. Пусть и такая. А неподготовленный и нерадивый дозорный — это мертвый дозорный.

И никак иначе.

Я. подавив тяжелый вздох, с видимым энтузиазмом продолжаю упражнение с мечом, отрабатывая рубящие удары. Легкий морозец только на руку — хоть не так жарко. С неба сыплются редкие снежинки, ветер отсутствует и серый денек предзимья ничего пока вроде не омрачает. Так что, просто хандрите, тира! А зря!

— Шерл и младший Дерис, поединок! Готовы? К бою! — Карс командует и мужчины мгновенно вскидывают оружие.

Братья Дерис были младшими детьми из бедной и очень многодетной семьи дворян, чьи владения располагались не так далеко от границы. Кроме нищенского существования и насмешек богатых аристократов им ничего не светило. Служба здесь давала хотя бы призрачный шанс на достойную жизнь, ведь платила корона щедро. Но для этого надо было отмотать, как минимум, десять циклов и остаться живыми. Они здесь уже три года. Мелкие оба, но шустрые, обычно выполняют работу разведчиков и стрелков, но и клинками владели. В основном кинжалами.

Коренастый Шерл призван к нам недавно, до этого, говорил, что был на юге. Он совсем молодой, лишь на год меня старше. Слабый маг Земли, почти пустышка — так, следы почитать, максимум, ну и кое-что по мелочи. Ему бы в своем поместье урожай растить… Но, где оно, то поместье? Меченый, как и мы с Воздушным. Нос саблей обращается неплохо, да и кулаками машет что надо. Его я знала ещё по Императорской офицерской школе. Для мужчин магов обучение и прохождение службы было обязательными. Девушкам магичкам тоже. А вот ведьмы с запечатанным даром были бесполезны — смысл из них воинов делать небольшой.

Ну, если случайно не пробуждался стихийный дар, что обычно был подавлен ведовской силой и каким-то чудом доставался от предка по отцовской линии. Как случилось у меня.

Шерл и Майл Дерис уже сцепились. Сталь звенела, Майл пытался дагой подцепить саблю Шерла, но тот пока не позволял себя обезоружить. Я засмотрелась на схватку и тут же поплатилась снова привлекая к себя внимание.

— Селения, к бою! — Карс отбросил свой палпаш и улыбаясь самодовольно, схватился за чинкуэду — короткий меч, подходящий скорее для ближнего боя, зато имеющий изогнутую гарду, которой тоже при умении можно поймать мой саиф и выбить. Нет, ну совсем страх потерял! Он, разумеется, мастер Воздуха и воин что надо, но я-то со своим саифом уже больше десяти лет не расстаюсь. Ладно, командир, потанцуем!

Словно два кота, что прижав уши и шипя ходят кругами, поджидая момента, мы кружили, не спеша наносить удары. Воздушный, как я и полагала, не выдержал первым. Меч-то короткий, зато руки длинные и рост — я ему едва по плечо. Нои мы не штаны просиживали столько лет, атаку я отбила. И даже контратаковала, но тоже безуспешно. Прогиб, обманный финт, открыться и уколоть в бок, пока противник пытается ударить. Почти получилось. Гибкий, зараза…

Глаза Карса буквально светятся, на губах предвкушающая улыбка, а я чувствую, что от этой абсолютной уверенности мага начинаю закипать — а это последнее дело в схватке. Закусываю губу и наращиваю темп. Волосы выбиваются из косы и липнут ко лбу от выступившего пота, но пока никто даже не поцарапался.

Нашу схватку бурно обсуждают и отпускают довольно грубые эпитеты, что в мой, что в адрес Карса. Не привыкать. Ещё пара отбитых атак, моя попытка банально подставить подножку — ну да, не о каком кодексе чести речи не идет, только победа.

Ещё один маневр и я все же задеваю мага по бедру, молниеносным движением кисти меняя направление удара. Только насладиться не успеваю, каким-то образом оказавшись на земле и чинкуэда, которая с точностью часовщика, что умеет приладить самые мелкие детали, оказалась приставлена к моему горлу, не задевая и даже не поцарапав. Карс нависал надо мной, я даже слышала, как бешено колотится его сердце, а в его глазах сейчас буквально клубился ураган и кончики губ подергивались от сдерживаемой улыбки.

— Сдаешься, ведьма, — выдохнул он мне почти в самые губы.

— Да не в жизнь, — цежу зло сквозь зубы и бью его кулаком в бок. Впрочем, почти безрезультатно. Но меня отпускают со смехом и протягивают руку, помогая подняться. — Ловкий долговязый квирг! — продолжаю я браниться на мага.

— Рыжая, я польщен, конечно, квирги весьма пронырливы, правда, мелковаты, не находишь? — настроение у кое-кого явно повысилось, чего не скажешь обо мне.

— В том-то и дело, они, зато выживают в Весегонии, Карс, так что да, сочти за комплимент, что тебе такому крупному это тоже удалось. Да ещё с таким характером… я подобрала саиф и отряхивала форму от песка, что смешался со снегом, превращаясь в грязь. Задеть мага хотелось, вопреки здравому смыслу — ведь и вправду выиграл вполне честно. Карс уже открыл рот, чтобы привычно продолжить перепалку, в которую обычно никто не пытался влезть, ибо чревато — мы могли резко переключиться и уже на пару заклевать встрявшего — как мелькнувшая над флагштоком, что возвышался возле штаба с гордо реющим стягом Севера, тень, буквально приковала моё внимание.

Я замерла, перестав слушать и слышать, что творилось вокруг: костара с характерным оперением я бы узнала даже ночью. Ярко белые маховые перья украшали по краям черные крылья, а также белой полосой прочерчивали форму креста от головы до хвоста и посередине обоих крыльев. Такого не спутать — это Тейт, спутники фамильяр Верховной ведьмы ковена Севера, а по совместительству той, что подарила мне детство.

Сердце замерло в ожидании, ведь я уже не ждала, что Её Светлость пожелает меня когда-либо увидеть после того, что я устроила… Но может я ошибаюсь и тира Криг просто решила посетить соседний Данжер, или собралась с визитом за границу? Ну да, когда в стране назрели перемены. А Тейт, конечно же, просто по мне скучал, а то как же.

Что-то стряслось, не иначе. Другой вопрос, при чем тут я?

— Тира Селения, тир Карс, вас вызывают к командующему фортом, поспешите, — посыльный появился, словно из под земли и, отдав честь, так же быстро исчезает.

Ну вот и гадать нечего, сейчас всё и узнаем. Потому как в совпадения такого рода я не верю.

— Вольно! Тренировка окончена. Все свободны.

Я поворачиваюсь к Карсу и вижу, что он снова натянул на себя маску холодного безразличия. Офицерская выправка, четкие команды… Так, просто машина для службы. Он может. Это у меня не всегда получается.

Пройти до штаба от полигона всего ничего. Шагаем, молча, даже не пытаясь строить догадок. Тело до сих пор разгорячено и мечтает © купании, но чует мое сердце, что особо отмокать в воде нам нынче не придется.

Кабинет тира Ромуэля встречает запахом свежей краски и штукатурки. Да, тиру Гириму пришлось поработать, да и существенно тряхнуть свои складские запасы. А ведь стало лучше! Вон и сейф многострадальный теперь на полу, так сказать, во избежании повторений. Это правильно, не глупцы, чтобы дважды на одном месте…

Пожилой, убеленный сединами дворянин, что крепко держал в руках этот Весегонский форт Фортпост, который являлся средоточием очень странной, по меркам простых обывателей жизни. И людей: жестких, порой жестоких, часто с разбитой душой и без каких-нибудь надежд на будущее. Но сохранять дисциплину и относительный порядок в этом забытом богами месте тиру Ромуэлю удавалось. За что, собственно, его и уважали. Нет, чего-нибудь отчебучить — это святое, но глобально, за командующего здесь все были горой.

Вытянуться и рапортовать о прибытии по приказу, и замереть напротив стола.

Старый вояка оторвался от подписания каких-то бумаг и поднял голову, сразу приступая к делу:

— Тира Селения, у меня приказ вас срочно отправить в Лавер, притом с вещами ив сопровождении, — наверное моё лицо вытянулось и командующий поморщился. — И не спрашивайте, сам ничего в толк не возьму. Но поступило от высшего руководства, так что… Тир Карс, берете ещё двоих на ваш выбор и отправляйтесь ровно через час. Все необходимые распоряжения я уже выдал. И чтобы мне с рук на руки! Всё ясно? Выполняйте!

Нам протянули сам приказ и подорожную. Оставалось лишь отдать честь и отправиться собираться — время и так было в обрез.

— Ты-то хоть что-то понимаешь, Ния? — сухой вопрос на ходу. Я же только пожала плечами. Мне и вправду ответить особо было нечего. Не рассказывать же историю от самого моего первого воспоминания. Да и это бы дало немного. Разве что объяснило с какого бока на нас сейчас пялится костар Её Светлости.

Пожалуй, это единственное, что очевидно: я за каким-то лядом потребовалась моей благодетельнице и Тейт просто присматривает. Ладно, томиться в неведении всего сутки, а там, наверняка, что-то выясним.

Сборы не затянулись. Собственно, личных вещей у меня всего ничего. Так, покидать в мешок, да себя в порядок привести. Минут через сорок я стояла полностью готовая, окидывая прощальным взором свою берлогу, что почти полтора цикла была моим домом — только моим, наверное, впервые в моей пока ещё короткой жизни.

Я поежилась, понимая, что действительно, кроме личного оружия, документов, смены одежды и некоторой суммы, что скопилась за это время, у меня лишь пара безделушек, подаренных тирой Валенсией.

Негусто, Ния. Тебя будто и нет, исчезнешь — никто не вспомнит и плакать не будет.

Может Карс, да и то… Ты даже лошадь свою никак не назвала, так и кличешь просто гнедой.

Вздохнула и упрямо вскинула подбородок. Не дождетесь. Сломить — не этого ли добивались те, кто придумал столь мерзкий способ наказания для невиновных?

Только мы ещё живы и надеяться все же стоит. Карс прав.

Спустилась по лестнице. Улица встретила меня сгущающимися сумерками, крепчающим морозом и ожидающими моего выхода товарищами, что по-армейски быстро подготовились в путь. Карс подвел ко мне уже оседланную кобылу.

— Заночуем в Данжере. Так что придется скакать быстро, Ния, — лицо мага было отстраненным, но я уже слишком хорошо его изучила. Карс был зол и явно волновался.

Мне хотелось проститься с остающимися дозорными, но я лишь молча вскочила в седло. Уверенность, что я сюда больше не вернусь четко возникла внутри.

К Темнейшему всё. Впереди дорога, она не даст впасть в уныние.

Глава 4. Притяжение прошлого

Дети — это ангелочки, чьи крылышки укорачиваются по мере того, как растут их руки и ноги.

Лайонел Кауфман

Мальчик кричит: ” Нельзя! Двое на одного!”. Он ведь не знает, что только так и будет.

Рамон Гомес де ла Серна

Резийский тракт.

Селения Данжер встретил нас едва светящимися магфонарями, двух и трехэтажными каменными домами, с темными в своем большинстве окнами — рабочая неделя была в самом разгаре и город засыпал рано. Ну, и редкими припозднившимися прохожими, которые в спешке сторонились нашего небольшого, но внушающего уважение отряда — меченых побаивались, хотя основания для этого особо и не было, лишь слухи и суеверия, скорее всего специально подогреваемые властями.

Ну да, можно подумать мы прокаженные и общение с такими принесет некий шанс вот так же попасть под пристальное внимание короны. Хотя, что взять с обывателей? Еще бы аристократы от нас так удирали… Я бы только за.

Мороз и усталость сделали свое дело, и мы спешно расседлав лошадей, а также заказав поздний ужин в комнаты, почти не разговаривая, разбрелись на ночлег — спать оставалось всего ничего, ведь приказ был недвусмысленный: моего прибытия ждали срочно.

Маленькая клетушка в третьесортной гостинице, ночь, усталость… И не малейшего шанса уснуть от разгулявшихся в моей бедовой голове мыслей. И воспоминаний.

Сопоставив нехитрые факты, вывод был один: в Лавере скорее всего меня ожидает сама Верховная Севера. Хотела ли я ее видеть? Не знаю. Конечно, меня никто и не спрашивал, но все же.

Историю наших взаимоотношений точно нельзя назвать простой. Впрочем, когда-то кипевшая во мне обида давно улеглась, оставив лишь тупую боль, но с этим можно жить.

Её Светлость Валенсия Криг, Верховная ведьма королевства Север, глава ковена и просто могущественная женщина. Красивая, несмотря на солидный возраст и обладающая в стране властью, пожалуй, лишь немногим уступающую власти королевы по некоторым вопросам. Зачем ей понадобилась меченая девочка?

Понять это я не могла до сих пор. Но очень хотела это сделать, ещё с того самого времени, как начала больше узнавать о том, как устроен наш мир и какое в нем место занимаю сама. А случилось это со мной довольно рано.

Моё детство прошло в одном из южных поместий герцогини Криг. Юг королевства по климату значительно мягче, чем в той же столице. Да и море, что впитывает в себя за летний период тепло солнца, после щедро отдает его этому краю. Больше солнца, ярких красок и зимы коротки настолько, что не успевают надоесть и выстудить дома и души.

Огромный дом с колоннами из слегка желтоватого камня, с окнами увитыми лозами диких магелий, что цвели почти круглый год ярко-алыми крупными цветками, издавая нежный запах, который усиливался по ночам. Внутри пара десятков комнат с богатым, но не вычурным убранством. Приветливые слуги, тишина и много тепла и света. Поместье было огромным. Тут был и сад, и даже зверинец, в котором вольготно жили многие представители фауны Шалиона.

До сих пор улыбаюсь, вспоминая те чувства, что дарил мне дом — именно так мне тогда казалось, что это место моё и останется таковым навсегда. Ах, если бы!

Я росла в сытости и уюте, ну и до определенного времени даже не подозревала, что сильно отличаюсь от других. Нет, отметину на лице я видела, только не считала это чем-то страшным. Ведь взрослые молчали, а маленькие дети прислуги не пытались как-то задевать воспитанницу самой хозяйки.

Мир был прекрасен. Я росла, будто маленькая принцесса. Огорчало лишь, что мои няни и учителя менялись каждые полцикла, а то и чаще. Тогда я не понимала почему и только когда выросла осознала, что таким образом меня пытались оградить от привязанности — малышам свойственно считать мамой тех, кто о них заботится.

Воспитания я получала разностороннее, основательное и явно полагающееся только аристократии. И разумеется, со временем мне дали объяснение всем тем несоответствиям, что я начинала осознавать — пусть мой мир и был замкнутым и ограниченным пределами поместья, книги-то никто не запрещал. Да и люди вокруг не всегда видели, что маленькая девочка прячется где-то рядом, когда они обсуждают что-то, что хозяйка запретила говорить при мне. Когда мои расспросы стали особенно настойчивыми, об этом сообщили герцогине.

И мне поведали о том, что я проклята и только потому, что Верховная некогда была знакома с моими родителями, она решила позаботиться обо мне. На естественный испуг и непонимание после таких заявлений, заверили, что моя судьба не так ужасна, как у других и я, пусть и проведу свою жизнь здесь, но не буду ни в чем нуждаться. И, конечно же, найду себе любое занятие по душе. Я была ребенком и отсутствие некой мифической возможности иметь семью и детей тогда меня не волновало нисколько. Зачем нервничать, Её Сиятельство позаботилась обо всём.

Ведь у меня же было всё!

Ведь было же! Целый маленький мирок, который создала мне герцогиня. Вопрос лишь зачем? Но тогда я об этом и не сильно задумывалась.

Тира Валенсия представлялась мне этакой непогрешимой и прекрасной дамой, пред которой преклонялись все обитатели поместья и редкие гости из окрестных поселков, в основном поставщики всяческих необходимых продуктов и прочих благ, ну и врачи или учителя, что приезжали из соседнего городка или даже из самой столицы. Гостей, как таковых у нас не было.

Безупречная во всем: в одежде, прическе, манерах. И недоступная, как Дева Гор из сказки. Как же я жалела, что мне никогда не быть похожей на нее. И что она не моя мамочка.

Её Сиятельство приезжала не часто, но порой оставалась на декаду и больше. В такие дни она много со мной общалась, проверяла мои знания. этикет и прочие умения: музицирование, танцы, верховую езду. Уже в пять полных циклов я бегло читала и говорила на трех языках. Позже мне приказали учить ещё веды, хотя я ума не могла приложить зачем мне знать язык ведьм. Но я не могла, да и не хотела огорчать мою обожаемую опекуншу и наставницу.

Я училась прилежно, росла сильной и на редкость здоровой девочкой. Пока однажды мой столь тщательно охраняемый покой не рухнул. Как обычно, из-за сущей случайности. Хотя сейчас-то я понимаю, что это был лишь вопрос времени.

Мне было почти одиннадцать — время бурного роста и любознательности. Тело словно взбесилось, вытягиваясь и перестраиваясь, постепенно подготавливаясь к превращению из маленькой девочки в девушку. Тогдашняя гувернантка Терси удивленно говорила, что в этом я бью все рекорды и думала, что мне предстоит стать очень высокой. Не сбылось — ранний бурный рост закончился также быстро, как и начался, а мне не суждено быть рослой красоткой. Но это всё потом.

А тогда, стояло лето, герцогиня отсутствовала, играть с детьми горничной и поварихи становилось откровенно скучно — они-то не умели даже читать и со временем разрыв в образовании становился слишком явным. Нет, я не зазнавалась, просто ограничивала общение с ними лишь подвижными играми, предпочитая разговаривать о чем-то интересующем меня только с педагогами и гувернанткой. Но взрослые соблюдали правила и явно о многом умалчивали, а мир за пределами манил своей непознанностью.

И, конечно, я мечтала на него посмотреть. Хотя бы на то, что находится рядом, буквально за периметром поместья. Не позволяли.

Но упрямство у меня видать в крови, и хоть я и была достаточно послушным ребенком, если какая-то идея посещала мою головку, то выбить ее оттуда никому не удавалось. А стало быть, способ ее реализовать я найду, а потом пусть ругаются.

Я ведь ненадолго.

Вот только со мной обычно кто-то был на прогулках, но ведь всегда есть возможности, правда? Вот и я искала. И нашла.

Рассветы летом такие ранние… А что если подняться затемно и сбежать на пару-тройку часов? Никто и не заметит, а я же знаю, как проникнуть на конюшню и незаметно вывести свою Ренки из стойла. Да и оседлать её сумею.

Сказано-сделано. Старик Дарьен, что спал на соломе, даже не пошевелился, когда я вывела каурую. Плевать, что я в платье в мужском седле — кто ж видит! Я, как заправский конокрад, обмотала копыта кобыле тряпками, что приготовила с вечера — чтение книг приносило свои плоды. Эйфория от собственной смелости буквально распирала. Теперь ведь можно пробраться к морю, оно же всего в десяти лигах отсюда. До сих пор я там не была, плавая только в озере, что находилось в пределах этой охраняемой территории. Кстати, о том, что придется пройти охрану, в том числе магическую, я, разумеется, знала. И подготовилась уже давно.

Помог случай, что произошел ещё полгода назад, когда одна из горничных потеряла артефакт, который позволял проходить на территорию. Говорили, что сильный маг, что устанавливал защиту легко бы мог отыскать пропажу, но где его самого искать?

А сообщать хозяйке откровенно побоялись, посчитав это не столь существенным и со временем об этом случае забыли. Горничной, конечно, влетело от управляющего, но камень так и не нашли, хотя и искали.

Они не нашли. Я не крала его, нет таких мыслей даже не было. Просто моё неуемное любопытство и случай сыграли свою роль — камень отыскался закатившимся под спинет, который я отодвинула, когда во время музицирования с пюпитра сорвались ноты и улетели прямиком под инструмент. Ну, я сама туда и полезла, а когда поняла, что мне попалось в руки, то просто не смогла себе отказать в желании рано или поздно воспользоваться таким подарком судьбы — запретный плод сладок.

Знала бы, чем кончится эта моя вылазка…

До моря я добралась без проблем. Покинула территорию по едва заметной тропе, которой пользовались слуги, чтобы быстрее добраться до ближайшего поселения, никому не попавшись на глаза. Я наслаждалась новыми пейзажами и собственной смелостью. А уж когда открылся вид на морской простор, сердце сделало кувырок и от восторга чуть не остановилось! Солнце уже окрасило небеса в алое и волны, что предстали моему взору, приобрели оттенок фиолетового. Такого я не видела ни на одной картине. Белый песок, кружащиеся чайки, теплый ветер. Я была очарована и совсем ничего не замечала вокруг, даже не оглядывалась по сторонам.

Спешилась и радостно носилась в полосе прибоя, взметая легкую юбку, что уже намокла окончательно. Восторг свобода! Я без стеснения визжала подставляя ладони набегавшим волнам, наплевав на испорченную одежду — какая разница за сколько проступков получать нагоняй уж если попадусь?

Глумливый окрик резанул по слуху. Обернулась испуганно и замерла не понимая, что происходит.

Их было пятеро, взрослые и явно нетрезвые мужики. В то время я уже сильно вытянулась и была почти что такого, как сейчас роста, волосы от быстрой скачки давно растрепаны и сейчас ветер закинул их вперед, буквально прикрыв мне лицо, мокрый подол облепил ноги. Да и солнце, что уже поднималось над краем воды, сейчас светило из-за спины, не спеша выставлять на показ мою непрезентабельную внешность и возраст. Хотя, не думаю, что тогда кому-то до этого было дело.

Они подходили всё ближе, недобро ухмыляясь. Страшные, небритые, одетые небрежно и явно недружелюбно настроенные. Точнее, очень с определенными намерениями — это я их не умела тогда распознать, но что со мной не просто так идут познакомиться, я все же поняла.

— Какой подарок принесло нам море, парни! И не надеялись, что утро окажется столь добрым, — улыбался щербатой улыбкой уродливый бородач. От его тона у меня по спине побежал холодок.

— Да, Бен, а ты расстраивался, что не успели с теми шлюхами покувыркаться!

Темнейший на нашей стороне, не иначе. Жаль пришлось так спешно уносить ноги из Беринты, но что поделать, коль Её Величество так невзлюбило благородных корсаров, — хохотнул рыжий здоровяк и хлопнул бородатого по спине, продолжая двигаться в мою сторону. Не спеша, явно уверенные, что никуда не денусь. Живя на природе в уединении, я все же была немного знакома с неприглядной стороной мужского внимания — книги и чужие разговоры просветили о многом, жаль ума и осторожности прибавили маловато. Только это же всё было где-то там на бумаге, или в запретных перешептываниях молоденьких горничных. Но ступор от непонимания происходящего отступал и внутри меня все буквально кричало об опасности. Да только куда было бежать? В море? Но далеко ли я уплыву?

Сделала шаг назад, под довольное улюлюканье распаляющихся мужланов, которые подбадривали себя пошлыми словечками и обещаниями того, что они собираются сделать со мной.

— О, беги, милашка, так даже интереснее, — донеслось до меня.

Машинально откинула волосы с лица и попыталась рвануть в сторону оставленной мной кобылы, что стреноженная щипала травку за линией песка.

— Сука! Да она меченая… — и это были самые теплые из последующих эпитетов.

— Лови тварь, парни, и ртом поработает, жаль, что только так…

Смысл слов не доходил, но ужас от перекошенных рож и приближающихся все ближе здоровенных детин, похожих сейчас больше на зверей, что-то всколыхнул внутри. Я бежала, дергалась и отбивалась от хватавших меня рук.

Удар по лицу и я машинально вскидываю ладони в защитном жесте.

И с них льется огонь, охватывая голову насильника. Вижу его распахнутые от неверия и ужаса глаза. Слышу дикий вой и меня резко швыряют на песок. А я сама не зная, что делаю, изворачиваюсь и направляю руки в сторону нападавших. С пальцев срываются Огненные шары и попадают в цели.

Это была инициация. Магический выброс был на порядок сильнее, чем я в принципе способна — именно так и случается в первый раз, когда энергия годы копилась не имея выхода и активировалась спонтанно, в момент потрясения и опасности.

Моя магия убила их всех. Легко, на одних инстинктах. И это в неполные одиннадцать, и при абсолютном неверии от того, что со мной происходило, и от непонимания за что эти жуткие нелюди так…

Наверное, даже хорошо, что я просто выключилась после такого выброса силы. Так или иначе, а нашли меня слуги и перепуганная охрана поместья лишь спустя какое-то время. Потом мне говорили, что когда меня хватились, то искали ещё пару часов. В общем, я долго была в забытьи.

Результатов моей вспышки, к счастью, я не видела — тир Маир, начальник охраны лично унес меня на руках, не позволяя повернуть головы. Да я и не могла, измотанная и раздавленная случившимся.

К вечеру началась лихорадка, которая чуть ли не впервые свалила в постель, в которой я и металась в полубреду вплоть до приезда тиры Валенсии. Она-то, впрочем, быстро меня поставила на ноги — её сила и волшебные зелья бесподобны, этого не отнять. Да и психика видать у меня оказалась крепкой, потому что долго рефлексировать я не стала, постаравшись быстро принять случившиеся и начать осваивать новые возможности, что обещала мне магия Огня.

Вот только жизнь моя после всего этого перестала быть такой, как прежде.

Я никогда не видела, чтобы всегда спокойная Верховная ведьма, была так взволнована.

— Я очень надеялась, что тебя это не коснется, Селения, — сказала она, когда я окончательно встала на ноги. — Но теперь я больше не имею права укрывать тебя здесь. Рано или поздно кто-то проговорится… Закон един — ты маг, а стало быть должна учиться в столице и служить короне. И тут я могу лишь попытаться тебя немного подготовить, полгода у нас есть точно.

— Но ведь это же хорошо, Ваша Светлость! — недоумевала я, едва не прыгая от сдерживаемой радости. Я же попаду в Резию — это ли не счастье? — Я ведь смогу колдовать и приносить пользу Северу, разве нет?

— Разумеется, дорогая, — тонкие пальцы погладили меня по щеке, той что уродовала печать. Мне показалось. или они слегка дрожали? Да нет, показалось, конечно.

А дальше был ещё год, который, как я подозреваю, моя опекунша буквально вырвала для меня, чтобы хоть как-то подготовить свою подопечную совсем к другой жизни, что ждала за воротами поместья.

Меня вновь учили, только теперь к привычным занятиям прибавилась магия, а ещё появился метр Душан — наставник по фехтованию и прочей физподготовке.

О, вот тут нельзя было позавидовать не ему, не мне. Я была безнадежна. Почти.

Но, похоже, тира Валенсия редко ошибается и уроки уважаемого метра принесли таки свои плоды. Правда не сразу, а спустя море слез, падений, порезов и синяков.

Как бы ни было, но когда в двенадцать за мной явились люди в форме королевских цветов, чтобы отправить в столицу, уровень мой был уже неплох. Я же гордо прикрепила к перевязи свой саиф, что являлся подарком герцогини на день рождения и отправилась с замиранием сердца в новый для меня мир.

Сейчас, лёжа на жесткой постели с пахнущими щелочью и дешёвой отдушкой простынями, я с горечью вспоминаю ту девочку, которая исчезла безвозвратно за прошедшие десять лет. Всё же мы так легко верим в лучшее. Беспечность ребёнка, что почти не ведал бед, спрятанный от дующих холодных ветров Шалиона.

А тогда был один восторг от того, что впереди столько нового. И все страшные предупреждения о том, что мир состоит не только из добрых людей (ну, казалось бы, случай на море уж мог бы убедить хотя бы в этом), и что никто не обязан, да и не станет меня любить, а скорее наоборот. Но это лишь страхи. они хоть и казались возможными, но… Но, ведь я-то хорошая! И сильная, теперь сильная! А значит все эти гипотетические «они» обязательно это увидят и поймут…

Что «они» должны были понять, я толком не знала, но инстинктивно искала поддержки и, конечно же, тепла. Вот только реальность оказалась даже более жестокой, чем мне говорили.

Императорская школа в Резии, была одной из старейших на всем Шалионе. И кадры, надо отдать ей должное, готовить умела. Ещё бы, страна находится в кольце врагов, готовых порвать ее на лоскуты, при малейших признаках слабости. За восемь лет тут из юных отпрысков дворян делали настоящих воинов и магов.

Жестко, грамотно и с железной дисциплиной.

Ну да, правда, всё это действовало только в стенах самой школы. Что творилось в жилых корпусах или на территории, никого не интересовало. Я подозреваю, что нас даже специально стравливали, готовя к суровой взрослой жизни. Так сказать, естественный отбор. Особенно когда здесь появились меченые — мальчики и девочки для битья. Без связей, защиты и, как следствие, абсолютно никому не нужные. Как я уже говорила, мы просто ужасное предупреждение для чистеньких, пока не запятнавших себя дворян. Пример власти и милости к побежденным Ведьмы. Действительно, если таково её милосердия, какова же тогда ярость?

Конечно, проклятых было немного, в основном юноши-маги. Правда и девушки были. Держаться старались вместе, но вот незадача: все они росли в государственном приюте, специально созданном для таких. как мы. И да, девочек-ведьм могли приютить и вырастить в семьях, как дворяне, так и представители купеческого сословия — они ж пустышки, так что не возбранялось, а бпаготворительность поощрялась короной. Да только дар мог проснуться, как случилось со мной, но росли-то мы совсем в другой среде.

Разницу я почувствовала сразу — меченые были всегда настороже, успевшие с детства хлебнуть пренебрежения и унижений. Мне же это только предстояло и самое горькое, что и условно свои, тоже не спешили принимать такую «чистенькую», как мне в первый же день заявили.

Не хочу вспоминать через что пришлось пройти — даже самой себе жаловаться не привыкла. Хорошо, что хватило силы воли не сломаться и пусть внутри поселился холод, особой злости я не питаю — не к властительнице, что действовала сообразно представлениям, о том, как надо удерживать власть, не к малолетним снобам, что пытались самоутвердиться за счет слабых. Кстати о последних: к счастью, таковыми были не все. Но вот лучшее, что от молодых будущих офицеров в принципе могли дождаться меченые, это нейтральное отношение. Хотя очень редко, в глазах аристократов, в основном девушек, и проскакивало сочувствие.

Издевки, мелкие и не очень пакости, постоянное напоминание, что мы должны знать своё место. И это меньшее из того, что было. Противостоять могли единицы, или по крайней мере пытаться. Вот про того же Карса я много слышала, хотя к тому времени, что я появилась в школе, он ее уже заканчивал и, кроме того, что он успел перессориться со всей элитой будущих офицеров, знала, что он «заслужил» назначение в самую дальнюю дыру приграничья. Об этом шептались какое-то время, предрекая, что он скоро сгинет, как и многие до него. Да и после. Кстати, вспомнила я эту историю лишь попав в эту самую дыру и то не сразу, в Школе мы знакомы не были.

Формально, любой мог пожаловаться на обидчиков кураторам и преподавателям. И даже наказание непременно последовало бы, телесное в том числе, но вот потом…

Потом имевший глупость так поступить, мог реально пострадать — здесь же у каждого оружие и магия, которая у неопытных адептов так легко может выйти из под контроля.

В общем, для себя я сделала вывод, что раз магичка я так себе, то мой саиф должен стать продолжением моей руки. Не хочу быть слабой, даже если судьба раздала мне такие карты. Пусть будет блеф, но надо научиться выигрывать и с шестерками на руках.

Со временем привыкаешь. Живешь, учишься, огрызаешься, словно бешеная, скрываешь побои и остервенело тренируешься, чтобы стать сильнее.

А аристократы… Сотня лиц, которые я запомнила. Всех запомнила и разложила по категориям — вдруг придется все же встретиться после, так я уже усвоила, что люди редко меняются.

Особенно болезненно было узнать правду о той, которую почти боготворила. Меня быстро просветили, кому я оказывается обязана этой милой отметиной на лице. Да-да, именно Верховная собственноручно раздавала эти подарки — это сила ведьмы создала такой изощренный способ наказания, пусть и по заданию Её Величества. И имея власть, моя опекунша ничего не делала, чтобы не то что прекратить, но хотя бы смягчить участь таких, как мы. За годы учебы я видела Верховную редко, обычно на свой день рождения или праздники смены циклов, но не сомневалась. что ей обо мне известны любые мои поступки — мне порой даже мерещилась тень крыльев Тейта. Она, кстати, сделала всё, чтобы не афишировать наши отношения, предупредив меня еще по приезду в школу, что так будет лучше. И она была права, как, впрочем, и всегда. У меня, к счастью, хватило ума не высказывать свои мысли о ней, да и жаловаться на жизнь с просьбами о защите. Даже в голову это не пришло — уверенность, что мне точно ничто в будущем не поможет появилась, когда я поняла значение рун, что меняли мою внешность. А значит пора было привыкать к самостоятельности. О рунах я, конечно, спрашивала. И как уже упоминала, получила пространный ответ, о неких серьезных проступках моего рода, что грозило мне смертью уже за одну принадлежность к этим мятежникам и схожесть внешне сыграла бы на руку врагам.

В общем, я попыталась засунуть поглубже обиды и жить дальше, но при этом училась ненавидеть. Правильно ненавидеть, так, чтобы не становиться озлобленной на весь свет, но разграничив неприемлемые для себя вещи. Уметь не только их различать, но хотя бы игнорировать, если нельзя бороться. Помня, учась и ожидая.

Получилось не сразу, хотя флёр наивности с меня слетел быстро, но душа ещё долго не желала становиться грубой.

Но и тут случай помог нарастить панцирь. Мерзкая история, не оставляющая место ИЛЛЮЗИЯМ.

Нелин. Она была моей подругой. Единственной подругой в этой преисподней. Такая же, как и я ведьмочка с проснувшимся даром Воды. Добрая милая девушка, выросшая в семье очень любивших ее опекунов. Тонкая, со светлыми глазами и шикарной гривой золотых волос. И очень нежным сердцем.

Которое разбили.

Мы волею судьбы оказались одногодками и почти все восемь лет были вместе, помогая друг другу пережить и не сломаться. Только последние два курса — это сплошные практические рейды, в которые нас ставили порознь. Не уберегла…

Сжимаю кулаки и закусываю губы, глубоко вдыхая через нос, чтобы унять вспыхнувшую боль в душе. Прошло уже два года, но эту рану залечить не удается.

Усилием воли заставляю себя переключиться на то, с чего начала это самокопание — герцогиня. Я вновь пытаюсь прокрутить в голове все, что с ней связано и все равно не понимаю, зачем я еду в Лавер.

Последняя наша встреча прошла совсем не так, как я думала. Я была так подавлена, что готова была на любые самоубийственные шаги, лишь бы отдалиться навсегда от мира высокородных мерзавцев. Да и сейчас я не в восторге от них, но у меня было время подумать и многое пересмотреть. Преимущество приграничья — время для размышлений появляется между дозорами, как и душевный комфорт, как это ни странно звучит о службе в таком месте. Но всё познается в сравнении. когда тира Баленсия пригласила меня для разговора перед окончанием Императорской офицерской школы, я была не готова ее видеть. Но вбитая годами привычка, молча выслушивать тех, кто сильнее и только потом действовать, сообразно обстоятельствам, позволила не наговорить гадостей с ходу. Иначе не представляю, чем бы это для меня кончилось — Нелин бы это не вернуло, это точно.

Я с долей удивления узнала, что Верховная ковена Севера, выбила для меня возможность остаться в столице — да о таком не мог мечтать, не то что меченый, но даже аристократ, что тоже должен был послужить родине, хотя бы для вида. Вот только я отказалась в весьма категорической форме.

Ожидала гнева, грома и молний, но ответом мне был спокойный взгляд темных глаз и долгое молчание. Затем герцогиня просто поднялась и сказала:

— Хорошо, будь, по-твоему. Я не стану тебе мешать, Селения, — шагнула ко мне и задержавшись совсем близко, словно что-то ища в моем лице, проронила, прежде чем отпустить, — Береги себя.

И всё.

А потом был Весегонский форт и полтора года полной тишины, будто меня и не существовало для тиры Криг. Поэтому сейчас я недоумевала над тем, что происходило.

Сев на смятой постели, в которой я проворочалась уже битых пару часов. я окинула взглядом стол с подносом, на котором стоял давно остывший ужин. По приезду особо есть не хотелось, думала, что устала настолько, что сразу усну, но не вышло.

Сейчас идея поесть показалась заманчивой.

Легкий взмах рукой и блюда уже исходят паром — как же классно быть магом Огня, такие приятные мелочи умеют упростить жизнь.

Ночной жор оказался хорошим снотворным, настолько, что с утра меня долго выковыривали из забытья, стуча в двери, вопя и требую куда-то ехать, а я посылала всех к Темнейшему и желала этим неугомонным всяческих кар в его чертогах. Но там был Карс, а значит, графин с водой пролевитировав со стола был безжалостно вылит мне на голову. И плевать, что комната на замке и под моей защитой — чихал этот одаренный на таких магичек.

Бездна, да что ж я такая беспечная, ведь знала с кем ехала. Не могла вылить заранее, бестолочь.

Просушив постель и одежду, и пообещав кое-кому припомнить, я все же оделась, прихватила свои вещи и отправилась в путь.

Сегодня день обещал быть погожим, а значит дорога легка. Хотя весь день в седле не каждый осилит, но что это за беда для стражей границ? Разговаривали мы мало, после утренней легкой перебранки Карс вновь впал в свое состояние — я весь такой холодный и сосредоточенный на деле. Мне тоже было о чем подумать. Так что путь прошел в основном в молчании. Братья Дерис словно коршуны поглядывали по сторонам, не выпуская арбалетов из рук, будто здесь не мирный тракт, а всё та же граница. Но, береженого хранят боги. Останавливались только перекусить, да по нужде и ещё до захода солнца горы чуть приблизились, четче выступая из голубой дымки и вскоре показались первые домики предместий. К закату мы въехали в Лавер.

Это был довольно большой и красивый город, его по праву считали главной обителью ведьм — так сложилось, что рядом с ним были места силы и священная Лаверийская роща, в чаще которой росли нужные для ворожбы и зелий травы, ну и источник с водой, что лучше всего подходила для тех самых снадобий.

А также именно сюда молодые ведьмы приезжали в день середины лета, в надежде заполучить себе костара. Эти разумные птицы слетали с гор Сентерины и буквально заполняли рощу, закрывая огромными крыльями лазурь небес, когда парили все вместе. Фамильяр сам делал выбор, хотя из известных критериев была лишь сила, но и она не гарантировала, что эти удивительные создания захотят разделить свою жизнь с носительницей дара ведающей.

Вот про нынешнюю наследницу говорили, что ей пока не посчастливилось обрести свою птицу И это было странно и не могло не беспокоить — будущая Великая Ведьма не настолько сильна? Или есть ещё какие-то причины? Гадали многие. Мне правда до всего этого дела не было — тут просто выжить бы, а не решать подобные задачи.

Перед гостиным двором, что считался в Лавере самым шикарным и носил гордое название «Ведьма и Корона», мы спешились, бросая поводья и монетки подбежавшим навстречу мальчишкам. Я окинула взглядом вход, собираясь сделать шаг туда, где меня ждали, согласно указаниям. В этот момент мне на плечо легла рука. Я знала, что мои спутники у меня за спиной, поэтому не волновалась и не спешила отбиваться, как сделала бы в любой другой момент — всё же установку вести себя по-светски я выполняла. Ни к чему пугать население своим диким поведением — они и так к нам относятся, мягко говоря, скверно.

— Прости, Ния, — Карс убрал руку сразу, как только я повернулась. Его холодные глаза пробежались по моему лицу. — Слышишь, мелкая, просто запомни: если с тобой что-то случится, мы с ребятами пока будем рядом, только дай нам знать.

Огнем, что-ли шарахни, хоть как-то…

На душе стало чуть теплее. Надо же, волнуются. Честно говоря, не ожидала, мы ведь всё время ходили по краю и кроме совместной дурости и службы, держались особняком. Просто знали, что не стоит привязываться к кому-то, любой дозор может стать последним…

— Что со мной будет? — натужно усмехаюсь в ответ. Бравада, конечно, в душе словно шарки в салки носятся. — Кому я нужна, дальше границы не сошлют. — Ещё одна усмешка под его тяжелым взглядом. — Но я буду это помнить, дозорный, — короткий кивок ему и молчаливым ребятам.

Все, время вышло.

К нам навстречу уже выходит молодой офицер, Карс отдает честь, рапортует и протягивает приказ.

— Прошу вас, тира Селения, — салютуют уже мне, как и я в ответ. — А вы, господа, можете быть свободны и возвращаться в форт.

Я не оборачиваюсь. Оказывается прощаться — это больно.

Глава 5. В чужой игре

Если насилие — это правая рука политики, то хитрость — её левая рука.

Пьер Буас

Зло, точно волна, ударяет о берег и возвращается назад.

Генрик Сенкевич

Лавер. Гостиница “ Ведьма и Корона”.

Селения «Ведьма и Корона» была гостиницей высшей категории. Войдя в холл и оглядевшись вокруг я особо остро почувствовала, что мой прочный, но не отличающийся изысканностью дорожный костюм покрыт пылью, а сапоги и вовсе хранят следы влажной глины — дорога днем слегка подтаяла на солнышке и раскисла, а слезать с лошади все же приходилось. Легко ощутить в таком месте себя чем-то инородным: богатая отделка интерьера, персонал вышколенный, охрана и коридорные в фирменной одежде. Да уж, если и были у меня какие-либо сомнения по поводу персоны пожелавшей увидеть меня, то теперь они развеялись окончательно: такую роскошь вряд ли себе позволил бы кто-то из простых вояк.

Офицер, что принял у Карса приказ, очень вежливо предложил мне следовать за ним, что я и сделала, разумеется. Меня проводили наверх по лестнице, чьи перила и балясины представляли целое произведение искусства, перевиваясь дивными позами и цветами, поблескивая темным лаком. Я невольно залюбовалась — это ж сколько сил потратил мастер?

«Отвлекаешься, матушка?» — спросила саму себя. Признаваться самой себе в том, что немного робею, словно снова оказалась маленькой девочкой, не сильно приятно.

Наконец мы достигли входа ведущего в апартаменты. По бокам от створок застыла охрана и это было немного странно — Верховная ведьма ковена Севера слишком сильна и я не припомню, чтобы она привлекала кого-либо к делу сохранения ее сиятельной персоны. Сопровождавший меня мужчина кивнул стоявшим на посту и открыл передо мною двери.

— Прошу, тира, Её Сиятельство тира Криг ожидает вас, — он отвесил мне поклон и придерживал дверцу пока я не вошла, тут же закрывая за спиной, словно отрезая пути отхода.

Нет, я и так никуда не сбегу, даже если бы очень хотелось. Сомневаюсь, что меченым вообще куда-то можно было бы уйти. Мы все на привязи и только от милости короны будет зависеть длина поводка.

Тира Валенсия сидела в пол-оборота ко мне в глубоком кресле, глядя в окно, которое, как ни странно было открыто, несмотря на холод на улице. Хотя эта загадка разрешилась почти сразу: в просвет влетел костар, неся на своих крыльях снежинки вновь набирающей обороты метели. Огромная птица невзирая на размеры бесшумно и грациозно приземлилась на подлокотник кресла и замерла, лишь на долю секунды удостоив меня взглядом. Ну, и пожалуйста. Тейт. А вот я скучала. Хотя не знаю… наверное, просто хотела вернуться в детство.

Знаю, что не судьба.

— Прикрой окно, девочка, зима нынче рано пожаловала, — голос прозвучал так знакомо и с такой усталостью. Верховная по прежнему на меня не смотрела, лишь поглаживала по голове и перьям Тейта.

Я проследовала к окну, быстро захлопывая и поворачивая рычажок на раме. И только после этого повернулась к тире Валенсии, буквально заставляя себя посмотреть ей в лицо.

И чуть не отшатнулась от увиденного. На меня смотрела совершенно вымотанная и осунувшаяся пожилая дама, с посеревшим от усталости лицом, а в глазах… В глазах, что сейчас буквально препарировали мою скромную персону горело ведьмино пламя, пугая и выворачивая душу своей потусторонней зеленью.

— Здравствуйте, Ваше Сиятельство, — выдавила я из себя, усилием воли разрывая этими словами контакт с той бездной, что смотрела на меня. — Чем обязана удовольствием видеть вас?

Внезапно тира усмехнулась, слегка растянув губы.

— Храбрая и безрассудная девочка. Это неплохо, будет легче..- произнесла она.

Потом подняла руку и указала жестом на кресло напротив. — Присаживайся, Ния, разговор будет долгий.

Я лишь приподняла удивленно бровь и послушно заняла предложенное место, пусть и сидела, словно не в мягком кресле, а на муравейнике. Её Сиятельство же молчала, повернув голову к окну, за которым уже сгущались сумерки.

Интересно, мои дозорные все ещё здесь или не рискнули нарушить приказ и мчат сейчас в ночь и метель в сторону форта? Нет, если ребята сказали, что будут ждать сигнала на случай опасности, то этим бедовым указы не привыкать обходить. Хотя, интуиция мне подсказывала, что их помощь не потребуется. Или не поможет.

Впрочем, дорогуша, с чего у тебя вообще столько мыслей на свой счет? Кому ты вообще сдалась?

А кстати?

Я перевела взгляд на надолго задумавшуюся тиру и почти уже собралась задать вопрос, как та заговорила сама:

— Хорошо бы успеть в Северную Корону до рассвета, Селения. Тебя не должны увидеть, а ждать ещё сутки уже небезопасно, — вздохнула герцогиня, говоря странные вещи. Я удивленно уставилась на нее, а та лишь отмахнулась. — Конечно, ты не понимаешь. Двое суток назад, на наследницу престола было совершено покушение. Дерзкое и чудовищно изощренное. Настолько, что оказались бессильны и магия и даже силы Великой Ведьмы.

Наверное, я побледнела, потому что тира Криг понимающе хмыкнула. Да, от таких признаний напрашивались сразу несколько выводов: во-первых, такое нападение, насколько я знаю историю королевства, почти нереально, поскольку защита у королевской крови непробиваемая, не то давно бы перебили. А значит кто-то прибег к единственному из возможных вариантов… Но, как, шарки их задери, такое могли проморгать? Вопрос вопросов. И, во-вторых, за каким лядом это сообщается мне? С такими знаниями долго не живут, коли не имеют высший доступ к самим королевским особам. Или Агния Таарская уже мертва, тогда и секрет не секрет. Все равно скоро начнется полный хаос в стране. Вот только на вопрос о моей причастности ко всему этому, такая жуткая версия не отвечает.

— Как такое могло произойти, Ваша Светлость? И какое это имеет ко мне отношение? — я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно. Тира снова слегка улыбнулась одними губами, глаз улыбка вовсе не касалась.

— Правильные вопросы, Ния. Я рада, что последний год тебя не сломал, а лишь пошел на пользу. О, не морщись, я прекрасно знаю твои мысли. И нет, я всегда присматривала за тобой, девочка. Просто не желала тебе мешать — мы закаляемся и взрослеем. лишь узнавая жизнь с разных сторон. А приграничье выдает ускоренный курс, раз тебе пришлось выйти за ворота поместья в Волозии. Впрочем, ты и сама могла бы прийти к этим выводам, если бы оставила в прошлом обиды.

Хотя ты не виновата, у тебя не было нужных сведений, а у меня выбора, — вздохнула ведьма. — Но это все пустое, Ния. Так вот, отвечу на твой первый вопрос: те, кто провернул покушение, готовились к этому не один год. Ты ведь знаешь, что кровь Таарских почти ничем не взять? Кроме ритуала «Жертвы рода». Помнишь о чем речь? — она вопросительно уставилась на меня.

Да, я прекрасно всё помнила, думаю, каждый дворянин в Шалионе знает про эту жуть, изобретенную несколько столетий назад, только выполнить условия такого изощренного ритуала не просто сложно, но и фактически невозможно, особенно тайно, когда в стране почти за всеми тайно наблюдают, боясь мятежей и предательств. Чтобы создать смертельное проклятие такой силы, маг или ведьма должны принести в жертву как минимум десять собственных ближайших родственников, притом этим бедолагам пойти на смерть надобно по доброй воле.

Да и сам заговорщик погибнет в момент активации проклятия. Думаю, кто изначально изобрел такую гадость говорить не надо? Естественно молонцы — только их черная магия могла дойти до такого. К счастью, даже в тот единственный раз, когда «Жертва рода» была применена, у тогдашней правительницы уже была наследница, правда, та была ещё юной и не успела принять дар от матери в положенный возраст, но это не помешало ей удержать страну. Пришлось, конечно, выйти замуж, если мне память не изменяла, всего в четырнадцать полных циклов, но Север она держала в руках крепко.

Но это я увлеклась историей, а герцогиня ждет моего ответа.

— Разумеется, я помню, Ваша Светлость, но ведь сложность проклятия почти не оставляет шанса на исполнение.

— О, это оказалась месть, Ния. Изощренная и неподдающаяся пониманию по своей жестокости. Ты ведь слышала про то, что должен был начаться отбор?

Я лишь кивнула, а тира продолжила, рассеянно поглаживая Тейта.

— Наша служба безопасности работает неплохо, Селения. Но всего предусмотреть просто невозможно, — вздохнула она. — Незадолго до твоего рождения уже была одна серьезная попытка уничтожить законную власть Севера. Сейчас эту историю мало кто помнит, да и тем оставшимся постарались объяснить, что болтать об этом себе дороже. В общем, некая группа аристократов была настолько не в себе, что совершила довольно серьезную попытку убить Корнию. Они связались с кем-то за пределами страны и достали очень мощные артефакты, в надежде, что в совокупности со взрывом, который они готовили, Ведьму Севера все же удастся отправить к Великой на покой. Но просчитались. Тогда действительно на воздух была поднята южная башня Короны Севера. Народу погибло — не счесть, — тира Валенсия покачала головой и добавила зло. — Да только у Корнии Таарской такая защита, что этим сосункам слабо. Герлея жаль, принц-консорт пережил уже несколько покушений попроще, но тут Её Величество из него все силы вытянула, чтобы выжить самой. Вот так-то, девочка. Ну, а Агнии не повезло. Теперь враги учли ошибки прошлого и не трогали ту, что непосредственно, по их мнению, была виновна во всех бедах, — Валенсия снова окинула взглядом недоумевающую от свалившихся на голову опасных откровений меня и усмехнулась, вполне искренне.

Потому что даже глаза ведьмы немного притухли и взгляд смягчился. — Удивляешься? — правильно интерпретировала она мой молчаливый, но озадаченный вид. — Ничего, скоро поймешь, — прозвучало это обещание для меня как-то угрожающе. Мне вот, честно говоря, совсем не хотелось знать, все то, что так упорно сейчас рассказывали. Но когда кого-то интересовали мои желания? Вон, мне с самого начала признались, что моя свобода поехать служить в приграничье, на самом деле свободой, даже относительной не была. Досадно. до звезд перед глазами, но… Терпим, Ния, терпим. И слушаем. Потом подумаешь. — Так вот, — невозмутимо продолжила тира Криг хотя мои мысли, похоже, для нее открытая книга, — После смерти стольких подданных и мужа, Корния, как с цепи сорвалась, — совсем неполиткорректно заявила герцогиня. — Репрессии прокатились по стране и не скажу, что все, кого они коснулись поголовно были виноваты. В общем, нашелся один сильно обиженный, как теперь оказалось на всю голову. Наверное, граф тир Ранель Дроше был и вправду сумасшедшим. Во всяком случае, одержимым, однозначно. Да только никто и не подозревал о его мании. Ведь подумать только, — тира возмущенно покачала головой, — больше двадцати лет готовиться, ни себя, ни детей не пожалеть. И всё ради мести. Корния тогда после взрыва отправила на плаху целый род магов, что участвовал в покушении. Они и вправду погрязли в заговоре, как мухи в меду. да вот только среди них была молоденькая и ни в чем неповинная будущая невеста и пламенная любовь графа Дроше. Официально они не были помолвлены и именно поэтому их отношения ускользнули из поля зрения дознавателей. Девочку, по сути, казнили лишь за принадлежность к роду предателей, посчитав, что клеймить печатью уже поздно, — в голосе Верховной сквозили нотки неподдельного сожаления. — Тогда Корнию было не остановить…

Но, так или иначе, наш граф просто поставил себе цель жизни и так как он был одиночкой, то и вычислить его было почти нереально. Дроше служил дипломатом и много времени проводил в разъездах. К нему, как и к другим посольским. всегда было повышенное внимание безопасников. И подозрений он, надо сказать, не вызывал. Ну да, любил женщин, ну жена его умерла родами, а так среднестатистический ничем особо не выделяющийся гражданин, вполне лояльный короне. Не зря говорят в народе про тихий омут… Наш безумец все эти годы готовил ритуал. Семья у него была богатая, даже очень и в средствах он не нуждался. А стало быть вести тайную жизнь было на что, при определенной сноровке. Этот мерзавец за прошедшие годы находил молоденьких проституток, привозил их в своё тайное гнездышко и долго и со вкусом пользовал, пока те не беременели.

После оставлял до самых родов, а когда те разрешались от бремени, просто от них избавлялся. Его нору нам ещё предстоит отыскать, но то что это не в нашей стране, это точно. Хотя мы уже предполагаем где. В общем, десяток деток выросли у чудовища в подвале, не видя света, а лишь ласку любимого папочки, который был для них всем. И пожертвовать собой эти несчастные были просто счастливы, тем более, что не понимали сути, а лишь были согласны на всё о чем их только просит их персональный бог. — Последние слова тира Валенсия выдавала уже почти рыча.

Я содрогнулась от ужаса и отвращения и невольно закрыла рот, чтобы не вскрикнуть, так ярко мне рисовалась картина произошедшего. Но герцогиня безжалостно продолжала, сверля меня глазами. — Этот подонок — да сожрут шарки в чертогах Темнейшего его плоть и душу — и сам положил свою никчемную жизнь на алтарь, зная, что умудрился и в реальном мире воспитать своего последователя — своего наследника, красавчика Этьена, что видать был таким же психом, раз согласился пойти на такое. А Агния — молодая дура, что готова была прыгнуть на любого смазливого мерзавца. Допрыгалась, — Валенсия на миг уронила лицо в ладони, сдавливая пальцами лоб и виски. Видимо напряжение и усталость давали себя знать. — Именно Этьен Дроше, лежа в постели с наследницей трона и рассказал ей страшную историю, медленно активируя убивающее Агнию проклятье и сам умер счастливым, зная, что её уже ничто не спасет. Как и род Таарских. Он ведь был уверен, что дочь успеет ещё поведать мамочке кто и за что с ней так поступил и делал всё медленно и аккуратно…

Верховная ковена Севера. говоря последние слова привстала и нависла над невольно внутренне поджавшейся мною. По спине уже давно ледяными стадами бродили мурашки ужаса, а сердце отстукивало ритмы Серентийских барабанщиков.

— Что, страшно? Это правильно. Ты и должна бояться, но не трусить! Понимаешь разницу? Потому что я тебе ещё не рассказываю всех деталей, щадя твою психику, а их было много, поверь. И каждая последующая гнуснее предыдущей, — она внезапно протянула ладонь и схватила меня за подбородок, поднимая моё лицо и заставляя глядеть в глаза. — Этот мир никогда не оставит в покое королевскую кровь и ни перед чем не остановится, чтобы уничтожить Север. НИ ПЕРЕД ЧЕМ!

Запомни это хорошенько, Селения Таарская!

Если я думала, что меня уже ничем нельзя шокировать, то оказывается я наивно забпуждалась. Из перехваченного спазмом горла только и смогла выдохнуть сдавленное: «Что?»

— Закон о близнецах — дар Великой ведьмы неделим. — прозвучал мне неожиданно тихий ответ. Валенсия тяжело опустилась обратно в кресло. сповно истратила последние силы. А я лишь качала головой из стороны в сторону в жесте отрицания — принять такое я просто физически не могла. Ведьма дала мне несколько секунд, а после с обычной отстраненностью, что вернулась на ее лицо протянула мне небольшую круглую миниатюру, которую я машинально взяла в руки. — Надеюсь, Ния и в Весегонской глуши ты хоть иногда читала «Вестник Севера» или Резийскую «Звезду», и тебе знаком портрет наследницы королевства?

Конечно, изображенную девушку я знала. Точнее, её все знали. Агния Таарская была признанной красавицей, только презрительно снисходительное выражение лица производило не самое приятное впечатление. Пока пыталась собрать мысли в кулак и хоть что-то ответить, мне на затылок легла рука и шею обожгло резкой болью. Я невольно зашипела, больше удивившись проворству Её Светлости, чем самому действию. Моё лицо вновь повернули, но теперь в другую сторону, туда, где напротив, оказывается. стояло огромное зеркало. специально выставленное так, чтобы отсюда все видеть. Герцогиня явно готовила сцену… И не прогадала.

Я совершенно ошарашенно смотрела на отражение, просто не веря и даже повторяя про себя, что это точно сон, и я вот-вот проснусь.

Нет, всё слишком реально, а лгать себе я разучилась ещё с детства, ибо непродуктивно.

С другой стороны стекла на меня смотрела почти точная копия портрета, что был у меня в руке. Я подняла руку, понимая, что руны изменения исчезли, машинально прикоснулась к утонченным чертам лица, обвела пальцем миндалевидные глаза удивительной глубины и цвета голубого серебра, словно затягивали в них заглянуть. А полные губы совсем не были моими. Разве кончик носа был чуть шире, чем у канонических красавиц, но это лицо он не портил, напротив как-то оттеняя довольно острые скулы, делая его в меру хищным, что ли. Нет, скорее сексуальным. Хотя раньше меня вообще не посещали такие сравнения и не интересовала эта сторона жизни. Просто запрещала себе подобные мысли.

Темнейший меня задери, о чем я думаю? Не иначе от шока!

В голове вспыхивали тысячи вопросов и тут же гасли, выдавливаемые какой-то обреченностью. Я, как животное, почувствовала, что попала в настоящую западню, из которой мне не выбраться.

Закрыла на миг глаза, а после провела снова пальцами по печати на щеке — она ведь никуда не делась. И услышала тяжелый вздох герцогини Криг.

— Ния, я не могу ее сейчас снять, ты просто не выдержишь. Агния еще жива, хотя и видеть её в таком состоянии я бы никому не пожелала. По сути, только дар ее и держит, еспи именно сейчас снять печать, она скончается мгновенно, а нам надо доехать до замка.

— Зачем? — я посмотрела наконец на мою бывшую опекуншу, что лгала мне всю жизнь. — Какая разница когда? Я ведь так понимаю, что вы желаете меня усадить на ее место после… — я не хотела говорить, «после ее смерти», хотя знала, что именно это проклятье необратимо. Да и сопротивляться хотелось дико и только воспитание вбитое годами не позволяло банально зайтись криком, устраивая истерику и царапая ногтями. ну хотя бы эти подлокотники. Но, неожиданно, накатила не апатия, а какая-то стадия холодной ярости, детали стали складываться в голове, но мозг потребовал свою дозу новой информации. — Постойте, — я пресекла уже начавшую говорить что-то герцогиню, — Её Величество в курсе, что я жива? И вообще, кому обо мне известно?

— Кроме меня никому, поспедняя посвященная умерла пару лет назад, — покачала головой тира Валенсия. — Не думай обо мне плохо, такова была воля твоей матери, она не желала помнить, чтобы не мучить себя этой жестокой неизбежностью и отцу запретила говорить. Тебя как бы и не было, — она замолчала, позволяя мне самой сделать выводы.

Мне показалось, что довольно большая зала в которой мы находились, внезапно стала уменьшаться. Стены давили, будто даже воздух кто-то выкачал. Картинка неожиданно сошлась, оставляя в душе сквозняк, который уносил куда-то остатки сгоревшего мира, в котором я жила. Пепел, такой-же, как пряди в моих темных волосах.

— Хотите, чтобы и Селения исчезла, Верховная? — я наверное впервые обратилась так к тире Валенсии.

— Выбора нет, Ния! Так будет лучше, притом для всех. Северу нужна наследница и нельзя показывать слабость. А так враги заткнут свои поганые пасти надолго! Я уехала пообещав Корнии, что найду средство спасти ее дочь. Не смотри так, любая мать готова поверить в чудо, когда речь идет о её единственном ребенке. Агния поправится, ну разве что память немного потеряет, но не настолько, чтобы счесть ее недостойной трона или дара. Зато какой миф появится! Все потенциальные заговорщики подавятся собственной желчью, — хмыкнула ведьма.

Политика — дело грязное, как мантру повторяла я, чтобы просто не думать о том. как всё это мерзко и как легко об этом рассуждает та, кого когда-то я считала непогрешимой.

— А если я не хочу? — я посмотрела на Верховную с вызовом, а та вздохнула и нахмурилась. посмотрев, как когда-то в детстве, когда пусть крайне редко, но я все же упрямилась. Потом заговорила ровным голосом, без злости или раздражения:

— Скажи мне, моя умная принцесса, ты ведь помнишь. что несколько дней назад произошел прорыв на границе? Помнишь, вижу. Как ты думаешь, злые враги, что убили бедную наследницу и обрекли страну на незавидную участь имели сообщников? Как-то ведь надо было провести ритуал, их же никто бы не пропустил через границу — артефакт такой силы, напитанный смертью десятка людей, всяко бы почувствовали. Это уже тут Этьен Дроше его на себя завязал, ведь до активации на объекте проклятья не должно было пройти более суток. Вот и подгадал, когда она сама к нему прибежит — через охрану замка ему бы тоже пройти не судьба. Рисковал, подонок. но он так долго крутился вокруг Агнии, что был уверен, что та прискачет по первому зову. А уж защиты на ней навешано было, что нам и не снилось. Так я это к чему, — Валенсия приподняла идеальную бровь. — Думаю, Весегонский форт полным составом отправится в застенки и мало кому оттуда выбраться удастся. А уж проклятым достанется по всей стране…Ведь всё зло из-за них, Ния. И ничего бы этого без этих предателей не случилось, — она покачала сокрушенно головой. — Мне продолжить дальше?

— Достаточно, — я потерла виски. Что-то подобное я предполагала. — Хотелось бы понять, какой ваш личный интерес, Ваше Сиятельство?

Валенсия подставила локоть и Тейт перебрался с подлокотника на руку своей ведьмы.

— Интересно, каковы мои мотивы, Ния? Всё просто. Я люблю Север и знаю какой хаос начнется, если дар Великой Ведьмы исчезнет. Думаю, этого достаточно, — она посмотрела в окно, за которым уже давно вступил в свои права вечер. — Поверь. быть принцессой не так скверно. Всяко не хуже, чем быть проклятой. Придется выйти замуж — ну уж тут ничего не поделать. Консорт — это твоя сила и твой последний щит Тем более выбор будет большой, дорогая Может тебе ещё и понравится. Пока у нас будет море проблем с твоей венценосной матушкой. Но. думаю. амнезия после «исцеления» будет проглочена на ура, ведь Агнию Таарскую уже мысленно все похоронили. Впрочем, круг посвященных пока невелик. Но стоит поторопиться, а то ведь истинная Агния может нас и не дождаться. Да и избавиться от этой метки побыстрее стоит, а это не будет безболезненно, учитывая силу ведовского дара Таарских — она коснулась моей щеки почти невесомо. — Поспешим, у нас самые быстрые лошади и отличная карета. Тебе ещё надо переодеться, Ния.

Перекусим в пути. И я постараюсь подготовить тебя, насколько это возможно за такое время.

Я молча прошла в соседнюю дверь, где для меня уже была приготовлена одежда.

Платье из тончайшей шерсти и пошито по фигуре, шикарные сапожки, да плащ подбитый мехом с большим капюшоном, скрывающим лицо. А ещё целая куча побрякушек, от каждой, из которой так и несло защитной магией.

Что ж, глупо отказываться. Из моих вещей я оставила только саиф, потешно и не к месту, пристраивая перевязь под верхней юбкой — его у меня не отберут, что бы не случилось, и плевать, никто не увидит. Переоделась и, посмотрев в зеркало дернулась от неожиданности — там была совсем чужая девушка, которая двигалась в такт моим движениям. Только грусть в глазах у нас одинаковая, словно только душа Селении нечаянно заняла тело принцессы Агнии.

Я вышла к ожидающей меня герцогине.

— Вот и умница, Ния. Кстати, Корния Агнию именно так и звала, так что не ошибешься, — она говорила спокойно, без триумфа или скрытой издевки.

А меня не оставляло чувство нереальности происходящего и ещё что-то грызло внутри. Но мысль поймать никак не удавалось от свалившегося на меня.

Её Сиятельство шагнула к двери, накинув мне на голову капюшон. И тут я словно проснулась, схватила мою бывшую опекуншу за руку.

— Одно условие, если хотите, чтобы я послушно перевоплотилась в Агнию, — поймала заинтересованный взгляд и кивок, предлагающий продолжить. — Я хочу, чтобы меня охранял тир Карс и братья Дерис. И с Карса надо снять метку. И это не обсуждается, мне нужен кто-то кому я доверяю.

Тира Криг грустно улыбнулась и покачала головой.

— Моя дорогая девочка, а ты уверена, что можешь доверять Карсиану? Что ты о нем вообще знаешь?

— Достаточно того, сколько раз он прикрывал мне спину. — я посмотрела на нее с вызовом.

— Но ведь он это делал для Селении. Агнию он не знает и никогда, ты слышишь, никогда не должен узнать кто ты! Хотя идея поставить рядом с принцессой бывшего меченого неплоха. Это покажет всем, что не будет нового витка репрессий. Кстати, нам ещё придется серьезно поуговаривать на это Великую Ведьму, — Верховная замолчала, застыв на миг, что-то обдумывая или решая. Я же упрямо желала настаивать на своём. В конце концов, у меня был единственный друг ну и Дерисы хорошие ребята, мне бы хотелось. хоть что-то для них сделать. — Давай поступим так, Ния. Сейчас мы едем в замок, а за твоими друзьями я пошлю. Думаю они прибудут уже скоро. Но! Сначала я поговорю с ними, а ты послушаешь и если и после этого ты решишь оставить Карсиана при себе, то он принесет тебе магическую клятву и будет служить тебе пока не отпустишь. Только так, Ния.

Дерисы твои вообще не маги, не знаю, чем они хороши, но эти слишком хотят выслужиться, чтобы вылезти из нищеты. Думай, Ния. Пока ты не выбрала мужа, тебе пригодится охрана. А сейчас в путь.

Я удивленно переваривала ее слова. Она точно что-то недоговаривала и это злило.

Потому что у каждого человека должно быть ну хоть что-то личное. Или кто-то. И когда тебе намекают, что ты чего-то не знаешь про этого кого-то…

Наверное у любого есть предел переживаний, который он может переварить одномоментно. Мой лимит, похоже, исчерпался полностью. Сейчас мне хотелось только, как в детстве, забраться в какой-нибудь дальний уголок, обнять колени и спрятаться от этого мира.

Мне нужно было хоть чуть-чуть времени, чтобы прийти в себя и может позже я пойму, как жить дальше.

А сейчас, лестница сменилась хрустящим под каблуками снегом и теплое нутро кареты с глухими окнами приняло моё (или уже не совсем моё?) тепло. Я прислонилась головой к стеклу, чувствую прохладу, что впитывало окно, и прикрыла глаза, собираясь слушать, что мне дальше будет говорить тира Криг.

И незаметно для себя уснула, провалившись в темную пустоту забытья.

И не видела, с какой тревогой и нежностью смотрит на меня одна из самых могущественных женщин Шалиона.

Глава 6. Менять кожу не просто

Человек, которым вам суждено стать — это только тот человек, которым вы сами решите спать.

Ральф Уолдо Эмерсон

Болийское нагорье. Замок “ Корона Севера “ Селения Легкое прикосновение к руке вырвало меня из пустоты, мгновенно мобилизуя. Я машинально провела по бедру ища оружие и наткнулась на ткань платья — одежду, что я не помню уже, когда одевала в последний раз. Проклятая память тут же услужливо подсказала последние события, и я чуть на застонала, глядя в лицо Верховной ковена ведьм Севера.

— Успокойся, девочка, мы почти приехали. Тебе надо было поспать, всё равно у нас будет пара дней, что мне придется тебя ставить на ноги. И мы всё обсудим, — герцогиня отдернула шторку со своей стороны окна и нажала на маленький камушек встроенный в раму — стекло стало прозрачным.

За окном лишь намечался рассвет, карета шла плавно по отличной дороге, что поддерживалась в идеальном состоянии. Снег ещё не превратился в сугробы, да и чистили путь в резиденцию Северных правительниц исправно. Почти не трясло, горы темными стенами нависали сбоку, и рассмотреть за небольшим прямоугольником окна было мало что возможно.

— Я расскажу тебе пока в общих чертах про Агнию, — все же решила тира Валенсия.

— Не то, боюсь, после «снятия проклятия» тебя слишком многие захотят увидеть. Я все время забываю про этот клятый отбор. что так не вовремя объявили… — она поморщила свой аристократический нос, словно унюхала какую-то дурно пахнувшую дрянь. Впрочем, возможно так и было. Мне, честно говоря, даже представлять пока не хотелось толпу этих лицемеров, что жаждут пробиться к власти несмотря на шанс, что став Великой Ведьмой, дар в любой момент может потребовать сил, а порой и жизни избранника. Почти каждый в стране знал, что у смертельного дара ведьмы, что призван стоять на службе интересов государства, есть обратная сторона. Но, не думаю, что это многих останавливало. Соблазн слишком велик, да и вот принц-консорт Харн Лент жив уже более двадцати лет.

Кстати, случай редкий. — Так вот, Агни выросла избалованной дрянью. Да простит мне Великая мать мои слова, но это так. Королевский двор — не лучшее место, чтобы растить детей, Ния, запомни это на будущее. Здесь всегда найдутся дела для правительницы, а ребенок будет оставлен чьим-то заботам. И кто знает, что ему будут говорить за твоей спиной? Ты будешь лишь догадываться. А льстецов и стяжателей всегда тьма. Агния, мягко говоря, подпортила свою репутацию: распутная, несдержанная на язык и даже жестокая. Так что тут, прости, твоя мнимая амнезия только, кстати, придется, если пожелаешь якобы стать другой. Рано или поздно все примут мысль, что Агния Таарская изменилась, побывав на пороге смерти. И, кстати, раскаявшихся грешников Великая мать привечает еще больше, как вещают жрецы в храмах, — усмехнулась тира, но её губы презрительно искривились, выдавая истинное отношение к тому, что проповедовали народу. — Ну и Корния с Харном, — вздохнула герцогиня. — Мать тебя любит, по-своему, конечно, — я вздрогнула от ее слов. — Да не дергайся так, Ния, постарайся побыстрее привыкнуть ассоциировать себя с сестрой, будет проще всем, — поверх моей ладони легла рука в тонкой перчатке. Желание вырвать руку я пересилила с трудом, лишь подняла глаза на ведьму и скрестила наши взгляды. Как ни странно она отвела свой первая и убрала ладонь. Но тут же села удобнее, как ни в чем не бывало и продолжила. Словно мне почудилось это безмолвное сражение. — Так вот, Кора не лучшая мать, но сильная правительница, хотя и не без греха. Но Агнию она берегла, как могла. Правда лучше бы побольше ей запрещала, да уделяла внимания, но что было, то было. Отец мягче, но… безвольный. И толком никогда не мог возразить ни супруге, ни дочери. Хотя человек он неплохой, но и откровенным с ним быть не стоит. Про Корнию уж молчу. Да и вообще, здесь доверять нельзя никому! Ния, запомни это.

— И вам, тира? — я вновь поймала взгляд Валенсии. Она молчала долго и ответила очень тихо:

— Я не заслуживаю твоего доверия, девочка, но это тебе решать.

Мгла за окном очень медленно рассеивалась предвещая скорый рассвет.

Пасмурный, но без ветра и сильного мороза. Мне подумалось, что, наверное, снова пойдет снег Календарная зима наступит вот-вот. Дорога свернула. являя взору темную громаду крепостной стены, за которой уже виднелись глядящие в небо башни Короны Севера.

— Сейчас мы подъедем к замку Спрячь лицо и жди, за тобой придут. Главное запомни: не вздумай применить Огонь — у сестры стихийного дара нет и быть не могло. Кстати, я понятия не имею, что будет после того, как я сниму печать, Ния.

Но, нам остается только молиться Белой Море, чтобы дар вернулся к тебе, как надо. Ну и всем богам, на всякий случай — хуже не будет.

Я молчала. А что было говорить, когда вступаешь на путь со сплошными неизвестными? Буду идти вперед, а там посмотрим. Беспроигрышная тактика, по крайней мере сохраняющая нервы.

Прошло ещё какое-то время, в течении которого я получила ещё добрый десяток ценных указаний, при том исключительно на первое время. Спорить было глупо — я тут как младенец и собираюсь совершать свои первые шаги в этом негостеприимном мирке высокородных змей.

Я невольно поморщилась, вспоминая отпрысков высоких фамилий, что так усердно портили мне жизнь в течении восьми лет в Императорской школе.

— Не стоит так расстраиваться, милая, — продолжала читать меня тира Криг. Вдруг она загадочно улыбнулась и произнесла вкрадчиво, — Подумай вот о чем: скольких из тех, кто портил твои нервы в офицерской школе ты встретишь уже в новом статусе? И ведь ты их знаешь, Ния! Именно такими, какими они никогда бы не осмелились предстать перед будущей Великой Ведьмой! Не радуют возможности?

— Бездна, — невольно вырвалось у меня, а недобрая улыбка сама пробралась на лицо. — Ваше Сиятельство, грешно так искушать — могу и поддаться.

— Великая простит, — махнула она рукой. — Главное не увлекайся. Возможности — они такие…

В этот момент карета затормозила в воротах внешней стены замка.

— Всё запомнила? — герцогиня дождалась моего кивка и накинула на меня капюшон, — А теперь замри, — тихо приказала и тут же набросила сложное плетение отводящее глаза.

Нас не задержали. Стража лишь вежливо заглянула в карету и поприветствовав Верховную ведьму, пропустила экипаж непосредственно к замку.

Вскоре наш транспорт вновь остановился, дверь поспешно распахнулась, Её Сиятельство подхватила саквояж и величественно подала руку встречавшему. Мне было не видно кто там, а шевелиться я не могла, чтобы чары действовали наверняка и слышала лишь разговор.

— Есть надежда? — спросил вместо приветствия взволнованный хриплый мужской голос.

Дверца уже захлопывалась, я лишь успела увидеть, как Тейт приземлился на руку герцогине — вероятно, ещё до моего пробуждения, ведьма выпустила фамильяра в полет(крепко же я спала!) — но ответ тиры я всё же услышала.

— Харн, уж ты мог бы запомнить и не оскорблять меня недоверием. Если я обещала, я выполняю. Главное было успеть. Ведь я успела? — Мне показалось, что в голосе прозвучала тоска, о причинах которой я не стала напрягаться и гадать.

Может, к примеру, принц-консорт был давним оппонентом в спорах, но однозначно они были столь близки, что не утруждали себя условностями этикета. Что сказал мой отец — а это явно был он, хотя само слово «отец» звучало для меня фантастически — я уже не расслышала, собеседники быстро удалились.

Минуты тянулись медленно, а мое бедное сердце тревожно колотилось от ожидания в неведении. Слышала, как что-то бормотал возница, как выпрягали лошадей, но никто и не думал подходить к карете. От волнения я просунула руку под плащ и примерилась к тому, как быстро смогу достать оружие. хотя серьезно не верила, что мне сейчас что-то угрожает. Скорее это привычное действие просто успокаивало.

Не знаю, сколько прошло времени, я извелась, да и естественные потребности организма совсем некстати напомнили о себе. Желание покинуть этот ящик становилось почти невыносимым.

Но тут мои надежды были наконец исполнены. Похрустывание снега под чьими-то тяжелыми сапогами и в дверцу тихонько стукнули.

— Тира, пойдемте скорее, прошу вас.

Голос я узнала сразу, герцогиня предупредила, что тот самый молодой офицер, что встретил меня в Лавере, её доверенный человек. Охранник и маг Воды по совместительству, а также ее кровник — тот, кто обязан жизнью, а стало быть, не предаст и не задаст лишних вопросов. Я наконец-то вздохнула несколько свободнее и поправив капюшон, склонила голову, чтобы меня точно нельзя было запомнить или узнать.

Подала руку и почти вслепую, глядя под ноги, отправилась за мужчиной, который вел вперед уверенно и не ждал от меня никаких слов. Двор сменился проходом и лестницей. О препятствиях меня очень тихо предупреждали, но держали под локоть крепко, не позволяя упасть. Когда перед нами открылась очередная дверь я услышала:

— Спасибо, Ашер, теперь можешь нас оставить, но будь поблизости, — тира Криг перехватила мою руку и после небольшой заминки и звука закрываемой двери добавила. — Всё, Ния, сбрасывай плащ. Пора!

Дернула завязку и тяжелая верхняя одежда упала к моим ногам. Я стояла посреди комнаты, это явно была чья-то спальня. Толстые шторы плотно прикрывали окна, не позволяя чужим взорам проникнуть в помещение. Магические фонари в люстре под потолком горели не слишком ярко, кругом была роскошная, пожалуй даже вычурная обстановка, говорящая о богатстве, но не изысканности. Типичный альков с огромной кроватью с балдахином, туалетным столиком, гардеробом, парой кресел, зеркалами и тумбочками. Картину портили стоящие на всех горизонтальных поверхностях какие-то склянки, а вокруг витал терпкий аромат азирового масла, которое стоило огромных денег, но убивало любую дрянь, очищая от заразы воздух.

Но даже эта чудодейственная выжимка из редчайших ягод, что росли в очень труднодоступном месте в горах, не могла до конца справиться с запахом смерти и разложения, что буквально пропитывал эту комнату.

То, что на постели кто-то лежит, я поняла лишь по контуру прикрытого тонкой тканью тела. Лицо тоже было скрыто, но материя в месте, где должна быть голова слегка приподнималась от тяжелого дыхания. Я не могла оторвать взгляда от этой картины, точно зная, кто, лежит на кровати — та, чью жизнь я должна забрать себе, и чьи минуты сочтены.

— Там ванная и прочие удобства, — тира Криг указала на дверцу, не увиденную мною поначалу, — Разденься полностью, девочка, и ложись рядом. И не смотри. Тебе не надо это видеть, мы ей уже ничем не поможем, — рука коснулась моего предплечья и я невольно вздрогнула. — Ния, мы только продлеваем агонию и, поверь. если бы я знала способ, я бы её вытащила, но…

Мне оставалось лишь кивнуть и сделать, как говорят Секундная передышка перед неизбежным. Я разделась в шикарной ванной, воспользовалась удобствами и по-армейски быстро приняла душ — благо королевский замок был оснащен по последнему слову технической и магической мысли. На миг застыла перед зеркалом, словно прощаясь с самой собой… Впрочем, и там уже была не я.

Кровать огромных размеров и занять место рядом с умирающей труда не составило. Меня мелко потряхивало, хотя в свои пока небольшие годы мне пришлось видеть не одну смерть, да и самой отбирать жизни. Но сейчас мне было так скверно, будто я в чем-то повинна перед этой, как оказалось, родной, но такой бесконечно далекой от меня девушкой.

Тира Валенсия наклонилась над моим обнаженным телом и протянула руку, но я резко села и выставила ладонь вперед, останавливая её.

— Нет! Пожалуйста, я должна её увидеть, слышите, Верховная!

Тира укоризненно сдвинула брови и покачала головой, но я упрямо схватила герцогиню за руку.

— Вы мне сказали, что я должна бояться, но не трусить! Покажите! Мне НАДО это помнить! Слышите? Чтобы прожить жизнь за нас двоих, раз судьбе так угодно!

Не знаю, что было на моем лице, когда я это говорила, но Валенсия молча откинула ткань с головы Агнии и я втянула в себя воздух, чтобы не кричать и медленно легла, давая понять, что готова, не переставая смотреть на сестру.

На моё лицо легла ладонь Верховной, по телу побежала дрожь, которая становилась всё сильнее. Герцогиня вплетала в свой дар слова, что острыми иглами проникали под кожу, растекаясь огнем по венам и набатом отдаваясь в висках. Но я уже не боялась ни боли, ни потоков незнакомой силы, что внезапно ощутила внутри. Мои глаза застилали слезы, искажая картинку, но я упрямо глядела на лицо Агнии, что пожрало проклятье, а сейчас оно будто разглаживалось и становилось спокойным, несмотря на чудовищные язвы. Она уходила, оставляя мне, пусть и невольно, всё: дар, имя, власть и бремя темного умения Убивающей Словом, что мне ещё предстояло получить от нашей общей матери.

Момент её перехода за грань я почувствовала особенно остро: моё тело пронзила боль настолько сильная, будто сама умирала.

А дальше в агонии билась уже я, с трудом, где-то краем сознания отмечая, как тира Криг заворачивает тело сестры в ту самую атласную ткань и перекладывает на плащ, что был недавно на мне. Как набрасывает новое покрывало на меня, прикрывая наготу. И как всё тот же тир Ашер уносит прочь свою скорбную ношу, не задав не единого вопроса.

Мой же мир сейчас состоял из боли и странных ощущений, звуков и запахов, что ворвались в мозг и тревожили обоняние и слух, сбивая все понятия, путая и пугая.

Всё вокруг воспринималось так ярко, но пропадало в мучительных приступах, что скручивали тело и вновь накатывая волною, как только ломка отступала.

Дальше всё слилось в эту чередующуюся кавалькаду, что по очереди пробегала по жилам. то восторженно вознося над землею от новых чувств и ощущений, то низвергая в чертоги Темнейшего, показывая, что смерть порой желанней.

«Может и вправду?» — спрашивал кто-то малодушный внутри.

«Не дождетесь» — скрежетала я упрямо зубами, выныривая из той вязкой и липкой субстанции, состоящей из страдания души и тела.

В какой-то момент всё кончилось и я успев поймать тревожный взгляд тиры Валенсии и ещё чей-то силуэт у нее за спиной, почувствовала, как заботливые руки обтирают испарину с моего лба.

Последней горькой мыслью было: «Ну, хотя бы раз кто-нибудь сказал мне:

«Успокойся, Ния, всё будет хорошо, я стобой..».

И стала медленно проваливаться в сон.

Просто сон, без кошмаров и даже память решила меня пощадить, отступая и давая этому усталому существу наконец время восстановиться, чтобы быть готовым…К чему?

Сейчас не важно.

Глава 7. О чужой репутации

С плохой репутацией жить легче, чем с хорошей, ибо хорошую репутацию тяжело блюсти, нужно всё время быть на высоте- ведь любой срыв равносилен преступлению. При плохой репутации срывы простительны.

Альбер Камю

Болийское нагорье. Замок “ Корона Севера “ Селения Громкий звук снаружи заставил меня подскочить с кровати и я, помянув Темнейшего, бочком подкралась к окну, напоминая себе, что от любопытства порой происходит с теми же кошками. Выглядывать из-за штор ни в коем случае не привлекая внимание — это же целое искусство. Потому что нельзя его привлекать!

Ведь Её Высочество принцесса Агния Таарская вроде бы ещё настолько слаба, что не в состоянии ни с кем даже говорить, не то что высовывать свой симпатичный нос, взирая на то, как с причитающимися сему случаю выражениями рослые кухонные рабочие выкатывают из подвалов здоровенные бочки со старым вином.

Тут я несколько утрирую, все уже знали, что я почти в норме, но и внимание привлекать к себе желание не было. Но я с детства любила смотреть на предпраздничную суету, вот и сейчас глядела, как по мощеному камнем и припорошенному снегом двору, таскают какие-то ящики, периодически очень громко что-то роняя, а ещё эмоционально и не слишком цензурно всё это комментируя.

Дальше к помещениям кухни потянули здоровенные корзины со снедью и туши убиенных быков, а также прочего невезучего зверья, кому суждено было быть съеденными на праздновании смены сезона. А за всем этим с важным видом и уперев руки в бока, надзирала маленькая кругленькая женщина в меховой безрукавке одетой поверх теплого шерстяного платья и чепце из под которого выбивались кудрявые локоны. Периодически она повелительно взмахивала руками и звонко раздавала приказы, а порой и затрещины здоровякам, которые при этом потешно втягивали голову, ничуть не сопротивляясь, а виновато опуская плечи.

Выглядело это потешно. Сновали поварята в белых колпаках, то и дело что-то передавая этой воинственной распорядительнице — вероятно заказы от главного повара замка. Подъезжали телеги с припасами, бегала пара здоровых, но молчаливых лохматых псов. В общем, жизнь била ключом. Намеченное празднование, нынче отмечаться должно было с особой помпой, ибо Великая Ведьма проставляется, совмещая приход зимы, чудесное спасение дражайшей меня и начало «сезона охоты». Ой, о чем это я? Я имела ввиду, конечно, выбор достойного кандидата в мужья опять же для меня, горячо любимой.

А вижу я из окна всю эту кутерьму по причине, что как только меня соизволили вернуть в этот грешный мир, первое, что я потребовала, это убраться из спальни Агнии подальше. Нет, я не настолько чувствительная, но стены все же давили, отвлекая засевшими в мозгу картинками произошедшего здесь, а мне нынче требовалось быть собранной, как никогда. Хорошо, что голова была вполне ясной, даже слишком… Вот я и мотивировала сию причуду, тем, что больше не желаю и секунды находиться в месте, где чуть не умерла. И, кстати, судя по тому, что подобное восприняли, как должное, мерзкий характер сестры сыграл мне только на руку. Мне клятвенно пообещали, что в моих апартаментах очень быстро сделают ремонт, естественно, по одобренным мною эскизам, а пока я восстанавливаюсь, побуду в одной из гостевых спален. Притом в той части замка, куда обычно не суются многочисленные придворные, чтобы никто не видел принцессу в таком состоянии. По мне, во всем этом логики было мало — умирающую Агнию привезли именно в ее покои, а теперь поправляющуюся меня зачем-то удаляют в дальний угол. Но мне-то как раз нужна была передышка, ну а здесь было явно спокойнее.

Правда вот вид из окна мог бы вывести настоящую Агнию из равновесия, раздражая своим плебейским несоответствием ее представлению о прекрасном. А во мне лишь будил любопытство — там кипела жизнь Короны Севера, та что обычно скрыта за помпезным фасадом. И напоминала мне во многом суету, что царила на заднем дворе поместья в Вилозии. Разве что масштабы тут ни те — размах королевский! Да и климат по-суровее будет.

Но, обо всем по порядку. Пошел уже третий день с момента триумфального возвращения в мир живых. И были эти дни весьма насыщенными для меня, хотя окружающие считали, что берегут мой покой. Все, кроме незабвенной тиры Криг, которая решила за пару дней сделать из меня не только принцессу, но и ведьму.

Как вы понимаете, такое возможно только в сказках. И если хорошее воспитание данное в детстве и «провалы в памяти» полученные от проклятья, могли хоть как-то помочь с первым пунктом, то с ведовским даром была совсем беда. Мне оставалось только радоваться, что в своё время все же выучила язык ведьм и прочла не мало книг по теории, хотя и не предполагала, что это мне и вправду может пригодиться. Да и привычка учиться играла мне на руку, пусть я и тренировала в последние полтора цикла только тело, но пока не растеряла навыков к быстрому освоению нового. Кстати, о теле: спасибо настоящей Агнии, за то, что она тоже не пренебрегала кое-какими тренировками, а то я бы взвыла, если бы пришлось заняться вышиванием, вместо фехтования. Да и сходство, мягко говоря, бы не соответствовало.

Как оказалось, моя теперешняя наставница, по ее признанию, с самого моего рождения не сбрасывала со счетов никакого развития событий. Её мотивы звучали слегка пафосно: все эти заявления о радении за Север, конечно, красивы и патриотичны, но… Как-то я перестала верить во всё это ещё в Императорской офицерской школе, насмотревшись и наслушавшись разговоров высокородных о том как, кто и зачем готов использовать других на пользу себе и своему роду.

Благородство? Не, не слышали. Честь? Вы о чем? Это что-то из сказок? Мы же люди серьезные: только расчет, только выгода. Поэтому верить на слово не могла.

Хотя и хотелось.

Правда пока всё, что делала моя опекунша, было мне на пользу, по крайней мере, в тех обстоятельствах, в которые меня поставила судьба. Кстати, не без участия той же герцогини. Но я разумно решила отложить разбирательства в мотивах поступков Её Светлости до лучших времен.

Итак, пробуждение было странным. Как я уже говорила, соображала я на отлично и помнила все предыдущие события. В теле ощущалась легкая слабость, но ничего фатального — так, как после простуды, не больше. Зато мир стал казаться четче, звуки и запахи острее, но это не раздражало, а было каким-то естественным что ли.

Стоило только сосредоточить внимание на чем-то и объект будто приближался, становясь ярче и почти осязаемым. Я бы наверное ещё долго экспериментировала с новым восприятием, но в комнате я оказалась не одна.

Когда я открыла глаза, то первой увидела королеву. То, что это она я не сомневалась, хотя от парадных портретов и магснимков в газетах реальная женщина отличалась сильно. Называть ее мамой у меня пока даже мысленно язык не поворачивался. Её Величество сидела рядом на кресле и в этот момент не смотрела на меня, а я не спешила давать знать. что очнулась. Великая Ведьма явно погрузилась в какие-то свои думы и, судя по всему, не радостные, о чем говорили поджатые губы и стиснутые в кулаки пальцы, что лежали на подлокотниках. Я знала, что ей уже далеко за шестой десяток, но время было к ней благосклонно — выглядела она едва на сорок. Герцогиня Криг все же смотрелась старше, хотя они были примерно одного возраста. Черты лица тонкие, лишь отдаленно схожие с моими, волосы темные, без единого седого. Вот глаза, пожалуй, такие же — цвет чуть темнее, но форма один в один. Правда, взгляд настолько тяжелый, что я начинаю понимать всех тех, кто от одного упоминания правительницы падали в обморок. А это она на меня ещё даже не взглянула.

Я с любопытством и легким замиранием сердца рассматривала женщину, что меня родила. Когда-то ребенком я так мечтала о такой встрече… И даже после того как мне объяснили, что с огромной вероятностью всю мою родню казнили, как предателей, мечты никуда не делись. И вот она здесь. А я не чувствую по отношению к ней ничего. По крайней мере, ни любви, ни тепла. Умом-то я понимаю логичность поступков и вся эта «высшая необходимость» вполне укладывается в моей голове. Вот только обида дикой кошкой продолжает драть душу.

Скверно, Ния, но справиться надо. Любить Её Величество тебя никто и не заставляет, а вот держаться ровно и уважительно — обязательно.

В этот момент Корния Таарская повернулась в мою сторону, её рассеянный взгляд упал на моё лицо, секундное понимание и оно озаряется такой счастливой улыбкой, совершенно преображая суровую правительницу.

— Детка… Хвала Белой Море, ты вернулась! — она поднялась с проворством юной девочки и тут же взяла со столика стакан с каким-то питьем, спешно протягивая его мне одной рукой, а второй слегка приподнимая голову, чтобы мне было удобно пить. Я глотала воду с удовольствием, чувствую, что действительно буквально высушена жаждой. — Сейчас, Ния, сейчас я пошлю за Вале, она почти сутки над тобой билась, прилегла… — её голос звучал взволнованно, а я почувствовала укол иррациональной ревности, за то, что эта женщина так искренне переживала за Агнию, не желая даже помнить обо мне. Подавить далеко не самые лучшие чувства было сложно, но я справилась.

— Что со мной? Хочу уйти из этой комнаты, — свой голос я узнала с трудом. Как позже мне сообщила моя сиятельная бывшая опекунша, она мне его изменила при помощи очередного зелья, что успела влить в моё бессознательное тело, чтобы и по этому признаку, я была похожа на оригинал. Да, дорогая Селения, от тебя скоро совсем мало чего останется… — И прости, я совсем не помню, что случилось.

Ничего не помню. — Я демонстративно отвернулась, выдав эту отрепетированную фразу, надеясь лишь, что мой посредственный артистический талант меня не предаст, а этот хриплый голос примут за последствия проклятия. Корния посмотрела с тревогой и пробормотала:

— Потерпи, Агния, теперь всё будет хорошо, — убеждая, то ли меня, то ли себя и позвонила в колокольчик для вызова слуг, а я демонстративно закрыла глаза, трусливо изображая слабость. На самом деле, просто боясь и дальше оставаться наедине с этой женщиной. Чуть позже, все чуть позже.

Валенсия влетела в альков не выспавшейся и слегка растрепанной фурией. Грозно сверкнула глазами на некстати оказавшуюся у нее на пути служанку и склонилась надо мной, лишь для приличия сказав Корнии:

— Посторонитесь, Ваше Величество.

Я почувствовала касание силы, но прежде чем что-либо сообразила, поняла, что мой новый дар противится вторжению, герцогиню отбросило от кровати, но она была дамой опытной и удержалась на ногах, лишь на лице её проскользнуло искренние удивление. — Ния, ты себя не контролируешь, — констатировала она то, что я и так уже знала. — Как ты себя чувствуешь?

— Ничего не помню, — повторяла я упорно, мне даже озадаченный вид изображать не приходилось. Поведение моей силы сделало это за меня.

— Ты главное не волнуйся, — осторожно приблизилась Верховная ведьма. — Может всё временно.

А дальше я была благодарна тире Криг, которая убедила всех оставить меня в покое и выполнить просьбу о переселении в другую комнату. Ну да, ведь пошатнувшееся душевное равновесие чуть не угробившей себя похотливой дуры надо беречь. Это же не то, что какая-то проклятая! Ту можно и к титулпованным двуногим волкам, чтобы по-глодали слегка, и в приграничье. Что ей будет?

О, Великая, кажется, я погрязла в обидах. С чего бы это? Ведь раньше нытье не входило в число моих любимых занятий?

Комната успела опустеть, королева удалилась, пожелав мне выздоровления, слуги умчались готовить новую комнату, а герцогиня присела на край постели.

— Ния, сейчас твой организм разбалансирован, поэтому постарайся держать себя в руках. Помни: это не ты, это твой дар. Он только приживается, пробивая каналы.

Тело уже приняло, но ещё «заживает», да и мозг ещё не до конца адаптировался.

Срочно надо учиться контролю. Тебе это будет несложно, ты уже сумела подчинить себе Огонь. Кстати, видела на щиколотке тонкую цепочку?

Я тут же вытянула ногу из под одеяла и посмотрела на обозначенный предмет.

Тонкий витой браслет в виде цепочки из черного серебра, очень редкого и сложного плетения, изящно обвил мою левую ногу. Тира кивнула на мой вопросительный взгляд.

— Это артефакт, как ты уже поняла. Он скрывает от посторонних твой Огонь. К моему удивлению, он никуда не делся, хотя я ещё не могу понять, как он будет уживаться в теле вместе с ведовским даром. Тебе ведь не надо объяснять, что это абсолютно разная природа магии?

Разумеется, это знал каждый. Дар ведьм исходит изнутри. Ведьмы — часть самой природы, их сила подпитывается от всего живого, что есть на земле и зависит лишь от собственной крови, что умеет накапливать потоки природной магии, преобразуя ее ведьминым словом в материальные формы или в воздействие:, зелья, к примеру, или на амулеты, ну и на самих людей, либо животных, на их разум и тела.

Ведьмы были лекарями и зельеварами, в зависимости от силы и направленности дара, могли проклинать и прорицать, плести заклятья на удачу и богатство, или напротив, извести кого-то, наслав порчу. Хотя были и боевые ведьмы, но такие встречались крайне редко — обычно такой дар просыпался у дочерей природы, только в годы войн и при суровых испытаниях. Их боялись и уважали, поскольку кодекс чтимый ковеном не позволял без соблюдения особых условий вредить людям, но и за себя постоять они умели. Ведьмы имели свои категории, если можно так выразиться, и только старшие определяли, уровень, выше которого начинающей носительнице ведовского дара запрещалось воздействие. В противном случае, мы рисковали вновь скатиться в темные времена, когда по всему Шалиону пылали костры, изводя без разбора детей природы, а маги выступали на стороне людей, истребляя распоясавшихся носительниц темного дара, не знающих меры. Такое уже было и повторения не желал никто. Мир чуть не погиб и теперь ведьмы сами следили за своими адептками, не желая обострять отношения с теми, с кем приходится жить бок о бок. Тем более, что маги — это лучшие мужчины, от которых гарантированно рождались одаренные дети и что характерно, чем сильнее ведьма, чем больше вероятность, что родится именно дочь, ведь мальчики не могли унаследовать ведовский дар, им судьба лишь получить стихию от отца и то, если повезет. Хотя у слабых ведьм и магов могли и дочери родиться стихийницами. Исключением была лишь королевская кровь — у правительниц рождались только дочери и, разумеется, ведьмы. Да и в других вопросах, Великая Ведьма имела исключительные права и полномочия.

Убивающая Словом — это последняя инстанция и щит Севера, ей дозволено всё.

Стихийники же заимствовали магию у источника своего дара — Огня, Воды, Воздуха или Земли. Они умеют видеть силовые линии и имеют некий пополняемый резерв, что зависит от мощи самого дара. Ну, а дальше только умение всё это использовать. Мой же Огонь был ограничен небольшим резервом, но годы тренировок помогли мне распоряжаться весьма умело тем, что есть и расставаться с этой стихией мне бы не хотелось. Поэтому слова тиры о взаимодействии двух разных по своей сути магий, меня хоть и слегка встревожили, но и обрадовали одновременно.

— Отчего я сейчас чувствую себя совсем пустой, Верховная? — спросила, пытаясь обратиться к любому из даров и не получая отклик.

— Скоро восстановишься, — отмахнулась ведьма. — Я даже поразилась, что твоя сила так на меня взбрыкнула. Думала ты ещё пару дней будешь на нуле. Сама же помнишь, как тебя корежило, девочка, — Валенсия вздохнула. — Честно говоря, боялась, что ты не выдержишь.

— Значит шанс был? — хмыкнула я, скорее не спрашивая, а констатируя. Что ж, цели они такие. Оправдывающие риски! Всё уже случилось, теперь надо просто приспособиться и принять новые условия.

Я смогу. Я вообще живучая.

Эти три дня пролетели со скоростью пикирующего сапсана. И с тем же ощущением, будто я так же стремительно мчусь к цели, вот только охотничьего азарта не испытываю. Отнюдь.

После того, как все тот же немногословный тир Ашер бережно на руках перенес моё якобы еле живое тело в дальнее крыло, в эти самые покои, где я сейчас нахожусь, мне уже вскоре стало казаться, что голос тиры Валенсии преследует меня даже во время краткого сна. Потому что меня учили контролю над ведовским даром и вводили в «Краткий курс по основам жизнедеятельности и выживанию отдельно взятой принцессы в условиях агрессивной среды замка Северная Корона в частности, и высшей элиты Севера в целом». Ну да, вот такое длинное получилось название дисциплины! Зато оригинальное, жаль патент не получить — смысла нет, применение-то строго индивидуальное и, надеюсь, одноразовое, так что увы, только потешу себя сей дурью и продолжу запоминать имена и лица, события, и как это всё ко мне относится. Пригодится, ведь забыть часть жизни — это одно, но если у окружающих закрадутся сомнения, что у их будущей правительницы большие проблемы со знанием элементарных вещей, то, того гляди, сочтут недееспособной, а стране это ни к чему. Впрочем, как и мне.

От визитов меня пока оберегали, как я поняла. Верховная ведьма, чей авторитет и так был неоспорим, после чуда, что она сотворила со мной, вырос вообще до небес. И уж если она сказала, что меня пока нельзя тревожить, то теперь даже Корния Таарская не решалась спорить. Ей было достаточно того, что дочь выкарабкалась из безнадежной ситуации. Единственный, кого допустили в мой временный изолятор, был мой отец — принц-консорт Харн Лерн. Да и тот провел со мной буквально пять минут.

Он появился вечером в тот же день, что я очнулась. Меня уже передислоцировали на новое место и тира Криг успела вдоволь поглумиться надо мной, обучая и периодически подкармливая всякой едой(что приятно) и всякими укрепляющими зельями (что, как вы понимаете, не являлось вершиной блаженства].

Его Сиятельство (А должность принца-консорта приравнивалась лишь к герцогскому титулу, вот даже до Высочества не дотягивал. Ведьмы — одно слово!) зашел ко мне и остановился возле постели, в которую я успела запрыгнуть, на самом деле, чувствуя себя вполне прилично. Его синие глаза уставились на меня, блуждая по лицу, явно осматривая и ища признаки проклятья. Затем он пришел к какому-то выводу и улыбнулся очень тепло. Я же в свою очередь рассматривала его и поняла, кому обязана внешностью в большей степени. Харн был мужским вариантом меня, от Корнии мне достался лишь разрез глаз, всё остальное выдал мне этот потрясающий мужчина, который и в свои шестьдесят выглядел мечтой многих женщин. А его осанке и манерам точно мог позавидовать любой двадцатилетний красавец. Да, невольно тут вспомнишь про породистость, которой при выборе мужа руководствуются Великие Ведьмы. Даже представить страшно какой он был в молодости.

— Привет, олененок! Как же ты нас напугала, — мужчина покачал головой, а я не могла оторваться от его искренней улыбки. Он, правда, любил дочь, такое не сымитировать. — Как ты, неугомонная?

— Говорят, что живая, — ответила слегка неуверенно и добавила, — Ну, если тира Валенсия не обманывает!

— 0, уже что-то! Раз язвишь, то точно в порядке, — в уголках глаз мужчины появились лучики веселья, — Есть хоть один шанс, что ты больше не станешь добивать своего старика попытками сбежать в чертоги к Великой матери? — он шутил, но за этой игрой слов крылась тревога. Да, Агния, не ценила ты, похоже, что у тебя был тот, кто о тебе действительно переживал и не из-за долга перед родиной.

— Я буду стараться, — улыбнулась в ответ. — Сама точно спешить не собираюсь!

Похоже, мой ответ полностью удовлетворил, а может никто и не ждал от Агнии жарких заверений в осознании ошибок. Ещё пара ничего не значащих фраз. пожелание поскорее вернуться в норму и он уходит.

Но ощущение тепла осталось. Как там Верховная говорила — мягкий, но безвольный. Возможно. Но в его душе точно нашлось бы место и для двух девочек.

Впрочем, всё это было лишь преддверие. Моё вхождение в мир элиты Севера, как раз было намечено на завтрашний праздник. Слухи, конечно, просочились и о случившимся шептались, говорят, по всему Шалиону, уж что говорить про Резию и сам замок. Корния в первый момент, когда хватились пропавшей Агнии и обнаружили ее в том плачевном состоянии в постели с трупом убийцы, просто сорвалась. Вся служба безопасности на ушах стояла и, конечно, первых пособников нашли мгновенно и если бы Агния не выжила, то, боюсь, их число росло бы, как снежный ком. Но сейчас Ведьма поутихла и решила обойтись парой тройкой оторванных голов — как без этого?

Дверь открылась, и я отпрянула от окна, но тут же успокоилась, увидев тиру Валенсию. Она окинула меня строгим взглядом и выдала безапелляционно:

— Переодевайся, Ния. Сейчас позову горничную. Пора тебя привести в надлежащий вид. Надо идти, — герцогиня опустилась в кресло с изяществом истинной аристократки, провела ладонью по волосам, поправляя идеальную прическу, а потом расправила несуществующие складки на строгом платье из тяжелого темно-фиолетового бархата, так сочетающегося с серебром ее седины. Я почувствовала себя замарашкой, оглядев свою ночнушку, пусть и дорогую, но представив свою растрепанную гриву и лицо, давно не помнившее о макияже, взгрустнула.

— Мне куда-то срочно надо? — поинтересовалась, покуда не явилась служанка.

— Я. как и собиралась, поговорила с Её Величеством насчет твоей охраны. Не скрою, это был настоящий бой, но она согласилась, при условии, что ты не против.

Ну и право выбора за тобой, конечно, только из одобренных службой безопасности кандидатов, — на меня бросили многозначительный взгляд, ожидая реакции и я не подвела.

— Карс с Дерисами приедут? — мои упрямо поджатые губы должны были сказать всё о моих предпочтениях. Герцогиня же только покачала укоризненно головой и вздохнула.

— Ты ещё упрямый ребенок, Ния. У тебя выбор обширный и если братья Дерис просто обедневшие дворяне, которые согласятся с удовольствием, раз ты уверена в их навыках, то роль бывшего «меченого», а ныне вернейшего подданного короны Карсиану не слишком подходит.

— Вам что-то известно, Ваша Светлость, но вы упорно говорите загадками. Вам не кажется это, мягко говоря, странным?

— Ладно, Ваше Высочество. Тир Карсиан и тиры Дерис прибыли в Корону Севера и прямо сейчас томятся ожиданием и неизвестностью. Я побеседую с Карсом, как и обещала, а ты, моя дорогая, незаметно понаблюдаешь и послушаешь. Не желаю, чтобы ты принимала решения основываясь на моих словах. Позже я пришлю его к тебе, сама откажешь или примешь его на службу. То, что он согласится, я не сомневаюсь.

Внутри противно заныло, но я не спешила с предположениями. Вошла горничная, присаживаясь в книксене.

— Одеваться, и сделай мне прическу, Лита, — девушку я уже знала. — Платье поярче, не хочу выглядеть бледной молью после пережитого и поспеши.

— Конечно, Ваше Высочество, я мигом, — в глазах промелькнул страх, отчего я чуть не поморщилась. Ох, чужие грехи идут в нагрузку. Не стоит забывать.

— Тебя отведут, когда будешь готова. Ашер пока о тебе позаботится, а мне стоит заняться делами, — тира Криг поднялась и собралась меня покинуть. Я знала, что у Верховной полно забот и свалившееся на ее плечи обучение и помощь мне изрядно выбили главу ведьм из привычного графика.

Лита появляется и кладет на кровать два разных комплекта одежды на выбор. Мне не хочется тянуть время, поэтому решаюсь не отмокать долго в ванной, а просто принять душ. Выбираю платье насыщенно синего цвета с серебряным шитьем.

Лита быстро высушивает мне волосы расческой заряженной магией огня, она же помогает уложить локоны в изящную прическу. Дорогие крема и легкий массаж, несколько мазков подчеркивающих глаза и губы. Кожа буквально светится, а изящные кольца и серьги с браслетами, а к ним небольшое колье в одном стиле с остальными украшениями, буквально пропитанными магией, только подчеркивают красоту.

Я всё ещё рассматриваю непривычное отражение. Привыкну ли когда-нибудь? Не знаю. Там, из зазеркалья на меня смотрит ухоженная и богатая аристократка. Не я. а тира Агния Таарская — наследница Великой Ведьмы.

Что ж, пойдем, незнакомка. Нам надо посмотреть удастся ли забрать в новую жизнь хоть маленькую частичку прошлого.

Тир Ашер появился, словно материализовался прямо в комнате. Поклон и приглашение следовать за ним. Задумалась: ведь действительно отличный маг Воды, его внешность вообще не запоминается. Сейчас я рассматриваю мужчину и понимаю, что «отвод глаз» он держит постоянно. Не красавец, но и не урод, рост средний, глаза умные и светлые, как у многих водников. Идеальный, наверное, убийца может получиться, неприметный и верный. С тиры Криг станется.

Ашер, как всегда, был подчеркнуто, вежлив и молчалив, меня сопроводили по коридорам замка, почти никому не попадаясь на глаза. Редкие слуги замирали на миг, глядя с долей любопытства и страха и тут же приседали в положенных поклонах, опуская взор. Мой сопровождающий открыл наконец-то нужную дверь. пропуская меня вперед.

Это была небольшая комната, напоминающее скорее примыкающее к какому-то кабинету подсобное помещение для хранения не слишком ценных, но нужных вещей, ну и черный ход заодно. Видимо, так и было, поскольку тут кроме пары стеллажей загруженных свитками, книгами, а также некими коробками и разными предметами неясного назначения, стояло только кресло и часть стены напротив была абсолютно пустая. Я удивленно осматривалась, не совсем понимая, зачем я здесь. Ашер подошел, и я впервые увидела на губах этого типа подобие улыбки.

— Ваше Высочество — эта стена сейчас станет прозрачной и вы сможете наблюдать за происходящим в кабинете Её Светлости, а так же всё услышите. Когда тира Криг закончит разговор, я зайду за вами и отведу в ваши покои, их, кстати. уже отремонтировали. Господ пригласят к вам, и вы озвучите своё решение. Так просила сделать герцогиня, — он коротко поклонился и молча, ожидал моего позволения начать. Я ухмыльнулась таким изощренным шпионским приемам, но сердце неприятно кольнуло. Вот скажите на милость, с чего устраивать такой спектакль?

Уж явно не от скуки. Кивнула Ашеру и села на кресло, что, видимо, и служило для удобства подобного наблюдения Помощник Верховной сделал какие-то пассы руками прошептав слова и стена напротив меня дрогнула, и пошла расходиться рябью, словно круги по воде. Поверхность стала растворяться, превращаясь в прозрачную пленку, будто монолитная преграда вмиг растаяла, но я уверена, что это было не так.

Моему взору открылся вид на строгий по стилю кабинет, обставленный громоздкой мебелью из черного дуба и если бы не светлые стены, и пастельные шторы, то выглядело бы это угнетающе. Тира Криг сидела за массивным столом, вчитываясь в какую-то бумагу и хмурилась. Рядом с ведьмой, на специально сделанном для него насесте, дремал нахохлившийся Тейт, спрятав голову под крыло. Мизансцена строилась так, чтобы наблюдатель мог прекрасно видеть и лицо Верховной в пол-оборота к нему и дверь, а также посетителей, что скоро тут появятся. Я так увлеклась разглядыванием содержимого кабинета, что не заметила, как осталась одна и поэтому сильно удивилась тому, что после короткого стука, в дверь с той стороны «стекла» вошел именно Ашер. Он поклонился главе ковена и произнес:

— Ваше Сиятельство, тиры Майл Дерис и Рот Дерис. а также тир Карсиан прибыли и ожидают в приемной.

— Пусть войдут, — вздохнула тира Валенсия, отодвигая от себя бумаги. Она повернулась в сторону, где должна находиться я и слегка кивнула, явно давая понять, что знает о том, кто находится за стеной, как я подозреваю, внешне совершенно обычной.

Что ж, уверена, что мне здесь не просто так предложили в прятки поиграть.

Первым вошел Карс и я невольно улыбнулась — упрямец не сильно озаботился привести себя в надлежащий вид, так, лишь сменил дорожный костюм на чистую форму стража приграничья, даже не парадную. Ну да, вроде не оскорбление своим видом, но и желание выглядеть лучше кое-кто явно не имеет. А вот Дерисы расстарались на славу, в меру своих скромных возможностей, конечно. Но камзолы были явно новые, хотя мелким по росту братьям простая и удобная форма подходила значительно больше. Мужчины вежливо склонили головы в приветствии и замерли в ожидании пока высокопоставленная тира соизволит заговорить.

А герцогиня не спешила, обмеривая взглядом всю троицу. Карс стоически переносил, глядя спокойно и холодно, а братья точно не привыкли к такому вниманию — ну, конечно, они же не маги, им в офицерской школе не пришлось отбиваться от таких высокородных, так мелкие стычки с местными богатеями, что непременно покусывали неудачливых нищебродов, которым мало что светило в жизни. Майл нервно переступал с ноги на ногу, а Рот убрал руки за спину, чтобы тира Криг не видела, как он сжал кулаки до побелевших костяшек.

— Что ж, тиры, полагаю, вы гадаете, зачем вас пригласили в Северную Корону? — слово «пригласили» Валенсия выделила особо. — Думаю, уже весь Север в курсе о покушении на наследницу. А так же, что именно через Весегонскую границу проникли злоумышленники, — Она не ждала ответа и продолжила. — Так вот, Её Высочество и Её Величество пожелали успокоить народ, заверив, что репрессий, как проклятым, так и стражам приграничья, не стоит опасаться. Виновные непременно понесут наказание, но мир в стране важнее, — она внимательно следила за собеседниками, как и я. И успела отметить облегчение, что появилась на их лицах: уверена, такой сценарий порадовал всех. Дозорные не дураки и не только мы с Карсом смогли провести некоторые неприятные параллели. — Итак, господа, вижу, что вы рады, но это не исчерпало ваши вопросы. Что ж, не стану вас более томить. Тиры Майл и Рот Дерис, вас выбрали кандидатами на роль охраны Её Высочества. Нам известны ваши умения в стрельбе и слаженности действий.

Надеюсь, если принцесса одобрит ваши кандидатуры, вы не подведете Север и ваш род.

Ребят надо было видеть, они быстро переглянулись и склонились в вежливом поклоне. Заговорил, как всегда старший.

— Для нас это честь. Надеюсь, у нас будет возможность доказать преданность короне и послужить стране, Ваша Светлость.

— Рада это слышать, тиры, — герцогиня кивнула благосклонно. — А сейчас я попрошу вас удалиться. Вскоре вас проводят туда, где вы сможете подождать аудиенцию у Её Высочества. А вас, тир Карсиан, я попрошу остаться.

Дерисы отвесили очередной поклон и получив царственный кивок от ведьмы поспешили на выход, бросив напоследок озабоченный взгляд на Карса. Тот же был на вид очень спокоен, по крайней мере, для тех, кто его плохо знал. Я же видела, как он напряжен, успела изучить за полтора года.

— Ну, здравствуй, Карсиан, — в голосе герцогине прорезались вкрадчивые нотки. Она откинулась на спинку рабочего кресла и поманила рукой, призывая дозорного подойти поближе. Окинула его с ног до головы взглядом и сморщила благородный нос. — Всё такой же, — констатировала она. Карс по-прежнему молчал, глядя в упор на собеседницу. — А зря. Мог бы проявить и чуть больше рвения, ты ведь желаешь вырваться и переломить ситуацию, в которую тебя поставил твой род и судьба?

Молчишь? Это, конечно, порой неплохо, особенно когда хочется наговорить гадостей, а вслух это произносить категорически не следует, — усмехнулась ведьма.

— Может за это я тебя и выбрала.

— Что вам от меня ещё нужно, Ваше Сиятельство? — голос Карса звучал как-то устало, словно он успел пережить внутреннюю борьбу, которая выжала все силы.

— Ещё не догадался? Не верю. Ты, разумеется, хорошо поработал на меня, именно поэтому у тебя будет шанс избавиться от метки. Но ведь ты понимаешь, что одно дело присматривать за проклятой девицей не позволяя ей остаться без головы на границе, у которой и выбора-то не было, и совсем другое прийтись по нраву самой принцессе. — Герцогиня вновь недовольно скривилась, оглядывая Карса. — Агния ведь может попросить и кого поэлегантнее, чем мрачный меченый, демонстративно пренебрегающий даже оставленной вам, проклятым, привилегией носить длинные волосы. Нашел способ протеста, мальчишка, — Валенсия недовольно покачала головой и открыла ящик стола, доставая оттуда какой-то пузырек с очередным зельем. — Держи. Вырастут за пять минут, стоит только помыть с этим голову. Не скажу, что ощущения будут приятные, но ты же хочешь произвести впечатление, или решил, что гордый и не станешь ради свободы пытаться залезть в постель к наследнице? Ты же понимаешь, что вряд ли ещё будет такой шанс, Карсиан. Это тебе не Селения, — она недобро усмехнулась, — Понимаю, что у тебя опыта ноль, но ведь дело-то поправимое, главное чтобы Агния тебе сразу не отказала, а как сниму печать, то появится масса возможностей наверстать упущенное — в замке полно сговорчивых служанок, что не откажутся поучить молодого и симпатичного дворянина из охраны принцессы постельным премудростям. Дело несложное, научишься быстро! — то, что тира Криг провоцирует было очевидно.

— То есть слухи о репутации наследницы не преувеличены, Ваше Сиятельство? И что, я должен буду не только охранять принцессу, но и греть ее постель, чтобы контролировать? Я ничего не перепутал? Хотя мне кажется Таарские не отличались покладистым нравом. Уверены, что от меня будет толк?

— Ну, это только от тебя зависит. И ты прав, кротким нравом Великие Ведьмы не отличались никогда. Но ты ведь постараешься, правда? Я хочу знать каждый шаг наследницы, а ты хочешь вернуться к нормальной жизни. К тому же это ненадолго, как только Агния найдет себе мужа, он будет её щитом, но пока у тебя будет шанс доказать, что меченые не только неопасны, но и полезны. Придется, конечно, принести клятву, сам понимаешь. Ну и советую тебе все же постараться, а то настроение правительницы переменчиво, вдруг решит, что ты ей больше не нужен, от слова «совсем»? — тира Валенсия склонила голову набок и вздохнула. — А что ты хотел, чтобы тебе ещё и титул вернули, а может ещё и земли? Этого не случится.

Понимаю, что герцог Сольмский рассчитывал на большее, — я увидела, как при этих словах дозорный вздрогнул и маска равнодушия на миг сползла с его лица, — Но некоему тиру Карсу — боги, ты даже имя сократил — никто бы и этого не предложил.

Никогда. Радуйся, что Великая Ведьма просто не знает кто ты, иначе тебя бы давно не было не только в Северной Короне, но и в живых. Ты мне должен, Карсиан, а значит, будешь паинькой и дальше.

Злость накатывала волнами, выкручивая и царапая что-то в груди, словно душа была вполне осязаемым органом, который сейчас истекал кровью. Мне казалась, что меня вряд ли можно удивить, но обида и разочарование били точно по болевым точкам. Мне хотелось, чтобы Карс возразил, сказал бы, что это неправда и что он не следил за мной и не поддерживал лишь по просьбе герцогини. Понимание. что единственный человек, которого я подпустила так близко, на самом деле все это время лгал и был рядом по принуждению, просто убивало. Вот и сейчас он был готов ради шанса избавиться от метки превратиться не только в соглядатая для Верховной, но и попробовать забраться в постель к той, которую он презирал: я ведь видела, как его перекосило при одном упоминании принцессы. Уж то, что Карс ненавидел таких, как она, он точно не имитировал. И, тем не менее не отказывался.

Да, Её Сиятельство вновь оказалась права, я ни шарка не понимаю в людях. Она ведь хотела, чтобы я это услышала. Зачем? Вероятно, чтобы лишить последних иллюзий. А может, была уверена, что я не поверю, если об этом скажет мне она.

Кстати, на старую ведьму я вовсе не обижалась — нет смысла ждать от хищницы другого поведения. Тира Криг — Верховная не только по силе дара. но и потому, что умеет выживать сама и вытягивать эту страну из многих передряг, при этом не сильно разборчива в методах. Просто в ее случае цель и вправду оправдывает средства. И она во многом права и действительно должна была позаботиться обо мне, какими бы соображениями это не было вызвано. И Карс тоже не обязан был отказываться, но вот дружить и лезть в душу — это уже подло. Желание послать подальше дозорного было почти нестерпимым, я даже толком не слушала, что обсуждали дальше эти двое. Какая разница, какие гнусности ещё услышу? Пора бы привыкнуть, что люди способны почти на всё ради достижения своих целей. А уж меченым сохранить достоинство особо сложно. Я ведь и вправду ничего про него не знала, только думала, что понимаю какой он… Наследник герцога Сольмского, вот откуда такая сила. Это многое объясняет, кроме одного — Корния Таарская никогда бы не оставила у себя за спиной отпрыска этого рода. Она точно о нем не знает. А герцогиня предлагает мне выбор. Я могу его уничтожить, просто намекнув о его происхождении. Бездна, а был ли выбор у самого Карса?

Это точно игры Её Сиятельства. Понять бы ещё зачем.

Я уже готова была просто встать и уйти, когда последняя фраза вырвала меня из потока злых рассуждений.

— Простите, Ваша Светлость, мне хотелось бы знать, что с Селенией всё в порядке?

Я вновь подняла глаза и смотрела на Карсиана Сольмского. Он же глядел на Верховную упрямо поджав губы.

— С чего вдруг такой вопрос, Карсиан? Селения больше не твоя забота.

— Не знаю какой у вас к ней интерес, но эта девушка достойна избавления от печати проклятия гораздо больше, чем многие. Она очень сильная, но. как и все, нуждается в поддержке.

— А я вот вовсе не нуждаюсь в твоих суждениях, мальчик, — усмехнулась ведьма.

Но, так и быть, отвечу: с Нией всё будет хорошо, вот только ты ее вряд ли когда-нибудь ещё увидишь, — она слегка повернулась в сторону скрывающей меня стены, словно посылая безмолвное предупреждение. — Лучше ступай приведи себя в порядок, вдруг наша блистательная наследница все же решит обратить на тебя внимание!

Я проводила взглядом удаляющуюся спину дозорного. Что ж, Воздушный, не терпите снобов, но готовы прогнуться? Пора, похоже, начинать соответствовать своей репутации. Ожидаете стерву — их есть у меня. Ну, не разочаровывать же окружающих? Достаточно того, что прыгать по постелям явно не моё — тут Карсу придется обойтись теми самыми рекомендованными служанками. Ничего, переживет.

И да, лучше рядом будет тот, чью неприглядную подноготную теперь я знаю. Не придется вновь горько обманываться.

Спасибо, герцогиня, этот урок я не забуду. Но об этом мы ещё непременно поговорим, Ваше Сиятельство.

Глава 8. Если день не задался

Бывают такие дни, события которых лучше бы записать подробно, слово в слово, близко к тексту, а потом вычеркнуть на фиг. Словно и не было ничего.

Макс Фрай

Болийское нагорье. Замок “ Корона Севера ” Карсиан День сегодня определенно не задался.

Хотя кого я обманываю? Все последние события можно смело охарактеризовать подобным образом. Уже с приходом первых холодов мои инстинкты вопили, подобно зверю чующему ловушку, что грядет какая-то грандиозная и, судя по всему, ещё и всеобъемлющая дрянь. И вот оно, получите, можно грести горстями. Хорошо бы выгрести…

Еще когда пришел этот нежданный приказ о сопровождении Селении в Лавер, я уже догадывался, кого надо благодарить за это. А в личности этой дамы я не сомневался — костара Её Светлости невозможно не узнать, если видел птицу хоть раз. И моё желание присмотреть за рыжей, на случай непредвиденных неприятностей с той, что пожелала ее лицезреть, хоть и было вполне искренним, но точно не единственным, что мной двигало, когда просил Дерисов слегка задержаться в Лавере — предчувствовал, что Верховной может ещё что-то потребоваться от меня.

Вот только Ния просто напросто исчезла, словно растворилась едва переступив порог «Ведьмы и Короны». Как и не было. И я подозреваю, что именно офицер-маг, который забрал девушку, и снял мой маячок с нее. Точно Водник и не слабый — эти товарищи следы путать умеют. Впрочем, как и сильные ведьмы. Сама Селения мой маяк даже не почувствовала бы. Её стихия не дает ей больших возможностей, хотя девушка и редкая умница. Но ей не сравниться с моим Воздухом — я, скажу без какого-либо хвастовства, намного сильнее и опытнее.

Отпускать рыжую не хотелось категорически — сам не ждал, что так привыкну.

Умная и язвительная мелкая ведьма и храбрая, порой до дурости. Некрасивая, да только об этом так просто забыть — меченым важнее, чтобы было с кем поговорить и помолчать. И чтобы и то и другое несло лишь радость. У нас редко появляются друзья. А Ния — она такая. Жаль, что девочка попала в зону интересов Верховной.

Кстати, она за все время так и ни словом не обмолвилась почему, хотя у проклятых, собственно, и не принято таким делиться, даже если у тебя есть прошлое.

Жаль. Бездна, правда, жаль.

Искать маленькую ведьму, зная кому она потребовалась, смысла не было, тира Криг желания пообщаться не проявила и наутро мы поспешили в сторону Весегонского форта, подгоняемые метелью. Но у кого-то на наш счет оказались совсем другие планы. Приказ вернуться и отправиться в «Корону Севера» настиг нашу троицу уже в Данжере.

Вестовой в форме королевской почтовой службы поджидал нас на въезде в город, благо дорога была единственной. И его появление говорило о том, что кто-то могущественный задействовал не традиционную пересылку депеш, что в лучшем случае доставила бы приказ, когда мы уже достигли места службы, а здесь поработали магией, либо послали костара, что ещё вероятнее. Такое делается не каждый день, а стало быть, мы потребовались не просто, как дозорные, да и повод не мог быть тривиальным. Но и арестом не пахло, чего я втайне опасался после прорыва на границе — любят у нас найти виноватых и на первых порах хватают всех, даже случайно мимо проходящих.

В общем, мы с Дерисами гадали о причинах, подозреваю лишь, что с разной степенью осведомленности.

Так как такие приказы ждать не должны, то и повернуть уставших коней пришлось немедленно — ведь ворота города будут закрыты до утра, а у нас нет столько времени. Что ж, нам не впервые скакать в ночь, благо по Резийскому тракту в темноте лишь разбойный люд можно встретить. Но только нас таким точно не испугать — на стражей приграничья напасть может только самоубийца. Те кто выживают на границе. априори сильнейшие, да и бьемся мы не считаясь ни с какими правилами. Короче, себе дороже.

Рот Дерис, разворачивая коня, без споров и обсуждений понимая необходимость спешить, задумчиво почесал затылок и выдал философски:

— Или мы где-то крупно налажали, или у кого-то из нас появился очень влиятельный покровитель!

— А чё сразу покровитель-то, может это дама? — лениво поинтересовался Майл, тоскливо посмотрев на остающийся теперь за спиной город, понимая, что после таких приказов задержаться у очередной пассии в Данжере, как этот мелкий засранец рассчитывал, точно не получится.

— Может и дама, братец, — хмыкнул старший, — Но точно не польстившаяся на твою неотразимость. Уймись, герой-любовник, твои красотки способны в лучшем случае напечь тебе пирожков или устроить скидку у папашки бакалейщика. что, конечно же, тоже важно, но, боюсь не поможет в разгадке истоков нашего приказа.

— Вот знал, что ты в меня не веришь, — с притворной грустью выдал младший, — Командир, а ты что скажешь? Есть идеи, Воздушник?

— Побереги дыхание и к Темнейшему нелепые догадки! — Моё настроение не поползло вверх от такого поворота событий. — Ветер усиливается, шаркова погода явно не на нашей стороне, а до постоялого двора минимум двадцать лиг. Погнали, если хотите хоть несколько часов провести в тепле, — и пришпорил коня, уносясь вперед.

Делиться соображениями желания не было, да и не привык, всегда выдавая только то, что непосредственно относилось к делу. Какая разница? Гадать бессмысленно: будут данные, по ним и сориентируемся.

Следующие три дня, что мы провели в дороге, пусть и не отличались разнообразием, но одновременно оттягивали неизбежное и нервировали неопределенностью. Братья лениво переругивались, слегка расслабившись после того, как Ния перестала быть их заботой, но не забывали, что хотя в мирном Севере и нет таких опасностей, как в Весегонии, но всякой мерзости, однако, полно.

Что мы, собственно, и испытали на одном из постоялых дворов, где пришлось от души помахать кулаками — спасибо хоть ума хватило у компании изрядно подпитых и по этому поводу вконец распоясавшихся южан, не схватиться за оружие, когда они оскорбляли мелких и обманчиво хрупких на вид Дерисов. Зато выплеснуть напряжение удалось с размахом. Правда, мне в конце пришлось расшвырять по углам бузотеров магией, а то увлеклись не на шутку. Бывает Вот только теперь, когда «Корона Севера» приняла нашу скромно выглядящую, даже на фоне местной стражи, компанию, я пожалел, что путь уже закончился.

Особенно сейчас, стоя пред проницательными очами тиры Криг и мысленно уговаривая себя не сорваться и не наговорить ей гадостей, которых она, несомненно, во многом заслуживала. Впрочем, как и благодарности, о которой Верховная тут же не преминула напомнить.

Напрасно беспокоились, Ваша Светлость, такое не забывается. Пусть я до сих пор лишь гадаю о причинах вашей щедрости, но всё же. Жить я не устал. Даже так. И знаю, что выдав восьмилетнего сына герцога Сольмского за его шестилетнего тезку — ребенка одного из вассалов отца, что якобы по совпадению гостил в замке на момент массовых арестов, вы спасли мне жизнь. Уж не знаю, как вы это провернули, но история не всплыла до сих пор. Ну, а то что я маг сильный. так такое пусть редко, но случается и в родах попроще. Вот и у черни порой проскакивают одаренные, хотя, скорее всего, то бастарды от случайных подружек их беспутных отцов.

Но, Верховная ведьма всегда знала, чем и кого можно зацепить, давя и получая требуемое. Вот и сейчас я иду по коридорам замка за вежливо-равнодушным слугой, что сопровождает меня в отведенную комнату, нервно сжимаю в кулаке этот шарков флакон с зельем, ненавидя себя за слабость и понимая, что да, пойду и воспользуюсь этой дрянью.

Пузырек в руке издал подозрительный треск и я поспешно ослабил хватку, пока не раскрошил его к Темнейшему. Глупо злиться и вставать в позу. Тут герцогиня права — это лишь бравада. Вот в другом Её Светлость ошибается: лезть под юбку наследнице точно не входит в мои планы. Зато снять печать — это да. За это можно пойти на многое, как бы гадко это не выглядело. А для начала нужно сделать всё чтобы высокородная стерва меня не отвергла.

Слуга свернул в очередной раз и остановился, наконец, у двери, открыл ключом и сделал приглашающий жест, склоняясь в не слишком низком поклоне — ну ещё бы, было бы кому кланяться.

— Прошу вас, тир. Верховная распорядилась, чтобы вы были готовы в течении часа.

За вами придут и отведут на аудиенцию к Её Высочеству. В комнате есть все необходимое. Обед уже доставили. И герцогиня надеется, что вы не заставите ждать, — голос звучал бесцветно, без намека на эмоции. Хорошая выучка. Мне лишь передали очередной приказ, хотя привычка поиска издевки никуда не делась и вернулась мгновенно, стоило только попасть в замок. Бездна, кажется я уже скучаю по приграничью.

В комнате ждал сюрприз в виде не только обещанного подноса с обедом, но и новая парадная офицерская форма. Мило. Ваша Светлость. Это Дерисы, как угорелые носились несколько часов по Резии в поисках подходящей одежды на свой размер и кошелек, я не стал озабочиваться подобным, ограничившись магической чисткой имеющегося на мне. А Верховная, похоже, и не сомневалась, что я соглашусь. Хотя наивно было думать иначе.

Подавив острый приступ презрения к себе, отправился в имеющийся здесь закуток с удобствами. Да, тут не третьесортная гостиница, даже в небольших жилых покоях всё оборудовало по высшему разряду. Безднов флакон использовать все же пришлось и если кто-либо был послан подслушивать и подсматривать за мной, то он смог явно обогатить свои знания бесценной лексики. Сам не ожидал, что способен выдать такое многообразие пока эти мерзкие волосы отрастали, причиняя ни с чем не сравнимый зуд на коже головы. Казалось этот процесс никогда не закончится, хотя на поверку это заняло минут десять. Волосы спустились до самых колен и я, достав острейший стилет, с нескрываемым удовольствием злорадно полоснул им, сгребая в кулак этот ненужный признак тщеславия дворянства и отрезая лишнее, оставляя приемлемую в обществе длину чуть ниже лопаток.

Герцогиня, конечно, гениальная ведьма! Да за такое зелье большинство дам удавилось бы.

Сытная еда и чистая одежда, что ожидаемо пришлась в пору, не сильно примирили с действительностью, но несколько отвлекли.

Почти. Пока офицер, которого я узнал сразу — тот же маг, что забрал у нас Нию, а позже приглашал в кабинет тиры Криг — не пришел за мной и не сопроводил к принцессе.

Замок был огромный, наверное, чтобы изучить все его тайны потребуется не один год. Хотя тут магия в помощь! Не всем, разумеется, а лишь сильнейшим. Для остальных есть слуги, что чаще всего преданно служат королевской семье не первое поколение.

Что снаружи, что внутри «Корона Севера» производила сильное впечатление: подавляла и ошарашивала размерами и роскошью. Наверняка именно так и было задумано, чтобы каждый взошедший по древним ступеням ужасался мощи и восхищался величием Великих Ведьм.

Крыло, что отводилось, по всей вероятности, принцессе, отличалось от прочих более сдержанными красками. Внезапно путь свернул к лестнице и, похоже, мы направились к одной из многочисленных башен замка.

Да, если удастся здесь задержаться, то карту помещений однозначно надобно Изучить. а то и заплутать недолго.

Наконец мы пришли. Офицер, что так и не представился, завел меня в комнату, напоминающую приемную. У высоких дверей стояла молчаливая охрана.

— Тир Карсиан, ожидайте здесь. Вас пригласят, — маг коротко поклонился, вежливо, без присущего магической аристократии заносчивого пренебрежения к меченым и постучав в двери, вошел внутрь.

Через минуту створки отворились и наружу вышли братья Дерисы. Вид у них был слегка ошалелый. За их спиной уже вновь маячил вездесущий Водник.

— Тир Карсиан, прошу. Её Высочество вас примет.

Дозорные одновременно посмотрели на меня. Майл удивленно приподнял бровь, явно поражаясь моему обновленному виду, но, благо, обошелся без комментариев.

Хотя этот непременно все выскажет позже… А старший успел произнести тихо, прежде чем я прошел во внутрь:

— Мы приняты на службу. Карс. Удачи!

В его голосе мне почудилось предупреждение. О чем? Ладно. поздно размышлять.

Надо посмотреть, так ли страшен враг. как о нем шепчутся. Хотя лишь идиот недооценивает Таарских.

Например, мой отец. Но я-то не обязан повторять его ошибок.

Это была большая комната с панорамными окнами, что так странно смотрелись в старинном замке, где скорее ждешь увидеть маленькие окна-бойницы, затрудняющие врагу задачу по истреблению хозяев крепости. Апартаменты находились почти на самой вершине башни. Я чувствовал. что защитная магия буквально пропитывает эти стены — за последние тысячу полных циклов, если верить истории, «Корону Севера» ни разу не удалось взять штурмом, хотя стихийные восстания возникали, несмотря на силу Убивающих Словом. Достать каждого ведьма не могла, погибали только предводители, зато наверняка. Чтобы убить врага Великой Ведьме надо его знать, а у толпы не всегда есть явный лидер.

И вот тут вопрос работы тех, кому по статусу положено знать все и обо всех: служба безопасности Севера считалась лучшей на Шалионе. Но не всесильной.

Я во второй раз за день замер на дорожке ковра в ожидании пока до меня снизойдут, с интересом рассматривая тиру Агнию Таарскую. И невольно не мог подавить удивления.

Принцесса стояла напротив у окна открывающего потрясающий вид на белеющие вершины гор и вечную зелень сосен, что покрывали большую часть лесистой зоны.

Сейчас, с приходом снегов, деревья казались голубыми. но на глазах под лучами быстро заходящего светила приобретали фиолетовые оттенки, а снег алел создавая фантастические пейзажи.

Агния стояла ко мне в пол-оборота, скрестив тонкие руки на груди и глядя на закат.

Лучи света падали на её профиль оттеняя точеные черты лица и набрасывая розовые тени на подрагивающие длинные ресницы. Солнце играло в платине волос придавая девушке совершенно неземной облик. Безупречный вкус, никаких вычурных излишеств или намека на вульгарность. Стройная, хрупкая и какая-то ранимая, словно передо мной была не ведьма с не самой лестной репутацией, а одна из юниц Великой матери — светлая и непорочная.

Она повернула голову и на меня посмотрели огромные оленьи глаза, затягивая в голубой омут. Взгляд скользит по моему лицу, спускается ниже и вновь поднимается вверх. Она слегка склоняет голову набок и в ее взоре загорается зеленое ведьмино пламя, буквально прожигая насквозь.

Очарование исчезает, будто меня окатывают холодной водой и напоминают кто я и кто она.

— Почему вы, тир Карсиан? — в голосе холод, а идеальные краешки губ трогает легкая и отчего-то грустная улыбка.

Усилием вопли стряхиваю с себя странное оцепенение. Хочется тряхнуть головой, словно пес попавший под ливень.

— Уточните вопрос, Ваше Высочество, — Внутри невольно начинает что-то закипать И я с трудом вспоминаю, что не поклонился принцессе. Да уж, я молодец, начало, что надо.

Но она продолжает спокойно смотреть на меня и вдруг совершенно не по этикету опирается руками о подоконник и приподнимается на них чтобы непринужденно сесть на подоконник спиной к стеклу, у которого сейчас стояла. И откидывается назад, вводя меня в очередной ступор.

— Присаживайтесь, тир, — она делает приглашающий жест, указывая на стоящее почти напротив кресло. В ее глазах вспыхивает лукавство. — Думаю, вы меня прекрасно поняли, страж приграничья, — продолжает она, когда я покорно опускаюсь на предложенное сиденье. Сейчас она сидит чуть выше меня и смотрит немного сверху. добавляя дискомфорта. — Я спросила, почему я должна выбрать именно вас? Что в вас особенного? Только то, что вы протеже Верховной? Не удивляйтесь, догадаться несложно, — она смотрит испытующе, ожидая ответа.

— А чего вы ожидали, тира Агния? — злость столь долго сдерживаемая просится наружу. — Я отличный маг и воин, полагаю, в защите я смыслю побольше многих. К тому же тиры Дерисы были долгое время частью моей команды, поэтому работать нам было бы проще. Если, конечно, вас интересуют именно эти качества? Или есть ещё какие-то критерии? — сарказм прорвался на язык, пренебрегая предупреждениям разума. Я уже ждал, что мне укажут на дверь, мысленно костеря себя. Но Агния меня снова удивила. Она нахмурилась и покачала головой:

— Ну-у, дайте-ка подумать, — оценивающе прищурилась и поднеся руку к лицу, постучала указательным пальчиком по нижней губе, невольно напоминая любимый жест Нии. — Так… Хорош собой, неглуп… Что же там ещё? Ах да, мне же ещё требуются весьма специфические вещи, а главное, нетрадиционные, — она растянула губы в издевательской улыбке, — Да-да, тир Карсиан, вас разве не предупреждали, что я весьма требовательная? Понимаю, как будет непросто, но дело-то поправимое! Или нет? — То, что она издевалась, было очевидно. И похоже, просто наслаждалась тем, как я закипаю. Я медленно поднялся, склоняясь в поклоне, с трудом сдерживаясь, чтобы просто откланяться, не наговорить сейчас на отдых в уютных застенках «Короны Севера».

— Уверен, Ваше Высочество, что вы найдете себе кого-то с необходимыми набором навыков. Спасибо, что уделили мне своё время. — так, кажется с голосом справился. Правда, единственную возможность, похоже, только что слил в помойку.

— Сядьте, капитан, — прозвучало холодно и повелительно. Я поднял глаза, Агния стояла напротив, даже не заметил, как успела соскочить с подоконника. Она была маленького роста, но сейчас казалась выше меня. На ее бесстрастном лице только глаза горели и это был такой контраст, словно только что со мной говорила совершенно другая девушка. — Сядьте, я сказала! — она дождалась пока я вновь опустился в кресло, и сделала шаг ко мне, остановившись совсем близко.

Настолько, что я почувствовал запах ее духов: Агния пахла грозой с легкими нотками горных трав и цветов. — Гордый значит. Ну-ну… — Я поднял глаза и посмотрел в упор, встречая ее холодный взгляд. — Может ещё не все так плохо, а дозорный? — Она внезапно усмехнулась. — А я вообще-то говорила про верность, Карсиан. Настоящую верность! Поверьте, это нынче именно такое и есть: редкое и специфическое качество, которым, на поверку, мало кто обладает. Так что? — она внезапно протянула руку и почти коснулась моей щеки с меткой, замерев буквально на ноготь от нее. — Вы готовы стать моей тенью и чтобы я могла вам доверять не оглядываясь на Верховную? Или считаете, что сможете служить двум госпожам сразу? Выбирайте, тир! Вы или мой с потрохами, или катитесь к Темнейшему!

Наши взгляды скрестились, на дне ее глаз тлела ярость. Я не мог отделаться от странного чувства, что девушка отчего-то зла именно на меня, словно на неверного любовника. Бред, конечно. Вот только она кажется все же была готова дать мне этот шарков шанс. Ладно, надеюсь, потом не придется уж очень сильно пожалеть.

Верховная вряд ли подарит мне ещё хоть одну попытку. Со старой ведьмой разберусь как-нибудь. В конце концов — это дело будущего, которое имеет сейчас хоть минимальный процент на то, чтобы перестать казаться беспросветным.

— Это, — я слегка повернул голову выставляя метку на обозрение, — стоит очень много. Я готов служить лишь вам, Ваше Высочество.

Агния выпрямилась и просто кивнула. Опять подошла к окну и снова о чем-то задумалась. Она смотрела на горы, что уже погружались во тьму, провожая глазами последние отблески зари, что виднелись между скал, куда упало солнце последнего дня осени, и спокойно спросила:

— Если я скажу что кто-то заслужил смерти, вы убьете для меня, капитан?

— Только если он будет того заслуживать. Но я не орудие для уничтожения невинных, принцесса. На такое даже за снятие метки я не пойду.

Я замер, ожидая любой реакции на свои слова, вновь чувствуя, как нить натянулась до предела, грозя порваться. Но услышал неожиданно:

— Это хорошо. Вы приняты на службу, тир. Жду вашу клятву и лично прослежу, чтобы Верховная освободила вас от этого знака позора. — Она наконец повернулась и бросила на меня нечитаемый взгляд. — Завтра праздник прихода зимы, вы будете меня сопровождать, как и на всех запланированных Великой Ведьмой мероприятиях. Думаю, вы знаете, что мне предстоит сделать выбор будущего супруга. И я не уверена, что не найдутся желающие вновь отправить меня к Великой матери. Особенно сейчас, когда я ещё… — она неожиданно осеклась.

— Можете на меня рассчитывать, принцесса, я поднялся и тут же преклонил одно колено. моя магия уже текла по пальцам готовясь принять слова древней клятвы верности.

Принцесса встала напротив и вдруг сказала неожиданно мягко:

— Мне жаль, дозорный, но просто точно не будет. Впрочем, ведь вам не привыкать.

Наши глаза встретились и я решительно перестал что-либо понимать — Агния Таарская однозначно не соответствовала ни слухам, ни нарисованному моим воображением образу. Что-то было не так и это не давало покоя.

Глава 9. Ещё немного откровений

Предвидение будущего должно опираться не на предсказания и приметы, а на мудрость.

Марк Туллий Цицерон

Если я и бываю доверчив, то только до известной степени и принимаю лишь те маленькие выдумки, за которые бьют по губам, а не вырывают глаза.

Сенека

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Селения.

Верховная появилась в обновленных покоях Агнии едва Карс произнес клятву. Она была сдержанной, хотя поняла сразу, что произошло — я ведь, по сути, опередила события: сначала тира Криг должна была снять печать, а уж после клятвы. Вот только я не желала, чтобы Карс мог принести их не только мне. В формулировке было четкое «единственная». Так что, теперь лишь нам с ним решать, когда разрывать эти обязательства. Согласна, звучало несколько двусмысленно и на язык так и рвались колкости по поводу наших взаимоотношений, но моя разумная и рассудительная половина решила, что все же с него хватит на сегодня. Или с меня.

Герцогиня же лишь подняла одну бровь, одарив многозначительным взглядом Воздушника и попросила своего цепного пса Ашера отвести уже моего нового (или старого, как выяснилось) телохранителя в отведенную для его должности комнату, что находилась рядом с моими апартаментами, сказав, что скоро подойдет к нему лично, чтобы снять печать. Тира Валенсия утверждала, что до завтра Карсиан вряд ли сможет выполнять свои обязанности по охране, поэтому Дерисы уже дежурят поблизости. Оказалось, что стихийники быстрее приходят в себя после снятия клейма, в отличии от ведьм и кутру мой страж уже будет готов ко всему.

Карсиан удалился с тиром Ашером, отвесив причитающиеся по этикету поклоны, напоследок внимательно поглядев на меня, словно пытаясь убедиться в реальности происходящего.

А Верховная застыла на месте, ожидая пока закроются двери.

— Нам стоит поговорить, Ваше Высочество, позволите? — она указала на кресло, спрашивая разрешение присесть. Это что-то новенькое, я даже опешила от внезапной перемены в тоне и манерах у моей бывшей опекунши.

— Разумеется, Ваша Светлость, прошу вас, — я жестом пригласила ее устроиться напротив и сама опустилась первой на диванчик. Между нами стоял столик, время неуловимо двигалось к ночи, и я попросила подать чай из трав, а также закуски, на что тира благодарно кивнула.

— Не смотри так удивленно, Ния, — не выдержала Валенсия. — С завтрашнего дня принцесса Агния возвращается в свет, а стало быть, и мне не стоит забываться, чтобы — да хранит меня Мора — не совершить оплошность прилюдно. Пусть с Агнией я никогда особо не церемонилась, но на официальных мероприятиях это абсолютно необходимо. Так что привыкай и ты — завтра буду подчеркнуто вежлива, — она все же поспала мне скупую улыбку. Разумно и не поспоришь, конечно. Но осознавать себя выше по статусы тиры Криг пока удается с трудом. — Ладно, расслабься. Пока. И, кстати, твои покои защищены от прослушивания мной лично.

Не морщись, сама потом добавишь защиты, чтобы и я не смогла знать, о чем ты тут и с кем болтаешь, а может и не только, — она мне улыбнулась так понимающе, что я невольно покраснела.

В этот момент в двери после предупредительного стука вошла моя горничная с подносом уставленным чайником и изящными чайными парами, а также тарелочками с выпечкой и ещё какой-то снедью. От еды шел потрясающий запах.

Все это богатство быстро было расставлено на столике, а ароматный чай разлит по чашечкам и после Лита удалилась, присев в книксене и получив мое позволение. Я же почувствовала легкое головокружение от голода, неожиданно вспомнив, что ничего не ела с самого завтрака, отказавшись и от обеда, и от ужина, так как разнервничалась не на шутку после событий разыгравшихся в кабинете Верховной.

— И насчет Карсиана, — голос тиры вывел меня из гастрономического предвкушения.

— Это твоё окончательное решение, Ния? — в глазах Её Светлости герцогини Криг плескалась ирония.

— Вы что-то имеете против, тира? Мне кажется, я достаточно показала свои намерения, — я одарила Валенсию не менее ироничным взглядом. — Тогда почему бы вам не объясниться? Вы же сами устроили этот спектакль в шпионском антураже и предоставили мне выбор? Я ничего не упустила?

— Тебе виднее, Твоё Высочество, — Тира же потянулась к столу и изящным движением взяв нож намазала булочку дивно пахнувшим паштетом из птицы и откусила маленький кусочек. Неспешно прожевала, запивая чаем, совсем не торопясь давать мне пояснения, словно испытывая мою выдержку.

Ну и ладно. Я тоже принялась за еду, заставляя отстраниться от мыслей и наслаждаться воистину деликатесными кушаньями — повара в «Короне Севера» были мастерами от бога. Притом от Темнейшего, потому что сохранить фигуру при такой кухне может только святой. Ну, или ведьма со своими зельями.

И только когда я проглотила последний из намеченных кусочков и откинулась на спинку диванчика, держа в руках чашку, Верховная все же соизволила заговорить:

— Я не стану тебя отговаривать, Ния и больше не буду принимать решения за тебя, — она горько усмехнулась видя скепсис на моем лице. — Ты — будущая правительница, хотелось тебе этого или нет. Не скажу, что я с самого твоего детства думала, что твоя судьба — занять трон, но раз обстоятельства так сложились… В общем, тебе придется усиленно учиться быть той, кем ты себя не ощущаешь. Знаю, что это непросто, но выбора я тебе не оставила. И да, знаю, что ты не в восторге и, возможно, никогда мне этого не простишь, но тут уж ничего не изменить, — она развела руками. — А вот будущее, девочка, вполне можешь. И должна! Я лишь показала те вещи, что могут повлиять на то или иное решение, но дальше только тебе делать выбор. И тебе с ним жить.

Герцогиня замолчала, давая осмыслить сказанное.

— То есть, вы больше не будете на меня давить, — сказала я напрямик. — Но и помогать не станете.

Валенсия улыбнулась и покачала головой.

— Не совсем так; я не стану думать за тебя, Ния. Но и без поддержки не оставлю — понимаешь разницу? — она испытующе смотрела на меня. — Уметь думать самой или пользоваться готовыми решениями — две большие разницы. Это твоя страна по праву крови и твоя ответственность, Таарская. А я не вечна. И если я не могла позволить тебе уйти в сторону, то и править за тебя я тоже не собираюсь — придется учиться. И выбирать друзей и близких тоже самой.

Я замерла в некотором ступоре. Ну да, чувствовать себя жертвой обстоятельств всегда проще. И ведь, правда в том, что у Верховной, хоть и явно были свои мотивы для поступков, но цель, в таком расклада, вполне благородная. Хотя нет. благородство слишком высокопарное понятие, тут скорее долгосрочная игра, в которой я просто одна из карт, что выпала на стол из колоды. И теперь просто надо заставить эту детальку включиться в работу системы, да так. чтобы механизм не сбоил.

— Спрашивай. не накручивай себя, — правильно поняла моё молчание тира Криг. — У нас ещё пара насущных вопросов назрело, — вздохнула она.

— Расскажите про Карсиана?

— Ох, ты неисправима, — покачала головой тира. — Это всё, что тебя интересует?

Что, зацепил? — я зло поджала губы, а герцогиня рассмеялась. — Ладно, Ния. успокойся. Нечего особо рассказывать именно о нём, а вот о его родне поведать стоит, заодно и причины некоторых поступков твоей матери поймешь, надеюсь.

История, конечно, давняя, да и тайна страшная, как, впрочем, и все, что связано с покушениями на корону. Корния ведь тоже не всегда была такой. Поверь, ей помогли, — герцогиня нырнула рукой в потайной карман на платье и протянула мне сложенный листок. — Так и знала, что пригодится.

Я раскрыла бумагу и увидела некий список имен, который мало о чем мне говорил, кроме повторяющихся фамилий самых именитых родов Севера. Все мужчины и только некоторые были мне знакомы из истории.

— Это список принцев-консортов за последние пять сотен полных циклов, что являлись спутниками Великих Ведьм и многие из них стали отцами их дочерей.

Большой список, не правда ли? Не видишь ничего любопытного?

Я ещё раз вгляделась в бумагу. И отложила в сторону.

— Одни и те же рода с завидной регулярностью, — ответила я.

— Да, Ния. Это так. Вопрос силы и. думаю, ты и сама это скоро поймешь, когда пройдешь первый этап отбора и твоя ведовская сила будет искать тех, кто подойдет для нее. И это будут все те же отпрыски старших родов стихийников. Самые сильные, из поколения в поколение. За последнее время сюда затесалась лишь пара сторонних фамилий и то, как потом выяснилось, это были маги с той же кровью, только на свет явились они от побочных связей. Все дело в вашем даре — он разборчив и принимает только сильнейших. Да другие и не выживут рядом с Таарскими — высосете, как паук муху. Но ведь ты и сама многое знаешь. А вот то, что Сольмские по какой-то причине давно не попадались в этой череде браков — странная случайность, что стала одной из причин, отчего герцог Эрм Сольмский задумал недоброе против королевы, — Валенсия взглянула на старинные часы, что висели в дальнем углу. — Карсиан уже заждался. Ну да ничего, терпел столько и ещё подождет. — Она бросила при этих словах на меня изучающий взгляд и мне оставалось только сделать вид, что я не бешусь от того легкомыслия с которым Верховная говорила о метке. — Герцогство Сольмское было одним из самых богатых в стране, оно граничило с Беришскими степями, а там как известно, ещё тот хаос.

Система власти Ведьм всегда предусматривала преференции для родов, с которыми их связывала кровь и вот длительное забвение мужчин из рода Сольмских сказалось не благотворно на их землях. Не сказать, что они бедствовали, но в последние годы набеги кочевников отражать становилось все труднее, а Великая Ведьма приходила на помощь своим даром лишь в крайних случаях. Не мне тебе рассказывать, что у нас на всех границах творится. Пожалуй, только север страны горами и защищен, а в других местах постоянные проблемы.

Что поделать, мы не сковали ведьм, как это случилось по всему Шалиону и более того, ещё и позволили им править. Здесь многое дозволено магам, но и народ не бедствует, да и в самом Севере порядка побольше, чем в других государствах, уж можешь мне поверить. А ещё мы богаты, а стало быть, всегда желанны для захватчиков. Но, к чему я веду… В общем, дела в герцогстве пошатнулись, а королевская милость никак не шла в руки и Сольмские реально роптали, как и их люди. И это недовольство и вылилось в желание не только уничтожить саму Корнию. но и полностью сменить строй в стране. Вот только не считай, что никто действительно не обращал на их герцогство внимания и сознательно доводил эту часть страны до проблем. Отчеты были прекрасные, и налоги платились исправно.

На самом деле все оказалась не так, — Валенсия покрутила в руках давно опустевшую чашку, словно раздумывала, подлить чаю ещё и поставить на стол. — Знаешь, я всегда подозревала, что в той истории не все чисто и даже не из-за мотивов Эрма, хотя идиотизм ситуации на лицо. Всего лишь отвергнутый мужчина и большая обида. И вот весь пыл и талант используется в течении двадцати лет на то, чтобы подготовить с большим умением переворот. И ведь почти получилось. Но, к нашему счастью, всегда там, где вершится предательство есть шанс, что кто-то или струсит или предаст предателей — уж прости за тавтологию. Так и вышло.

Теперь уже не важно кто это был, но главных факторов заговорщики лишились. С Ведьмами самое важное — это внезапность и секретность, что почти невозможно при наших умениях: мы чувствуем ложь и намерения, когда хотим. И это наталкивало на мысль о помощи молонцев. Ведь только они умеют хоть что-то противопоставить нашей магии и ведовскому дару. Но эту тайну Эрм унес в могилу, оставив после себя разоренное гнездо и море крови соратников. То, что Сольмский был участником первого отбора женихов для Корнии я, конечно же, знала. И то, что она его рассматривала, как кандидата тоже, но вот потом, когда спустя годы вскрылась вся эта кутерьма… Я не ожидала, что она способна на такое. Ты знаешь, что и раньше магов и ведьм запечатывали за преступления и редко, но и детей тоже. Но тогда, Великая словно мстила всем без разбора и, честно говоря, я до сих пор не знаю и не понимаю причин такой жестокости. Сольмских она уничтожила лично — все мужчины погибли от дара Убивающей Словом. По большому счету, тут бы и следовало остановиться, дальше была работа дознания и служба безопасности подчистила бы концы. Но Корния решила вырезать всех, — Валенсия покачала головой.

— Скажите, Ваша Светлость, вы имеете какое-то влияние на мою мать? — этот вопрос на самом деле меня волновал давно.

Герцогиня удивленно подняла голову, вынырнув из воспоминаний и с усмешкой покачала головой:

— Нет, боюсь в этом мире никто не имеет влияния на Корнию, хотя она и готова слушать, но поступает всегда только по своему усмотрению. Не скажу, что она всегда не права, но порой перегибает, а авторитетов для нее просто нет. Мне, пожалуй, многое позволяется, Её Величество относится ко мне с должным уважением и даже делится порой некоторыми своими секретами, но… — она вновь покачала головой.

— Я поняла, — кивнула я герцогине, не требуя дальнейших пояснений. — То есть вы могли только следовать ее воле, или отойти в сторону, когда начались репрессии?

— Ах, вот ты о чем? Хочешь услышать, отчего я не легла костьми против несправедливости? — она горько усмехнулась. — Скоро тебе самой предстоит столкнуться с реалиями Севера и не думаю, что эта встреча прибавит тебе человеколюбия, Ния. Но это уже будет твоя война, я же сражалась с тем оружием, которое могла себе позволить. А бесславно пасть, просто из-за убеждений или напускной святости — не мой путь. Но я не горжусь многим из того, что мне пришлось сделать за долгие годы. Но и не жалею — такова плата за возможности.

— И они того стоили, тира? Эти возможности? Стоили слез и даже смертей тех детей? А стариков? Женщин? — я сжала кулаки и давно сдерживаемый гнев вылился-таки в слова.

Я ждала вспышки или хотя бы того, что тира Криг встанет и уйдет, но она снова меня удивила. Она смотрела спокойно мне в глаза, ни один мускул не дрогнул на ее лице.

— Я всегда говорила, что не верю ни в добро, ни во зло — они так размыты и никто не скажет, чем любое из наших якобы добрых дел может отозваться в будущем. Есть намерения, но значения имеют только наши поступки и их последствия. А ещё знания и умение просчитывать ситуации. Так вот, тогда и после я не изменяла этому принципу. И оправдываться точно не вижу смысла. Время, Ния. Только оно рассудит, да Великая мать, что рано или поздно меня призовет. Хотя Темнейший мне явно ближе — он не судит по догмам, а заглядывает в наши сердца. — Валенсия отвела взгляд и, замолкнув на пару мгновений, заговорила совершенно спокойным тоном, словно и не было этого напряжения между нами. — Так вот, вернемся к Карсиану и к тому с чего я начала: Воздушники у нас есть, но вот сила у рода Сольмских уникальная. И одной из причин, почему я оставила мальчика, было желание сохранить эту магию для Севера. Я слишком долго изучала вопросы наследования магии, — она улыбнулась, — когда-то это было моё задание от предыдущей Верховной, что была прозорлива, но не имела времени самой все делать, вот и старалась занять с пользой своих лучших ведьм в ковене. В общем, не стоит так ослаблять магов, Сольмские уникальные Воздушники, у нас итак с Огненными проблема. Кстати, некогда была уже подобная история около семисот циклов назад и, как видишь, с Огнем у нас до сих беда. Ты кстати знаешь, почему твой отец и его родня не похожи внешне на прочих магов огненной стихии?

— Этим вопросом я уже задавалась, но вот как-то спросить времени не было. Сами знаете, несколько не способствовали обстоятельства, — я слушала с огромным интересом, потому что раньше тира Криг лишь отмалчивалась или требовала, чтобы я занимала мозг чем-то более насущным.

— На самом деле это не тайна, а так, скорее давно позабытый в широких кругах факт. Род Лернов пришел на Север даже не с Шалиона. Лерны — маги с островной Герии, что лежит, если ты помнишь, за много лиг в океане от нашего континента.

Герийцы почти не контактируют с Шалионом, но вот однажды, много лет назад несколько представителей этого рода пришли к нам и попросили защиты, предложив свои умения Северу. Не знаю, что их выгнало с родины, но наша страна приобрела столь нужных на тот момент сильнейших Огненных. Кстати, я подозреваю, что именно из-за этого ты унаследовала Огонь и не потеряла его теперь — Лерны все же немного другие, пусть их кровь давно смешалась. но вот внешность доминирует и по сей день, несмотря на прошедшие века. Возможно и с магией что-то иное.

Тира Валенсия замолчала, а я задумалась об услышанном.

— Скажите, ведь это не единственная причина, заставившая вас спасти ребенка?

— Что ты хочешь услышать? Что я не столь черствая, как стараюсь казаться, или о том, что мечтала использовать Карсиана в очередных играх при дворе? — она махнула рукой, — Думай, что считаешь нужным, Ния. Я никогда не пыталась быть лучше, чем есть, — она сложила руки в замок в районе живота и посмотрела на меня устало. — Я хотела предупредить: с тобой непременно захочет пообщаться твоя мать. И причина этого не сильно свойственного интереса к своей дочери, то что сегодня утром состоялся Большой Совет.

Я удивленно подняла брови:

— Серьёзно? А разве принцесса не должна присутствовать на таком мероприятии?

Тем более. что вроде как вопрос наследования дара и прихода к власти уже решён.

Или я опять чего-то не знаю?

Её Светлость послала мне понимающую улыбку.

— В том-то всё и дело, дорогая! Я сама была весьма удивлена поспешностью с которой нас всех пригласили в зал Совета. Корния воспользовалась тем, что почти все члены Большого Совета сейчас тут, в «Короне Севера». Ведь празднование прихода зимы отмечается нынче с особой помпой. Я не стала днем тебе сообщать — смысла не было, да и у тебя явно были другие приоритеты для размышлений. Не думаю, что эта информация была тебе тогда нужна, да и не изменилось бы ничего за эти часы. Но вот теперь говорю: твоя мать снова требовала отсрочку для передачи власти, мотивируя тем, что ты не в форме после покушения. Да и опыта нет.

— И? — не выдержала я. Я вовсе не рвалась принимать на себя заботу о Севере. а уж дар от которого вообще неизвестно чего ждать, тем более. Но все эти игры за спиной весьма нервировали, тем более когда ни шарка в этом не смыслишь. А ещё заявление герцогини, о том, что я должна сама принимать решения. Нет, я не против самой выбирать друзей и подбирать гардероб, но управлять страной… Меня реально сковывал ужас от этих перспектив. Я и так держалась на одном природном упрямстве.

— Совет отказал твоей матери. Закон не зря предусмотрел такое — мне, конечно, сложно судить, но говорят дар Таарских со временем может ослабеть. а такого никто не допустит. Корния и так сильно превысила годы своего правления, ведь в среднем, Великие Ведьмы правят около двадцати пяти лет, начиная с возраста совершеннолетия, ну по разным причинам допускают плюс минус пору-тройку лет. но твоя мать у власти больше сорока.

— То есть, никакой отсрочки? — мой вопрос прозвучал почти жалостливо. Боги, да я реально трушу!

— Уверена. Её Величество будет теперь сама тебя просить, чтобы ты назначила Совет и попросила об этом. Она привыкла все решать единолично, а Агния. между прочим. мечтала править — это я точно знаю. И вовсе не важно, что была совершенно не приспособлена к этому. Гордыня и глупость — страшный коктейль и тут я Корнию готова была поддерживать. А теперь я снова говорю тебе — вот информация, подумай, что тебе с этим делать.

— А совет можно? — я поджала губы. просить Валенсию не хотелось, тем более совсем недавно обвинив ее чуть ли не во всех грехах.

Тира вновь бросила на меня взгляд, вздохнула и сказала.

— Ты не готова, я знаю. И в этом нет твоей вины. Я бы попросила лишь пару лунных циклов, уверена. тебе хватит. Ты умная и быстро разберешься, что к чему. Но вот мать точно не будет стремиться вводить тебя в курс дела. Кстати, она сделала все, чтобы Агния не интересовалась политикой, а также ограждала ее от добрых советчиков. Хотя, уверена, что все равно такие находились. пусть и не явно. Я помогу, если позволишь.

— Вы меня спрашиваете? — нет, сегодня определенно день откровений, которые решили меня добить.

— Да, Твое Высочество, спрашиваю, нужна пи тебе такая советчица, что не вызывает доверия? — это не был вызов, скорее горькая констатация. того. что между нами никогда не было именно этого столь необходимого в отношениях чувства. Все что угодно: уважение, симпатия, а позже моя обида и непонимание, но вот доверять я Верховной никогда не могла себе позволить.

— А если я отвечу, что нет, я справлюсь и без вас? Что тогда? — спросила я тихо.

— Ничего, Ния, я отойду в сторону. Мне давно на пятки наступают молодые и амбициозные ведьмы. Не думай, я правда понимаю, что тебе есть за что злиться, но в любом случае я поступила бы так же, — Она смотрела спокойно и ждала моего решения.

Пауза затягивалась, я тоже посмотрела на часы, понимая, что Карс, наверное, извелся ожиданием. Было тошно и страшно, внутри от ещё недавнего раздражения и злости остался только пепел. Боги, мне так нужен был хоть кто-то с кем я могла бы разделить эту пустоту, чтобы она дала трещину и позволила пустить туда ещё что-то. Сама ещё не знаю, что это будет.

Я повернулась к женщине, понять до конца которую я пока не могла, но что-то внутри меня подсказывало, что мне она не враг, несмотря ни на что.

— Вы нужны мне, тира Валенсия и я прошу вас и дальше быть рядом.

Глава 10. Приход зимы

Молва всегда раздувает до невиданных размеров и правду и ложь.

Тацит

Молва — это бедствие, быстрее которого нет ничего на свете.

Вергилий (Публий Вергилий Марон)

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» — Резия.

Селения.

Я в детстве обожала праздновать каждую смену сезонов. Север со своими ведьмами, столь близкими природе, просто не мог оставаться равнодушным к этому великому таинству круговерти времен года. Каждое из них имеет свое настроение и, конечно же, и само чествование очередного временного отрезка имело свои особенности.

Еще малышкой я с замиранием сердца ждала этих дней, словно простое календарное число несло с собой приход чего-то нового, неведомого, но желанного.

Ведь ребенку так легко поверить в истинные чудеса. Не в магию — она была везде и вполне подпадала под физические законы нашего мира — а в ЧУДО! Именно так, большими буквами! С надеждой на лучшее и чтобы сладко щемило внутри.

Жаль, что у меня так и не случилось ничего подобного. Пусть даже сейчас и всплывают весьма неожиданные факты из моей биографии, да только если это и чудо, то вовсе не то, о котором грезилось. Тут впору в груди обнаружить кусок льда, а не душевный трепет.

Нынешнее утро принесло лишь желание зарыться поглубже в подушки и чтоб не искали. Но, увы, увы. Бегать от трудностей — не мой случай. Надо идти играть роль, коль выбора не оставили.

Лита, впорхнула бодрой птичкой и страшно обрадовалась, увидев мои открытые глаза. Ну да, а то вдруг бы разбудила склочную наследницу, а там кто знает, что ей удумается.

— Доброе утро, моя госпожа. С праздником прихода зимы вас, тира Агния! — девушка присела в поклоне, при этом продолжая глядеть на меня с опаской.

Желание подтвердить ее опасения, оскалиться и хищно клацнуть зубами было сильно, как никогда. Вот интересно, сколько она ещё будет трястись? Я вроде веду себя, если не мило, то точно ровно и с уважением к тому, что эта расторопная девушка делает. Это ж как ее моя сестрица запугать должна была?

— Доброе, Лита. И тебе мягкой зимы! — ответила я, как могла спокойно.

Подняться, подавить вздох и отправиться в комнату с удобствами. Пока я будила струями воды не сильно радующееся утру тело, комната успела преобразиться.

Шторы были раздвинуты, постель убрана и на ней лежало приготовленное для сегодняшних мероприятий платье и белье. Ну, а на столе дожидался завтрак, прикрытый куполом, что сохранял тепло и свежесть.

Да, всё идеально, живи да радуйся, а мне вот выть охота. Вся моя новоприобретенная, пока ещё и не слишком послушная, но уже во многом понятная, ведовская сила буквально вопит о том, что мне мало что понравится на этом празднике.

Цыкнув на панику, иду одеваться. Платье, что пошили специально для этого дня, стоило явно целое состояние. Я не принимала участие в процессе подбора фасона, узнав, что сама Агния заказала наряд ещё загодя и разумно решив, что даже если мне не понравится. то отказаться от того, что вроде как сама и придумала, будет подозрительно. Я непременно подкорректирую стиль в одежде, но постепенно.

Впрочем, то что приносили мне до сих пор было не лишено вкуса, хотя и слишком откровенно. Но выбор все же был.

А уж этот шедевр портновского искусства скромностью точно не отличался. Но, Темнейший меня подери, красота была дивная У Литы буквально глаза горели, когда она помогала мне облачиться в этот наряд. что был под стать самой сказочной Королеве Льдов.

Уметь бы ещё всё это носить. За годы учебы в офицерской школе, торжественных мероприятий я избегала, как чумного поветрия, а в Весегонском форте платье — это что-то для кухарок, но никак не для боевой стихийницы. Ладно, красиво двигаться и держать осанку я не разучилась, да и танцевать сумею, не зря же меня в детстве так истязали гувернеры и прочие учителя.

Струящийся серо-голубой атлас пышной юбки в пол был расшит лучами серебра и драгоценными камнями, что стрелами расходились вниз от талии, корсаж едва прикрывал грудь, плечи и руки до локтей были покрыты прозрачной кисеёй, что также была вышита серебром и сверкающим великолепием драгоценностей.

А спина… Мой бог да тут без магии не обошлось, иначе этот наряд просто свалился бы с плеч, держась, казалось бы на паре перекинутых тонких цепочках. Но нет, прекрасно сидел на мне, открывая, по-видимому, весьма пикантный вид. Прическа и алмазные заколки в форме снежинок, пара небольших сережек, естественно с магической защитой и легкий макияж, лишь подчеркивающий и без того яркую внешность. Красиво, спору нет, вот только… В общем, хотя все стратегически важные места и были прикрыты, но, похоже, проще было вообще все снять, иначе это захотят сделать другие.

Я уже почти собралась так и поступить, но в дверь настойчиво постучали. Всё, видимо, поздно метаться. Хорошо, что хотя бы половину времени сегодня проведу на улице, а стапо быть прикрою сию красоту шубкой и буду избавлена от навязчивых взглядов — королевскую семью ожидали в столице на официальном открытии зимних забав. К тому же, корона всегда была щедра в такие дни и горожане рады были приветствовать свою Ведьму. А как иначе, когда бургомистр рассказывает народу, сколько бочек эля и вина, туш кабанов и быков пожертвовано правительницей для увеселения своих подданных. Корния всегда соблюдала принцип «кнута и пряника». Резию я должна пережить, вот, правда, потом бал в «Короне Севера», а там уже придется «блеснуть» и бездна со всеми ее сущностями только и знает, чем это обернется.

Я дала разрешение горничной впустить гостя, хотя и подозревала, что это никто иной, как мой страж. Повернулась от зеркала и…

И попала под такой суровый взгляд, что захотелось совершить малодушный побег.

Гримаса была мимолетной, да и сам Карс, сумел вернуть выражение лица к холодно-отстраненному. но мне хватило времени проникнуться бешенством с толикой брезгливости, что он так тщательно и поспешно скрыл. Ага, значит вновь увидели во мне распутную наследницу тир? По спине прошел озноб. Вот спрашивается, и с чего это я так реагирую на него? Ну, вот взбесила его моя открытая спина и дальше-то что? Морали-то читать не станет. Можно подумать я сама в восторге. Но теперь точно менять платье не стану. Пусть хоть лопнет от злости.

Я вздернула подбородок и одарила Карсиана ожидающим взглядом, успев отметить, что он сильно бледен и осунулся — не иначе, как результат снятия печати.

Зато лицо было теперь без изъянов. Надо же, как оказывается его уродовала эта метка!

— С праздником прихода зимы, Ваше Высочество, — холодный голос и вежливый, прямо-таки безукоризненный поклон. — Я готов приступить к своим обязанностям.

Тиры Дерисы так же ожидают приказов.

— Доброе утро, капитан. И вам мягких снежных дней! — я одарила дозорного очаровательной улыбкой и взмахнула ресницами, наслаждаясь тем, как машинально сузились его глаза. Подошла ближе и участливо поинтересовалась, — Как вы себя чувствуете? Достаточно хорошо, а то программа мероприятий на сегодня обширная? Выдержите? — проворковала провокационно.

— Благодарю, я в порядке, — он машинально отстранился назад, явно не желая сокращать дистанцию.

— Рада это слышать, — кивнула я, продолжая бесцеремонно рассматривать мужчину.

Да, порода проступала, словно вместе с печатью ушло ещё что-то неуловимое, что давило и гасило некую внутреннюю силу этого мужчины. Бездна, да он красавчик, такой точно без внимания не останется… Впрочем, мне-то какое дело? Его жизнь. — Что ж, позавтракайте со мной, прошу, — я изящным движением руки указала на столик. — Терпеть не могу есть одна, — это, кстати, было чистой правдой. Я порой просто забывала о еде, когда рядом никого не было, чтобы об этом напомнить.

Подобное приглашение с моей стороны было явным нарушением субординации, ожидала отказа, но Карс меня удивил, благодарно кивнув и отодвинув мне стул.

За завтраком мне по пунктам напомнили расписание сегодняшнего дня — и когда успел изучить? А я в свою очередь заверила, что Дерисы поступают в его полное подчинение.

— Я вообще не собираюсь мешать вам делать вашу работу, тир. Ну. по крайней мере, сознательно ее усложнять! — Улыбнулась я, когда сытный завтрак смог таки частично избавить меня от напряжения. Не скажу, что мой страж особо расслабился. Ел он мало, только пил чай и говорил сухо и по делу.

А вот я ловила себя на навязчивом желании вернуть наши прежние отношения, словно ничего не и не произошло. Я не оказалась наследницей Севера, а он сыном герцога Сольмского и моим соглядатаем. Никогда бы не подумала, что смогу жалеть о днях, когда была бесправной меченой на Весегонской границе. Вот уж точно: у свободы разные лица и, похоже, мы не всегда её узнаем. Здесь в замке, без метки и имея имя, а в перспективе и огромную власть, я совершенно не чувствовала себя свободной. А о том, чтобы ощущать себя счастливой и говорить не приходилось.

— Ваше Высочество, Её Величество просила вас поторопиться в Резию. Там следует появиться к полудню, — голос Литы вывел меня из задумчивости, а Карсиан мгновенно поднялся и подал мне руку. Сильные пальцы. Не удивительно, можно сказать, что родился с мечом в руках. Вот только раньше было все равно.

Сосредоточься, Ния! С чего тебя вообще так волнует тот, кого за прошедшее время успела изучить, казалось бы, от и до? Правда вот многого не знала, как выясняется…

Это всё шарков стресс, ты просто цепляешься за привычное, чтобы не думать о настоящем. О будущем ещё страшнее.

— Что ж, не стоит заставлять резийцев и Великую Ведьму ждать, — бросила я небрежно и приказала подать шубу.

Лита тут же рванула в гардеробную, чтобы вынырнуть оттуда буквально утопая в мехах. Она, по уже сложившейся привычке, принесла две шубки на выбор, а так как размера они были не маленького, то из этого пушистого вороха торчали только две руки и русая голова девушки. Но, Великая, что это были за меха! Да любая нормальная девушка уже должна биться в экстазе от такого, а я лишь застыла в ступоре, пытаясь сделать выбор.

Голубая горная рысь — единственная кошка Шалиона, чей мех на удивление не линял. Эти уникальные кошачьи жили круглый год в зоне вечных снегов и не сбрасывали подшерсток. Удивительные серебристые шкурки ценились на вес золота не только за красоту, но и за тепло, и легкость. Охота на них велась только королевскими ловчими и строго под заказ Великих Ведьм. Остальные могли и без головы остаться за браконьерство. Традиционное манто в пол и с капюшоном.

Вторая меховая краса была из огненно-рыжей весегонской норки. Яркая, словно костер на снегу.

Я на миг улыбнулась, подумав, что Агния непременно одела бы рысь, а Селении по душе огонь. Пальцы так и тянулись прикоснуться к словно подсвеченной изнутри пламенем поверхности. Мех напоминал цвет волос, что я так старательно поддерживала у Огненной ведьмы.

Вот только Селении больше нети я давлю в себе порыв, и решительно указываю на серебристую рысью шубку.

Мягкие сапоги и перчатки, что обтекают конечности, словно второй слой кожи.

Осталось лишь спуститься к карете и для всех Агния вновь оживет.

Звук шагов отражается от стен коридоров, Карс следует тенью за мной. Дерисы, что ограничились лишь вежливыми приветствиями, идут по бокам, на пару шагов в стороне, чтобы не сильно давить на меня. Полагаю, что когда толпа нас обступит, они приблизятся вплотную.

Во дворе замка нас ожидает украшенная еловыми ветками и лентами повозка, запряженная четверкой вороных. Зима и вправду вступила в свои права, а точнее усилила свои позиции. За ночь намело небольшие сугробы. Но к моему удивлению, я вижу тиру Криг, что подходит к нам со своим неизменным Ашером и Тейтом, который невозмутимо делает круг над головами и садится на крючковатое навершие витого посоха, что Верховная держит в руке. Ну, конечно, сегодня ведь праздник и как же обойтись без этого атрибута, символизирующего верховную власть в ковене ведьм.

— Мягкой зимы, Ваша Светлость, — я здороваюсь первой, пока остальные застывают в традиционных поклонах. Да, мой статус выше, но уважение никто не отменял. — Была уверена, что вы уже в Резии.

— Всё так и было, Ваше Высочество, — вместо приветствия говорит ведьма. Ее что-то встревожило, не стала бы Верховная нарушать заведенный порядок из-за ерунды. — Я вернулась за вами, принцесса, чтобы предупредить, — она оборачивается по сторонам, бросая недобрые взгляды на проходящих мимо слуг. — Если позволите нам с Ашером присоединиться к вашему кортежу, тогда нам никто не помешает поговорить.

Как и обещала, тира Криг сегодня была безукоризненно вежлива, и обращалась подчеркнуто на «вы».

— Буду, рада вашей компании, герцогиня, — я удивлена и озадачена, но показываю на карету и наши сопровождающие, не задавая вопросов, помогают нам забраться во внутрь. Дерисы и Ашер сопровождают экипаж верхом, Карс же должен быть всегда рядом со мной и сейчас он, молча, сидит напротив. Тира Криг провожает взглядом в окно удаляющийся замок, не выпуская старинный посох из рук, и наконец нарушает молчание:

— Ваше Высочество, боюсь. у меня плохие новости. Несмотря на старание службы безопасности, прикладываемые, чтобы история с проклятием не вышла за предела замка, но скрыть покушение на наследницу все равно не удалось. Именно поэтому королева так настаивала, чтобы вы поскорее показались перед большим количеством людей. Но вот то, что по всему Северу, словно ветром разнесло подробности о темном «Проклятии Рода», от которого не выживают даже Таарские, ожидать было сложно. Кто-то сознательно раздувает слухи и в народе начинается настоящая паника. Люди испуганы.

— Не совсем понимаю, — я нахмурилась. — Ваша Светлость, я же предстану перед резийцами, что ещё требуется? Вы меня спасли, что просто удивительно, — легкий сарказм все же проскочил в голосе, и я тут же пожалела о несдержанности, поймав настороженный взгляд внимательно слушающего нас Карса. — Разве этого недостаточно, чтобы успокоить людей?

Герцогиня вздохнула.

— Поверьте, кто-то обязательно ответит за это. Не думала, что такой бред толпа так легко подхватит, но…

— Ну, не томите уже! Что происходит? — раздраженно спросила я. Подобное поведение и нежелание говорить прямо были совсем несвойственны Верховной и это нервировало.

— По Резии ходят слухи о самозванке. Идиотизм полный, но волнения-то вполне настоящие, — Валенсия замолкла, уставившись на меня. А мне хотелось, то ли смеяться, то ли плакать. Ясно было только одно, кто-то играет по-крупному против короны. Нет, я не верила, что наша тайна раскрыта, но то, что некто неплохо осведомленный пользуется ситуацией, чтобы расшатать трон — это однозначно.

— Герцогиня, вы уверены, что принцессе безопасно представать на площади в такой момент? — голос Карса звучит как всегда ровно. Я подняла глаза, пытаясь рассмотреть выражение лица, но он отодвинулся от света, падающего из оконца кареты и уловить эмоции не удавалось. — Не думаю, что те, кто сеют эту ересь в народе не позаботились о том, чтобы люди и глазам своим не поверили. В конце концов, внешность легко подделать, именно на это я бы и делал упор на месте провокаторов, — подытожил он.

— Да, капитан, скорее всего так дело и обстоит, — согласно кивнула тира Криг. — Вот только прекратить это безобразие пока не удается, она поморщилась. — Всё происходит слишком быстро… Но и не появиться тоже нельзя, ведь это значило бы только усилить спухи. Боюсь, пока Её Высочество не примет дар, тем самым доказав прямое родство с Корнией. у нас не будет сто процентного способа пресечь наветы. Нам остается лишь быть предельно осторожными и беречь принцессу. Ну а ей побыстрее определиться с супругом, — на меня бросили косой взгляд, — Впрочем. Таарским мало что грозит физически, но вот оскорбления и мелкие неприятности вполне реальны. Я просто обязана была предупредить, чтобы для вас это не стало неожиданностью.

— Неприятности, это само собой. Полагаю, что они не исключены и в более спокойные времена. От них и служба безопасности прекрасно укроет королевских особ, — задумчиво произнес Карсиан. — Или вы все же подозреваете что возможен реальный бунт? Мне слабо верится, что такое смогли бы проглядеть. Не Великая Ведьма, — покачал головой Карс.

— Да, серьезных волнений в праздник никто не ждет, но лодку кто-то раскачивает умело. Пока не всплыло ни одного имени, все на уровне слухов, что витают над страной, перебираясь от дома к дому со слугами, что ходят на базары и в лавки.

Ничего конкретного, но народ лихорадит, — герцогиня поправила прическу как-то устало, словно боролась с желанием потереть виски и просто прикоснулась к волосам, чтобы занять руки. Её посох сейчас лежал у нее на коленях и я невольно скосила глаза, рассматривая руны, что испещрили перевитую, подобно лозам, поверхность. Тейт равнодушно сидел на спинке мягкого сиденья, видимо не сочтя нужным лететь над каретой.

Я отвернулась, тщательно давя в себе желание, сказать много лестного по поводу пожелания ускорить поиск супруга для меня. Некоторые подозрения так и рвались быть высказанными, но я всегда гордилась тем, что умела выдерживать правильную дистанцию от мысли до языка, не позволяя плохо продуманным фразам выходить наружу. Нет, я непременно должна что-то придумать — срочно выскакивать замуж не тянуло вовсе. Точно не сейчас.

За окном кареты пролетали зимние пейзажи. Сегодня снег искрился под лучами выглянувшего солнца и ничто не напоминало о непогоде, что под утро терзала Север, кроме белого покрова, ещё не мешающего движению, но окончательно закрывшего последние черные пятна земли, что выдували ветра гор.

Холодная чистота, равнодушная. Словно созданная для ведьм Севера.

На въезде в столицу к нам присоединились королевские гвардейцы в неизменных цветах правящего дома Таарских — серебро и пурпур. И, конечно же, черный костар, что украшал короткие плащи и щиты воинов. Сопровождение разгоняло зевак, освобождая дорогу карете. Несмотря на это, продвижение по городу сильно замедлилось — улицы старой части столицы не были широкими, а количество всадников и повозок, что пробирались к центральной площади росло.

Я больше не выглядывала в окно, не то чтобы, боясь, что горожане увидят меня раньше времени, а скорее от того, что Резия давно не вызывала во мне любопытства. По этому городу я вовсе не скучала и большинство воспоминаний, связанных со столицей, не были приятными. Так бывает, когда что-то или кто-то не оправдывают наших надежд. Мои когда-то были разбиты здесь и погибли вместе с верой в человечность и серым трауром по светлой и доброй девушке Нелин, чью любовь высмеяли, опошлили и превратили в развлечение для великосветских уродов.

Наверное, Резия останется для меня навсегда тем местом, где мечты превращаются в дым, а люди оборачиваются в зверье пострашнее, чем в Весегонских чащах. Я запомнила: лгать могут все и обо всем.

И мне потребовалось немало времени, чтобы снова начать замечать то, что в мире порой все же светит солнце.

С трудом сбрасываю ненужные сейчас воспоминания, от которых я бежала последние два года.

Мы успели вовремя, даже чуть раньше полудня. Часть огромного пространства, которое обычно занимали лишь прогуливающиеся горожане, да приезжие, что желали попасть на прием к бургомистру, или в другие учреждения представляющие властные структуры, что по сложившейся традиции, располагались недалеко от этого лобного места, ныне была отгорожена для знати и высоких гостей. А также здесь были установлены трибуны, дабы народ мог узреть тех, кто вроде бы призван заботиться о них. Да и просто поглазеть на богатых и знаменитых, ну и конечно же, в живую увидеть самых известных боевых магов и саму Великую Ведьму, что уже почти полвека держит в руках Север и в ужасе соседей.

Карета оказалась за оцеплением, оттеснившим зевак и вскоре мы покинули изрядно надоевший возок. Сейчас мы должны были пройти в здание ратуши из которой и проследовать на балкон, выходящий на площадь, отсюда правительница и высшая свита, и будут поздравлять жителей столицы с приходом зимы. Ничего особенного, просто постоять рядом с матерью и отцом, помахать приветственно, поулыбаться и можно вновь трястись в карете, чтобы вместе с сотней гостей вновь попасть в королевский замок на традиционный Зимний Бал.

Ну да, вот такая повинность у правителей, каждый праздник посещать свой любимый народ, а уже после сбегать от него под защиту неприступных стен, чтобы надолго потом этот самый народ не видеть.

Как только я вступила на землю, вокруг буквально забурлил водоворот из лиц. Меня мгновенно завертело в приторных улыбках и лестных словах встречающих. Сам бургомистр тир Зеркут крутился, отсвечивая лысиной, пытаясь разорваться между мной и Верховной, заискивающе заглядывая в лицо, будто ища одобрения. Пахло свежими еловыми ветками, пестрели ленты и флажки. А ещё аромат зимних яблок, что хозяйки доставали из подвалов, развешивая на еловых лапах, призывая Великую мать вернуть солнце поскорее.

Как я поняла, наша драгоценная королева уже находилась в цепких ручках супруги главы столицы. Я вполуха слушала дифирамбы, что мне пели, радостно вещая, о том, что слухи о моей бесславной гибели оказались ложными. А у самой было только одно желание, чтобы этот балаган поскорее закончился. Голова отчего-то начала кружиться, а перед глазами поплыли пятна.

Голоса звучали слишком громко и запахи… Запахи одуряли.

— Ах, Ваше Высочество, мы так счастливы, что вы смогли тоже поприсутствовать на открытии традиционных зимних забав, — Тир Зеркут вцепился в меня мертвой хваткой, как только понял, что Верховная уделила вниманию высокому мужчине, который вежливо склонился передо мной и сразу обратился с каким-то вопросом ко главе ковена. Тир Анател Горейн — машинально отметила я, без труда вспоминая главу безопасности Севера. Валенсия лишь бросила мне быстрый взгляд и ушла вперед, что-то обсуждая со своим новым собеседником.

А я чувствовала, что с каждой секундой мне становится хуже. Я никогда не боялась толпы и не была впечатлительной барышней и сейчас понимала, что со мной происходит что-то неладное. Мир, что и так стал после снятия печати ярче, нынче превращался в сплошной хаос из красок, запахов и…эмоций. Чужих эмоций, что внезапно нахлынули отовсюду и раздражали новыми ощущениями и пониманием чего-то глубинного, личного, что не у каждого соответствовало внешнему облику и словам.

Я чувствовала чужое волнение и страх, что исходили от державшегося рядом тира Зеркута, а кругом по оголенным нервам хлестали вспышки зависти и презрения и даже ненависти. Не понимаю, откуда это взялось, лишь подозреваю, что это снова шутки моего ведовского дара, с которым справиться в эту минуту я просто не могла.

Тира Криг ничего подобного не говорила, и я нервно сглатываю, пытаясь не потерять лицо — именно сейчас такое приведет к катастрофе — наследница здорова и сильна, и никак иначе!

Моё дыхание участилось, сердце пытается выскочить из грудной клетки, но я, пусть с трудом, но заставляю себя двигаться вперед. И улыбаться.

— Тира Агния, — легкое касание пальцами за локоть, Карс склоняется и заглядывает мне в лицо, стараясь не вызвать к себе лишнего внимания. — Что-то не так? Вам плохо? — шепотом, но в глазах беспокойство. Ловлю себя на желании закрыть глаза и прислониться к Воздушнику, чтобы получить, хоть миг передышки, но с удивлением отмечаю, что совсем не чувствую его, для меня он закрыт. Словно остальные сделаны из другого эфира, а мой защитник остался прежним и его мне не прочитать новым способом. Машинально хватаю его за руку, будто только его присутствие сможет удержать меня от безумия, что творится со мной, да и вокруг.

Он замер напряженно, но ладонь не отпустил.

Кто-то бросает на наши руки удивленный взгляд. Презрение. зависть… Плевать, надо продержаться, а это мой якорь.

Амы уже оказываемся в зале с тем самым балконом, выходящим на трибуны. Здесь собрался высший свет Севера, да и площадь, что виднеется впереди полна горожанами, которые только и ожидают появления главных действующих лиц. Дамы в дорогих шубах, мужчины в форме или в светской одежде. Взгляды, вспышки удивления, любопытства, злобы, страха и в лучшем случае равнодушия. Ни жалости ни любви…

Бургомистр склоняется к моей руке и извиняется, что вынужден покинуть — ему пора открывать праздник.

Ая вздыхаю и чуть не падаю радуясь полученной минутной передышке. Ведь пока он говорит, ещё не пришло время выйти к толпе. Даже представить боюсь, что почувствую там, видя и ощущая эмоции тысяч собравшихся поглазеть на нас.

— Что происходит, Ваше Высочество? — Карс сжимает мою руку, пытаясь привлечь внимание.

— Потом, Карс, просто поддержи, прошу… — шепчу, не задумываясь, сповно мы всё ещё где-то на границе и нам некогда говорить. надо просто действовать. Он бросает на меня совершенно ошарашенный взгляд и отпускает ладонь, но встает так, чтобы в любой момент иметь возможность подхватить под локоть.

Слышу. как столичный глава уже вещает с балкона о празднике. Толпа радостно ревет. А в зале гости расступаются, пропуская вперед главных действующих лиц.

Корния как всегда безукоризненна, одета в пурпур, как и положено на официальных церемониях. Серебряный плащ подбит мехом, на голове корона Севера, а на сгибе локтя черный костар — старый Валд сверкает ярко зелеными глазами. Да, такие только у королевских фамильяров. Принц-консорт, как всегда на шаг сзади. Отец возвышается над своей Ведьмой почти на голову. И да, их я тоже не чувствую.

Совсем.

Как и Верховную, что также присоединяется к верхушке правящих страной. Все они кивают мне, а королева дает знак приблизиться. На миг мне даже становится легче от того, что хотя бы с этими людьми меня не накрывают новые чувства.

— Рада тебя видеть, моя девочка, — Корния посылает дежурную и хорошо отрепетированную улыбку. — Правда, ты немного бледна, ну да не беда, надолго это не затянется, — Она протягивает руку и берет меня под локоть, увлекая к дверям балкона. И именно в этот момент бургомистр объявляет наш выход;

— Подданные Севера! Встречайте: Её Величество тира Корния Таарская, Великая Ведьма Севера с супругом, принцем-консортом Харном Лентом, — толпа ревет приветственно, а тир Зеркут склоняется в низком поклоне.

— Я хочу объявить тебя сама, — шепчет Корния. — Пусть подавятся ядом те, кто тебя похоронил — Таарские крепкие! — и в ее голосе столько торжества, словно это она спасла Агнию. И тут она бросает взгляд на Карсиана, что делает шаг за мной. — А-а-а. — протягивает она, — Это и есть твой меченый? — она окидывает его взглядом с ног до головы. И вот тут волна чужих эмоций чуть не сбивает меня с ног. Только на миг, но я почувствовала это хладнокровное и почти брезгливое любопытство к Воздушнику от Великой Ведьмы, а ещё чувство превосходства. И боль моего стража, что лишь с достоинством поклонился королеве. Все исчезло также быстро, как появилось. — Отличный мальчик, Агния, только не сильно увлекайся! К сожалению, тянуть с замужеством вечно не получится, — небрежно бросила она и шагнула к народу, продолжая вести меня за собой, но так, чтобы я оказалась чуть сзади, рядом с отцом, который лишь бросил на меня ободряющий взгляд.

— Подданные Севера, ваша королева желает вам светлых зимних дней! — голос Корнии был усилен магией и разносился над площадью, словно она говорила с каждым лично. — Пусть Великая будет к вам милостива, а Темнейший ещё долго не потребует свою дань! Развлекайтесь и веселитесь! Корона жалует Резийцам угощения, чтобы ваши тела были сильным! И много бочек с элем и вином, чтобы души воспарили! — она дождалась пока схлынет ликование. — А ещё я пришла поделиться радостью с вами, — она повернулась ко мне и кивнула, предлагая выйти вперед. — Великая уберегла мою дочь и наследницу Её Высочество тиру Агнию Таарскую, вашу будущую королеву!

Шаг вперед и меня словно омывает холодом. Я не вижу четко лиц, да и не стремлюсь, хотя мои новые способности легко позволяют это сделать. Да только мне этого и не нужно — недоверие и злоба покрывают почти все пространство. Хотя здесь все же находится место и искреннему восторгу и радости за спасение своей принцессы, а стало быть, и будущего страны. Но большинство не верят, они замерли и многие даже готовы роптать. Лишь страх перед той, что способна уничтожить их останавливает.

Горькая слюна подкатывает к горлу, ещё чуть-чуть и я не выдержу такого накала эмоций. Наверное, не прошло и нескольких секунд, а мне кажется, что вечность.

Чувствую, что молчание толпы все же затягивается, а мать буквально сейчас взорвется и тут…

Да, это было так странно и так восхитительно! Волшебно! Ох, у меня просто закончились эпитеты, потому что когда ты на пределе и вдруг в твое едва держащееся сознание, словно кто-то приносит приятную прохладу, даря поддержку и обещая помощь.

— Я уже здесь, Селения! Прими меня! Я — Арли! И я так долго тебя ждала…

Я улыбаюсь, как сумасшедшая, ощущая такое забытое чувство счастья и единения с кем-то, словно мир и не показывал мне свои мерзкие стороны.

— Да… — единственное, что я могу вымолвить. когда над площадью пролетает и садится на протянутую мною руку огромная птица. Так странно, но я почти не чувствую ее веса, хотя на вид должна быть тяжелой.

Черная, словно ночь в горах, с огромными крыльями и ярко-изумрудными глазами — королевский костар. Такую не спутаешь с другими! И выбирают эти создания лишь Таарских.

И вот тут толпа взрывается, ликуя и славя правящий дом. Ещё бы, такая демонстрация… Только я это уже не слушаю и не впитываю никакие эмоции. Мне просто хорошо и спокойно.

Я смотрю в яркие глаза волшебного существа, которое меня точно никогда не оставит и не предаст.

Глава 11. Об окружающих странностях

Никакое притворство не может продолжаться долго.

Цицирон

Резия Карсиан Толпа ревела.

Резийцы, как всегда, были так переменчивы в своих пристрастиях. Каждый в отдельности вроде бы умел думать, и даже делать выводы, но вот стоили только кому-то умному собрать всех в одном месте и правильно направить их гнев или любовь — притом без разницы с какой эмоцией работать, отличаются только последствия — и всё! Дальше мы имеем дело не с разумными существами, а с огромным организмом, что крайне нервно и чувствительно реагирует на изменения, но не силен в анализе ситуации. Зато легко управляем.

Вот и сейчас, ещё секунду назад возмущение и недоверие готовы были вылиться в неповиновение, а стоило костару упасть в объятия принцессы и тысячи северян, что собрались на площади, уже готовы возносить до небес ту, что только что не вызывала у них никакого позитива.

Эти философствования заставляли усталый мозг отвлекаться от ярости, что всё ещё жгла что-то внутри, хотя, казалось бы я давно привык к издевкам и пренебрежению. Ну да, нарастил шкуру и считал себя непробиваемым. Может дело в том, что проклятая метка наконец-то освободила мой дар и кожу?

Ага, и тут же откуда-то с самого дна начало откапывать само себя трясущимися ручками, тщательно и со всеми почестями погребенное под слоями из благоразумия и инстинкта самосохранения, чувство собственного достоинства.

Рановато, дружище! Право слово, не стоит спешить.

Но эта старая королева-ведьма… Темнейший знает, как же мерзко.

Если бы не увидел, как сузились от гнева зрачки Агнии на совершенно бесстрастном лице, то вряд ли бы выдержал. Нет, наследница явно не разделяет взглядов своей матери. По крайней мере на меня.

А вот тут возникает второй и вполне закономерный вопрос: а с чего, собственно, меня вообще волнует, что подумает обо мне эта избалованная девица? Да одно её платье, что на ней сегодня надето, а точнее «раздето», способно по разрушительной силе выступать в качестве боевого заклинания высшего порядка.

Я вообще не пойму, что нам с Дерисами делать на сегодняшнем балу? Какая, к шаркам, охрана? Да нас просто затопчут! К принцессе подойти можно будет, только расшвыряв «Воздушным кольцом» поклонников, а после повыкидывать их в окна замка. Но вот я не думаю, что Её Величество будет от этого в восторге. Тем более когда тут такое событие — отбор женихов!

Хотя желание именно так и поступить от чего-то греет душу.

Бездна, дозорный, только не говори, что тебе интересна эта…эта наглая и. что уж врать, очень красивая, ведьма.

От того, что у нее неожиданно прорезалось что-то человеческое и в какой-то миг тебе почудилось, что она цепляется за тебя, словно и вправду ты ей нужен? Да просто, похоже, это их ведовские штучки! Не зря она так бледна до сих пор, да и штормило её… А потом прилетела эта ахова птица. И вот теперь в тебе проснулось рыцарство! А то, как же, девица просит поддержки и ты таешь, будто вовсе не такие, как она ноги об тебя двадцать лет вытирали.

Это работа. Просто работа, которую ты будешь делать хорошо, за то, чтобы вырвать зубами себе право на жизнь, а не существование. А Таарские пройдутся по тебе и сбросят со счетов, как отработанный материал. Уже так поступали. И, заметь, это будет наилучший вариант!

— Тир Карсиан, — тира Криг умудрилась незаметно подойти совсем близко и тихо, но четко произнесла. — Немедленно увози Её Высочество. Сейчас начнется откат.

Поверь, такого никто не мог предвидеть. После слияния сознания она может выключиться на пару часов. Я удивляюсь, что Агния до сих пор на ногах. Бездна, как же ее незаметно увести? — Верховная озадаченно прищурилась, что-то прикидывая. Она не сводила взгляда со стоявшей у перил девушки, а та казалось и вовсе никого не замечала. Принцесса держала на сгибе локтя костара и смотрела с такой счастливой улыбкой на птицу, словно весь мир перестал существовать.

Народ слушал очередное поздравление и уйти было просто нельзя. Да и по плану, присутствовать на празднике следовало ещё пару часов, а после отбыть в «Корону Севера».

Я словно почувствовал неладное и приблизился к принцессе почти вплотную. И тут она медленно начала оседать.

Молниеносно подхватил ее за талию и притянул к себе плотно, не давая упасть.

Внутри что-то непривычно и тревожно заныло, словно это я терял силы.

— Сучье семя, — неожиданно прошипела грязное ругательство Верховная и я тут же почувствовал как дрогнул эфир. Старая ведьма шептала заговор, вливая силу и наводя морок на балкон. — Уноси ее немедленно! Фантом продержится час, как минимум.

Я не заставил себя ждать, подхватывая безвольное тело Агнии, а на ее место у перил уже встала точно такая же копия. Лишь сильный маг приглядевшись мог заподозрить неладное, но таковых было мало, да и повода вроде не было — если и были желающие, то явно уже все проверили. Ай да Валенсия, ещё сильна старуха!

Перехватил девушку поудобнее. Боги, да она почти ничего не весит! Её костар так и не выпустил руки девушки, держась за нее когтями и вися, словно странное украшение черным пятном на серебристом мехе шубки. Заметил лишь быстрый взгляд на нас Великой Ведьмы, ждал окрика, но она лишь слегка кивнула, дав понять, что все нормально.

«Странно, что Корния ничего не сделала для дочери, хотя все прекрасно видела, да и должна же понимать ее состояние!» — мысль была мимолетна, но желание разобраться в накапливающихся, как снежный ком, странностях росло, как бы я себя не убеждал, что надо ни во что не лезть, а лишь выполнять свою службу Агнии.

Дерисы стояли на выходе с балкона вместе с другими сопровождающими из свиты королевы и бургомистра, что не были допущены на импровизированную трибуну.

— Расчищать дорогу и смотреть в оба, — бросил парням, зная, что выполнят в лучшем виде. Но на пути встала королевская гвардия и смотрела на нас не с лучшими намерениями. Магия сама плеснула на пальцы, на ходу перехватываю девушку одной рукой, освобождая правую. Сейчас мне не хотелось никому объяснять свои действия. а вот желание снести любого, кто встанет на пути было.

— Пропустить! — голос Верховной донесся мне в спину и обращалась она к офицеру, что уже схватился за оружие, но мгновенно дал приказ своим солдатам освободить нам дорогу. Очень вовремя! Что ж, их понять можно — служба, а вот свою злость я не понимал.

Путь по которому мы шли от кареты довольно долго, я со своей ношей преодолел, наверное, за минуту, рыча на нерасторопных слуг и случайных попадающихся на пути гостей, пострашнее весегонской нечисти. Карету нам подали в рекордные сроки.

Я опустил Агнию на сидение, подложив ей под голову подушку и велел трогаться кучеру.

— Карс, к Темнейшему эту столицу. — крикнул уже сидящий в седле Майл. — Эти шарковы аристократы и шагу без карет ступить не могут. Путь через улицу полностью перекрыт экипажами знати и не думаю, что нам быстро удастся выбраться, — он указал рукой в перчатке на затор впереди.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — зло усмехнулся я и вышел к толпившимся и азартно переругивающимся возницам. Ну конечно, слуги всегда напыщенней господ, вон как пыжатся доказать, кто первый должен проехать. Ясно, что хозяева, застряв в этой толчее просто пошли пешком к месту празднования, что логично. — Так, слушать сюда! У меня четкий приказ от Верховной ковена Севера, подтвержденный самой Великой Ведьмой, — рявкнул так, что лакеи, что сидели на запятках ближайшей довольно дорогой кареты, свалились от неожиданности в снег — Освободить дорогу! Минута, или я решу проблему сам. Время пошло, раз, два… — на ладони медленно стал раскручиваться вихрь, разрастаясь и набирая силу. Ближайший кучер с ужасом уставился на мою недвусмысленную демонстрацию силы и что-то стал лепетать, кланяясь и отступая к козлам.

Я почти мечтал, чтобы они не справились. Острое желание спустить пар буквально накрывало.

— Эк тебя, Воздушник, проняло, — покачал головой Рот, гарцуя на своем верном кауром жеребце.

Я промолчал, лишь прикрыл глаза, делая глубокий вдох Пробка рассасывалась, как по мановению руки. Скинул заклинание и запрыгнул во внутрь устраиваясь на сидении и подтягивая девушку к себе, чтобы уложить ее к себе на колени, оправдывая себя желанием, чтобы она не упала.

Экипаж тронулся с места, быстро набирая скорость.

Агния лежала такая беззащитная и казалась сейчас совсем юной. Я отвел в сторону выбившийся из прически пепельный локон, который падал на лицо норовя попасть ей на нос, отчего она забавно морщилась. Пальцы невольно задержались на щеке, такой нежной и покрытой едва ощутимым пушком, будто трогаешь бархат.

Её ресницы дрогнули, а по губам прошла сонная улыбка. Она слегка отвернула голову и пробормотала:

— Я сейчас…Еще же не играли подъем… — и снова уснула.

Подъём? Агния Таарская и подъем, притом который кто-то «играет»?

Откинулся на спинку потряхивающейся по брусчатке мостовой кареты, пытаясь связать не связываемое. Количество не стыкующегося бреда росло. Поднял глаза и столкнулся с внимательным взглядом королевского костара.

— Мда, ясно только одно, что на моих коленях спит точно Таарская! Ведь так, птица? Уж прости, но мы с тобой не представлены, — проговорил в пространство, естественно не ожидая ответа. Всем ведь известно, что фамильяры общаются исключительно со своими ведьмами. Зеленые глаза продолжали сверлить меня, словно изучая. Что ж имеешь право, нам теперь с тобой часто видеться придется.

Глава 12. Друзья в наследство

Если похвалы, расточаемые друзьями, иной раз дают повод усомниться в их искренности, то зависть врагов заслуживает полного доверия.

К. Иммерман

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Селения Мне снилось море.

Я качалась на волнах в утлом суденышке, которое трепал ветер. Баркасом кто-то управлял, но я не видела того кто вел наш кораблик сквозь непогоду. Да и к каким берегам он причалит, тоже не знала. Судно тряхнуло, огромная волна уже была готова накрыть палубу…

Я испуганно открыла глаза и не могла ещё пару мгновений понять, где нахожусь и почему меня и вправду так трясет.

Понимание и память пришли быстро. Карету я узнала и догадалась вся эта свистопляска была лишь следствием очень быстрой езды по зимней дороге, что не становилась идеальной от сыплющегося за оконцами снега.

А снег шел почти сплошной стеной. И именно на него сейчас смотрел мужчина. явно погруженный в свои мысли. Мужчина, на коленях которого лежала моя голова… В серых глазах была сосредоточенная задумчивость, но сильные руки бережно придерживали мое тело, чтобы я не упала от тряски.

— Раба, что ты уже очнулась, Селения. Мы едем в «Корону Севера». Всё спокойно.

Арли. Я невольно улыбнулась. Мысли костара были четкими, но всегда краткими и по сути. За те минуты, с нашей встречи на балконе ратуши, моя прекрасная спутница успела многое поведать. Мы на самом деле, почти ничего не знаем про этих волшебных созданий. Они не раскрывают о себе ничего: ни о том, как они живут пока не становятся фамильярами. ни о причинах их побуждающих связывать свою жизнь с ведьмами. Но в их преданности и пользе никто не сомневается. И ещё то, что среди этих птиц есть как самцы, так и самочки. Последние, кстати. встречаются крайне редко, тоже неясно почему. Кстати, тира Валенсия рассказывала мне как-то, что как глава ковена ведьм, вела перепись всех своих подопечных. На самом деле в королевстве Север не так уж много ведающих. буквально несколько сотен. А уж тех у кого есть свой костар, вообще всего несколько десятков. Да и те в основном принадлежат к высшим родам Севера, где. как известно и собраны самые могущественные маги и ведьмы. Хотя порой сильные ведающие рождались и у простых деревенских ведьм — пути крови не всегда ясны. И вот тогда птицы прилетали и к ним.

Арли же сказала, что ждала меня с самого рождения, но мой дар был скрыт, а значит, принять ее я просто не смогла бы. И то, что со мной творилось в ратуше. было следствием раскрытия очередной ступени моих возможностей. Вот только эмпатия оказалась настолько сильной, что без помощи моей птицы я вряд ли бы справилась. Арли обещала, что будет помогать мне контролировать эту способность и на первых порах глушить ее проявление вовсе. А после я научусь справляться самостоятельно. И ещё посоветовала молчать об этом. Впрочем, я и сама так решила — как-то не хотелось такой козырь выкладывать.

Ох, если суметь пользоваться этой способностью только по желанию — это же просто клад! А вот испытывать то, что я ощутила недавно… Такое, пожалуй, и убить может. Или заставит бежать от людей куда-нибудь в дальние дали и там забиться в щель поглубже.

Бррр!

Поймала себя на мысли, что пока не хочу шевелиться. Мне было так спокойно.

Минута на пути…

Просто притвориться, что я не еду в уже опостылевший родовой замок на этот проклятущий бал, где большая часть присутствующих не будет вызывать во мне ничего, кроме глухого раздражения. Пусть сейчас все будет так, словно в детстве, когда придумывала сама себе сказки о том, что я принцесса, просто потерянная. И непременно должен явиться тот самый принц, чтобы увести меня в свое волшебное королевство.

Ну вот, принцессой я стала, в королевство попала. С принцем пока не складывается. но у меня ещё все впереди. Правда, скорее всего, снова в мою персональную сказку закрадутся нелепые искажения, и радовать она будет разве что сторонних наблюдателей, которые так любят следить за жизнью власть имущих.

Боги, как же я не хочу всего этого! Ни власти, ни силы, ни замужества…

— Как вы себя чувствуете, Ваше Высочество? Достаточно хорошо? А то ведь программа мероприятий обширна. Выдержите? — вырвал меня из задумчивости ироничный голос. Я поймала насмешливый взгляд на совершенно бесстрастном лице — контраст был ещё тот. Вот же гад, вернул мне мою же утреннюю фразу!

Я резко села на сиденье, даже голову повело, но я гордо вздернула подбородок и обожгла этого наглеца взглядом. Надеюсь, достаточно убийственным.

— Благодарю за заботу, капитан. Я в полном порядке!

На что Карс сделал довольно изящный поклон, насколько это возможно сидя, слегка склонил голову на бок и, улыбнувшись одними уголками губ добавил:

— Всегда к вашим услугам, тира!

Я прикусила губу и нервно поправила выбившийся из прически локон.

— Кстати, тир Карсиан, а как, собственно, я оказалась в карете? — я бросила на Карса быстрый взгляд.

— Ну, я вас сюда донёс, — невозмутимо выдал этот тип.

— В смысле, донёс? На руках? — слегка обалдела я, представляя эту картинку, как меня бесчувственную тащат через все здание ратуши.

— А в чем проблема? — пожал он плечами и демонстративно нахмурился, взяв себя рукой за подбородок, изображая задумчивость. Потом посмотрел на меня и спросил, — Полагаете, надо было отлевитировать вас? Уж простите, тира Агния, не догадался! В следующий раз непременно выясню заранее, как поступать с вашим телом.

Я чуть не поперхнулась воздухом от двусмысленности сказанного. Желание съездить кое-кому локтем в бок, как я непременно поступила бы раньше, было почти нестерпимым. Но он сделал такой невинный вид, что и обвинять в оскорблении того, кто о тебе вроде как позаботился, было несколько невежливо.

Ну да, позаботился. По долгу службы… Гадство, что ж так бесит-то?

Я мысленно записала очередной пункт для мести одному наглому Воздушнику и сказала нейтральным тоном:

— Думаете, мне стоит составить вам подробный список действий. не полагаясь на ваши мыслительные способности? А то я вижу, что вы полны сомнений.

— О, это как вам будет угодно. Только, боюсь, он окажется весьма длинным и в экстремальной ситуации доставать таковой выискивая нужный пункт будет несколько затруднительно, не находите? — Карс развел ладони рук, мол как скажете.

— Уверена, вы выучите наизусть, — парировала я. — И, кстати, мы скоро будем на месте? — я заглянула в окно, но снег шел так плотно, что дорогу узнать было невозможно, сквозь стену метели видна была лишь темная громада гор, но сколько ещё пути до «Короны Севера», определить я не бралась.

— В замке мы окажемся уже минут через десять, Ваше Высочество. И поскольку мы отбыли намного раньше остальных, то у вас будет время переодеться к балу.

Переодеться? Он серьезно? То есть моё платье ему покоя до сих пор не дает.

— Не стоит беспокоиться о моем гардеробе, если вы не желаете присоединить ко своим основным ещё и обязанности моей горничной! — Вот ведь, видит Великая, не хотела язвить, но довел же! Ведет себя, словно строгий отец или ревнивый муж!

В ответ на меня сверкнули глазами, в которых промелькнул ураган высшей категории. но ответили вежливо-ледяным тоном.

— Ну что вы, тира. Я не претендую на столь высокую должность и буду иметь в виду, что впредь, даже если замечу кетонского норла вгрызающегося в вашу одежду, буду нем, как рыба, до тех пор, пока это не станет угрожать вашей безопасности.

— Ну что вы, — в тон ему ответила я, — Я всегда буду рада услышать ваше мнение, тир. — Послала дозорному улыбку и добавила елейно, — Вот только от советов воздержитесь Оставшееся время прошло в напряженном молчании. Я упорно глядела в окно, пытаясь настроить себя на предстоящее торжество. Ну и заодно остыть от отчего-то прям распирающего желания мелко покусать одного блондина. Не знаю что меня в нем так бесило, но полагаю, что все дело в том, что я сама просто не могла изображать при нем из себя кого-то другого.

Когда захотела да и сделала все, чтобы он оказался рядом, даже представить не могла, что будет так непросто. Несмотря на то, что я про него узнала — обида-то давно прошла, а прежнего комфорта и тепла больше не было. Да и сам Карс теперь представал передо мной совсем другим…

Карета наконец въехала во внутренний двор замка. Дверь распахнул Майл и расплылся в улыбке увидев меня.

— Очень рад, что с вами уже все хорошо, Ваше Высочество, — он подал мне руку, которую я приняла, успев поймать недовольный взгляд моего персонального стража.

Я вдохнула горный воздух и подняла лицо вверх, подставляя щеки снежинкам, количество которых, кстати, слегка поуменьшилось. Метель явно сходила на нет, хотя я и знала, что погода в горах непостоянна и могла меняться по несколько раз на дню.

Мы добрались, наконец, до входа и я уже хотела отправляться в свои покои, когда заметила спешащего к нам навстречу по лестнице мужчину.

Главного распорядителя замка я узнала сразу по его крючковатому носу и глазам, что были слегка навыкате. Ну и осанка у этого худого и длинного, как жердь, человека, была столь прямой, а движения словно заучены с одной единственной целью, чтобы демонстрировать их в качестве образцово-показательных.

Спасибо тире Криг, что буквально вбивала в меня знания об основных лицах в моем окружении.

Он поравнялся с нами и, отвесив причитающийся поклон заговорил:

— Ваше Высочество, мы не ждали вас так рано, какие будут указания!

— Понимаю, тир Алент. Не беспокойтесь, прошу — я кивнула настороженно глядящему распорядителю. — Попросите подать обед ко мне в кабинет и проследите, чтобы меня до моего появления на балу не беспокоили.

— Конечно, тира Агния. К балу уже все готово. Как вы и просили, будут лучшие музыканты из самой Веронии, — ну, надо же, о чем я оказывается просила! — Ну и к вечернему фейерверку тоже все готово, — поклонился мужчина.

— Я не сомневалась в вашей компетентности, тир. Благодарю вас, — наверное, я сказала либо что-то не то, или от меня настолько не ждали похвалы, что тир выпучил и без того большие глаза. Его лицо покраснело настолько, что я всерьез испугалась, не хватит ли бедолагу удар. Но старый придворный быстро взял себя в руки — закалка чувствовалась многолетняя. Поклонился мне ещё ниже, явно пытаясь скрыть смятение и произнес:

— Безмерно рад вам служить, Ваше Высочество. Я могу быть свободен?

— Конечно, тир. У вас ещё полно забот. — я попыталась улыбнуться, чем, похоже, окончательно добила дядьку. Тот удрал так поспешно, что я даже застыла от удивлении. И тут услышала откуда-то сбоку веселый смех.

Мои стражи уже держали руки на оружии, но не делали никаких движений, лишь предупреждая своим видом не приближаться. Да и я сама привычно потянулась к поясу и чуть не застонала, увидев, как Карс проследил мой жест. Да уж, такие вещи изжить одним усилием воли и за такой короткий срок просто нереально. Я конкретно себя выдавала все больше. Ладно, потом придумаю какую-нибудь удобоваримую версию. Ну, ведь не может же он знать всех привычек наследницы?

— Агни, ты неподражаема! За что ты так не любишь тира Алента? Он же теперь с ума сойдет, пытаясь понять, что за гадость ты задумала, раз его похвалила!

Жестокая! — раздался восторженный женский голос, а следом я увидела и его обладательницу. И желание застонать и позорно сбежать появилось уже у меня, а не только у несчастного распорядителя. Пришлось призвать на помощь всю мою выдержку и широко улыбнуться. — Как же я рада тебя видеть! Прошу, прикажи своим грозным стражам убрать оружие — я вовсе не опасна, — кокетливо усмехнулась моим охранникам тира Ванда, наследница рода Роэн. Полногрудая блондинка, с огромными синими глазами и обладательница сильного дара Воды. А ещё редкая стерва и закадычная подруга Агнии Таарской.

И одна из тех, кого я прекрасно помнила по Резийской Офицерской Школе.

Слишком хорошо помнила.

О, Великая, дай мне терпения, а Темнейший не введи в искушение!

— Все в порядке тиры, — с трудом произношу я и Ванда, покачивая бедрами, аппетитно подчеркнутыми мягкими складками голубого платья, одарив Карсиана чарующей улыбкой, тут же подлетает ко мне и хватает под руку.

— Я только вернулась из поездки с родителями в Катарию, а тут мне сообщили, что с тобой беда! Я чуть с ума не сошла! О, мои боги, как же я рада, что все эти мерзкие слухи оказались полным бредом, Агни. Ты не представляешь, как мы все за тебя переживали! И как я счастлива, что могу хоть чуть-чуть поболтать с тобой до Зимнего бала! Ох, поверь, мне столько нужно тебе рассказать — защебетала она.

О да, я непременно послушаю, вот главное себя не выдать. А это точно не будет простым делом — эта прожженная интриганка знает принцессу, как никто другой.

Мы быстро достигли моих апартаментов. Я попросила оставить меня наедине с Вандой, заслужив от Карсиана недовольно поджатые губы и сухое напоминание, что он будет рядом, и мы прошли ко мне в гостиную. Лита, приняла шубку, а тира Роэн успела вдоволь повосторгаться моим платьем. Я же устало присела на диванчик, ожидая пока подадут обед.

В этот момент Арли, что вылетела из кареты и упорхнула размять крылья, постучала клювом в ближайшее окно. Я тут же подскочила и впустила птицу, которая замерла на спинке ближайшего кресла.

— Вот это да, — произнесла якобы моя закадычная подруга. — Это твой костар? Боги, какое счастье, ты ведь уже и не надеялась на это! — Ванда смотрела на птицу с не меньшим восторгом, чем те же горожане в Резии. Я лишь кивнула в подтверждение.

— Агни, — она повернула горящие глаза ко мне, — Ты же понимаешь, что Великая Ведьма больше не сможет отсрочивать твое восхождение к власти? — она улыбнулась с таким предвкушением, словно речь шла не обо мне, а о ней самой.

Её глаза горели фанатизмом и я чуть не отшатнулась от такого яростного напора, а она продолжила, — Ты, наконец, станешь той, кем должна! Стать той, кем достойна!

О, Великая мать, я безумно счастлива, Агния, — о, да, с безумием я точно согласна.

Мне стало как-то совсем неуютно, и я даже с тоской подумала, что и вправду зря отпустила Карса. Хотя, полагаю, я и сама справлюсь, если странный энтузиазм тиры Роэн примет совсем уж странные формы.

И тут она опустилась на колени и схватила мою ладонь, припадая к ней губами и прижимаясь щекой, прикрыв глаза от удовольствия. Я же просто опешила от этого.

— Я буду самой твоей преданной подданной, о моя Великая Ведьма! Ты же знаешь, как я к тебе отношусь! — она шептала так страстно, что мне захотелось вырвать руку и тщательно ее отмыть.

Голос Арли вспыхнул в моем мозгу:

— Послушай ее эмоции, Селения! Не бойся, я рядом. Больше не будет так тяжело.

Своей птице я верила безоговорочно. Ещё бы, ведь тот, кто хоть раз смог бы почувствовать то единение, что было у ведьмы и ее фамильяра, у того сомнений в вопросе доверия просто не возникло. Я чувствовала, что это существо во мне нуждается так же, как и я в ней. И пускай у костаров остаются свои секреты от ведьм, я знаю, что они точно нам не повредят.

Мой разум приоткрылся, и я в полной мере ощутила весь спектр выдаваемых «подругой» эмоций.

Мать моя ведьма!

То, что Ванда лжива насквозь я и так не сомневалась, прекрасно помня ее жестокость и снобизм во время учебы. А уж ее страсть возвышаться над слабыми была просто извращенной. У девицы были явные проблемы с психикой. И напрашивалась аналогия по ТИПУ «скажи мне, кто твой друг». Но те чувства, которые мне предстали, оказались просто мерзостью. И если зависть, ненависть и алчность были вполне понятны, но вот вожделение… Тут мой разум пасовал. Я знала о том, что у этой девицы полно любовников — в этом вопросе она от Агнии мало отличалась — но ее явная страсть к… Ну, пусть будет телу Агнии, меня даже испугала. Бездна, только этого мне не хватало! Если моя сестрица заводила себе ещё и любовниц — это уже перебор! На такое я явно не подписывалась!

Не подумайте, что я ханжа или страдаю гомофобией. Да мне вообще всегда было глубоко и искренне безразлично кто и чем занимается за закрытыми дверями, но мысль о том, что подобное применимо ко мне (пусть лишь к той, кого я вынуждена изображать!), вовсе меня не радовала. Потому как до недавнего времени я вообще запрещала себе думать о любых сторонах сексуальности по вполне понятным причинам, но ведь природу не обманешь и подобные мысли все же порой предательски посещали. Вот только неуравновешенных аристократок там точно не было.

Что же теперь со всем этим делать? Вот я попала…

Я лихорадочно соображала, как же выкручиваться из всей этой путаницы.

— Ванда, встань, пожалуйста, — мягко сказала я. — Мне надо тебе кое-что рассказать, — я вздохнула, приглашая поднявшуюся девушку присесть рядом со мной на диване.

И заговорила, тщательно подбирая слова. — Послушай, мне надо тебе кое в чем признаться. Надеюсь, ты понимаешь, что это тайна, и я вынуждена даже тебя просить принести клятву о неразглашении.

Ванда вмиг превратилась во вполне серьезную наследницу не последнего в Севере рода. Она смотрела со всем вниманием и быстро произнесла формулу клятвы, вливая свою магию.

— Полог тишины, Ванда, — напомнила я, помня прекрасно, что сильная магичка Воды прекрасно с этим справится, хотя и знала, что у меня в кабинете есть артефакт — тира Криг мне его показала. Но пусть поработает, это ее отвлечет. Эфир дрогнул, словно затягиваясь вокруг нас тонкой пленкой воды. Маг улыбнулась и уставилась на меня в ожидании. А я мысленно вздохнула и заговорила:

— Я действительно попала подпроклятие «Жертвы Рода» и тира Криг каким-то чудом меня вытащила буквально из объятий Великой матери, — в глазах Ванды был неподдельный ужас. Да уж, этим проклятьем пугали, как самой страшной сказкой, которая сбылась, превратившись в реальный кошмар. — Только без последствий не обошлось, — я вздохнула уже наяву. — Когда я пришла в себя, то поняла, что многое из моего прошлого просто потеряно безвозвратно. Я забыла массу событий и, полагаю, сильно изменилась. Хотя об этом судить я просто не могу, потому как мне не с чем сравнить.

Я ждала чего угодно, но только не того, что тира Роэн замрет на несколько секунд, сосредоточенно сведя брови, явно размышляя и слегка раскачиваясь взад вперед.

И тут она невозмутимо выдала:

— Тогда понятно почему ты обрела костара. Видимо, ты прежняя его не устраивала, Агния.

— Её. — машинально поправила я. — Это самка и её зовут Арли.

Ванда на полном серьезе повернулась к костару и, поклонившись произнесла:

— Тира Ванда, графиня Розн, это честь для меня Арли, — и тут же повернулась ко мне. От нее шли волны беспокойства, но не подозрительности. — И как много ты забыла?

Я лишь развела руками.

— Мне сложно судить. О многих вещах у меня остались лишь общие представления.

Прости, но тебя я тоже помню вскользь. Это все так странно… Да и пугает, — я старалась не переигрывать и следить за тем, как Ванда реагирует на мои слова.

— Значит, нам придется подружиться заново, — с энтузиазмом заявила девушка.

«Ну, это вряд ли, но полезной информацией ты со мной просто обязана поделиться!» — подумала я. А вслух сказала иное:

— Конечно, я очень рассчитываю, что ты меня не разочаруешь! — да прозвучало именно с намеком на угрозу, но я не ошиблась, Ванда испуганно закивала. Она явно не хотела потерять расположение наследницы Великой Ведьмы. — А пока, дорогая, я бы хотела, чтобы ты была рядом и подсказывала мне о моих прошлых взаимоотношениях с теми или иными людьми, с кем сегодня мне предстоит встретиться. Да и по поводу моих потенциальных женихов я надеюсь услышать твое мнение. Ты ведь меня не разочаруешь? — мой голос прозвучал вкрадчиво, но я вплела в него властные нотки, что не раз слышала от герцогини Криг. И это подействовало. Ванда согласно закивала в ответ.

— Ты и в правду изменилась, — покачала она головой, а потом подняла на меня глаза в которых плескалась надежда, — Но я верю, что буду тебе нужна, — это прозвучало так страстно, с такой одержимостью, что я невольно задумалась, что даже в самых плохих, с нашей точки зрения, людях, живут порой такие всепоглощающие и сильнейшие эмоции, которых в людях вроде бы милых и порядочных отродясь не сыщешь. Храни нас Великая от них, ибо мне стало не по себе, ведь эта девица явно без ума от моего прототипа. А от любви до ненависти — один шаг. Эта будет добиваться если не моей любви, то уж достойного места рядом. И я точно заведу себе врага, когда отдалю Ванду от себя.

Бездна, но не воспользоваться таким источником информации я просто не могла.

Да и принцип действия в этом вопросе диктовался старой формулой: держи друзей близко, а врагов ещё ближе.

Я ведь ещё не Великая Ведьма, словом не убиваю. Да и не хочу, если честно. Да только кто ж меня спросит.

Но на сегодняшнем балу мне определенно потребуется помощь.

— Я помогу тебе вовремя «услышать» ее чувства. Сегодня тебе это понадобится. Не отсылай меня во время праздника. Нынче это никто не сочтет нарушением этикета, ведь мы только обрели друг друга.

Глава 13. Зимний бал

Если вы не испытываете желания преступить хоть одну из десяти заповедей, значит, с вами что-то не так,

Гилберт Кит Честертон

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Селения Когда-то в детстве я думала, что вырасту и взрослые перестанут, наконец, мне указывать, как жить и что делать. Не скажу, что я была непослушна, скорее наоборот, но мысли эти не давали мне покоя. Нет, то, что моя жизнь будет сильно отличаться от жизни прочих из-за печати, я прекрасно усвоила и довольно быстро.

Но мечты о недостижимой свободе, были прибежищем от понимания несправедливости этого мира и моего положения в нём.

Пусть, когда я подросла, все эти мечтания и стали эфемерными, разбиваясь о реальность, а жестокая логика диктовала совсем другое, прятаться за ними хотя бы в собственном мире фантазий было приятно. Наверное, у каждого из нас есть подобное — мы грезим тем, чего нам не достает. Для меня это была свобода выбора. А ещё…

А ещё я мечтала о любви. Нет, не подумайте, что у меня были сентиментальные девичьи иллюзии в которых я строила очень розовые воздушные замки с рыцарями и драконами. Это было иное.

Острая потребность быть кому-то нужной, любимой и необходимой настолько, чтобы перестать ощущать себя одинокой. И, поверьте, какого-то мужчину при этом я представляла в последнюю очередь. Мне требовался близкий человек, а уж кто это будет: мама, отец, сестра, подруга или друг, значение не имело. О чувствах к противоположному полу, я как раз и не думала, в силу опять-таки той же метки проклятой. Зачем, раз это недостижимо? Уж глупой и наивной я точно не была, отчего-то очень рано начав осознавать себя взрослой.

Так к чему я сейчас? Да именно к тому, что шаркова судьба вновь и вновь всё решала за меня. У меня опять отбирали любую надежду о свободе, принуждая стать той, кем я не хочу, да ещё и, требуя, чтобы я сделала выбор некоего мужчины в мужья, чтобы делить с ним постель и жизнь, при этом помня, что если родина потребует, я, не моргнув глазом, должна пожертвовать этим самым супругом, высосав, словно паучиха, его жизненную силу, дабы покарать посягнувших на Север.

Что, вам тоже не нравится?

Понимаю, но вот поделать ничего не могу.

И самое обидное, меня ни только никто, ни о чем не спрашивает, а даже не считают нужным уведомлять заранее о своих решениях и действиях. Всё словно само собой разумеющееся.

Так что именно в этот момент, я просто стою с прямой спиной и гордо поднятой головой на возвышении в огромном, помпезном и рассвеченном огнями зале. Я безусловно хороша в этом нескромном наряде и приковываю сотни взглядов. Стою и слушаю очередную речь моей матери, и молча, взираю на собравшихся.

На моем платье сверкают камни стоимостью в небольшой замок на окраине королевства, а безделушками с магией, что настойчиво потребовала навесить на меня тира Криг можно защитить от посягательства любых колдунов, что вдруг вздумают применить свои силы против наследницы Великой Ведьмы. Меня даже стрелой не возьмешь — щит не пропустит. А вот, как ни странно, от грубой силы все эти хитрости не спасут. Для этого и нужна охрана. Которая, впрочем, именно сейчас не прикрывает свою госпожу, давая некое пространство для маневра, хотя было бы наивно пытаться напасть на меня прямо на балу. Вон, настоящая Агния вообще никого не боялась, у нее был артефакт на защиту от любого оружия. Вот только всю ее защиту сожрала «Жертва Рода», а второй такой амулет только у Великой Ведьмы и снять его можно будет лишь после ее смерти. Ну, или если и ее вдруг постигнет нелегкая и страшная участь старшей дочери {а я, кстати, оказалась именно младшей, именно поэтому и получила печать на лицо и ауру).

— Мои возлюбленные подданные! Приход зимы всегда радость, ведь мы знаем, осеннее время умирания окончено! Земля очистится и покроется белым, давая время передохнуть и возродиться жизни! Мы празднуем и радуемся этому, потому что круг идет к своему логическому завершению, а стало быть, новое уже не за горами!

Корния Таарская величественна и прекрасна. Она одета в пурпур и серебро, как и положено Великой Ведьме. Сегодня она улыбается, даруя тем избранным, которым повезло присутствовать на празднике, свою милость. Отец, как и положено по статусу, стоит за ее левым плечом, Верховная ведьма чуть впереди и тоже слева, а я по правую руку от правительницы. Далее идут все более или менее значимые фигуры Севера: члены совета, глава безопасности и представители высшего военного командования. Боги, да я и половины из них всех не видела. Нет, с военными встречаться приходилось во время учебы, а вот светская власть…

Карсиан близко, он среди гостей, но стоять рядом с власть предержащими ему никто бы не позволил. Я грустно подумала, что герцог Сольмский в былые времена, непременно находился бы здесь же, на этом подиуме, так же возвышаясь над прочими. Судьба переменчива и беспощадна.

А Дерисы вообще притаились где-то вместе с прочими телохранителями, но я была уверена, что эта парочка неотрывно следит за мной и за залом, выискивая угрозы.

Для них мало что изменилось: ребятам без разницы, откуда ждать бед, будет ли это тайный враг или весегонская нечисть. Главное ее предотвратить.

Корния выше меня на полголовы и я, по сравнению с ней, просто мелкое, пусть и довольно симпатичное, недоразумение, допущенное взрослыми на этот праздник жизни. Она продолжает говорить и делает это красиво и выверено, впрочем, как и всегда.

— И прежде чем открыть Зимний бал, я объявляю о событии, которое давно ждали в королевстве, — она бросает в толпу задорную улыбку и делает паузу, слегка заламывая бровь. Зал явно взволнован, я вижу, как у многих загораются глаза в предвкушении и пусть я не успела рассмотреть всех присутствующих — это лишь вопрос времени, непременно разгляжу и запомню.

Великая Ведьма не переставая улыбаться продолжила:

— О да, я вижу, что вы все догадались! Сегодня, моя любимая дочь, Ее Высочество тира Агния Таарская, обрела своего костара! Уверена, что новости уже облетели весь Север! — ее голос набрал силу и фривольные нотки из него исчезли. Кругом раздались аплодисменты и разрозненные крики «Поздравляем!», — Агния истинная Ведьма Севера, она помнит долг королевского рода перед своим народом и уже сегодня приступит к исполнению его важной части, — Правительница повернулась ко мне и приподняв руки на уровень груди, так чтобы всем было видно, сняла с пальца красивое, но довольно массивное кольцо в виде серебряных переплетающихся лоз, с маленьким голубым камушком в центре. Я же смотрела почти с ужасом, догадываясь, что за этим последует Боги, я так надеялась на отсрочку… — Прими этот артефакт, дочь, отныне он твой! — Корния ловко подхватила мою руку и, не дав мне опомниться, надела кольцо на палец. Я почувствовала болезненный укол и с удивлением заметила, что лозы ожили. Кольцо съежилось, становясь меньше, подстраиваясь под размер моей руки и на миг серебро окрасилось кровью, впитывая её, чтобы опознать и принять. Я глядела на свою руку завороженно, впрочем, как все присутствующие. Внутри меня прокатилась жаром волна силы, словно в каждой клеточке вспыхнул маленький пожар. Камень полыхнул ярким светом и потух, — Ты знаешь, моя девочка, что это значит, — Корния победно улыбалась. Она погладила меня по руке, притом так, чтобы всем было хорошо видно и произнесла, добавив в голос тепла, — Кольцо Белой Моры признало твою кровь. Агния, и поможет тебе найти того, кто разделит твою грядущую ношу! Когда-нибудь ты также передашь его своей дочери! — Она вновь повернулась к жадно глядящей на нас аристократии и заговорила, словно совсем потеряла интерес ко мне. — Итак, Зимний бал совпал с отбором! Полагаю, все кто хотел, уже явились для того, чтобы предстать перед вашей будущей правительницей. Помните, сегодня вечером каждый желающий стать мужем Великой Ведьмы, продемонстрирует свою магию. И, думаю, время фейерверка на сегодня мы заменим именно вашим представлением. Вы ведь сумеете создать вашей силой что-нибудь интересное, господа маги? — В зале послышались утвердительные возгласы и вежливый смех, — Вот и славно! Почему бы не совместить приятное с полезным? Ну, а Её Высочество почувствует тех, кто ей подходит и уже завтра вечером объявит, кому из вас выпадет шанс побороться за ее руку. Остальные, надеюсь, понимают, что это не вопрос пристрастий! Это только сила! А теперь — веселитесь и восхваляйте Зиму! — Она подняла руку и изящно махнула музыкантам.

Музыка грянула известнейший на всем Шалионе «Вальс Зимы», а мне казалось, что время замерло, как и моё сердце. Словно до этой минуты в моей судьбе ещё что-то можно было изменить, а теперь всё, обратного пути не стало.

Да только, видимо, его не было уже с того момента, как я переступила порог гостиного двора в Лавере. А может и с самого рождения.

Я увидела, как мой отец, принц-консорт Харн Лерн, уже повел Великую Ведьму первой вступить в спешно освобожденное место для танцев в зале. Они очень красиво смотрелись вместе, проходя первый круг в одиночестве, открывая бал.

А я усилием воли давила в себе Огонь, что так и рвался наружу, откликаясь на мой внутренний раздрай. Сейчас я не видела никого и не хотела видеть, но понимала, что уже на втором круге вальса, все желающие последуют за парой правительницы и посыплются приглашения, которые я не смогу не принять.

— Селения, я с тобой, постарайся успокоиться! Помни, ты всегда можешь

‘узнать, как тот или иной кандидат к тебе относится на самом деле! Пусть не постоянно, но ты будешь их «слушать». Ты справишься: твой дар пока нестабилен и пользоваться им по своему желанию не получится, но я буду тебе помогать. Подумай, у тебя есть шанс оказаться рядом с тем, кто действительно будет к тебе добр. А может и полюбит!

Моя красавица Арли сидела на выступе капители колонны, что поддерживала свод потолка. Причудливые цветы, выдавались изрядно в стороны, позволяя легко вцепиться в них когтями и устроиться даже с некоторым комфортом. Я лишь улыбнулась краешком губ, дав понять птице, что ее услышала.

Арли права, раз замужество неизбежно, то надо хотя бы свести ущерб до минимума. К тому же я ещё даже не представляю, кто войдет в этот самый список кандидатов. История упоминала, что это может быть как пара десятков подходящих магов, так и всего двое или трое.

— Агни, он идет к тебе! — услышала я голос Ванды. Когда она успела подойти? Я слишком расслабилась. Эх, дозорная, теряешь хватку! — Ах, он был так зол, что пришлось тебя оставить! Эти неприятности на границе.. — Ванда продолжала щебетать, а я наконец вынырнула из своих переживаний и с некоторой оторопью наблюдала за тем, как высокий шатен приближался ко мне. По пути он властно что-то заявил паре мужчин, что уже направились в мою сторону и те, даже не попытавшись возразить, ретировались. Я же смотрела на это в растерянности, — Боги, Агния, только не говори, что ты и Ларта не помнишь, — испуганно пролепетала моя «подруга». — О, прости меня, прости, о нём я даже и подумать не смогла… Вы же…

Поздно. То, что та «Я» имела любовников и, как кошка, бросалась на каждого интересного самца, я уже давно поняла. Тоже мне тайна. Этот «секрет» был известен всему Северу. Но именно этот мужчина был мне пока неведом.

Днем мы с Вандой успели многое обсудить. Она с охотой поделилась мнением о сильнейших магах, что непременно высшие рода выставят, как племенных жеребчиков в этой гонке. Я даже успела себе о некоторых составить краткое представление, но вот забыть упомянуть именно этот экземпляр… Который, кстати, уже склонился в приглашении и протянул руку, сверкая жемчугом зубов в обаятельной улыбке. В его глазах не было и топики сомнения, что я ему могу отказать.

Я же медлила, глядя изучающе на него. Высокий, широкоплечий, смуглый и зеленоглазый. Мощная фигура воина и породистое лицо, словно высечено из камня. Определенно маг Земли. Нет, не идеальный красавец, а именно мужчина, без сладости и излишнего лоска. Неплох…

— Любовь моя, ты всё ещё сердишься? — его голос тоже был подобен своей стихии.

Мощный, рокочущий, словно идущий из недр самой земли. Никогда бы не подумала, но, наверное, это мой фетиш — красивые мужские голоса. Он всё ещё протягивал руку и улыбался ожидая. Не зло и не раздраженно, — Ну же, Агния, потанцуй со мной!

За нами наблюдала, как минимум, половина присутствующих. Поймала взгляд Карсиана, который находился сейчас совсем близко. Ох, это была жажда убийства?

Ладно, надеюсь, от этой крайности мой страж пока воздержится. И на том спасибо.

Я пожала плечами и вложила пальцы в ладонь мага Земли. Моя рука буквально утонула в его. Улыбка Ларта стала ещё шире и он повел меня в круг Для такой махины, он двигался очень ловко, кружа меня в фигурах вальса, чувствовалась выучка воина, как и многолетние уроки танцев, которые дают всем аристократам.

Нас рассматривают, перешептываясь. Может уже делают ставки? Не исключено.

Граф Лартарис Нортский, второй наследник герцога Авильского! Темнейший меня задери, я вспомнила этого напористого парня! Он учился в Офицерской школе примерно в тоже время, что и Карс. Не сильно заносчивый и очень самодостаточный тип. Я о нем даже ничего плохого не могу вспомнить, только то, что Парт сильный маг, как и боец. Особым снобизмом не отличался, вел себя ровно и дружбы тоже ни с кем не водил. Темная лошадка. Вот и как же его угораздило связаться с моей сестричкой? Ух, вот его надо точно «послушать».

— Агни, ты рассматриваешь меня, будто впервые видишь, — он улыбнулся, мягко и незаметно погладил меня кончиками пальцев по полуобнаженной спине. Мои глаза невольно сузились от злости и это не ускользнуло от моего партнера. — Я понял, моя строгая, я наказан, — Вздохнул он. — Ну, детка, это же мне в пору на тебя сердиться, — он покачал головой, а я изогнула вопросительно бровь.

— Да неужели? А что, есть основания? — понимала, что вступаю на неизведанную почву, но ведь надо было что-то говорить. А лучшая защита — это нападение.

— Колючая, — не смутился тир. — Но ведь уже пришло время и тебе понять, что-то важное в своей жизни, моя принцесса.

Его глаза на миг сверкнули гневом. Он ухмыльнулся, продолжая придерживать меня одной рукой, что не мешало ему безупречно вести в танце. Вторую руку, в которой держал мою, от отпустил. Быстрое движение и в его пальцах появляется маленькое семечко. И тут я почувствовала всплеск магии. Такой мощной и

…. «вкусной». Что-то внутри меня тянулось к ней. Я заворожено смотрела, как на большой ладони мага быстро вырастает и наливается силой дивное растение. Вот темно-зеленый стебель раздался в разные стороны, резные листья расправились, обрамляя его. А дальше появились бутоны, которые тут же распустились крупными, бело-голубыми цветками, которые будто сияли изнутри.

И благоухали. Тонко и очень нежно.

Он вложил созданное чудо в мою руку, глядя прямо в глаза.

За спиной раздались восторженные вздохи и хлопки.

— Только не говори, что не почувствовала это! Я всегда знал, что подхожу тебе, моя ведьма, сколько бы ты от меня не бегала, — произнес безапелляционно маг Земли.

Безумно могущественный маг, о чем мне сейчас буквально кричала моя собственная ведовская сила.

Вот, значит, как оно будет. Острое желание прикоснуться не к мужчине, а к его дару.

Пользоваться им, брать, поглощать.

«Ощути себя каннибалом, Ния!» — ехидно подметила во мне одна Огненная ведьма.

«Не хочу.» — тут же застонало в душе что-то ранимое, для которого все что происходило вокруг было сущим кошмаром.

«Арли!»- мысленно взвыла уже я, призывая на помощь единственное существо, которому доверилась безоговорочно. Боги, мне тут только раздвоения личности не хватает. Ну, уж нет, выкручусь, не впервые. Сейчас мне захотелось почувствовать, что на самом деле творится внутри этого мужчины. Но вот как обратиться к своему новому дару, я понятия не имела. Хотя и повторения прошлого раза тоже не жаждала.

Меня услышали, чему я была безмерно рада. Ведь до сих пор с костаром доводилось говорить только вслух.

— Только быстро! Здесь так много людей, а ты ещё не готова к такому количеству эмоций…

Волна хлынула, омывая чужими тайнами и не всегда осознанными желаниями, и я чуть не зажмурилась от этого потока, с трудом пытаясь вычленить эмоции Лартариса. Вот только его чувства лишь на миг полоснули по нервам и исчезли. Так же было и с Карсом. Похоже у сильных магов и ведьм своя защита и лишь зашкаливающие эмоции порой пробивались наружу.

Но и этого хватило. Такой кипящий котел из страсти, уверенности в себе, вперемешку со злостью и обидой, мог напугать любого. Но не меня. Зато ни презрения, ни алчности. Но и любви я там не заметила. Хотя, как ни печально, да только это чувство я и сама пока не смогу распознать. Кто знает, как ощущается любовь мужчины? Да и узнаю ли когда?

В этот миг музыка закончилась, освобождая меня от необходимости отвечать что-либо. Я лишь поднесла прекрасный цветок к лицу, вдыхая аромат, пока Ларт подводил меня к Ванде, которая пыталась о чем-то кокетливо разговаривать с Карсом. Да только, похоже, тот был не расположен к беседе. Он сверлил меня взглядом, а я отчего-то порадовалась, что явные усилия «подруги» не имеют успеха.

— Хочу воды, — бросила небрежно, надеясь, что кавалеры бросятся выполнять просьбу, а я успею устроить Ванде допрос с пристрастием. Ну и заодно спрячусь за бокалом от новых соискателей моего внимания.

— Сию минуту, моя тира, — не подвел меня Ларт делая шаг в сторону столиков с напитками, что располагались у противоположной стены, ближе к выходу на верхнюю площадку центральной башни, в которой и находился этот большой бальный зал.

А Карсиан замер, равнодушно окинув меня взглядом.

— О, я вижу, вы не поторопились подать даме напиток, — не выдержала я.

— Не вижу смысла дергаться, — невозмутимо пожал он плечами. — У меня несколько другая забота, Ваше Высочество, а на ваши капризы тут половина зала откликнуться просто счастлива. Так что, вы своё все равно получите.

Нет, он меня определенно бесит. Вот прям сильно.

— Кто бы сомневался в вашей галантности, — фыркнула зло, совсем позабыв, что у меня были несколько иные планы, ради которых я и собиралась отослать мужчин.

Воздушник меня умудрялся вывести из себя с пол-оборота, — Да у вас тир, похоже, снега зимой не допросишься.

— Хотите снега? На открытой площадке замка его полно! Но вот, по долгу службы, мне вас покидать нельзя. Так что можно, конечно, сходить под моим неусыпным контролем. И весь снег ваш! — эта сволочь белобрысая, как всегда отвесила изящный поклон.

— Щедро, тир, — прошипела я с сарказмом. — Уж простите, что усомнилась в вашей обходительности с дамами. — Ругаться с этим гадом всегда было увлекательно, но в последнее время он стал особенно язвительным. Бог ты мой, на нас уже все косились, а Ванда так вообще застыла с полуоткрытым ртом. Вот только остановиться, похоже, мы уже не могли.

— Прощаю, — выдал этот невозмутимый тип.

Я втянула в себя воздух, чтобы выдать ещё что-нибудь едкое, как вдруг услышала сбоку.

— Ваше Высочество, это ничтожество смеет вам перечить?! Только прикажите и от него останутся одни воспоминания!

Ох, доигрались! Я резко развернулась и подняла голову, уставившись на говорившего. Их оказалось двое и обоих я прекрасно знала. «Рыцарями», кинувшимися на защиту меня от Карса, оказались не кто иные, как Равил Торе и Юрген Мол. Парочка закадычных друзей, довольно сильных магов и членов очень богатых аристократических семей Севера. А ещё тех, из-за желания развлечься которых не стало моей Нелин.

Наверное, я побледнела, потому что мою реакцию приняли за страх, и тут же перешли к решительным действиям.

— Кому-то следует хорошенько попросить прощения у тиры, или мы с удовольствием поучим вашего проклятого пса манерам, чтобы знал своё место, — огромный, как скала Юрген навис над совсем не маленьким Карсом, пытаясь подавить. Маг Земли никогда не умел правильно оценивать противников и с ходу лез в драку — это я помнила ещё по Офицерской школе. Но Воздушник и ухом не повёл, а спокойно встретил его слова.

— В любой момент готов попробовать вправить ваши давно переместившееся значительно ниже положенного природой места мозги, — Карсиан с презрительной усмешкой, глазами указал, куда эти мозги переместились. — Не уверен, что поможет, но попытаться определенно стоит. Хотя бы из гуманитарных соображений, во имя душевного покоя окружающих, — добавил он почти сочувствующе. — Вот только после бала, тиры, после бала. Я в отличии от вас тут не развлекаюсь, а на службе.

— Да ты… — Равил и Юрген дернулись к Карсу теряя последний разум от ярости, даже не замечая, какая буря уже полыхала в очах моего стража. Ох, а это значило только одно, что кто-то мог сегодня если и вернуться домой, то в лучшем случае на носилках.

— Я смотрю, тиры, у вас слишком много энергии? — тихий, но угрожающий голос Великой Ведьмы прозвучал, как звук колокола на площадке для схваток бойцов.

Распетушившиеся мужчины замерли, словно кони на скаку и только прищуренные глаза, да покрасневшие у всех, кроме Карса, лица, говорили, о том, что они только что готовы были вцепиться друг другу в глотки. — Полагаю, вы оставите ваши детские споры на потом, — матушка окинула тут же склонившихся в поклонах забияк высокомерным взором и ловко подхватила все ещё сжимающую в руке цветок меня под руку. Корния бросила небрежно, увлекая меня от мужчин в сторону. — От вас, тиры, я жду демонстрации магии уже через час. Надеюсь, что увижу хоть что-то интересное!

Я невольно оглянулась, Ларт с бокалом какого-то напитка тоже уже успел вернуться в нашу веселую компанию. Ванда стояла бледной тенью, хотя я так и не поняла, чего она так испугалась. Ах, ну да, все время забываю, как все боятся Великой Ведьмы.

— Ния, милая, у меня совсем не было времени поговорить с тобой, — мягкие нотки меня не обманывали, я интуитивно почувствовала, что Корния хочет сообщить мне что-то не самое приятное. Она настойчиво влекла меня подальше от толпы, которая, впрочем, и не стремилась приближаться, видя, что правительница занята беседой. Ведьма ловко крутанула на своем пальце перстень, и я почувствовала, как невидимая стена отделяет нас от музыки и суеты зала. — Ну вот, теперь нам ничто не помешает, — улыбнулась она.

— Я слушаю, мама, — с трудом выдавила я это слово. Но Корния, похоже, этого не заметила.

— По поводу твоего выбора, — она подняла ладонь, чтобы пресечь мои возражения, которые я, в общем-то и не собиралась так сразу озвучивать, но видимо Агния не отличалась сдержанностью. — Я помню, что обещала не мешать тебе и согласиться с твоим решением, но… — Она вздохнула вполне натурально и на миг прикрыла глаза, став даже старше. Похоже, и ей все эти маски не давались легко. — Все уже поняли, что граф Нортский будет в твоем списке фаворитов. Ты знаешь, что я изначально была против, — я навострила ушки и уже собиралась было задать наводящие вопросы, но мать и сама с готовностью продолжила. — Ведь это его конфликт со своим отцом служит такой ярой страсти и желанию стать твоим мужем.

Но это полбеды, ты бы обуздала этого земляного мужлана, вот только отдавать преференции в руки герцога Авильского нам совершенно невыгодно. Я знаю, что ты не интересовалась политикой и, разумеется, тебе будет, кому помочь, когда я отойду от власти, но за такие просчеты придется платить очень дорого, — она поморщилась. — Знаю, что тебе неинтересно, но все же выслушай. Я не зря старалась держать его от тебя подальше, прекрасно понимая, что ему повезло родиться действительно сильным магом. Не факт, что твоя сила его признала бы, но шанс был. И вот это произошло, — она посмотрела мне в глаза. — Усилим Авильских, получим ярое недовольство всего юга. А нам сейчас, как никогда нужен мир в стране. Соседи не дремлют, — она покачала головой и уставилась невидящим взором куда-то в зал, где сейчас под неслышимую под пологом музыку кружили пары. Богатые, лощенные и предвкушающие дальнейшее развлечение. — Север слаб, Ния, если он не един! И даже мощь нашего дара может не удержать врагов.

Подумай над моими словами, девочка, — она коснулась ладонью моей щеки, нежно погладив и тут же убрала руку, словно не позволяла себе большего проявления чувств. Полог тишины был убран и Великая Ведьма подала знак подойти моим и её сопровождающим. На холодном лице снова не было и намека на волнение.

Боги, я совсем не понимаю эту женщину…

Или не хочу понимать. Потому что сложно примириться с тем, что та, которая по предназначенному природой, призвана дарить любовь своему ребенку, оказалась столь жесткой, или даже жестокой. И отстраненной. Нет, оправдать необходимостью, политическими реалиями и прочими сложностями, можно почти все, и это во многом будет даже справедливо. Но что это поменяет? Мои чувства не станут менее болезненными — детские мечты разбиваются на тысячи осколков и каждый ранит.

Привыкну, конечно, жила же столько лет совсем без матери. Возможно. даже посочувствую этой не принадлежащей себе женщине и прощу. Хотя бы ради себя, вряд ли Корния Таарская нуждается в моем прощении.

Я принимаю бокал из рук графа Нортского и в пол-уха слушаю светскую болтовню Ванды. Ловлю чужие взгляды: призывные, любопытные, порой злые, а у кого-то подобострастные. Весь спектр эмоций, что может дарить свет той, что стоит так высоко на ступенях пирамиды власти. Непривычно и неприятно.

— Потанцуешь со своим старым отцом? — Его светлость Харн Лерн склоняется ко мне слегка улыбаясь.

Я даже рада, что он успел первым, избавив меня от очередной сцены — Ларт уже подобрался, словно хищник перед броском, сверкая глазами на соперников. Подаю руку. позволяя себя вести. Музыканты играют «Резийскую понеллу». Красивая и сложная мелодия, виртуозно выводимая руками талантливейших артистов, льется по залу буквально захватывая и пленяя танцующих.

На миг оглядываюсь на мою новоявленную свиту. К счастью, пара мерзких призраков из прошлого уже исчезла с горизонта. Впрочем, явно не навсегда. Ларт смотрит в упор. Ванда, вполне предсказуемо, висит на локте у Карсиана, демонстрируя декольте и щебеча, а он ей что-то отвечает, не переставая следить за мною. Но вот настырная «подруга» все же тащит Воздушника в круг танцующих.

Упорства ей не занимать.

А граф Нортский набирается смелости пригласить на танец саму Великую Ведьму.

Успеваю заметить, как у нее удивленно приподнимается бровь, но она не отказывает Земляному.

— Наблюдаешь? — голос отца выводит меня из созерцания. Мы кружим между пар в сложных фигурах танца. Славно, что моё тело помнит чему его учили, хотя практика была и очень давно. Принц-консорт безупречен во всем, начиная от идеально сидящего по фигуре серебристого камзола, что так сочетается с платьем своей венценосной супруги, и до выверенных движений, выполняемых с такой легкостью, которой впору позавидовать профессиональным танцорам. — Ты так сосредоточена, оленёнок. Не готова ко всему этому? — прозвучало не как вопрос, а скорее, как утверждение. В голубых глазах сочувствие и нотки печали. — Что, Корния снова поставила какие-то условия, не спросив твоего мнения?

— Она королева, — пожала я плечами, отвечая нейтрально и ожидая продолжения.

Не зря же он завел эту беседу. И интересно, с чего бы Агнии быть не готовой к балам и вниманию? Или он об отборе? Ну, не о страхе же одной бывшей меченой он толкует…

— Ведь уже ненадолго, — по лицу мужчины проскальзывает лукавая улыбка. Ну да, так и есть, отца беспокоит именно передача власти. Селения, ты просто пугаешься собственной тени, боясь разоблачения, — Скоро Север будет приветствовать новую Ведьму, как бы Корнии не хотелось отсрочить этот момент. Не смотри так на меня, дорогая. Я знаю, что был не лучшим отцом, но позволь дать тебе один маленький совет, — он глядит вопросительно, словно от моего решения, выслушать его или нет, зависит многое. Я киваю настороженно. Сегодня люди только и делают, что преподносят мне сюрпризы своим поведением: не успеваю составить мнение о ком-то, как он тут же предстаёт передо мной в несколько ином свете.

— Мой совет очень прост: иногда обстоятельства требуют от нас очень неприятных решений и мы поступаем разумно, сообразно тому, что требует время. Власть-чудовищно ломает людей, Ния, и тебе не удастся остаться прежней. Но выбирать сердцем иногда тоже стоит, потому что от того, кто будет рядом, дочка, зависит и то, какой в конечном счете, станешь и ты сама, — Его улыбка на миг становится грустной. — А политика… Она постоянно требует жертв и этой злобной даме всегда будет их мало. И помни, что любые самые сложные вопросы можно решить, если душе тепло. Если её есть, кому согреть.

Я не успеваю ничего ответить, в этот момент меняется фигура танца и происходит смена партнера. И вот я озадаченная пространными намеками человека, от которого меньше всего этого ждала, попадаю в руки Карса. Поднимаю глаза и отчего-то неловко оступаюсь, сбиваясь с шага. Но упасть мне не позволяют: ловкие руки довольно изящно успевают поддержать за талию и горячая ладонь проходится по обнаженному участку кожи на спине. Вздрагиваю от волнующего и непривычного ощущения, невольно бросая испуганный взгляд на лицо Карсиана. Всего мгновение неловкости и я ловлю потемневший взгляд моего стража. Словно в штормовом небе кружат воронки смерчей, в которые меня сейчас затянет безвозвратно.

Секунда и всё исчезает. Ни страсти, ни этой бешеной энергетики. Как всегда, мне начинает казаться, что всё лишь померещилось. Или было?

— Надеюсь, Ваше Высочество, теперь у вас нет повода обвинять меня в отсутствии галантности? — он снова хоподно-язвителен.

— О, беру свои слова назад, конечно, вы весьма обходительны, — мягко промурлыкала я. — Вот, даже успеваете и даме не отказать в танце и одновременно спасти моё бренное тело от неловкого падения. Браво-браво! Вы вполне оправдываете высокое звание моего телохранителя, тир! — Нет, вот что меня так задело-то? Ну и пусть себе танцует с этой милейшей и скромнейшей из дев.

— Рад, что вы оценили мои старания, тира, — легкий прищур и улыбка краешком губ.

Бездна, Ния, кажется, твои детские и ничем не обоснованные обиды читают, словно по учебнику. Уж лучше молчи, не то один ни в меру проницательный Воздушник скоро будет знать все твои тайны.

Даже те, что ты и сама ещё не поняла.

— Не боитесь потерять бдительность разрываясь на два фронта? — Шарки тебе в голову, Ния! А ведь кто-то недавно хвастался, что умеет сначала думать, а потом распускать язык. И чего? Где та разумная девушка? Куда тебя несет-то?

— 0, пожалуй, вы правы, Ваше Высочество, — в голосе Карса все же пробрались ироничные нотки. — Отныне я буду танцевать только с вами, чтобы уж точно ничего не упустить, — почти томно проговорили мне, склоняясь в легком поклоне в фигуре танца. — Сами понимаете, служба, ничего личного! — тут же добил меня этот белобрысый детеныш квирга!

— Ну, что вы, — я развернулась в очередном па, держась за руку партнера и притворно сокрушенно покачала головой, — Похвальное рвение, конечно, но если так выкладываться, то можно и без личной жизни остаться! Не стоит через чур себя утруждать, тир Карсиан. Тем более, когда этого и не требуется, — ещё один поворот, поклон и я возвращаюсь к отцу.

Ещё несколько тактов мелодии, всего пара десятков шагов. Мне бы хотелось спросить, что конкретно пытался мне сказать Его Сиятельство. Ну, вот не верится как-то в то, что он не нашел бы времени для поучительных бесед о жизни и ее смысле с Агнией — возможностей было полно.

Он смотрит на меня внимательно, но только «Резийская понелла» к финалу ускоряется и музыканты буквально оглушают нас яркой и зажигательной кодой.

Принц-консорт кружит меня и с последним аккордом склоняется к моей руке. Я слышу всего два слова, сказанные вместо традиционной благодарности партнерше:

— Ты справишься!

Ох, вряд ли…

Глава 14. Сила слабости

Три вещи непостижимы для меня, и четырех я не понимаю: пути орла на небе, пути змея на скале, пути корабля среди моря и пути мужчины к женщине.

Царь Соломон Книга притчей соломоновых

Болийской нагорье. Замок «Корона Севера» Карсиан Ожидания и действительность крайне редко сходятся.

Такую истину я усвоил довольно рано и поэтому никогда не впадал в экзальтацию по этому поводу, но и просчитывать вероятности от сего неприятного озарения не прекратил. Может потому и жив до сих пор.

Вот и сейчас я вспоминал, что в очень ранней юности, когда мозгов было совсем мало, а вселенская обида на судьбу одолевала со страшной силой, я представлял, что когда-нибудь появлюсь в «Короне Севера», снова как герцог Сольмский, всеми уважаемый и займу достойное своих предков место. Ну, или, в крайнем случае, как неистовый мститель — весь такой в белом, грозно размахивая сабелькой и снося к Темнейшему магией проклятый замок вместе с его обитателями.

Вам смешно? Мне нынче тоже.

И вот я оказался-таки здесь, и совсем в другой роли. Впрочем, и сам я вовсе не тот, кем думал, что стану…

Идиотские планы мести, к счастью для меня, канули вместе с появлением некоторых представлений об устройстве мира вообще и любопытных открытиях о собственной семейке в частности. И хотя ненавидеть высшую элиту Севера мне это не помешало, то поступки, как Великой Ведьмы так и той же Верховной, стали для меня вполне оправданными, пусть и не соответствующими уже сформировавшимся личным этическим нормам.

Да, власть имеет право на жестокость, такова природа правления людьми, далеко не всегда понимающими по хорошему. А, точнее, почти никогда. Но вот только границы этой самой жестокости пусть и нечетки, поскольку наивно пытаться обговорить заранее все возможные ситуации, но, тем не менее, какие-то вещи неприемлемы для меня априори. Просто считаю, что это шарково «разделяй и властвуй» не обязательно практиковать за счет дикой распущенности и презрения к и без того униженным меченым. Хотя и отношение богатых к более бедным. даже из дворянства, чего уж говорить о простолюдинах, заставляет лишь сжимать от бессилия кулаки.

Или сбивать их в кровь, когда есть возможность поучить таких снобов уму разуму.

Что я делаю регулярно и с большим наслаждением. И сегодня ночью непременно продолжу эту достойную практику, поскольку парочка недоумков напросилась на изрядную трепку. Надеюсь, они не струсят и не сдадут назад.

Спасибо хотя бы за то, что у меня не отняли право дворянина на поединки с этими моральными уродами, а остальное лишь дело силы и ловкости.

Зал, в котором проходило основное действо на самом деле был, охраняем всеми видами защитной магии и, собственно, самое большее, что кому-либо здесь могло угрожать — это только банальная потасовка. Хотя применение оружия исключить никак было нельзя, ведь у каждого аристократа в зале были меч или сабля, а про стилеты уж молчу — право на ношение и защиту у знати никто и не собирался отнимать, тут уж и авторитет Великой Ведьмы мог пошатнуться. коль покусилась бы на эту привилегию! Еще бы, дворянство расставалось со своими игрушками(пусть и жизненно необходимыми, но все же!) только в случае ареста, а как известно, таковой крайне редко не заканчивался казнью. Во всех прочих случаях все решалось денежными штрафами, ну или лишением титула, что знать воспринимала примерно, как саму смерть.

Ну, да я отвлекся.

Следить за моей подопечной, как я и полагал, было делом хлопотным. Дерисы сливались с колоннами и наблюдали каждый со своей стороны зала, готовые в любой момент прийти на помощь или снять врага из арбалета — уж стрелки они были не просто отменные, а, пожалуй, лучшие из мной встреченных. Вот только перестрелять весь собравшийся цвет Севера, а также с десяток зарубежных делегаций, было бы намного проще, чем пытаться уберечь принцессу от неведомой опасности, когда вокруг, словно оголодавшие шакалы, уже вились целым сонмом кавалеры.

И ведь не возразишь, коль сама Корния Таарская дала отмашку на начало этих брачных плясок. А одна, надо честно признаться, до безумия красивая жертва недавнего покушения, похоже, абсолютно не волновалась о своем столь драгоценном для Севера здоровье. Не то слишком самоуверенная, не то до такой степени верящая в мои таланты.

Дурость, скажете вы! Ан нет, отсутствием мозгов тут и не пахло, пусть все сплетники Шалиона и твердили обратное. И это была та самая загадка, которая буквально не давала мне покоя: уж больно Её Высочество тира Агния Таарская не походила на своё описание. Нет, я бы даже предположил, что нашим безопасникам нужна была такая легенда для наследницы, но ведь Агния постоянно пребывала на виду — персона-то публичная — и сильно приврать тут было крайне сложно. По замку уже ползли слухи о том, что принцесса изменилась после проклятия, якобы потеряв часть своих воспоминаний — ну да, тоже прям тайна жуткая, которую скоро будут на каждом углу друг другу шептать.

Вариант, конечно. Может, кто и поверит. Да только вот я видел людей, которые реально теряли память после пережитого — ничего общего! Она Таарская — это не оспоришь, так что не о каком подлоге речи быть не могло. Вон и признавший ее костар следит за нами своими потусторонними глазами: черный, истинно королевский.

Сама же Агния умна и осторожна, а ещё безумно красива особенно в этом убойно-эротичном платье… Бездна, кажется я повторяюсь. Плохой симптом. Очень плохой.

Что-то я не в том ключе нынче думаю об этой острой на язык высшей аристократке.

Язвительной настолько, словно она уже Убивающая Словом, вот только пока добивает этим страшным оружием преимущественно мои несчастные нервы. Ну да, ещё расскажи, что сам не реагируешь на это и не вступаешь в перепалки с азартом ловчего.

Как прежде с Селенией. Словно и не покидал забытую богами Весегонскую границу.

Просто рыжей авантюристки тебе, дозорный, рядом не хватает вот и мерещится схожесть и всякие странности.

Проклятье, куда же тебя отправила всемогущая Верховная, девочка? Надеюсь, ты не пропадешь…

А музыка уже кружила в следующем танце Агнию в объятиях очередного соискателя ее внимания. На сей раз комплиментами принцессу засыпал один из младших наследников герцога Винского. Эти южане, как и многие, просто спали и видели, способ отыскать возможность подобраться ещё ближе к трону. А сам расфуфыренный, словно птица лир, Воздушник считался весьма сильным магом.

Хотя умом явно не блистал, раз сам рвался в эту петлю, судя по энтузиазму. Хотя, не мне судить его мотивы. Но вот за его сальные взгляды на принцессу, уже отчего-то тянет доказать ему, что маг воздуха он неважный, впрочем, как и боец.

— Бесит, да? — раздался рядом вполне спокойный, вопреки словам, голос графа Нортского. Я медленно, с некоторой ленцой перевел на него взгляд, на что он ухмыльнулся вполне беззлобно, — Не сверкай глазами, Воздушник. Я тебе не враг.

По крайней мере, пока, — Партс сделал шаг ещё ближе и небрежно оперся плечом о колонну, рядом с которой я сейчас стоял, радуясь в душе, что Ванда отлипла от меня хотя бы на этот танец, приглашенная каким-то кавалером. Она призывно бросала взгляды на меня в надежде, что я объявлю, что танец мной уже занят, но не дождавшись, обиженно подала руку партнеру. Спаситель — Ау нас есть повод враждовать? — спросил небрежно Земляного.

— До сих пор не было, Карс, — пожал плечами Лартс, — Если ты, конечно, не собираешься делать глупостей.

Я резко развернулся.

— Серьезно? Не просветишь, от чего пытаешься предостеречь? А то может я и не знаю, как близок к своему падению в бездну, которая непременно последует. Мне же терять-то много чего, вдруг не переживу?

— Мда, — покачал головой маг, — Некоторые вещи остаются неизменными в этом мире! Например, твоя способность заводить друзей, — он вздохнул. — Карс, я реально не ищу ссоры, хотя никогда не был против хорошей драки. Думал, что ты помнишь. И надеялся, что годы тебя слегка остудили, но ты по прежнему псих, — произнес он вполне мирно.

— Так что ты хотел, Нортский? Ты меня помнишь, я тебя помню. Считай, встреча выпускников состоялась, — хмыкнул я. — Хочешь поделиться успехами за последние шесть лет?

— Ладно, не язви. Я уже понял, что отсутствие печати никак не сказалось на твоем характере, — беззлобно рассмеялся граф. И добавил, выпрямившись и сложив руки на груди. — А если серьезно, Воздушник, то я действительно не хотел бы, чтобы Агния тебе жизнь испортила. Думаешь незаметно, как между вами искры летят?

Только она всегда быстро загорается и так же быстро остывает. А сейчас тем более, когда отбор уже начался. Не мне тебе говорить, каковы твои шансы…

— С чего такая забота? — пресек я его болтовню. — Я уж не хочу тыкать тебя в то, что это, мягко говоря, тебя не касается, хотя я всего лишь дал клятву беречь жизнь и здоровье Её Высочества. Да и это скоро станет не моей заботой, как только Агния сделает выбор.

— О, она его сделает и можешь не сомневаться, кто это буде" — Земляной перекатился с каблука на носок, слегка склоняясь ко мне. — И я рад, если ты действительно так думаешь. Мне бы хотелось, чтобы ты и вправду защитил ее, если меня рядом не будет, а не лелеял надежды или обиды пуская слюни на наследницу. Она взбалмошная, но браку ведьм привязывает к избраннику, так что я потерплю. Оно того стоит, — Нортский отсалютовал мне и отошел в сторону.

Нет, он что всерьез решил, что у меня с принцессой что-то есть? Вот даже не знаю, то ли польстил, то ли обидел. Впрочем, лгать себе не буду, Таарская не так плоха, как думалось.

Музыка стихла, я безошибочно нашел Агнию глазами. Она беззаботно хохотала очередной шутке кавалеров, стекавшихся нескончаемым роем к этой сладкой приманке. Смеялась естественно, без жеманства, изящно откинув голову назад и прикрыв свои сочные губы ладонью. Пепельная прядь скользила по шее, привлекая внимание. Девушка слегка раскраснелась и была явно в отличном настроении.

Взгляд невольно прошелся по изгибам тела, задержавшись на высокой груди…

Стиснул зубы, злясь на себя и свой очевидный интерес. Напомнил, что я здесь исключительно по делу и продвинулся ближе к объекту охраны.

Распорядитель объявил новый танец, и я с удивлением обнаружил, что среди мгновенно склонившихся в приглашении Её Высочества на тур, оказался не кто иной, как посол Молонии. Эту одиозную фигуру не знал на Севере разве что тот, кто вовсе не умеет читать. Молонские маги крайне редкие гости в стране по понятной причине — многолетняя вражда, темная магия, которой обладала вся знать и отличающийся внешний вид, не способствовали визитам. Бледная кожа, словно кровь вообще не пульсировала в этих венах, черные прямые волосы и желтые глаза — лерд Варий Несс был единственным из высшей молонской знати, кто уже много лет представлял интересы своей страны. И вот этот тип сейчас ангажировал Агнию на танец. Я невольно подобрался, хотя ждать явной пакости от посла было бы странно, но многолетнее служение на границе и виденные мною последствия этой презираемой, но пугающей весь Шалион магии, приходилось не раз.

Агния застыла на миг, тут же улыбнулась, слегка склонив голову и подавая Варию руку. Храбрая девочка. Мужчины тут же расступились, пропуская пару в круг.

Посол хорошо вел, хотя я и не помню, чтобы он танцевал до этого. Он что-то говорил принцессе, судя по скупой мимике, задавал вопрос. Агния кивнула и тот воспользовался отводящим артефактом — дорогая и редкая вещица, вполне безобидная, но незаменимая, когда есть потребность вести публичные разговоры, но не желаешь, чтобы кто-то читал по губам, или подслушивал. В отличие от «полога тишины», артефакт лишь смазывал лица и слова, значение которых словно ускользало от окружающих. Интерес этой фигуры к наследнице понятен, вот только «глупая Агния», опять же по слухам, вряд ли могла достойно воспринять что-либо серьезное, а говорить, используя такую игрушку просто о погоде, или сыпать даме комплименты, смысла не было.

Мне все это реально не нравилось, как и Валенсии Криг, что коршуном смотрела на парочку из своего угла, который облюбовала ещё с начала бала. И когда танец завершился, я был почти счастлив, когда раздался громкий голос самой Великой Ведьмы, которая призывала гостей выйти на открытую площадку, где и будет проходить демонстрация магии претендентов на руку будущей правительницы Севера.

«Корона Севера» являлся не просто большим и очень тщательно укрепленным замком. Он был поистине огромен и напоминал скорее небольшой городок, который спрятали в горах и вдобавок окружили неприступными стенами. Та часть. где находился бальный зал, возвышалась над остальными и была необычной формы, разделенной на две составляющие. Где-то на половине высоты, примерно треть основного строения уходила вверх широкой башней, увенчанной шпилем, оставляя остальное здание представлять из себя довольно большую площадь, окруженную высоким каменным парапетом, испещренным окнами, которые украшали кованные решетки. Эти проемы, по своей сути, являлись бойницами на случай осады, откуда так удобно было вести обстрел с высоты. Но смотрелась эта причудливая паутина из металла вплетенного в камень очень красиво. А сама площадка-крыша использовалась часто для различных церемоний награждения, летних балов, представлений и фейерверков во время праздников и прочих помпезных мероприятий.

Бальный зал как раз и находился в зауженной части башни и имел выходы прямо на этот громадный каменный балкон, с которого открывался потрясающий вид на горы, ущелье с бурной рекой и сам замок, что простирался внизу ещё несколькими десятками строений.

Корния с широкой улыбкой, махнула рукой, давая знак слугам распахнуть двери, впуская в помещение морозный воздух. Затем, приняв руку тира Харна, первая шагнула за порог, приглашая гостей следовать за королевской четой.

Площадка была расчищена от снега, в вечернем небе уже появилась россыпь созвездий, а мороз был довольно слабым — зима ещё только приступала к своим обязанностям и не спешила хотя бы в этом набирать силу, пусть и успела уже показать свой норов, засыпав Север изрядными сугробами.

Впрочем, гости последовали за правительницей, не боясь замерзнуть вовсе не из-за относительно мягкой погоды, которая все же смогла бы быстро заморозить дам в открытых платьях. Все присутствующие догадывались, что маги Огня не позволят этому случиться, к тому же, для них это прекрасный повод уже начать демонстрировать свои умения, помогая самому принцу-консорту накидывать на собравшихся тепловой кокон.

Его Светлость этим и занялся, как только присутствующие распределились по краям площади полукругом, оставляя свободной центр и дальнюю часть этой импровизированной сцены, на которой обещало быть представлено основное действо.

Магами Огня, как известно, Север не богат, так что помощь ещё двух отпрысков Огненных родов пришлась тиру Лерну весьма кстати. Вместе справились быстро, отделяя невидимой глазу границей гостей от зимней стужи. Такие купола требовали сил, да и вряд ли могли продержаться долго, но для недолгой магической феерии вполне должно хватить.

Я стоял за спиной Агнии, которую ловко успел подхватить под руку Лартс.

Принцесса после танца с послом казалась задумчивой, ее ещё недавнюю веселость словно унесло вместе с последними па.

Ванда тоже была рядом, она вцепилась в локоть своей жертве, что имел несчастье пригласить эту хищницу на тур, прижимаясь к мужчине с явной демонстрацией эротизма, но при этом бросала на меня убийственные взгляды, словно говоря, мол смотри, что ты, глупый страж, теряешь.

Желание закатить глаза я подавлял с трудом. Храни меня боги от таких заманчивых предложений. Я не монах и не бесполая сущность, какими нас, меченых, представляли многие. Да и способы развлечься, несмотря на нашу ущербность, в период бурного юношеского созревания, такие как мы все же находили. Печать проклятия физиологию не могла отменить или уничтожить, лишь ограничить методы удовлетворения естественных желаний. Да только девицы из резийского заведения тиры Мильвы, что славились способностями за деньги успешно выполнять абсолютно любые прихоти клиентов, не вызывали такого мерзкого чувства, как испорченные аристократки, скачущие по постелям, словно без этого умрут с голода их близкие.

К Темнейшему их. Милейшая тира Криг права, сговорчивые служанки сойдут вполне.

Притом сегодня же, если не прекращу так плотоядно пялиться на одну принцессу далеко не со служебным рвением. Карсиан, ты шарков идиот! Нортский прав, слюни пускать на наследницу в моем положении может только полный кретин. Даже если в твоих самых смелых мечтах она будет не против…

— Что ж, — Великая Ведьма обвела взглядом присутствующих, — Полагаю, тиры маги нас не разочаруют? — Она послала всем одобряющую улыбку, задерживаясь глазами на некоторых из присутствующих. — Прошу всех желающих выйти и приступить. Развлеките нас, господа, и не жалейте сил! Я приказала сегодня открыть бочку драгоценного «Секрета Шалиона» и угощу всех магов, кто рискнет выйти в круг. А стало быть, вы восстановите силы быстро! — Вокруг послышались одобрительные хлопки и возгласы. Этот напиток обладал свойствами быстрого восполнения сил и ценился на вес золота, так что Корния была щедра. — Итак, вперед! И да сопутствует вам милость самой Белой Моры, что поможет Её Высочеству определить тех, кто достоин, встать рядом с будущей правительницей и защитницей Севера и быть её опорой!

Ага, и не сдохнуть после первой же попытки применить силу Убивающей Словом!

Бездна, и кто же, интересно из этих хлыщей потянет такую нагрузку?

Маги выходили вперед, отвешивая поклоны королеве и бросая призывные взгляды на наследницу Граф Нортский склонился к руке Агнии в поцелуе и произнес самоуверенно:

— Божественная моя, не скучай, я лишь развлеку уважаемых гостей и вернусь к тебе! Надо же помочь этим неудачникам не упасть в грязь лицом, а то послы чужестранные смотрят. Ещё опозоримся!

— Не боишься, что у меня появится с десяток новых претендентов, мой самоуверенный Земляной? — усмехнулась молодая Таарская, приподняв вопросительно бровь.

— Даже если так, я ведь все равно лучший, моя строптивая принцесса, — пророкотал Лартс, задерживая пальцы Агнии у своих губ чуть дольше положенного и посылая жаркий взгляд на девушку.

Нет, пристукнуть эту упертую в своем желании заполучить наследницу гору мышц, захотелось, прям неимоверно. Я на миг даже глаза прикрыл, чтобы усмирить бьющуюся по венам магию.

Придвинулся ближе к своей подопечной и перевел свое внимание на тех, кто занял места в центре.

Обычно такие демонстрации шли в формате «первый начал, второй подхватил и продолжил, как и третий с четвертым». Маги разбивались на четверки, включающие все стихии и начинали играть силами, ограничиваясь лишь своими возможностями и фантазией. Но некоторые предпочитали сбитые двойки или тройки. если привыкли взаимодействовать. Как сейчас, например, пара Земляного и Водного — тех самых хамов, что мне не терпелось проучить. Хотя, чисто из академического любопытства, узнать, что же в зимнюю пору могут показать маги Земли было интересно. Нортский, похоже, уже выкрутился, продемонстрировав трюк с цветком.

Здесь же вряд ли найдутся семена, да и такое явно не у всех получится. По крайней мере, так же быстро и красиво.

Граф Ларторис Нортский остановился рядом с тем самым Винским, магом Воздуха, третьим был Огненный. Этого я не знал, молодой слишком, но судя по пепельным волосам, кто-то из рода Лернов, их характерная внешность передается из поколения в поколения, но аура огневика ничем не была скрыта. Четвертым был Водник, Роген Мурте, его я помнил по Офицерской школе. Маги тихо о чем-то переговаривались, видимо координируя будущие действия. Похоже, именно это и есть главные фавориты, прочие так, массовка, что просто решили себя показать перед высшим светом Севера. Впрочем, пути силы бывают странными и кто знает, может Мора предложит кого-то на выбор Агнии, невзирая на не самый высокий потенциал. Увидим.

Именно те, кого я счел статистами и начали представление, довольно простыми, но зрепищными трюками. Как я и думал, магов Земли больше не было, а вот несколько Воздушников вместе с Водными закрутили над головами публики красивый хоровод из кристаллов льда, складывая их в незамысловатые узоры. К ним сумел подключиться рыжий. словно морковка, маг Огня, предварительно приглушив свет магических фонарей, что щедро освещали площадь и окружил этот, созданный другими, ледяной калейдоскоп, кольцом из пламени, которое эффектно подсвечивало кристаллики воды, заставляя их сиять в ночи.

Агния наблюдала за выступлением молча, лишь из вежливости порой аплодируя магам и явно пока ничего не чувствуя. Хотя по ее лицу было сложно что-то понять.

Я подумал даже, что она слишком хорошо собой владеет Наверное, так и было, до тех пор пока место в кругу не заняли Юрген Мол и Равил Моле.

Маги поклонились и вновь усилили освещение, начав свою демонстрацию сил.

Земляной развел руки, призывая стихию откликнуться, Водный сделал тоже самое.

А дальше они сумели-таки меня удивить. Земля — это ведь не только растения, кристаллы и прочее. Это еще и пыль, грязь и песок, а в смеси с водой, да в потоках силы тех, кто неплохо умеет ее контролировать, оказалось, что можно создавать этой природной краской картины прямо на светлых камнях площади. А рисовали ребята неплохо, надо отдать им должное. Под ногами оживали картинки битв, что возникнув тут же смывались усилиями Водника. Воины сражались с мифическими тварями, а позже прекрасные дамы одаривали своих рыцарей поцелуем. Даже жаль, что это представление хорошо разглядеть могли лишь из первого ряда, прочим приходилось вытягивать шеи, пытаясь увидеть хоть что-то. Так что эффект сильно смазывался.

Но вся эта мистерия вообще не занимала именно ту, для кого была предназначена.

В глазах принцессы я видел лишь боль и презрение, которое она скрыть если и хотела, то просто не могла. Она прикладывала не малые усилия, чтобы держать себя в руках. От этой внутренней борьбы, что скрыть до конца девушке не удавалось, мне стало не по себе. Таарская для которой не стоило ничего раздавить этих слизней, явно страдала. Поддался порыву и прошептал:

— Что они сделали, Ваше Высочество? Скажите, и, клянусь, они поплатятся, — я склонился к застывшей и погруженной в себя Агнии. Она вздрогнула от этого вопроса, словно сбрасывая сковавшее ее оцепенение. Её лицо мгновенно одело маску безразличия и я уже подумал, что мой неуместный вопрос просто проигнорируют, но услышал ее слова:

— Чтобы они не сделали, тир, вам не стоит с ними связываться. — Она на миг слегка повернула голову и посмотрела мне в глаза, — Теперь я могу… Они своё получат.

Потому что подлость и предательство должны быть наказаны, — она покачала головой, на мою ещё не высказанную попытку возразить, — Наказаны Таарской, Карсиан. Вам не простят.

Я промолчал, решив для себя, что у меня появился лишний повод серьезно проучить этих уродов. Но раз прямого приказа на запрет от той, что могла это сделать, не было, то пусть Агния считает, что я ее услышал. Вряд ли она знает, что я никогда не отступаюсь от намеченных целей. Тем более таких.

Её Высочество вновь смотрела на выступающих, бесстрастно даря скупые аплодисменты. А я перекатывал в уме ее очередную странную оговорку: «Теперь я могу.» Почему только теперь? Что ж за бред тут творится? Ладно, Ваше Высочество, я непременно спрошу самих мерзавцев, чем же они могли так насолить наследнице. Хотя по ним не скажешь, что они даже подозревают о своей вине. Что тоже, мягко говоря, странно: стать врагом самой Таарской и не знать об этом?

Вот только мои рассуждения не приближали меня к разгадке тайн, которых стало внезапно много в моей и так не самой простой жизни. Не хватало данных, да и, собственно, ещё было не ясно насколько эти знания смогут повлиять на мою судьбу. Но, то, что уже точно не пройдут мимо, предчувствовал.

А пока мистерия продолжалась. и как раз ее главные участники вступили в центр, а зрители возбужденно перешептывались, предвкушая необычное зрелище.

Четверка магов склонилась в поклонах, расходясь в стороны и образуя квадрат.

Огненный взмахнул рукой, гася полностью освещение. На несколько секунд все замерло, словно давая глазам привыкнуть к темноте.

А дальше началась феерия. Настолько завораживающая, что даже я невольно засмотрелся. Где-то за спиной, повинуясь невидимому дирижеру, заиграла музыка, придавая картине ещё больший эффект.

В небо взмывали огненные птицы, кружа над восторженными зрителями и даря свет. Они совершали резкие пируэты оставляя в небе пламенные следы. Вслед за птицами, уже на камнях под ногами стал появляться круг из искрящихся роз. Цветы медленно, в такт музыке, распускали яркие лепестки.

Маг Огня был явно мастером своей стихии, да ещё и романтиком. Кому ещё под силу такое? Совсем юный, едва ли старше самой Агнии, а то и моложе. В его серых глазах отражалось пламя, а на губах, что шептали заклинания, порой проскальзывала шальная улыбка. Мальчишка, упивающийся своей силой…

Но следующие участники этого спектакля поспешили присоединиться, чтобы показать себя. Водник призвал снег, из которого Лартс спрессовывал блоки, а маг Воздуха быстро складывал их, левитируя, в кладку, из которой у нас на глазах вырастала копия «Короны Севера» в миниатюре. Замок стремительно приобретал свои очертания, вокруг него полыхали розы, а Водник ещё и успевал выращивать ледяные ажурные деревца, которые сверкали и искрились в свете огня. Белая конструкция была достроена под восторги благодарных зрителей. Да только, видимо, это был ещё не конец сказки.

Я краем глаза наблюдал за принцессой. Она смотрела внимательно, ее глаза были сужены от волнения, кольцо Моры она нервно поглаживала на пальце.

Но тут Огненный сделал очередной пасс и пламя лизнула белую кладку копии замка, мгновенно охватив все конструкцию. Зрители вскрикнули, но огонь не растапливал, в лишь превращал снег в ледяную корку, что засверкала, словно состояла теперь из бриллиантов.

Раздались аплодисменты и крики браво. Маг расплылся в счастливой улыбке, купаясь в заслуженном внимании. Водник и Земляной только улыбнулись, а вот Воздушник не утерпел и решил усилить эффект, показывая свои возможности.

Я почувствовал, как этот неуч призвал стихию, бросая свои силы на то, что бы поднять в воздух всю эту уже весьма немало весящую конструкцию. Замок взмыл над ревущей от восторга толпой, окруженный роем из огненных птиц.

Не спорю, выглядело завораживающе, да только концентрации и резерва это требовало просто прорву…

Винский, как я и предполагал, недолго упивался маленькой победой, он не справлялся и вся эта махина начала крениться ровно в нашу сторону. грозя накрыть зрителей несколькими сотнями мер спрессованного и твердого, как камень, снега и льда.

Думать было некогда. Шаг вперед и магия срывается с пальцев рук одновременно окружая моей силой заваливающуюся громаду и отшвыривая идиота подальше, разрывая этим его контакт с объектом. А дальше, выровнять и опустить на место, аккуратно, так, чтобы испуганные люди решили, что это лишь часть представления.

По крайней мере те, кто не владеет магией так уж хорошо.

Мне это удается, и я отвешиваю поклон Великой Ведьме и отступаю вновь на своё место, успев бросить взгляд на наследницу.

А вот это уже скверно, мой друг… Я видел огромные глаза девушки, распахнутые не то удивленно, не то испуганно. И прикрытое ладонью левой руки кольцо с артефактом на правой.

Бездна, да не может быть?

Хотя, что это меняет? Лишь то, что ее реакцию мог кто-то заметить, не более.

— Благодарю, тиры маги! — голос Корнии прозвучал над площадью, прерывая овацию и возбужденное обсуждение знатью увиденного. — Вы порадовали нас зрелищем и я уверена, что Её Высочество увидела и почувствовала всё, что было необходимо! Надеюсь, обещанный «Секрет Шалиона» вам придаст сил и вы оцените мою благодарность за ваш труд и умения!

Ведьма махнула рукой, появившимся, словно из под земли лакеям с подносами с вином. Они, повинуясь знаку, стали разносить бокалы магам и когда один из слуг остановился возле меня, я невольно посмотрел на правительницу, а та послала мне понимающий взгляд и слегка склонила голову. Что ж, Ваше Величество, спасибо, от такого не отказываются. И рад, что вы оценили моё стремление спасти головы ваших гостей от дурости ваших не умеющих рассчитывать свои силы магов.

Напиток обжигающей терпкостью потек по горлу, даря изысканный вкус и бодрость.

Кстати, очень кстати.

Великая Ведьма сделала шаг к Агнии и протянула к ней руки.

— Моя девочка, я просила тебя сказать нам завтра, кого выбрала твоя сила, но сегодня мы попросим тебя лишь назвать их число, — она обвела рукой присутствующих, лукаво улыбаясь. — Пусть пока делают ставки и умирают от любопытства!

Среди присутствующих раздался сдержанный смех. О да, интерес был явный и весьма сильный.

— Так что, поделишься с нами, многим ли удалось стать достойными хотя бы претендовать на место рядом с тобой?! — Таарская широко улыбалась дочери и кивком предложила продолжить говорить далее уже ей.

— Ну, разве я могу отказать в такой малости Великой Ведьме и благородному обществу? — интересно, только мне послышался тщательно скрытый сарказм?

Агния тоже посылала улыбки своим будущим подданным. — Конечно, я немного подслащу ваше томление, уважаемые тиры. Или наоборот его усилю, — вокруг послышался одобряющий смех. — Тем более, что если вы рассчитывали на долгий выбор моего будущего спутника, то тут уж ничего не поделать, — Девушка развела руками, показывая, что все во власти высшей силы. — Великая покровительница ведьм, Белая Мора, распорядилась иначе. Их всего трое, — она замолчала, позволяя вдоволь пошептаться удивленным гостям.

— Ты уверена?

Корния спросила тихо, одними губами, но я расслышал.

— Абсолютно, — кивнула Агния и произнесла уже обращаясь к гостям. — Я чувствую, что купол уже теряет свою защиту. Думаю, мы можем пройти в зал. Не так ли, Ваше Величество?

— Конечно, милая, — Ведьма уже пришла в себя и вновь сделала приглашающий жест Бал предполагал веселье до зари, хотя высшие лица страны, обычно покидали его ещё до полуночи. Как и представители старшего поколения. А после Бал Зимы превращался в празднование золотой молодежи, которой тут хватало. Я лишь надеялся, что Агния не останется тут вместе со всеми.

И не напрасно, она, уже входя в зал сообщила, что желает уйти к себе, как только Великая Ведьма покинет праздник. Считалось, что после того, как коронованная особа оставит зал, уже уйти мог любой желающий.

Музыка вновь заиграла, Корния, решила, видимо, позволить себе ещё один танец, а к принцессе приблизилась тира Валенсия.

— Ваше Высочество, не уделите ли мне пару минут, — произнесла старая интриганка. Долго же она терпела, я думал, что не выдержит уже после танца с молонским послом. Агния же просто шагнула к герцогине, молча соглашаясь на разговор. Я уже собрался пойти следом, но Верховная ловко преградила мне путь своим посохом. — Тир Карсиан, а вам не стоит беспокоиться. Я сама позабочусь о безопасности Её Высочества. Надеюсь, вы не сомневаетесь в моих талантах?

Мне осталось только дождаться кивка от самой Агнии и, поклонившись отступить в тень колонны. Усталость от сегодняшнего вечера уже сказывалась, а ведь я ещё не планировал так быстро его завершать. Нет не физическая, её уже с лихвой восполнило пожалованное ведьмой вино, скорее мозг утомился от сплошных загадок и новых свалившихся на него открытий.

То, что я уже не один, буквально почувствовал, только по старой привычке ставя щит.

— Держишься настороже, меченый? — прозвучал раздраженный и язвительный голос. — Это правильно, Воздушник, потому что за твою шкуру и раньше то могли дать лишь пару мелких монет, а нынче я бы не поставил на тебя и этого.

— Не сомневался, Водный, что ты ещё и не слишком дальновидный, — я развернулся, чтобы взглянуть на Равила Моле, что буквально брызгал на меня ядом. — И славно, что сам пришел, не пришлось вытаскивать тебя за шкирку, чтобы заставить ответить за свои слова.

— О как! Сам рвешься быть убитым! И то верно, чего ждать-то, проклятый? Или думаешь, что ты только нам с Юргеном, как кость в горле? Никто тебе не позволит быть так близко к Таарской! Таким как ты и так слишком щедро позволили просто жить. Считаешь, никто не видел, как она на тебя смотрела? Ты труп, проклятый, даже если ещё дышишь!

— О, о твоей фобии в отношении меченых ты можешь поведать лекарю, тут я тебе не помощник. Хотя нет, пожалуй, могу посоветовать хорошего ветеринара, боюсь, тут другой уже не справится, — от всей щедрой души посочувствовал ему я.

— Ты зарвался, если считаешь, что Таарская тебя защитит, раз ты удачно влез к ней под юбку! — буквально выплюнул мне в лицо Моле и дернулся с кулаками в мою сторону.

Пришлось молниеносным движением схватить его за горло и приставив к боку стилет, прижать к колонне.

— Спасибо, что дал повод! — холодно поблагодарил я шипящего от нехватки воздуха мага. — А теперь послушай меня, отрыжка аристократии. Я не от кого не бегаю и никогда не бегал. А ещё никому не прощал неуважения к себе, а тем более к даме.

Жду вас с твоим ублюдочным дружком за северными воротами. После второй стражи и не вздумайте сбежать или опоздать, — я отшвырнул его от себя и не ни капли не боясь удара в спину, вернулся в зал.

— Помощь нужна? — голос младшего Дериса не был для меня неожиданностью.

— Давно наблюдаешь? — спросил не оборачиваясь. Майл вышел из-за спины и посмотрел на меня снизу вверх.

— Карс. эти шакалы вряд ли придут на честный поединок, — глаза дозорного были серьезны, как никогда.

— Не сомневаюсь в этом, друг мой, — ответил ему, — Но мне нужно от вас, чтобы вы следили за Агнией, пока меня не будет.

— Брат справится и один, — покачал непокорной головой мой подчиненный.

— Нет, я сказал. Это приказ, — рявкнул на упрямца. — Майл, ты меня понял? — я поймал его взгляд и сказал уже спокойнее. — К тому же, этим засидевшимся в тылу крысам потребуется очень много удачи, чтобы уложить бойца с Весегонской границы, ведь в этом ты не сомневаешься?

Дерис усмехнулся и подмигнул мне:

— Тем более лучшего, Карс! — он хлопнул меня по плечу и добавил, прежде чем снова раствориться среди слуг, — Но будь осторожен, командир!

Глава 15. Приобретение некоторого опыта

Не стоит начинать заниматься политикой, если у вас нет толстой кожи, как у носорога,

Франклин Рузвельт

Одним опытом больше — одной иплюзией меньше.

Децим Ю. Ювенал

Болийской Нагорье. Замок «Корона Севера» Селения Вот прям, мечтаю порой быть самой что ни на есть нормальной девушкой!

Ненадолго! Навсегда наверняка бы наскучило…

Нет, ну, правда!

Я не шучу, честное слово. Просто пытаюсь хоть как-то представить, как бы чувствовала себя на моем месте любая среднестатистическая дворянка.

Счастливой? Гордой? Восторженно предвкушающей?

Не знаю…

По-логике выходит, что да. Подумайте: бал, дивное платье, прекрасная внешность, всеобщее внимание и обожание, даже если последнее и рассчитано только на публику!

А перспективы-то каковы!

Красавец муж и целая богатейшая страна у твоих ног! Власть, почти безграничная, тысячи желающих полебезить и попеть дифирамбы в твою честь. Про деньги и прочие блага уж молчу. И всего-то от тебя и требуется, так это периодически отправлять к праотцам особо зарвавшихся экземпляров своим темным, но весьма полезным даром, который, кстати, тебе ещё не сегодня и передадут Не жизнь, а сказка! Короче, повода киснуть и скрипеть зубами просто нет.

Ведь нет?

С губ сорвался усталый вздох. Этими жизнеутверждающими рассуждениями, коими я тщетно пыталась себя направить на путь истинный, и которые не помогали от слова «совсем», я себя и развлекала, пока Верховная ковена ведьм Севера упорно тянула меня для приватной беседы. Внутри медленно закипал котел из накопленных отрицательных эмоций. Они накатывали, бурлили, буквально умоляя, чтобы их куда-то выплеснули. Или на кого-то.

Вот только позволить себе такою роскошь я не могла, как-бы мне этого не хотелось.

— Ния, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Её Сиятельство смотрит на меня хмурясь. Рука женщины крепко вцепилась в мой локоть, невольно вызывая желание вырваться из лапы хищницы.

Да, герцогиня Криг пожалуй, будет пострашнее многих из мира фауны. Эта сможет сожрать так ювелирно, что и не заметишь того факта, что уже давно мертв.

— Вас что больше интересует, тира? Мой разговор с послом, выбор силы или занимательная беседа с Великой Ведьмой? — немного яда все же проскальзывает в голос, но Верховная лишь хмыкнула на моё раздражение.

— То, о чем говорила Корния, я легко могу и сама тебе поведать. Можно подумать, для меня проблема сопоставлять факты, — махнула она рукой, глядя куда-то в зал.

Полог тишины надежно укрывал нас от посторонних ушей. — Волнуется, чтобы ты не выбрала Нортского, что же ещё? Вот уж настырный юнец, не угомонится никак!

— С герцогом Авильским всё действительно так скверно? — не удержалась я от вопроса.

— А что, ты уже решила прибрать к рукам этого карьериста? — Валенсия посмотрела на меня с иронией. — Он, конечно, хорош, силен, умен, да и амбиции его- не самое скверное качество. Ну и нравишься ты ему — это однозначно, но…

— Что? — любопытство все же штука во мне неистребимая, пусть и слушать о том, что для красивого мужчины, ты лишь симпатичный ‚ хотя и не слишком удобный способ подобраться к трону. Герцогиня улыбнулась и покачала головой.

— Знаешь, если хочешь, я помогу тебе прижать Авильских. Не думай, что у меня не найдется на него подходящей узды, чтобы южане потом не встали на дыбы.

Никаких проблем, — герцогиня покосилась на меня, слегка склонив голову. — Вот только сам Ларторис из категории тех мужчин, которые идут по жизни исключительно своими путями, — она пожала плечами. — Понимаешь, Ния, любой Великой Ведьме нужен или подкаблучник, или соратник. Нортский ни тот, ни другой.

Он — лидер! Таким впору самим править, а не быть чьими-то спутниками, — она вновь покосилась на меня, изучая, по видимому, насколько ее слова дошли до адресата. — Но я не настаиваю, тебе решать. И с таким можно жить и работать. — Она вновь перевела взгляд в зал, ища кого-то среди гостей глазами, — Меня гораздо больше волнует, о чем эта бескровная пиявка тебе вещала. Впервые вижу, чтобы он подходил к Агнии и мне это вовсе не нравится, — она покачала головой и в ожидании уставилась на меня.

— Нежно вы о нём, — усмехнулась я. — А лерд Варий как раз именно о вас, тира Валенсия, отзывался с огромным уважением.

— Да что ты! Лестно, лестно, — кончики тонких губ Валенсии приподнялись в ироничной улыбке, — Тем не менее, при всем этом уважении, решился поговорить с наследницей в обход, как меня, так и Великой Ведьмы. С чего бы? — она вздернула вопросительно бровь.

Я какое-то время смотрела в упор на герцогиню. принимая для себя окончательное решение, доверяю ли я этой женщине. Она ждала, глядя с пониманием, ничем не высказывая недовольства или нетерпения.

— Посол Молонии уверен, что кто-то из верхушки Севера плетет заговор против короны и участие кого-то из недружественных нам стран не исключает. А тут гадать можно много, как вы понимаете, проще сказать, откуда нам не стоит ждать удара.

Это даже я знаю. А лерд утверждает, что не может доверять никому при дворе Её Величества и что его правительство в этой ситуации ни при чем, но именно их и попытаются обвинить, случись заговорщикам добиться своих целей. А со мной он говорил именно потому, что меня уже пытались убить, да ещё так изощренно.

Откуда он знает подробности, надо полагать, все равно бы не ответил. Но именно это обстоятельство и дает ему право считать, что я точно непричастна к возможным новым нападкам, например на мать. Да и сама могу вновь оказаться под ударом. И посол не уверен ни в ком. Даже вы, Верховная, если сами не замешаны, то можете что-либо рассказать причастному к заговору человеку, которому доверяете.

— А всем известная Агния значит будет держать язык за зубами, — фыркнула старая интриганка. — Ох, темнит, мерзавец! Это вечные молонские фокусы, мол, я же пытался, а вы сами напортачили! — вздохнула она. — Ладно. пусть это будет на его совести. Хотя откуда бы ей взяться? У него есть какие-то факты? — Верховная подобралась, как пес, чующий добычу. Я покачала головой.

— Он сказал, что не может доказать что-то конкретное, только косвенные улики, но просил меня быть очень осторожной и, по возможности, поскорее занять трон, — невольно поморщилась от последней фразы. — В общем, напустил дыма, но мне показалось, что он действительно взволнован, насколько позволяла понять его скупая мимика. Впрочем, политики все отменные актеры, — развела я руками.

Тира Криг задумчиво сжимала и разжимала пальцы на посохе.

— Ладно, Ния, я подумаю на эту тему. Пока и вправду стоит стать ещё внимательнее, хотя и неясно откуда придет беда. И придет ли, — она вновь взглянула мне в лицо. — А с замужеством не тяни. Совет надавит на Великую Ведьму сразу, как только ты выберешь супруга. Я не хотела тебе говорить, но Корния действительно слабеет. Об этом мало кому известно, вот только Убивающие, Словом не просто так соглашались сменяться каждые лет двадцать пять. И Совет тоже не напрасно настаивает на смене власти. Чем чаще пользуешься своим даром, тем тяжелее его контролировать с годами. А твоя властная и самоуверенная мать превысила все пределы сначала со свой паранойей, а позже с нежеланием уходить, — вздохнула Валенсия.

Я невольно подняла ладони и потерла виски, благо Её Светлость уже выпустила меня из мертвой хватки. Боги, мне уже кажется, что все это никогда не закончится!

А ведь я всего ничего, как вляпалась в эту густую и плохо пахнущую субстанцию, именуемую политикой.

Никто мне не дал тех самых двадцати трех полных циклов, чтобы привыкнуть и начать хоть что-то понимать.

— Мне тоже есть о чем поразмыслить. — только и смогла вымолвить я, благодарная Валенсии хотя бы за то, что не лезла ко мне в душу. Я поклонилась Верховной, намереваясь пойти к гостям, ожидать момента отбытия королевы, чтобы, наконец покинуть это сборище.

— Ния, — окликнула меня моя бывшая опекунша. Я обернулась, встретив внимательный взгляд. — Север нуждается в тебе, как никогда. И это не пафосный лозунг. Это реальность, просто тебе ее трудно принять, девочка.

Отвечать не хотелось. Я лишь грустно усмехнулась и быстро двинулась прочь.

Вернуться в зал сейчас, пожалуй, сил просто не найду. Мне определенно нужна минута передышки.

Нырнуть, как я надеялась, незамеченной в боковой проход, несколько быстрых шагов и остановиться у окна, отгородившись тяжелой гардиной, которая свисала с карниза — некоторые проемы и ниши в замке были облагорожены причудливыми нагромождениями ткани, чтобы скрыть камень, и придать некий уют. Опереться на каменную кладку проема и смотреть в ночь, пытаясь отключить дурные мысли и предчувствия.

Почти получилось.

«Неплохое место для засады, кстати!» — тут же подняла во мне голову былая осторожность. О, Великая, похоже, когда рядом Карс и Дерисы, я почти не вспоминаю о безопасности. Зря. Впрочем, я всегда теперь могу позвать Арли, а она меня в беде не оставит Движение сзади я скорее почувствовала, чем услышала. Кто-то замер в шаге от моего ненадежного укрытия, рефлекторно потянулась к подвязке на бедре за которой был прикреплен нож, резко отодвигая локтем ткань занавеси, а по венам уже бежала сила, готовая испепелить любого. Ну, или хотя бы серьезно поджарить, честно говоря, после снятия печати я еще ни разу не пользовалась своим Огнем.

Чувствовала только, что резерв возрос, но вот насколько, пока было не проверить по понятным причинам.

— Любовь моя, я просто счастлив, что ты готова приподнять своё божественно красивое платье, лишь при одном моем приближении, — раздался насмешливый и самоуверенный голос.

Я одернула юбку, мысленно пожелав Земляному захлебнуться собственной слюной, от столь нескромных желаний и откинула портьеру, окончательно открываясь.

— Не обольщаетесь, любезный граф, — парировала мгновенно. — Заблуждения порой могут оказаться смертельными!

— Я готов рискнуть, — промурлыкал этот прекрасный мужской экземпляр и мгновенно оказался непозволительно близко, притягивая меня к себе за талию.

Великая, я реально не готова к близкому общению с противоположным полом! Да и не сказать, что хочу этого именно с этим наглым типом! Машинально уперлась ему ладонями в грудь, но это было равносильно желанию удержать наползающую гору.

Его руки обвивали мою хрупкую фигурку, захватывая в медвежьи тиски. По обонянию ударило терпким запахом парфюма и дорогого вина. Зеленые глаза глядели насмешливо, но с каждой секундой в них разгорался огонек желания и нетерпения, руки беспорядочно скользили по телу, словно пытаясь обласкать и завернуть полностью в свои объятия, чтобы не отдать и пяди захватываемой территории. Лартс потянулся ко мне с явным намерением поцеловать, я же резко отстранила голову и прошипела уже изрядно злясь.

— Кажется, я не давала своего разрешения! Напрасно не слушаете, тир!

Смертельная опасность может угрожать, например, самолюбию!

Я со всей дури шарахнула каблуком по ноге Земляного. Он скривился, но, видимо, принял это за игру строптивой наследницы и лишь сильнее перехватил дергающуюся меня, намереваясь продолжить, то, что начал.

— Хочешь быть наказанной, как прежде, моя строптивая, — проговорил слегка охрипшим голосом мужчина, только больше распаляясь от моего сопротивления.

Бездна, момент, когда я могла ударить физически, был упущен — против такого амбала я просто ребенок — слова мои он сейчас, похоже, и не услышит, а магией бить категорически не хотелось. Пусть я и Таарская, и защита замка настроена допускать мне любые действия, выдавать себя не стоило. Нет, чего-то серьезного я не опасалась, но бешенство от самой ситуации уже накрывало. Нортский ведь был полностью уверен, что любовница просто капризничает.

— Руки убери! — раздалось рядом.

— Воздушник, погуляй ещё немного, мы слегка заняты, — небрежно бросил Земляной.

Секунда и меня буквально вырывает из хватки, отшвыривая от мага, который получил серьезный удар в плечо. Я даже не понимаю, как оказываюсь в руках Карсиана.

Картина стремительно менялась: мой страж мгновенно отправляет меня к себе за спину, выставляя вперед чинкуэду, которая, надо отдать должное тут же сталкивается с саблей Нортского, что успел не только оправиться от пропущенного коронного правой Карса, но и оружие достать.

Вот только боя, к моей радости. не получилось. С двух сторон от головы Лартса просвистели пара арбалетных болтов, притом выпущенных не из расчета убить, а лишь показать, что он на прицеле. Бойцы замерли.

— Сдурел, капитан, — рявкнул разъяренный Лартс, но дергаться не рискнул.

Естественно, тут у него боевая магия не сработает не зря же королевские маги трудились, стараясь обезопасить гостей, а когда на тебя направлены арбалеты, надо быть полным психом, чтобы продолжать нарываться. — Жить надоело?

— Займи очередь! — Карсиан выглядел спокойным. — И мы вроде этот вопрос уже выяснили, я своей жизнью весьма дорожу, потому легко меня не взять, — послал он демоническую улыбку противнику.

— Прекратили оба, — рявкнула пришедшая в себя я. пытаясь встать между мужчинами, но была невежливо задвинута обратно за спину Карса. Злилась больше на себя, что, в общем-то банально растерялась, не имея опыта борьбы с приставучими кавалерами. Да и им это раньше как-то в голову не приходило посягать на страшненькую рыжую ведьму. Те уроды, которых я спалила ещё девочкой не в счет. Нет, как биться с врагом я знаю и на явную агрессию всегда отвечаю адекватно, а тут… Короче, мои собственные действия не порадовали.

— Тир Ларторис, у меня только один вопрос, что во фразе «Я не давала своего разрешения» было непонятно? — Намеренно перешла на «вы», все же сделав шаг в сторону от моего защитника. У Нортского в глазах ещё полыхало бешенство, но он сумел прийти в себя и, похоже, взял себя в руки, вежливо мне поклонившись.

— Простите Ваше Высочество, кажется, я поторопился… — раскаянием там и не пахло, а вот некоторое недоумение явно читалось. — Впредь я буду очень внимателен.

— Уж сделайте мне такое одолжение, граф! А сейчас прошу меня оставить, — я кивнула мужчине, показывая, что разговор окончен. Подхватила Карса под, руку. чувствуя, как напряжен мой страж и готов кинуться в любой момент в бой, — Тир Карсиан, если Её Величество покинуло праздник, то я бы тоже хотела отправиться в свои апартаменты.

— Конечно, тира Агния, — выдавил из себя мой страж, при этом, не сводя глаз с Нортского, который застыл статуей у окна опустив оружие. — Великая Ведьма уже отбыла, — он ещё раз зыркнул на Лартса и развернулся, ведя меня по коридору в сторону лестницы.

Я лихорадочно соображала чем эта глупейшая ситуация чревата, даже не замечая. что так и не отпустила руку Карса, хотя по его статусу, как телохранитель он должен был идти следом. Только сейчас мне было плевать. Дерисы присоединились к нам, ещё какое-то время, демонстративно идя в пол-оборота к оставшемуся за спиной Ларторису и, не выпуская из рук арбалетов.

— Арли, — позвала я мысленно своего фамильяра и тут же почувствовала отклик. — Ты мне будешь нужна, жду в моих покоях.

— Скоро буду Селения.

Наконец отпустила руку дозорного и, почувствовав некоторую неловкость оправила складки на платье и только потом посмотрела на шагающего рядом мужчину.

— Спасибо, капитан, — проговорила тихо. Его ноздри слегка дрогнули и на меня обратили серый колючий взгляд.

— Не стоит благодарности, Ваше Высочество. Это мой долг, который мне было бы гораздо проще исполнять, если бы вы не сбегали.

Я почти почувствовала раскаяние за свою внезапную импульсивность, но тут же чуть вновь не начала шипеть, как кошка, когда этот тип продолжил раздраженно:

— И неплохо бы добавить к тому самому списку моих обязанностей еще и имена тех, от кого я не должен вас отрывать, так сказать, во избежании недоразумений!

Вдох — выдох! Немного льда в голос и отвечаем:

— Не думаю, что вам стоит беспокоиться на эту тему, ведь возможно уже завтра я выберу себе супруга, и он будет единственным, от кого, как вы выразились, меня не следует отрывать.

— Это радует, — он резким движением распахнул двери в мои покои, потому как мы уже пришли. Отчего-то не хотелось верить в его радость…

— Счастлива, что вскоре перестану доставлять вам столько хлопот, тир. Доброй ночи, — я прошла вперед, не оборачиваясь и не желая больше говорить с этим невыносимым типом.

И лишь отличный слух позволил донести до меня сказанное тихо за дверью: «Не уверен, моя принцесса…»

Замереть на миг посреди холла, прикрыть глаза, чтобы унять колотящееся сердце и просто успокоиться.

Ведь точно знаю, что сегодняшний бал не мог закончиться мирно.

Или я имею дело не с тем Карсом, о котором в Резийской Офицерской Школе ходили легенды.

Лита появилась почти бесшумно, склоняясь в поклоне.

— Ваше Высочество, помочь вам с платьем? Ужин? Ванна?

— Спасибо, Лита, ужин, только быстро, — я двинулась к окну, заметив за ним тень моего костара, на ходу сбрасывая надоевшие туфли и вытаскивая из прически шпильки. О, Великая, день был просто бесконечным!

Арли впорхнула в открытую раму, садясь на уже облюбованное место на спинке дивана.

— Мне нужна твоя помощь, — я нежно погладила птицу по перьям и почувствовала ментальный отклик. Мне доверяли безгранично и это было настолько теплым чудом, что в израненной душе слегка приоткрывалась тоненькая щелочка в дверце с чувствами, которую, казалось, я захлопнула навсегда. — Он ведь не успокоится, — вздохнула я. — Проследи за Карсианом и если этот неугомонный отправится на поединок, а точнее, когда это произойдет, ты мне сообщишь.

— Он никому не позволит разбираться со своими врагами, даже тебе!

— Гордость и глупость свойственны всем, — горько усмехнулась я птице. — Он ввязался в это из-за меня, а не только за брошенные идиотами слова. А это и моя битва.

Пришло время отдавать долги.

Глава 16. О блюде, что принято подавать холодным, даже если пришлось его сильно подогреть

Сладка не та месть, которая убивает врага, а та, которая несет жизнь истинному другу.

Маргарита Наваррская

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Карсиан А я-то наивно думал, что до сей поры находился в состоянии «Я зол». Нет, дружище, это всего лишь легкое раздражение. Так, некоторая досада на жизнь, не больше.

Именно так и было до момента, когда увидел, что этот Земляной любитель цветочков и гумуса нагло лапает Агнию! И ладно бы она была «за». Как говорится, противно, но кто ж запретит! Так нет же, принцесса всячески пыталась показать, что активно против. И не увидеть это негодование и некоторую растерянность на ее лице мог только или полная скотина, или непроходимый тупица!

В тот момент Нортский для меня стал «два в одном» и если бы не Дерисы и сама Агния, то боюсь графу пришлось бы туго. Хотя и мне явно было бы не сладко, особенно если учесть, что уже почти полночь и до времени второй стражи осталось всего ничего.

Провожая принцессу, снова не удержался от очередной пикировки, по результатам которой бешенство не только не сошло на нет, а отчего-то к ярости прибавилась ещё и зудящая тоска, где-то там за грудиной…

Шарково отродье! Как-то надо выкрутиться и сбежать, пусть даже опять на границу, иначе я просто однажды потеряюсь в этом сумасшествии носящем гордое имя Её Высочество тира Агния Таарская.

А это полное и окончательное поражение с самыми скверными для тебя, идиота, последствиями.

Я строго настрого приказал братьям не сводить глаз с покоев наследницы и, наконец-то, вошел в свои новые комнаты. Здесь меня встретила тишина и полумрак, и лишь свет магсветильника, настроенный на минимум. разгонял по углам тени. Уюта я не чувствовал, хотя тут и имелось все необходимое и даже сверх мной требуемого. Достаточно места, зона для отдыха, небольшая спальня и купальня с прочими удобствами. Чего ещё желать?

Да, жилище, конечно, не в пример той утлой комнатенке, что была положена мне по званию и статусу в Весегонском форте, но и не хоромы. Впрочем, не скажу, что это имело для меня большое значение, хотя и лгать, что удобства ничего не значат, не буду. Дозорные, конечно, крутые и суровые вояки, кто ж спорит? Нам бы только спать под кустом, зарываясь в сугроб с мечом в обнимку, питаясь лишь подножным кормом, ну и подтираясь лопухами, и то исключительно в теплое время года. А зимой лучше вообще ни-ни! А то ведь, не приведи Великая, весь брутальный облик рухнет, как ни бывало!

Так вот, я легко переживу эту страшную потерю репутации, если мне предоставят мягкую постель, добрый ужин и вдоволь горячей воды.

Пусть пока от вожделенного сна и придется воздержаться, но от еды и ванны я точно не откажусь. Да и этот парадный мундир явно не лучшая одежда для хорошей драки. А после милой стычки с Ларторисом, тщательно сдерживаемая природная кровожадность пробила некий потолок в моем сознании и теперь я готов не просто повоспитывать противников, а порвать недоумков, как нерги зайчика. И вряд ли буду после испытывать угрызения совести по этому поводу.

Впрочем, поглядим на их поведение.

Позвонил в колокольчик, расстегивая на ходу мундир — мне обещали приставить постоянного слугу, ведь позаботиться о порядке и об ужине кому-то следовало. Тут не казарма, в столовую не набегаешься, если, конечно, не придется присутствовать вместе с моей подопечной на всяких обедах и прочее. Меня уже просветили, что совместно с дочерью, Великая Ведьма собирается за одним столом крайне редко.

Не удивительно, при их не самых доверительных и теплых отношениях, как бы на людях они не старались изображать иное.

— Позволите войти, тир Карсиан? — прозвучало от едва скрипнувшей входной двери.

— Я — Аннетта. Меня прислали вам прислуживать сегодня и если я буду соответствовать вашим требованиям, то останусь и после.

Я удивленно обернулся на голос. До этого было несколько, притом каждый раз разных, лакеев, а сейчас в дверях стояла миловидная девица. одетая, как полагается горничной, разве что в чуть более открытое на груди платье, лукавый взгляд карих глаз из под полуопущенных ресниц, что тоже изучали меня, пусть не явно и осторожно. Рыжие локоны, словно случайно выбившейся из под чепца.

Невысокий рост, яркие, пухлые губы, пышный бюст и довольно тонкая талия.

Девушка присела в поклоне, однозначно рассчитав, чтобы я хорошо успел оценить все ее прелести.

Не иначе как Её Светлость тира Криг побеспокоилась! Вот смотрю и разрываюсь от противоречий: не-то послать к Темнейшему, не-то и вправду воспользоваться любезным предложением.

Может мозги на место встанут?

Я, молча, скинул сорочку и швырнул на кресло, где уже валялась часть моей одежды и оружие. Служанка заинтересованно подняла глаза, буквально ощупывая ими каждую мышцу тела и неосознанно, а может намеренно, облизала губы. Лестно, конечно, милая, но не сейчас. Да, скорее всего и не сегодня…

— Аннет, пока просто ужин и побыстрее, — сказал спокойно отворачиваясь.

Успел заметить некоторое замешательство, но девица была опытная и, видимо, настроение господ чувствовала, не хуже охотничьего пса. Она исчезла, вильнув бедрами и промурлыкав: «Да, тир! Сию минуту» А я отправился в купальню, смыть с себя хоть часть безумного дня.

Вода в большую медную ванну набиралась быстро, но я не стал дожидаться и скинув остатки одежды, опустился на дно, позволяя струе литься прямо на грудь.

В голове крутились сотни мыслей, я перебирал события, раскладывая по значимости, вспоминая все новые нюансы.

— Аннет, я тебя не звал, — мне не надо даже смотреть. приграничье хороший учитель и ее легкие, вряд ли кем-либо другим услышанные шаги, выдали чужое присутствие.

— Я лишь хочу помочь, позвольте, — томный голос, звучит маняще. — Прошу, Карсиан, вам будет очень хорошо, обещаю…

В нос ударяет терпко-сладкий запах, сознание слегка плывет Бездна! А дальше были только рефлексы.

Кинжал я перехватил в резком броске, когда моя несостоявшаяся убийца, рассчитывая на свое зелье, сделала последний рывок к намеченной жертве. Нагота не помеха, я не юная девственница, чтобы стесняться. Болевой прием и оружие со звоном отлетает куда-то в угол небольшого помещения купальни. Слышится злобное шипение и мне пытаются оказать довольно серьезный отпор. Тело действует само по давно заученной программе и это спасает, потому что мозг соображает не лучшим образом из-за той мерзости, которой меня пытались одурманить. Да еще я уже отчетливо понимаю, что под руками вовсе не мягкие женские формы, а жилистое тренированное тело. И, вероятно, это все же мужчина, к тому же весьма умелый боец.

Еще несколько долгих секунд возни и сопротивление все же сломлено, хотя, признаться, это оказалось не так просто.

Плетение соскальзывает с пальцев с привычной легкостью. Воздушная веревка спеленала тело неудачливого убийцы покруче любых цепей. В чем-то даже неплохо, что придворные маги не могут зачаровать весь замок. Главная башня, где проходил бал, забирает слишком много сил. Все праздники боевая магия не будет действовать именно там. В остальных частях только личные охранные чары, да защита стен от нападения извне. Не то чтобы эта защита способна спасти от серьезной атаки, но давала возможность выдержать не один удар при осаде. А это способствовало увеличению шансов спастись тем, кто прячется за этими самыми стенами.

Выпрямляюсь и сплетаю заклинание, развеивающее иллюзии. Ухмыляюсь, встречая злобный взгляд раскосых черных глаз жителя южных степей. Ну, конечно, эти низкорослые варвары часто становились на скользкий путь, хотя сами таковым свое неприглядное ремесло не считали. Их уклад жизни заставлял некоторых молодых людей идти на поиски лучшей жизни, чтобы заработать на выкуп жены и создание своего дома. Нет средств — ты не мужчина. А их мораль и религия не осуждали любые способы добычи золота, даже самые неприглядные. Главное, чтобы это происходило за пределами Тамийских степей, конечно. Иноверцы никто — они не в счет В каждом темном уголке Шалиона можно было встретить этих обожженных солнцем и ветрами степняков, что часто предпочитали грязное мастерство убийц и воров, честному труду. А так как с детства каждый юноша этой расы готовился стать воином. то и род деятельности был очевидным. Хотя, были и те, кто шел в охрану, или в наемники. Но, так-то ведь проще, особенно когда совесть не тяготит. И надо отдать должное, детей степей боялись и мечтали заполучить на службу многие, тем более, что родные просторы юга покидали только сильнейшие и при этом очень уверенные в себе товарищи.

— Полагаю, имя заказчика ты не назовешь? — мой спеленатый магией враг злобно ощерился и демонстративно сплюнул на пол кровавой слюной. Ненавижу хамство и не удержавшись, отвесил затрещину. Хорошо приложил, так что даже зубы клацнули. — Веди себя прилично, не у себя в яромате, — рявкнул на невоспитанную скотину. — «Воину, поверженному сильнейшим, должно проявить уважение к победившему врагу, ибо он его достоин, коли ты слаб!» — процитировал я и с нескрываемым удовольствием наблюдал удивление на лице варвара, — Разве не этому учит вас ваш пророк Иллани, наместник грозного бога Тамии? Не чтишь заветы? Или ты лами? — То-то же, всегда знал, что образование пригодится и не забывал, что магия и меч ещё не всё в этом мире.

— Я не был отверженным, о мой враг, — произнес степняк все ещё нежным голосом служанки, что было бы потешно, если бы не сама ситуация.

— Разве я враг тебе? — спросил удивленно. — Нет за мной вины, не перед твоим родом, не перед лицом твоего бога. Я враг пославшего тебя на верную смерть.

Поверь, кто бы он ни был, он хорошо меня знал, хотя я итак догадываюсь, кто мог навесить на тебя эту почти идеальную иллюзию. Или ты думаешь, что в Севере так уж много сильнейших магов Воды? А тем более тех, кто не прочь был бы видеть меня главным поводом для поминальной тризны.

Южанин, молча, смотрел на меня, что-то явно обдумывая. По виду ведь совсем мальчишка, лет двадцать. Впрочем, по законом Тамийского яромата, он уже, минимум лет семь, как считается мужчиной. Суровая жизнь и нравы соответствующие.

— Раз ты знаешь учение, то тебе известны наши принципы, — попытался пожать плечами мой невольный гость, но скривился от того, что «Воздушная петля» ещё сильнее стянулась на теле. — Я не назову имен — прошлое отныне мертво, как и прежний я, коли проиграл чужаку. Но твоя правда — ты победил, а я слаб! На мне впредь твоя воля и мое уважение, пока не стану сильнее тебя. Тамия в свидетелях!

Моё имя Отей и я в твоей власти.

Ритуальная фраза произнесена и я смело снял чары. Бездна, вот уж не ожидал, что когда-нибудь заполучу нежданно-негаданно такой странный и неоднозначный подарок от судьбы! Вопрос лишь, на кой шарков ляд, мне это?

Степняки, по нашим меркам, очень трепетно относились к своим нормам чести, пусть и весьма своеобразным. И действительно, если он не лами — отступивший от учения и ушедший, так сказать, на вольные хлеба, — то и пытать бесполезно. Эти скорее язык откусят или умрут, как было не раз, когда менталисты пытались «вскрыть» таких ребят. Вера вообще вещь удивительная, порой более загадочная, чем сама магия или силы ведов. А уж эти, по нашим меркам полудикари. довели своё восприятие религии до абсолюта, хотя стоило кому-то отречься и тебя даже не преследовали — просто изгоняли и ты не смел более появляться на родине.

Никогда.

— Ты веришь, что сможешь стать меня сильнее, Отей? Вы ведь чувствуете магию, хоть сами ее лишены.

— Не думаю, — ответил тот, помолчав, — Но это ничего не меняет, Ради, — покачал головой Отей, поднимаясь с пола и растирая места на теле, где особо сильно было стянуто воздушным арканом. — Я ошибся, выбирая противника, думал, что получу легкие деньги, убив простого бывшего меченого, что завидев мягкое податливое тело, в момент растеряет бдительность. Иллани говорит, что любой поступок влечет последствия, свои я должен испытать до конца, даже если ты пожелаешь меня убить.

— Ты ведь мог уйти за грань, искупление доступно каждому, — я смотрел и сам поражался странности нашей беседы. Голый мужик, ночь, льющаяся в ванну вода, рядом низкорослый юноша, явно не старше лет двадцати, с экзотической внешностью и голосом томной красотки. И эта парочка ведет философский диспут.

Сюр в чистом виде!

Я выключил, наконец, воду и набросил на бедра полотенце. Бездна, может я зря не свернул ему шею? В пылу атаки не разобрал с кем имею дело, а сейчас так просто уже не смогу. Увы, у меня тоже есть свои представления о чести. В данный момент в приоритете были другие заботы, и время уже поджимало. А я, кстати, так и остался голодным. Ну, да злее буду.

Вот только теперь решить надо, что мне с этим счастьем, снова усевшемся прямо на пол с отрешенным видом, делать. Фаталисты недоделанные! То ли дело наши преступники! Ну, поелозил бы мордой по шершавой поверхности. поломал пару-тройку костей, выведал бы имена заказчиков, а дальше с чистой совестью сдал бы страже. Если бы не прибил, конечно.

А с их священными законами великого бога Тамии, да раз он признал меня своим Ради, то, по-сути, он мне себя вручил, как недостойного и переоценившего свои силы, в полное, так сказать, пользование. Короче, неопытный фанатичный идиот с неплохими актерскими способностями. И это добровольное рабство прервется только если он бросит мне вызов чести и победит. Не так, как нынче, чтобы любыми средствами и исподтишка с неким инородцем, а со всем уважением и ритуалами в бою. И шансов у парня нет и не будет, ну пока я ещё маг, да и меч в руках удержать сумею. Сколько же Моле ему посулил, раз тот вообще не думал и полез ко мне? И когда успели-то? А то, что это именно этого слизня дело, не сомневаюсь. Вряд ли я так резко успел перейти дорогу ещё одному мастеру иллюзий.

И ведь самое обидное, у них с дружком могло и выгореть — моя чуйка не сработала и я даже не подумал проверить вошедшую девку на иллюзию и прочие гадости.

Совсем рехнулся ты, дозорный. С такими промахами точно внезапно можешь оказаться очень мертвым. Ещё и Агнию не защитишь…

Я уже оделся в старую форму и рассовывал весь имеющийся арсенал по карманам, когда мне в голову пришла мысль.

— Послушай, Отей, ответь лишь на один вопрос, это не затронет твоей чести, — на меня подняли глаза, хотя все это время он так и не сдвинулся с места, пребывая где-то в глубинах себя. — Просто скажи, тебя наняли когда? Просто день и желательно час?

Спепняк моргнул, размышляя:

— Час назад, Ради. Я служил в охране графа Вийского, — вздохнул он. — Все равно узнаешь, если захочешь. Мне платили, но это долго. Домой хотел, теперь не судьба… Предложили много. Очень много, Ради.

— Что ж, все как я и думал… — пробормотал я. Ладно пора заканчивать с этими шустрыми перестраховщиками. — Отей, ты ведь хорошо ориентируешься во дворце? Граф ведь советник Её Величества, а стало быть, ты таскался сюда часто, если не жил тут — он кивнул. Теперь понятно, откуда мои будущие трупы его узнали. Хотя будет любопытно, потом спросить, как Отей попал к графу. — Отлично, значит, будешь пока моим личным слугой. Двух офицеров охраны принцессы видел? — снова кивок и напряженное молчание, но в глазах появился хоть какой-то интерес.

— Это мои подчиненные. Я телохранитель Её Высочества, если тебе не сказали.

Короче, слушаться меня, уважать моих офицеров и беречь принцессу, как самого себя и может со временем, я подумаю, чтобы поехать с тобой в святилище великого пророка и попробую испросить для тебя свободу. Ну, или тебе повезет и меня все же кто-нибудь прибьет, — недобро пошутил я, посмотрев на часы на стене. — Я ухожу, но, надеюсь, к моему возвращению ты раздобудешь на королевской кухне еды для нас обоих.

— А можно и мне спросить, Ради? — застал у дверей меня вопрос варвара.

— Попробуй, но не обещаю, что отвечу!

— Понимаю… Но, все же, отчего так слабо подействовало зелье? Меня уверили, что оно безотказно.

— Видишь ли, — улыбнулся ему, — я же не родился меченым, так что делай выводы, что могло пойти не так!

Отей задумался на миг, а потом кивнул и взглянул на меня по-другому.

— Защита рода, значит… Тогда я точно с тобою надолго, коль сам не решишь отправить мою душу на суд Тамия. Пусть удача сопутствует тебе, Ради! Она сегодня понадобится.

Я удивленно уставился на того, кто совсем недавно пытался сам меня убить, а сейчас вполне искренне желает удачи. Тамийцы — непостижимы для нас, но, кажется, у меня появился шанс попробовать понять их образ мышления не только по книгам.

Хотя бы одного этого.

Покинул комнаты, бросив взгляд на застывшего у покоев Агнии Рота Дериса — они с братом сменяли друг друга. Тот, разумеется, уже зная, куда я собираюсь, отсалютовал мне.

Лестницы, коридоры и вот меня встречает морозная свежесть ночи. Стража на дверях лишь покосилась на мою ночную вылазку, благо уже весь замок был в курсе, кто я такой. Думаю, на выходе из крепостных ворот вопросы точно возникнут, но это решаемо — пробираться через стену смысла я не видел.

В небе над головой пронеслась тень. Я вскинул лицо, но никого уже не было. Что ж, ночных крылатых хищников тут хватает — Болийское нагорье вообще богато на всякую живность.

Снег похрустывал под ногами, говоря о легком, но ещё не сильно покусывающем морозе. Северных ворот я достиг быстро. В обычные дни, их по ночам без разрешения свыше бы и не открыли, но не в праздники, когда приглашенные гости были вольны покидать замок в любое время. Конечно, без досмотра не обошлось бы, ну да не беда.

Дежурному офицеру я заявил, что у меня встреча и планирую вскоре вернуться. И ведь не солгал, так и есть. Тот отдал честь и пропустил меня через маленькую калитку в стене.

Немного спуститься вниз по дороге, чтобы от поста охраны не было видно. Ну что ж, кажется, я даже различаю пару силуэтов вот там, на примеченной мною ещё во время поездки сюда площадке. Полагаю, что меня не сильно надеялись увидеть в числе живых. Но не придти они просто не могли, а то кто его знает, вдруг все же убогий меченый выжил? Ведь позора не оберешься, если не явишься на поединок.

Придется их разочаровать.

Меня заметили быстро. Юрген Мол и Равил Моле, — у этих братьев по разуму, даже имена родов схожи — стояли в расслабленных позах, всячески пытаясь выказать свое спокойствие и превосходство. Вот только пальцы, что постукивали по гардам мечей, да периодически через, чур, нервно сжимались на рукоятках. А это несколько портило впечатление о невозмутимых и бесстрашных воинах.

— Не заждались, девочки? — весело осклабился я, на ходу доставая меч из ножен. — Хотя, полагаю, такие трусы надеялись чужими руками избежать наказания. Увы, золото вам не помогло!

Равил демонстративно скривился, принимая боевую стойку, как и его товарищ.

— Везучий сукин сын! Эх, не на кого нельзя положиться, всё приходится делать самим! — покачал головой Моле.

Эфир дрогнул, и в меня полетели с двух сторон боевые заклинания Воды и Земли.

Нет, мои наивные, я готов к такому развитию событий — мои щиты и не такое выдерживали! После короткого «обмена любезностями», поняли тщетность подобной траты сил и бросились в бой с оружием, не отвлекаясь на магию.

Чинкуэда — достаточно легкое оружие, его просто держать в одной руке, второй же я ухватил дагу, парируя удары от двух соперников, которые, надо отдать им должное, бились довольно слаженно.

Ну да, все же изначально учились мы в одной школе и у одних учителей. Да только я потом имел возможность почти ежедневно практиковаться в боевых условиях. И это не считая тренировок.

Так что, простите ребята, но вы мне не соперники! И я постарался доказать это со всех широтой души, уже через пару минут изрядно потрепав обоих, пусть и получил пару совсем незначительных уколов. Работал неспешно, зло, подначивая обидными колкостями, которые изрядно колебали выдержку самолюбивых врагов и наслаждался процессом.

В этом и была моя ошибка. Надо было их просто быстро отправить на длительное свидание с лекарями, но моё раздражение не только за себя, но и за неведомые, но такие яркие обиды Агнии, просто требовали явственно показать этим беспринципным существам, что за все надо платить. Ох, не зря меня предупреждали о подлой натуре этой парочки!

Когда, после неудачной атаки, Моле оказался-таки мордой на снегу, я небрежно придавил его одной ногой, чтобы не рыпался, и ехидно посоветовал привыкать к земле, а сам ловко отбивался от нервных, но сильных замахов, которыми громила Земляной буквально пытался засыпать меня. Его довольно короткий фолчен[2] смотрелся бы несколько карикатурно на фоне его мощной фигуры, но Юрген им владел неплохо, а таскать на бал что-то более увесистое, видать, не счел нужным, дабы длинные ножны не мешали.

Ну, да, плохому танцору…

Я резко ударил противника, так, что тот с трудом удержал равновесие, невольно отступая прочь. Выиграв пару секунд, быстро приложил Равила по затылку, чтобы не путался под ногами и тут услышал гневный окрик:

— Давайте, ребята, пришпильте эту мразь! Хватит игр! — И Земляной с горящими торжеством глазами, нисколько не стесняясь, рванул прочь, позволяя появившимся из-за выступа ближайшей скалы лучникам вести обстрел, не боясь попасть в своих нанимателей.

Выругался, падая на землю и откатываясь, поднимаясь и крутясь, как волчок, стараясь просчитывать траектории следующих выстрелов. А губы уже сами шептали формулы.

Моя злость, в первую голову на себя, сыграла свою роль. Магия взревела, изрядно опустошив мой резерв. Давно я так не психовал! Обычно все же соизмеряю силу и опасность. По большому счету, хватило бы и половины вложенного. «Кольцо воздуха» вышло настолько мощным, что волна магии не только раскидала моих врагов, но и ближайшая скала вздрогнула, пойдя трещинами и часть ее с характерным гулом устремилась вниз, грозя устроить на дороге настоящий завал.

Бездна, за такое Великая Ведьма по головке не погладит. Но, да это всё будет завтра, а пока надо здесь заканчивать.

Я поднялся и оглядел результат своей работы. Наемники, что пытались меня пристрелить валялись бесформенными кучами — пару из них приложило об камни, а одного зашибло падающими булыжниками.

Юрген, разумеется, пострадал не так сильно — чай не слабый маг и его защита должна выдерживать такое. По крайней мере, частично. Мол, стоял на коленях на земле, зажимая руками уши из которых текла кровь — похоже все же ударная волна повредила его барабанные перепонки.

Подошел к Земляному, который все-таки сумел подняться при моем приближении и даже успел нашарить окровавленными пальцами на снегу выпавший во время магической атаки фолчен.

— Тебе, все ещё мало? — ухмыльнулся ему, неспешно вставая в стойку.

Желание просто добить обоих уродов было велико, но поверженных убивать не приучен.

Напрасно…

Я неспешно парировал удары Земляного и уже решил, что пора заканчивать, когда боковым зрением увидел, как валяющийся до сих пор без признаков жизни на земле Равил Моле, резко выбросил в мою сторону руку, в которой что-то зловеще полыхнуло, и выкрикнул фразу на древнем наречии.

Молпонскую запретную магию распознал и внутренне похолодел.

Выставил пальцы, ладонью вперед, призывая родовую защиту Сольмских, но понял, что не успеваю…

Это не была простая боль. Не та старая знакомая, что посещала меня не раз, ее я готов был терпеть. Было ощущение, что кто-то тянет из меня саму жизнь, причиняя разрушение каждой клеточке моего тела.

Услышал свой собственный хрип, все сухожилия бесконтрольно сокращались.

Секунда и я уже корчусь на снегу абсолютно ничего не в состоянии противопоставить этой мерзости, но разум при этом оставался кристально чист, видимо. чтобы жертва во всей красе могла прочувствовать момент своей гибели.

Оба мага с торжествующими улыбками склонились надо мной.

— Пора добить и валить отсюда, — произнес Юрген.

— Ещё несколько мгновений, дружище, — прохрипел Равил. — Эта тварь не заслужила быстрой смерти. раз уж пришлось использовать на него последний козырь, — мотнул головой маг — Не думал, что истрачу его на такого…

«Кажется ты отпрыгал своё, последний из рода Сольмских! Для тебя даже не пожалели десятка лет жизни, ведь именно столько стоит такой «подарок» врагу.

Гордись, тебя убивают действительно дорого заплатив за это!» — билась в мозгу шальная мысль.

— Равил, сейчас тут будут стражи, пора! Подумай, оползень явно не остался незамеченным из замка, — поднял меч Земляной и дернул за руку друга, пытаясь образумить застывшего со зверским выражением лица над моим извивающимся телом Моле.

— Я сам! — буквально взвизгнул Водник и тут же его губы разъехались в стороны в гадкой предвкушающей улыбке, обнажая зубы в оскале. — Скажи, прощай принцессе, думаю, мы ее сумеем утешить!

— Вряд ли! — прозвучало откуда-то сбоку и одновременно на голову Юргена камнем упал с высоты костар, выпуская когти и пытаясь вцепиться в лицо мага.

Смазанное движение и из груди у Водного торчит рукоять меча. До боли знакомое навершие, которое я не мог спутать даже корчась от боли.

Моле оседал медленно на колени, глядя куда-то с выражением не то обиды, не то удивления. Вцепившись скрюченными пальцами в торчащий меч, он смотрел на приближающуюся ведьму, словно не верил, что это происходит на самом деле. По мере того, как из мага уходила жизнь, темная молонская волшба отпускала мое тело. Судороги стихали, хотя боль была ещё сильна. Я даже сумел повернуть голову, делая попытку подняться. Видел одетую в мужской костюм девушку с яркими, горящими ведьмовским огнем глазами, она, не отрываясь, смотрела на Равипя.

В это время Юрген пытался отбиться от птицы, что ловко наносила удар за ударом рычащему от ярости мужчине. Магия, как известно, на костаров не действует вообще, а справиться с этими созданиями не так просто — там когти с пол-пальца длиной.

— Убью! — взревел Мол, делая резкий рывок с мечом в нашу сторону, видимо, дойдя до точки и не думая, ни о птице, ни о том, кто перед ним.

Ведьма, так и не переставая глядеть на умирающего мага вскинула руки и дернувшегося к нам Земляного окружила «Огненная клеть», из которой с легкостью вылетел костар, словно пламя было иллюзией. Только по вою бессилия, что раздался из-за всполохов огня, было понятно, что это не так.

А девушка склонилась над Равилем Моле, глядя с холодной решимостью в уже подернутые пеленой глаза того, кто стоял на пороге грани, положила руки поверх торчащей рукояти и произнесла негромко:

— Вспомни Нелин, — и замерла в ожидании.

— Не-ет… — вздрогнул, хрипя маг, а хрупкая на вид девушка, увидев ужас понимания некоего известного им обоим факта, резко выдернула меч, тем самым прерывая его жизнь, а с ней и действие молонской магии, завязанной на силу активировавшего эту волшбу.

Таарская нарочито неспешно вытерла саиф об одежду убитого и сделала шаг назад, спокойно ожидая, пока я поднимусь и приду окончательно в себя.

Земляной тихо выл в клетке, что даже и не думала гаснуть. А я смотрел, осознавая то, что я видел. Вернее кого! Как же мы слепы, когда все факты пред нами, как на ладони, потому что они просто не укладываются в голове!

Отблески полыхающей магии отражались в огромных оленьих глазах. Девушка подняла руку, на которую опустился костар, замерев, словно неживой. Да и сама ведьма стояла, как изваяние, глядя на меня в упор.

— Не стоило пренебрегать моим предупреждением, тир, — наконец прервала она молчание, покачав укоризненно головой, — Надеюсь, вы понимаете, что следует молчать об увиденном. Вас тут просто не было, забудьте! — она повернулась и обвела рукой всю мизансцену.

Я невесело усмехнулся.

— Такое сложно забыть, не находите?

— А вы все же попытайтесь, — произнесла она раздраженно. — Уверяю, Юрген тоже ничего не вспомнит, уж я позабочусь об этом, — по ее губам скользнула недобрая и многообещающая улыбка. — Постарайтесь, — сказала она с нажимом и заглянув мне в глаза, и добавила тихо, — герцог Сольмский. Порой о некоторых вещах не стоит вспоминать.

Я дернулся, как от пощечины. Внутри взревела извечная досада. И она туда же!

— О, я прекрасно всё понял, жаль не сразу, — мой голос звучал зло. Я отвесил глубочайший поклон, — Мир, вообще, странная штука, Ваше Высочество. Порой мы и сами не знаем, с кем рядом находимся, ведь, правда, дозорная? — я удовлетворенно заметил, как дрогнули ресницы и расширились зрачки на холодной маске лица. Сделал пару шагов к Ние и слегка склонил голову. рассматривая ее, словно видя впервые. — Не знаю, почему и как ты оказалась ею, да и кто я такой, чтобы мне что-то объяснять, ведь так? Только можешь гордиться собой — Таарская из тебя вышла на славу!

Шаг назад. Пелена гнева все ещё властвует над моими мыслями и дурным языком, который всегда доводил меня до неприятностей. Только сейчас мне плевать. Она, та единственная милая рыжая ведьма, с которой я был так близок — Таарская!

Истинная ведьма! Не стану молчать, пусть казнит, им не привыкать…

— Я не могу исправить то, что было сделано не мною, Карс, — а у владеющей Огнем оказывается голос может заморозить. — Только то, что от меня зависит…

Она не успевает договорить, со стороны замка раздаются удары колокола, горнисты играют тревогу и мы замираем глядя на «Корону Севера», понимая, что стряслось что-то из ряда вон выходящее. Ния на миг устало прикрывает глаза, а потом решительно поворачивается ко мне:

— Тир Карсиан, я своей волей снимаю с вас клятву верности. Вы свободны и теперь уже я вам клянусь, что никто не посмеет поставить на вас печать покуда я жива. Не в моей власти вернуть вам титул и земли, но я воспользуюсь правом крови и дарую вам имя рода. Отныне, как и прежде, вы именуетесь тиром Карсианом Сольмским, безземельным дворянином, покуда не заслужите иное, коли сможете и пожелаете, — в ее ладони закружил хоровод пламени и зеленые искры ведовского дара — никогда прежде не виданное сочетание. Боги приняли ее клятву и подтвердили слова. — Отныне, вы вольны удалиться из замка по вашему желанию, я буду рассчитывать лишь на ваше молчание без обещаний и угроз. Тиры Дерисы останутся при мне, — она показала головой в сторону замка. — Тем более, что я ещё не в курсе, какая очередная беда постигла Север. А здесь, — она махнула рукой вокруг — Я разберусь. Как вы правильно подметили, я — Таарская. Ведьма, с исключительными правом карать. И нести за это ответственность перед богами и своим народом. А Равил Моле сам подписал себе приговор, использовав запрещенную молонскую магию.

— Гонишь, значит…

— Нет, — покачала она головой, — даю право выбора, которого нет у меня.

Ния отвернулась и медленно пошла в сторону замка. Холодная, несгибаемая… Вот только лежащая на эфесе ладонь до побелевших костяшек сжимает свой меч, словно это удержит её в этом мире.

Я смотрю вслед, от ворот замка навстречу принцессе уже летят стражи.

— Ох, и глупая ты, рыжая, — шепчу в ночь, — впрочем, я-то ещё дурнее…

Глава 17. Долгая ночь

«Ежели принять в рассуждение все добродетели, которых требуют от слуги, много ли найдется господ, достойных быть слугами?»

П. Бомарше «Севильский цирюльник»

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Селения Еще недавно я наивно называла прошедший день бесконечным. Все, как всегда, познается в сравнении — эта ночь, похоже, грозит превзойти поставленный её предшественником рекорд.

Сейчас я была благодарна Великой Ведьме за щедрый дар того самого «Секрета Шалиона», бокал, которого я тоже выпила. В противном случае, уже давно бы лежала с истощением.

А события и не думали давать хоть какую-то передышку. Уж точно не мне.

То время, что нервно ждала, когда мой страж рванет-таки наводить справедливость

{или тешить самолюбие — это уж, как посмотреть!), я постаралась провести с пользой.

Моя крылатая помощница, выпорхнув в окно и устроившись на карнизе, чтобы следить за пространством внизу, продолжила беседу со мной.

— Скажи. Селения, как ты собираешься избавиться от своих нянек? Или ты думаешь, раз формально Дерисы подчиняются тебя, то и позволят поступать опрометчиво?

Пока Лита была отправлена за ужином, я, не теряя времени, рылась в гардеробе, пытаясь отыскать мужской костюм, или что-то более пригодное для беготни по сугробам с мечом.

— А ты считаешь, что я действую импульсивно? — пожала я плечами, на высказывание фамильяра, хотя и знала, что костар меня не видит.

— Разве вопрос в том, что считаю я? Полагаю, важнее, что думают братья. А точнее, какой приказ им отдал Карсиан. Ты ведь чувствуешь, что они преданы ему безгранично.

Я в очередной раз поразилась проницательности и осведомленности птицы. Мы с ней знакомы всего ничего, а она словно всю жизнь со мной провела. Очередная загадка, впрочем, их в моей жизни не счесть.

Пожалуй, Арли права, Дерисы будут защищать меня даже от самой себя, но по большому счету, полагаться во всем станут лишь на суждения Карса. Он для них всегда был авторитетом. Пусть и поспорить с ним они никогда не отказывались, за исключением боевых ситуаций — тут его слово было законом.

Что ж, похоже, настала пора на практике использовать свои таланты, как носительнице ведовской силы. «Слово» Таарским даётся, говорят, легко. Только смертельный дар правительниц передавался из поколения в поколение, прочие способности они развивали с детства. В отличие от меня.

Пусть в теории я и подкована, но вот контроль пока никуда не годился. А следует сплести чары так, чтобы не только незамеченной проскользнуть мимо Рота Дериса, который коршуном навис над выходом из покоев, но и за стену перебраться, не привлекая внимания. А столько времени могу и не удержать дар.

Засада…

Да и какой, к Темнейшему, контроль, когда сейчас в моей голове не помешал бы такой маленький, но очень опытный архивариус, который не дрогнувшей рукой сумел бы разложить по полочкам всё, что со мной происходит в эти безумные дни.

Пусть хотя бы просто распихает, чтобы не лезло в ненужный момент в сознание, сбивая с мыслей. Можно бессистемно, бездна с ней с системой, как-нибудь разберусь, тут хотя бы просто не рехнуться…

Великая, как же я устала!

Я застыла с очередной вешалкой в руке и малодушно опустила голову. Но предаться унынию себе не позволила, а отшвырнув ни в чем неповинную амазонку. попыталась сдавить виски ладонями в тщетной попытке вернуть мысли в правильное русло.

Итак, что я могу попробовать? Тира Криг лишь помогла за эти дни настроить мои потоки. Правда вот тут неожиданно ещё дар эмпатии проявился и как он повлиял на меня в целом, пока времени разобраться просто не было.

Времени нет ни на что. Ни на адаптацию, ни на близкое знакомство с Арли, или с теми же не сильно дорогими пока что для меня, но всё же родителями.

А политика, в которой я разбираюсь на уровне трепа среди офицеров? А посол и заговоры? Про этот шарков отбор уж вообще молчу!

Нет, ну, правда! Как, бездна их подери, я должна выбрать себе мужа, когда обстоятельства давят? А кандидаты… Великая, ну почему?!

А-а-а! Я снова злюсь! Буквально бешусь, словно какая-то сущность медленно питается моим благоразумием.

— Селения, ты во всем разберешься обязательно! Это всё твой дар. Он ещё нестабилен. Не вздрагивай, ты от меня не закрыла свои мысли, вот я и слушаю.

Я тебя научу если хочешь. как экранироваться от меня, но пока лучше оставь нашу связь. Я всегда помогу…

Вздохнула и ничего не ответила птице. Пусть слушает не жалко. В ее помощи я нуждалась, а преданность не вызывала сомнений. Так что, к чему закрываться?

В этот момент в комнату вошла, Лита и робко застыла в дверях. Я резко обернулась и девушка испуганно пискнула «Простите!» И попыталась ретироваться.

— Остановись! — приказала не сильно громко, боясь, что бедняга просто в обморок грохнется. Служанка замерла, глядя на меня широко распахнутыми глазами. Я подавила вздох и, подойдя к ней в упор, сказала, как могла мягко, — Давай-ка, дорогая, раз и навсегда проясним несколько моментов.

Я схватила ее за руку и выволокла в гостиную. Плюхнулась на диван и потянула к себе не сопротивляющуюся девушку, указав сесть рядом.

— А теперь слушай: я не знаю, как вела себя раньше. Скажу больше: я вообще тебя не узнаю, как и многих. Хотя, уверена, что для тебя это не осталось тайной, — я увидела неподдельный ужас от моих откровений на лице. — Не пугайся, раз ты при мне, то тира Криг тебе доверяет, а стало быть, у нее есть основания. Так вот, запоминай: я буду вести себя с тобой вежливо и уважительно, если ты не предашь!

Ну, а если ты уже шпионишь для кого-то, кто платит тебе за информацию обо мне, то лучше признайся сейчас и клянусь, я тогда просто тебя отпущу, не причинив вреда. В противном случае, пощады не будет, ты поняла меня?

— Нет-нет, Ваше Высочество, — замотала головой Лита, — я ведь ваша кровница, вы сами принимали клятву. Всем это известно, никто и не пытается меня подкупить. Я вам предана, просто вы раньше… — Она испуганно прикрыла рот и отвела глаза.

Боги, бедная девочка! Такая привилегия, как получение клятв верности, есть только у высшей знати. Схожими обязательствами сейчас повязан Карс и Дерисы. Но есть большая разница: они дворяне и их обязанности по отношению ко мне строго ограничены нашим договором, а такие как Лита, по сути, становятся абсолютно бесправными рабами своих хозяев. На подобное идут или от большого доверия, либо под давлением обстоятельств, когда иная участь страшнее смерти. И тут не мог быть первый вариант — девочка попала в ловушку высокомерной мерзавки — пусть Темнейший отправит мою сестричку на все круги перерождения — и сейчас боялась мне слова лишнее сказать.

Я окинула служанку взглядом. Симпатичная, если бы не эта робость и неуверенность, будто в любой момент ожидает окрика или даже удара. Возможно, так и было, и от этого становилось мерзко на душе. Маленькая, шустрая, чуть полноватая, но в меру. Мягкие черты лица, курносый носик, цвет волос не определить, потому как они полностью всегда спрятаны под чепцом. Ничего из рада вон, но девушка была вполне миленькая.

— Сколько тебе полных циклов, Лита и как давно ты у меня служишь? Расскажи, не бойся Ты ведь не от хорошей жизни тут, правда? — спросила спокойно. Она теребила край передника, не смея поднять на меня глаза и явно чувствовала себя неуютно.

— Мне двадцать, тира Агния, и я с вами уже семь полных циклов, — она быстро взглянула на меня и опять опустила глаза. Я взяла в свои ладони ее руку, поощряя говорить дальше. Она испуганно сжалась, но руки отнять не попыталась, — Я из бедной семьи, Ваше Высочество. Мы жили в предместьях Резии. Родители работали на семью графа Верейского, но платил он скупо, нам едва хватало. И вот, той злополучной осенью, чуть более семи циклов назад, они решили отправиться с обозом на заработки и погибли в горах, когда лавина накрыла перевал. Мы с младшей сестрой остались одни и без средств. Было очень трудно, мы едва пережили зиму Сестра болела и всё время плакала. У нас в роду не было одаренных, но, может от горя, у Салии проснулся ведьмовской дар. Вот только мы ведь простые крестьяне… Если бы сестренка получила стихийную магию, то корона бы о ней позаботилась — маги нужнее слабых ведающих. Я бы ей помочь не смогла, а ведьмы, что согласилась бы взять к себе пятилетнюю девчонку, я просто не знала.

Мне ничего не оставалось, как пойти к графу на поклон. И так случилось, что у того в гостях был ваш батюшка, принц-консорт Он и предложил мне стать вашей горничной, но только после клятвы. Обещал позаботиться о сестре. Я тогда многого не понимала… — она вздохнула. — В общем, с тех пор я служу вам, госпожа. Вы только не подумайте, я не жалуюсь, — спохватилась девушка, что сказала что-то лишнее. — Его Светлость выполнил всё, Салия прекрасно устроилась, она учится, её приняли в ковен и теперь у нее отличные перспективы на жизнь. И я не голодаю, — закончила она неуверенно.

Да, великое достижение… И папочка тоже молодец: отдать такого тихого ребенка избалованной стерве — это, конечно, благородно, нет слов. Нет, я не добренькая и с врагами не церемонилась, но никогда не смогу быть такой же черствой ради своих целей. Не с невинными.

— Ладно, Лита, — вздохнула я. — Оставь страхи в прошлом. Я прошу у тебя прощения, за всё и обещаю, что больше никто тебя не обидит. По крайней мере, я постараюсь этого не допустить. Понимаю, сейчас тебе в это непросто поверить.

Она подняла на меня глаза и замерла, то ли опасаясь принять на веру сказанное, то ли обдумывая ответ. Затем сглотнула и проговорила:

— Я вам верю, Ваше Высочество. Правда! Вы стали другой, — она медленно встала.

— Там ужин и ванна наполнена. Может я ещё что-то могу для вас сделать?

Я задумчиво смотрела на девушку. Что ж, возможно, в ее лице я даже приобрету весьма ценную союзницу. Да-да, верные слуги порой намного важнее влиятельных персон с их мнимым дружелюбием. Последние всегда себе на уме и предадут в любой момент, как только ты окажешься им неинтересен. Мне и вправду претило, что Агния измывалась над Литой столько лет. Хотя с другой стороны, королевский замок не хуже деревни, где сироту ждала вовсе незавидная доля. А здесь девушка явно многому научилась за эти годы: у неё правильная речь, хорошие манеры и очень умелые руки. Может ещё найдет себе какого-нибудь стражника, обретет любовь и семью, нарожает детишек и всё у нее сложится.

А пока… Да, почему бы и нет?

— Слушай, мне потребуется твоя помощь, — побарабанила я пальцами по подлокотнику. — Пока я приму ванну и поужинаю, ты приготовь мне мужскую одежду.

— Девушка смотрела удивленно. — И ещё… Скажи, ты смогла бы чуть позже отвлечь моего охранника, чтобы я смогла уйти незамеченной?

Девушка смотрела исподлобья.

— Лита, я не приказываю, просто прошу. Тиры Дерисы меня одну не отпустят, а это важно, понимаешь? — улыбнулась я ей.

— Вы будете осторожны, тира? — неожиданно спросила она. — Вы ведь не на свидание собрались в мужском костюме…

— Я постараюсь, — улыбнулась ей в ответ.

— Хорошо, — решилась Лита.

И присев в книксене побежала в гардеробную, где моими стараниями был устроен небольшой кавардак. Ох, прости меня, малышка, я обещаю больше так не делать.

Ванну я принимала быстро, по-военному. Откровенно не хотелось получив сообщение от Арли бежать сломя голову, не успев поесть и толком собраться.

Особенно поесть, потому, как я уже говорила, что аппетит мне ничто не может испортить — ну, не знаю, может я слишком толстокожая — но вот балы, как выясняется, ещё и подстегивают его. Впрочем, ела тоже совсем не по-королевски — быстро и даже не сильно всматриваясь в то, что отправляю в рот. Но, вероятно, местный повар был так хорош, что можно и вправду не смотреть, вкус все равно отменный.

Мысли же крутились, тасуя полученные знания и складываясь в некое подобие плана. Правда, его рамки снова заканчивались на поединке, где пара ничтожеств должна была поплатиться за содеянное некогда.

Дальнейшее будущее по-прежнему для меня оставалось туманным, о котором думать не то чтобы не хотелось, а просто смысл этого терялся, ибо моя действительность имела мерзкую привычку меняться буквально в считанные минуты. И как тут пытаться что-то продумывать? Но ведь придется.

Раз ввязалась во всё это, то все равно постараюсь подготовиться к любому повороту. Сейчас решу эту проблему, об остальном поразмыслим позже.

Позже и потренирую мозги всеми этими головоломками — вещь, говорят, полезная.

А то чувствую, тут не только жизнь потерять недолго, но и разум, а его мне хотелось сохранить, чтоб хотя бы самой помнить, кто я такая. Бездна с ним с телом и именем, пусть забирают, коль по другому никак.

Душу не троньте.

— Ния, Карсиан покинул дворец! Поспеши!

Подпрыгнула, словно не Арли меня клюнула в мозг сообщением, а злющий шершень совсем в противоположную точку, что вроде бы и мыслить не умела, но чувствительность к неприятностям имела отменную.

Лита уже подавала мне одежду, в которую я влезла со скоростью стрелы. Благо волосы я успела просушить магией ещё в ванной и заплести в косу. Быстро распихиваю оружие, подвешиваю на перевязь саиф и поворачиваюсь к служанке.

— Готова?

Лита кивнула и подхватила огромную корзину с бельем. Я приподняла вопросительно бровь, а она неожиданно расплылась в улыбке, выпустила из под чепца пару рыжих локонов — так вот какие у нее волосы — и шагнув к двери, прошептала:

— Доверьтесь мне, Ваше Высочество!

Я на цыпочках подобралась ко входу и замерла притаившись, подглядывая в щель.

Девушка тихо открыла створку и вышла в коридор, демонстративно согнулась пополам, выставив на обзор застывшему у противоположной стены Роту свой обтянутый тканью зад и подтянула тяжелую корзину, чтобы прикрыть дверь.

Она довольно изящно выпрямилась, явно играя «на публику» и с преувеличенным трудом подняла свою ношу. Я же смотрела на Рота, который к моему удовольствию, не остался равнодушным к страданиям девушки, а точнее к ее прелестям, которые он, уверенный, что его никто не видит, пожирал глазами, пока служанка возилась с корзинкой.

— Лита, ну что ж ты ночью затеяла таскать тяжести? — произнес мой страж, сильной рукой отбирая ношу у моей горничной.

— Ах, простите, тир, — Пита очень натурально смутилась. — Моя госпожа уснула, а мне поручила с утра разобрать гардероб. Но ведь сейчас же отбор и столько дел. — Она скромно потупила глазки. — А мне всё равно не спится, вот я и решила…

Дерис обернулся по сторонам, снова посмотрел на девушку и решился:

— Куда ты это тащишь?

— Так в прачечную, — улыбнулась Лита.

Он ещё раз огляделся вокруг.

— Так, стой здесь, негоже девице одной по ночам шастать. Сейчас схожу за братом, он все равно должен меня сменить уже через четверть часа. Я тебе помогу донести корзину, но дождись меня! Я обернусь за несколько секунд, — Он улыбнулся девушке, поставил снова белье на пол и погрозил пальцем. — Если хоть звук услышишь, сразу зови, поняла?

Лита присела в книксене, взмахнула ресницами и проворковала:

— Благодарю за заботу тир, вы так добры! Конечно, я буду кричать, как же без вашей защиты, — весьма натурально изобразила восторженную простушку моя горничная, чем заслужила мои мысленные аплодисменты.

Дерис явно почувствовал себя героем и, кивнув девушке, бросился почти бегом в сторону комнат, что были отведены братьям. У меня было буквально пару мгновений, чтобы выскочить и не попасть снова в зону внимания моей стражи. Лита молча махнула рукой, зная что я наблюдаю. Дважды приглашать не пришлось, я рванула в сторону лестницы, радуясь, что сапоги не подкованы, а то стук непременно привлек бы внимание, и оказалась за дверью ровно тогда, когда услышала, что братья возвращаются.

Нет, ну моя горничная и артистка! Хотя смотрела на Дериса она с явным интересом.

Ну-ну.

Дальше решила проскочить через кухню, чтобы миновать охранников, дежуривших на выходе. Тут все прошло гладко, и я выскользнула через черный ход никем незамеченная.

Ночь искрила снегом и яркими созвездиями, что редкими самоцветами украшали небосвод. Большая часть замка уже благополучно смотрела сны, только со стороны главной башни слышалась приглушенная музыка и порой доносился нетрезвый смех. Там же и светилась причудливая иллюминация магфонарями создавая праздничную подсветку Я лишь на миг позволила себе полюбоваться этой красотой, вдохнула холод и направилась к северным воротам, стараясь держаться в тени. Впрочем, это было несложно, с этой стороны «Корона Севера» была погружена в темноту.

Минуя один из внутренних дворов замка, зацепилась глазами за слегка припорошенную снегом статую Белой Моры, что была установлена на невесть как затесавшемся здесь кусочке леса. Старые туи и дикий северный виноград, что обвивает лозами деревья — сама суть местной флоры, приютившая в своих лохматых лапах изящное произведение искусства и символ ведов.

Богиня и покровительница ведьм не требовала и даже не любила, чтобы ей строили храмы и святилища. Мора — дитя природы, а ведьмы — дочери божественной девы-луны — ставили её скульптуры в самых красивых уголках Севера. Этот сквер тоже был похож на маленькую частичку зеленого покрова Шалиона, что внезапно представал среди рукотворных стен замка, словно напоминая его обитателям о том, что есть и другой прекрасный мир, помимо этой серости.

Я остановилась, повинуясь порыву. Сделала несколько шагов к статуе и замерла глядя на удивительно искусно выполненное изображение обнаженной девушки, что раскинула руки, словно пытаясь обнять этот маленький кусочек природы среди камня. Оберегая, храня. Лицо богини было безмятежно, а глаза казалось, следили за мною, притом неважно, где я стояла — ощущение не пропадало.

Возле ног девы находилась жертвенная чаша. Белой Море приносили зерна и цветы, иногда дорогие сердцу вещи, прося о поддержке.

Я торопливо вытянула из мочек ушей серьги, которые просто забыла снять после бала — привычки носить украшения давно уже не было и эта роскошь. так как не приносила каких-либо негативных ощущений, просто позабылась мною. Положила их в чашу и прошептала.

— Прости, что предлагаю тебе столь мало значимую для меня вещь. Мне дорог, пожалуй, только мой саиф, но мне он пока очень нужен, уж не взыщи. А серьги красивые, они сияют, как твои соседки звезды. Может и тебе приглянутся. — Я посмотрела в глаза статуе и произнесла искренне, — Мне бы очень не помешала твоя помощь, божественная, если сочтешь достойной…

Приложив руки к сердцу поклонилась и продолжила свой путь. Но пройдя пару шагов обернулась и тут же чуть не вскрикнула от удивления — чаша опустела.

Меня услышали.

Я улыбнулась, и смело обратилась к своей силе, плетя слово. Отвести глаза стражникам не так-то просто — на воротах непременно будет маг — поэтому решила, что будет достаточно внушить дежурным, что я обычный посыльный, которого отправили с ночным поручением. Это гораздо проще, чем менять личину или совсем стать невидимкой для окружающих. Наверное, тира Валенсия или моя мать такой трюк могли проделать легко, как впрочем, и сама Агния, что обожала исчезать из замка по ночам. Вот и добегалась.

Все получилось на редкость легко. Поток силы омывал меня изнутри настолько естественно, словно я всю жизнь тренировала такое умение. Даже мой Огонь не был столь послушен. Ощущение оказалось неожиданно приятным, словно домой вернулась после долгой дороги, когда опускаешь усталое тело в мягкое кресло, зная, что тут ты в тепле и безопасности.

Ворота проскочила лишь перекинувшись парой фраз с охраной и не вызвав подозрений поспешила вниз по дороге. Звук обвала заставил прибавить хода.

— Селения, поторопись, дело плохо! — Арли кружила где-то в вышине, продолжая наблюдать и вести меня к нужному месту.

Я почти опоздала…

Молонскую волшбу почувствовала уже на подходе. Эту мерзость ни с чем не спутать. Вам когда-нибудь приходилось случайно или по необходимости прикасаться к чему-то разлагающемуся? Нет, не запах, а именно ощущения соприкосновения с чем-то склизким, отталкивающим и уже чужеродным этого миру.

По крайней мере, именно так я всегда воспринимала эманации темной магии.

Когда увидела корчившегося на снегу Карсиана и лучащегося самодовольством Равиля, во мне словно что-то перемкнула. Дальше я действовала, словно не сама, хотя и полностью осознавала каждое движение и заклинание. Мною двигало лишь желание спасти Карса и восстановить справедливость. Пусть и с запозданием.

Я не испытывала жалости убивая, но и радости в душе от свершившегося не было.

Только чувство правильности происходящего, не более.

Понимание, что теперь дозорный точно догадается, кто я такая, пришло мгновенно, как только он сумел подняться. В его глазах я уже прочла ответ.

Секунда возникшей в душе паники, которая вылилась в двусмысленно прозвучавшие слова и злость моего гордого стража, вперемешку с обидой, подстегнули меня к последующим действиям.

Я его отпустила.

Хотя внутри всё противилось этому, как будто сама отрезала кусочек от собственного сердца. Бездна, кажется, этот несносный Воздушник значит для меня чуть больше, чем мне казалось. А его слова что-то сильно задели внутри.

Вот только он не собачка, чтобы держать рядом на поводке.

Пусть уходит.

Он не обязан быть рядом лишь оттого, что мне он нужен. Таарские итак неплохо потоптались по его судьбе.

Как и по мне.

Что ж, Сольмский, уверена, матушка не будет в восторге от того, что недальновидная наследница вернула тебе имя рода. но я непременно найду аргументы. Это та малость, что мне доступна.

Живи и, возможно, ты ещё найдешь, если не счастье, то хотя бы покой…

Я ухожу не оглядываясь, чувствуя, как спину буравит взгляд мужчины и боясь, что маска холодной невозмутимости даст трещину, если посмотрю назад.

Впереди маячит призрак новой беды, распугивая воронье звуками ночной тревоги над «Короной Севера». Хотя и старые проблемы ещё запустят в меня когти. И они будут ранить больнее, чем Арли, которая сейчас держится лапами на моей замерзшей руке.

Когда и где потеряла перчатку?

— Спасибо, что помогла, моя хорошая… — посылаю мысль своей девочке.

— Не плачь, Ния, — отзывается мой костар.

— Где ты увидела слезы. Арли? — спрашиваю птицу, глядя, как к нам приближаются стражи от ворот.

— Я слышу твоё сердце’ Оно не лжет, даже если тебе хочется самой обманываться.

Всё-то она знает! Ещё бы и мне самой в себе разобраться…

Передо мной резко останавливает коня капитан караула, что охранял ворота.

Каурый храпит и ржет, переступая с ноги на ногу. Следом подтягиваются ещё люди, так же спешиваясь и ожидая приказов старшего. Офицер хмурится и удивленно произносит, спрыгивая с коня.

— Ваше Высочество? О, Великая мать, как же вы здесь оказались?

— Что произошло в замке, капитан? — игнорирую его вопрос. В конце концов, это не его дело, а объяснив, что прошла мимо его караульных, я лишь навлеку на них беду. А так, мало ли где и какими тропами взбалмошная принцесса покинула самую укрепленную крепость страны?

Капитан тоже не спешил отвечать, окидывая взором оставленное за моей спиной поле битвы. Огненная клеть до сих пор держала в обжигающем плену Юргена Мола, — честно говоря, сама не ожидала от себя таких, — а трупы других участников драмы были разбросаны по снегу. На Карса я не смотрела, даже не была уверена, что он вовсе не ушел.

— Что прикажете делать с этими? — офицер указал мне за спину.

— Равил Моле применил запретную магию. думаю. остаточный фон улавливаете даже вы, — сочла нужным ответить, чтобы сразу избежать недоразумений. — Он казнен мною лично — право Таарской! — Я посмотрела в глаза караульному, тот вздрогнул от моей фразы и отвесил поклон, признавая мои полномочия. — Юргена Мола в темницу, как соучастника. Допрос с менталистом, если вздумает увиливать.

Тир Карсиан был со мной. Не сметь ему задавать вопросы!

— Да, Ваше Высочество, всё исполним. А вам бы следовало вернуться, сейчас не лучшее время для прогулок, поверьте. Мои люди вас проводят, — вновь поклонился капитан, быстро давая команду своим стражникам действовать и уже собираясь отойти прочь.

— Так что там, в замке, вы не ответили из-за чего тревога? — напомнила о своем интересе, пока тот не увильнул под предлогом выполнения поручения. Тот скривился, снова бросил взгляд мне за спину, но все же ответил.

— Убит посол Молонии. Глава безопасности, тир Анател Горейн уже приказал никого не выпускать из замка, — нахмурился мужчина, — Но, полагаю, вам всё расскажут, если на то будет монаршая воля, тира Агния.

Я сжала кулаки и быстро пошла в крепость. Вот это поворот! Убийство посла может привести к разрыву дипломатических отношений. К войне вряд ли — нас боятся, но вот санкций не миновать. А торговля итак в последнее время идет ни шатко ни валко из-за распоясавшегося сброда и нечисти. Уж мне ли не знать, что творится на Весегонском тракте по пути в Молонию.

Да и в самом защищенном месте Севера, убить дипломата и очень сильного мага…

Небывальщина.

А в свете нашего с ним недавнего разговора, всё становится ещё мрачнее и загадочнее. И кому же лерд Варий так помешал? Может, подобрался слишком близко к тем самым заговорщикам, если его болтовня имела хоть какую-то под собой почву. Хотя у такой фигуры, как посол, врагов могло быть больше, чем поднятых им же трупов.

Еще недавно почти безлюдный замок, сейчас напоминал муравейник в который с размаху наступил медведь. Кругом сновала стража, но мне эта суета была неинтересна. Сейчас следовало поискать тиру Криг — она не откажется поделиться информацией, я надеюсь.

Ночь приблизилась к середине, но уверена, что уже все ключевые фигуры Севера не спят, пытаясь понять, что произошло и чем нам это аукнется.

Нам…Быстро же я учусь мыслить другими категориями. Может и вправду кровь не водица?

Я поднимаюсь в свою башню не таясь — какой смысл, коли всё пошло кувырком и моё отсутствие все равно уже не секрет. Злые Дерисы встречают меня у дверей, глядя с укоризной. Я благодарю проводивших меня стражей, отпуская их и захожу в покои.

Испуганная Лита встречает меня широко распахнутыми глазами, нервно кивая в сторону гостиной.

— У нас гости? — догадываюсь я, обходя совершенно взъерошенную девушку.

Бедняга, ей, небось, досталось, когда обнаружилась пропажа ее непутевой хозяйки.

— Ты можешь идти, — кивнула девушке и добавила шепотом, — И, Лита, спасибо!

— Явилась! — прозвучало раздраженно из гостиной.

— И вам доброй ночи, Ваше Сиятельство, — то-то мне показалось, что я видела тира Ашера. А где этот Водник, там высока вероятность увидеть и его хозяйку.

Прохожу вперед, устало бросая перевязь и оставшуюся единственную перчатку на ламберный столик. Затем не спеша снимаю куртку и протягиваю её Лите и только потом сажусь напротив герцогини, ожидая, что та сама продолжит свою отповедь.

— Доброй? С каких это пор? — всплеснула руками тира, не разочаровывая меня своей предсказуемостью в желании отчитать одну неугомонную девицу. — Нахальная, как все дозорные, — покачала головой ведьма. Сейчас Валенсия выглядела совсем измученной. Я почти почувствовала угрызения совести.

Женщину явно подняли с постели и она не удосужилась привести себя в надлежащий вид, лишь наскоро оделась, а копна непричесанных волос была раскидана по плечам. — Ну, и как это понимать? Если я уже не была бы седой, то непременно поседела бы от твоих выходок, Ния. Что за ребячество? О чем ты только думала? — бесновалась моя бывшая опекунша.

— Если я изображу раскаяние, вам станет легче? — вздохнула я. Нет, показалось, никаких угрызений совести. Мне даже не хотелось тратить время на эти разговоры, да и не жалела я о своем поступке вовсе.

— Я же говорю, нахалка… — Валенсия отмахнулась от меня. — Ладно. я давно уже поняла, что при всем твоем неоспоримом уме, порою ты настолько импульсивна, что творить весь этот несуразный идиотизм все равно будешь, сколько бы жизнь тебя не учила. Поумнеешь когда-нибудь. Если доживешь до этого счастливого момента, — желчно добавила она.

— Спасибо, что верите в меня, — сыронизировала в ответ.

— Рассказывай, что вы там устроили, — сказала она уже спокойнее. — Мне Тейт поведал о чудной картине последствий стычки за Северными воротами, когда я поспала его облететь замок, ища тебя. Хорошо хоть у твоей птицы ума побольше, чем у некоторых. Она предупредила моего костара, что ты в порядке, не то тут переполох случился бы ещё почище, чем сейчас. Так что это было?

— Да так. Одна старая история, которая получила неприятное продолжение в настоящем, — пожала я плечами. — Ну, ещё молонская запрещенная магия, несколько трупов и небольшой обвал в горах. Короче, ничего серьезного.

— Хм, ладно, — хмыкнула совсем не аристократично Её Сиятельство. — Понятно уже, что из тебя сегодня ничего не вытянуть. Впрочем, я ведь все равно узнаю, — она сурово нахмурилась и стрельнула в меня глазами. Но поняв, что с недавних пор, меня уже этим не пронять, добавила со вздохом, — Главное, что ты жива и здорова.

Про лерда Вария уже в курсе?

— Только то, что его убили. Естественно, без подробностей, — ответила облокачиваясь на спинку диванчика, откидывая голову и прикрывая ладонью глаза, в которые уже будто песок насыпали. — Так как это случилось и чем нам это грозит?

— Я вновь смотрела на женщину.

— Вопросы ты, конечно, правильные задаешь, девочка. Вот только с ответами у меня нынче плохо, — покачала головой тира. — На данный момент картина такая: посол удалился с бала еще не дожидаясь ухода Великой Ведьмы. Нет, он, разумеется, испросил у нее лично разрешения, — Валенсия подняла вверх указательный палец, — молонец не собирался оскорблять Север! Он лишь сослался, что ему срочно нужно подготовиться к важной встрече. И как ты понимаешь, если таковая и вправду состоялась, то закончилась она печально. Лерд отправил всех слуг и остался в покоях один. Говорят, он так часто поступал, когда ожидал информаторов или других гостей, личности которых не желал светить даже самым проверенным людям. В общем, его нашли его же подчиненные. Колотая рана, быстрый и сверх точный удар. К тому же, несмотря на не слишком яркую мимику у магов Молонии, на лице высшего лерда застыло выражение крайнего удивления — лично видела.

— Кто-то, от кого он точно не ждал удара, что странно. — проговорила я.

— Да, — кивнула герцогиня, — к тому же оружие было однозначно специализированное. Ты ведь знаешь, что этих мерзких любителей трупов не так легко отправить к их любимому Темнейшему! Кто-то подготовился, это было не спонтанное убийство. И главное, никаких следов и никакой магии. Чисто.

— И что теперь?

— Что-что! Если бы это всё случилось несколько лет назад, то я бы тебе сказала так: Молония, заявит протест, ну и либо разорвет все связи, либо откапризничает себе какие-нибудь преференции. Это не ново. Но нынче, в период, когда Ведьма слаба, а ты ещё не у власти, могут и попытаться напасть. Мы, конечно, выстоим, но обойдется это нам ну о-очень дорого! Понимаешь? — Тира Криг посмотрела на меня в упор. — Тебя ждут на Большом Совете, Ваше Высочество. Они соберутся уже завтра, Ния.

— Хотят ускорить передачу власти? — спросила и сама поразилась своему равнодушию. Действительно, какая, к шаркам, теперь разница? Завтра, или чуть позже.

— По крайней мере, постараются это сделать. Смерть посла — упрек власти Ведьмы, а стало быть, ее сила себя исчерпала. В последнее время недовольство зрело, а тут такой повод, — герцогиня покачала головой. — Ты мне вот что скажи, претендентов на твою руку действительно только трое?

— Было четверо, но Юргена я сразу отмела, — вздохнула в ответ.

— Ну а об личностях оставшихся троих я догадываюсь, — тира ударила по подлокотникам ладонями и поднялась. — Девочка, ты даже не представляешь, как это всё скверно. Ты ведь уже поняла, что особого выбора тебе не оставили. Распри в стране сейчас не нужны. Прости…

Герцогиня направилась к дверям, остановилась у выхода и прошептала мне, молчаливо провожающей ее взглядом:

— Попробуй поспать, кто знает, может утро, принесет новые вести и мы что-нибудь придумаем.

— Не волнуйтесь, тира, я не сбегу, — холодно и равнодушно произнесла я. — Север может спать спокойно, у него непременно появится ещё одна Убивающая Словом. — Я отвернулась, не желая более ни о чем говорить. Валенсия ещё помедлила, но все же через какое-то время дверь скрипнула, закрываясь.

А я так и сидела, глядя в сторону окна. И чувствовала, как мой внутренний огонь гаснет под тем льдом, что разливался в груди. Напряжение последних дней медленно проедало дыру в душе, в которую сейчас засасывало всё: спокойствие, выдержку, разум. Я обняла себя руками, пытаясь унять нахлынувшую дрожь и тихо заскулила, словно брошенный слепой щенок.

Жалко, беспомощно, без надежды.

Мир расплылся от пелены, что застила глаза, на миг уродливо исказившись от нахлынувших слез. А может как раз стал похожим сам на себя?

Сжалась в комочек на диванчике, рыдая впервые за столько лет, не в силах что-либо видеть и слыша лишь стук собственного колотящегося, как шальное, сердца.

И даже не вздрогнула, когда меня ловко сгребли в объятия и подхватили на руки, прижимая к груди, и позволяя лить слезы на такую знакомую старую форменную куртку дозорного. От моего стража пахло кровью, снегом и немного потом, но только, как ни странно, именно этот коктейль меня успокаивал. А ещё руки, что так сильно и нежно прижимали к себе.

— Не ушёл… — шепчу, не поднимая лица.

Глава 18. Долг крови и веления сердца

ДОЛГ: хитроумная выдумка, позволяющая надсмотрщику обойтись без цепей и кнута.

Амброз Бирс

Исполнить свой доле иногда мучительно, но еще мучительней — не исполнить его.

А. Дюма-сын

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Селения.

Иногда мир все-таки дает нам передышку. Жаль, что она длилась лишь до рассвета.

Карс молча, баюкал меня, свернувшуюся, словно приблудный котенок и пригревшуюся в его руках, щедро делясь теплом и позволяя иссякнуть потоку слез.

Когда я, наконец, затихла, моей макушки коснулась ладонь, нежно погладив по растрепанным волосам.

— Ну всё, маленькая рыжая ведьмочка, успокоилась? — я в ответ шмыгнула носом откуда-то из уюта, что внезапно обрела в его руках. — Буду считать, что это было «Да», — я по голосу слышала, что Карс улыбается, но вылезать на свет не спешила.

— А теперь рассказывай, — мягко прошептал мой персональный страж. И, наверное, почувствовав, как я сразу напряглась, добавил, — Ния, я никуда не уйду, не надейся даже. Если ты сняла с меня клятву и отпустила, то это не значит, что я сам хочу уйти!

В груди что-то приятно екнуло от этого признания, но жизнь давно научила меня не верить словам, как бы этого не хотелось. Проклятая подозрительность упрямо подняла голову, заставляя лихорадочно перебирать в уме всякого рода далеко не благородные причины, что могут заставить мужчину оставаться рядом.

Великая, как же тоскливо от таких мыслей!

Я завозилась. пытаясь сесть ровно, упираясь в грудь Карса ладонями Рискнула посмотреть ему в лицо, хотя даже представить боюсь, как сейчас выгляжу: ну да, от блистательной Агнии не осталось и следа, впрочем, Воздушник меня имел счастье знать в образе Огненной меченой, которая не отличалась красотой, так что смущаться смысла не видела. И вообще, сам пришел, никто не просил утешать рыдающих девиц, вот…

— Почему? — это единственное слово, что красноречивая до нельзя я сейчас смогла из себя выдавить, изучая напряженно поджатые губы, упрямый подбородок и чуть прищуренные глаза, в которых я пыталась прочесть ответ на терзающий меня вопрос. Он молчал несколько мгновений, а потом уголки рта поехали в стороны, складываясь в ироничную улыбку.

— Причин всего две, Ния. Первая банальна: я по всей вероятности просто идиот, — усмехнулся он ещё шире и даже покачал сокрушенно головой, изображая, как его самого удручает сей факт.

— Ну, допустим, для меня это не новость, — хмыкнула я на явную попытку свести всё к шутке. — Но может ещё не всё потеряно, а? — Я подняла назидательно палец, выставив его почти перед самым носом мужчины. — Ведь признание собственного неадеквата дарит надежду на просветление, дозорный! — я вовсе не собиралась слезать с удобных коленей, только чуть поерзала устраиваясь и продолжила, — И все же, просвети, что там идет вторым номером?

— А второе, о, мудрейшая из дев, напрямую следует из первого откровения, — внезапно Карс замолк и перестал улыбаться, он не отрывал взгляда от моего лица, словно пытался загипнотизировать. Его левая рука прочно удерживала мою талию, а правая, что до сих пор обнимала почти целомудренно за плечо, медленно поползла вверх и легла мне на затылок, фиксируя и слегка надавливая, заставляя податься к нему навстречу.

Миг и он сам склоняется ко мне, не грубо, но настойчиво беря в плен. Я вздрагиваю, но не делаю попыток вырваться, ещё не понимая. что чувствую и пугают ли меня эти ощущения. Карс осторожно коротко коснулся своими уверенными губами моих, что невольно полураскрылись, не то от удивления, не то повинуясь этому напору, к которому если и не был готов разум, то тело сейчас всё решало за него. И это самое моё давно уже взрослое тело однозначно подавало сигналы о том, что происходящее ему нравится. И в этот момент я не задавалась вопросом, отчего совсем недавно в похожей ситуации прикосновения того же Ларта меня просто взбесили и вызвали лишь глухое раздражение.

Карсиан слегка отклонился, чтобы вновь заглянуть мне в глаза. Несколько раз провел по моим губам своими, лишь слегка дотрагиваясь. Мои помимо вопли затрепетали, отвечая на эти прикосновения.

Затем быстрыми движениями прошелся по устам языком, лаская, подготавливая к великому вторжению, приучая к существованию своего натиска, своих губ, своего языка. Осторожно обхватывал то верхнюю, то нижнюю, соскальзывая с них всякий раз. отпуская. чтобы тут же прижаться опять. напористо и плотно. Это была лишь прелюдия, но и она взорвала мой внутренний мир, внеся смятение в мысли, породив одновременно неуверенность и томление. А ещё пугающее до бешеного сердцебиения нежелание это прекращать.

Не с ним…

Поцелуй углубился, язык властно хозяйничал, осваивая новые территории.

Сильные пальцы ласкали затылок, перебирали волосы, порождая рой мурашек, который маршировал вниз по позвоночнику, где их встречала вторая рука, что тоже успевала сжимать, гладить и дарить никогда не испытываемые мною чувства.

Сладкие, тягучие и безумно приятные.

Я давно закрыла глаза, не задумываясь о последствиях, а лишь вбирая в себя всё, что этот мужчина сейчас давал мне. Отвечая неумело, но с неожиданным для меня самой азартом. Мечтая совсем прекратить мыслить, а только ощущать, забываясь и забывая…

Карс опомнился первым, буквально отрываясь от моих губ, и слегка отстраняя от себя возмущенно застонавшую и уже мало адекватную меня, позволяя тем самым прийти в себя.

Он уперся лбом в мой, словно это действие могло удержать его от продолжения.

Мы оба тяжело дышали, а я кусала губы, пытаясь успокоиться.

Заставила себя посмотреть на того, с кем только что целовалась до самозабвения и явно была не прочь продолжить, не остановись он сам. Карс глядел в упор на меня, словно ждал, что сейчас последует вспышка гнева или побег.

Только я молчала. Малодушно не желая именно сейчас впадать в тяжелые размышления, почему у нас нет и не может быть будущего.

Не думать об этом, не думать…

— Я ответил на твой вопрос, моя принцесса? — серые глаза смотрят печально. Нет, мой дозорный не наивный юноша, что верит в сказки. И если я внезапно превратилась из изгоя в будущую королеву, то шансов на второй подобный трюк от судьбы ждать может и вправду лишь полный идиот. А Карс точно не такой, как бы он сам не иронизировал над собою. Он всё понимает, но все равно хочет остаться рядом…

Где-то под кожей, там, где прячется душа, вспыхивает пламя, словно пытаясь выжечь это шарково знание из моей головы. Я закрываю глаза и не в силах удержать стона от душевных терзаний, крепко обнимаю мужчину и опускаю голову ему на плечо. Он мягко поглаживает меня по спине, нежно успокаивая, без страсти или сексуального подтекста.

— Просто расскажи мне всё, хорошо? И не накручивай себя, слышишь? — меня снова погладили по голове. А потом он усмехнулся, может и слегка наигранно. Карс осторожно приподнял моё лицо за подбородок и подмигнул, — Знаешь, ведьма, зато у меня ещё есть шанс прожить долгую жизнь. С твоим взрывным характером у твоего мужа нет и сотой доли шанса протянуть хотя бы пару лет. Тем более тут кризис за кризисом. И к тому же, ты не знала, что Сольмские редкие карьеристы?

— Да что ты? — улыбнулась ему в ответ, смахнув вновь накатившую слезу. — Значит рассчитываешь выслужиться?

— Конечно, — он картинно закивал головой. — Вот сейчас ещё немного приударю за тобой и успех у меня в кармане. Ну, согласись, классный же план?

— Ну да, неплохой. И вполне реалистичный. Экий вы коварный тип, тир Карсиан. — я вновь попыталась натянуть улыбку, хотя выходило, прямо сказать, не очень.

— Не сомневался, что ты оценишь Боги, Карсиан, когда и где ты успел стать таким мудрым? Или это только глупая невзрачная девчонка привыкла видеть в тебе лишь лихого капитана, с которым ужасно весело, притом неважно, бить ли нечисть, или творить всякие глупости, в которые он ввязывался с азартом гончей.

Конечно, я рассказала.

Ночь уже давно повернула в сторону рассвета, а мы перебрались в спальню. Я скинула обувь, а Карс сапоги и куртку. Мы просто лежали рядом, набросив плед. Я устроилась на его плече, меня обнимали одной рукой, глядя в потолок, а я всё говорила, говорила…

Про детство в Валозии, про пробуждение Огня и про тиру Криг.

А ещё про Нелин… Страшную сказку о любви и подлости.

— Знаешь, история была бы банальной, если бы не ее финал, — вздохнула я. — Нел ведь влюбилась не просто так. Не мне тебе рассказывать, как к меченым относились эти высокородные снобы. Моя подруга была очень красива. Нежная, мягкая, словно сотканная из своей стихии Воды. А ещё такая чистая, как родники Валозийских рощ. Не думай, Нел не была уж настолько наивной, просто попала в лапы очень расчетливого подонка. Равил Моле не брал своё нахрапом. Он медленной змеей прокрадывался в сердце. Защищал перед своими друзьями, вкрадчивые взгляды, милые, ничего не значащие беседы, помощь в учебе. А потом прогулки и долгая болтовня ни о чем. К тому же оба Водники, да и что греха таить, Моле был весьма красив и о-очень галантен. И, конечно, Нелин, растаяла. Ей ведь говорили о чувствах, о том, что его семья очень влиятельна и он сделает всё, чтобы проклятая печать исчезла — ведь роду Моле Великая Ведьма в ту пору благоволила, а их наследнику никто не откажет. Вот тут я пыталась включить мозг у моей одурманенной любовью подруги. Глупо думать, что богатейшие аристократы позволят породниться пусть даже с талантливой и очень красивой, но дочерью предателей. Да только у Нел, похоже, уже разум отсутствовал. Хотя я Равилю и не верила никогда — для меня аристократы априори не могли чувствовать хоть что-то к таким, как мы. Но это я… А глупая и такая чистая в своих чувствах девушка, просто потеряла голову. Особенно, когда он познакомил ее со своей сестрой, которая, по словам Нел, безумно была счастлива такой будущей невестке, — я покачала головой. — Думаю, ты уже понял, что конец этой любовной истории оказался жестоким. Это был банальный спор, выигрышем в котором была — тадам! — породистая лошадь. Только Моле завелся настолько, что готов был подключить любые ресурсы, чтобы не выглядеть проигравшим в глазах своих дружков. Он даже сестричку подговорил подыграть. Ведь это же так забавно развести на чувства эту красивую дуру. К тому же всем известно, как у проклятых дела обстоят с постелью.

Точнее с ее отсутствием. Но ведь можно же поиграть, правда? Это же любовь — я почти рычала, вновь погружая себя в эту ярость. Карс сильнее притянул меня к себе.

— Тише, маленькая, это всё уже в прошлом, — шептали мне на ушко. — Труп Моле скоро сожрут черви, а его мерзкую душу уже терзают приспешники Темнейшего.

Успокойся!

Я упрямо помотала головой.

— Мне надо рассказать, понимаешь?

— Да, — меня снова погладили по голове, как ребенка. — Конечно, понимаю. И слушаю.

Я сглотнула горький ком и продолжила, словно изгоняя этим рассказом мрак, что лежал внутри все эти годы и смерть врага не смогла его уничтожить.

— Однажды ночью Нелин не вернулась с очередного свидания со своей «любовью всей жизни». Я вся извелась, не спала и уже собиралась бежать ее разыскивать. Но под утро открылась дверь, и я сразу поняла, что случилось что-то непоправимое.

Потому что в нашу комнату вернулась лишь тень той девушки, что я знала. Она не рассказала, что же произошло в подробностях, но сейчас мне кажется, что Нел, по сути, уже была мертва. В общем, это существо, потому как назвать его человеком у меня язык не повернется, устроил так, что весьма интимные ласки могли могли наблюдать его дружки, которые разбивали его спор на меченую. Повеселились…

Конечно, он тут же заявил, как она ему глубоко безразлична и добавил, что в принципе, за такой дивный ротик он готов похлопотать у родителей о снятии печати, но ей придется ещё поработать, да и ребята не отказались бы… Представь, она на утро ещё пошла на учебу. Молча, видя радостно смеющихся аристократов. Нет, ты же знаешь, что подобное никто бы в открытую не поощрил, да и позже Равиля и его дружков наш незабвенный ректор очень быстро услал на практику — чай последний курс был. А то вдруг у кого из меченых возникло бы желание свернуть высокородную шею. Ну, или подпалить… Мне к нему даже подобраться не удалось тогда, — я прикрыла глаза. — А Нелин пропала тем же вечером. Её тело так и не нашли, только одежда лежала на песчаной кромке озера Зии, на берег которого она так часто приходила с Равилем, чтобы тренировать магию. Официально она просто утонула, — усмехнулась я горько. — Представляешь этот бред? Водница и вдруг утонула!

— Ты права, ведьма. Эта мразь слишком легко сдохла, — прошептал мой страж.

— Да, возможно. Только, знаешь, я не могла допустить, чтобы это отродье прихватило в гости к Темнейшему ещё и тебя. Я и так еле успела… А от этих детей нергов можно ожидать было чего угодно.

Карс перехватил мою ладонь и притянул к губам мои пальцы. Невесомый поцелуй, но возвращать на место мою конечность он не спешил, продолжая всё так же смотреть куда-то в потолок, где под балдахином на ярком тальском атласе переливались блики от магночника, что горел у моей постели.

— Я ведь тебя так и не поблагодарил за мою никчемную шкуру, Ния, — тихо произнес он.

— Брось, дозорный. Ты мою спину сотни раз прикрывал и я не верю, что только по велению Её Светлости. Хотя признаться, поначалу сильно была на тебя зла…

Карс усмехнулся и повернул голову в мою сторону.

— Расскажешь, что случилось потом? Как ты узнала, что ты Таарская?

Я пожала плечами и повозилась на постели, устраивая поудобнее моё несчастное тело, которое уже нещадно молило о сне. Ничего потерпит, оказалось лежать вот так в объятиях…В объятиях кого? Друга? Бездна, этого я толком и не понимала, да и разбираться не было сил. Хотя вот лгать себе силы находились.

Лгать про то, что вижу сейчас просто друга, с которым безумно хочется быть рядом.

Смеяться, наказывать бездушных уродов, убивать нечисть и воровать спирт.

Отвешивать друг другу острые шпильки, но становиться спина к спине при любой опасности. А ещё с этим другом оказывается так сладко целоваться… Наверное и не только.

Я вздохнула, отгоняя непрошеные мысли, чтобы не приведи Великая, случайно не озвучить так и напрашивающийся из всего вышеперечисленного вывод, о том, что к таким друзьям так легко испытывать это самое чувство на букву «Л».

Нельзя, ведь может уже завтра тебе придется выбрать другого…

Хватит плакать, Ния, Карс ждет рассказ о твоей сестре. Он заслуживает правды.

Я закончила свои откровения, когда настенные часы в гостиной мягко пропели голосом птицы ри пять трелей, а стало быть, нам всем осталось лишь пара часов на сон. Мой дозорный всё так же задумчиво гипнотизировал балдахин над нами и перебирал пальцами пряди моей косы.

— Значит завтра Совет, — проговорил он. — Они точно потребуют твоего быстрейшего брака, теперь молонцы не оставят им выбора. Потому что, помяни мое слово, они нападут. Или не они… — выдал он пространное. А потом посмотрел на меня и сказал. — Знаешь, Таарская, в твоей маленькой армии прибавляются рекруты. У тебя уже есть я, Дерисы, великая и ужасная Тира Криг со своим цепным Ашером.

Вот ты ещё окончательно очаровала свою служанку, а у меня тут случайно появился настоящий тамийский варвар, что отныне станет моей тенью, а стало быть и твоей, моя принцесса. Так что, спи спокойно, Север точно не устоит против такой силы. И, кстати, ты Дерисам скажешь?

— Ох, командир, ну ты даешь — невольно усмехнулась я. — Историю о южном варваре я непременно от тебя послушаю, — но тут я так смачно зевнула, что Карс рассмеялся. — А Дерисам по большому счету без разницы кому служить, лишь бы этот кто-то был того достоин. А уж я постараюсь…

Он выпутался из под обвивавшей лианой его тело меня и медленно сел, потянулся за сапогами и быстро обулся, а потом вновь повернулся ко мне. Я тоже успела развернуться в его сторону и лежала на боку опираясь на руку согнутую в локте.

— Я обязательно тебе все расскажу, моя ведьма, но пока тебе нужен сон, — он наклонился и легонько поцеловал в губы, нежно проведя рукой по щеке, слегка покружив пальцами по бархату кожи. Я перехватила его ладонь и прижалась к ней, не желая так быстро расставаться с этой лаской и прикрыла глаза.

— Мне тоже не хочется уходить… — чуть хрипло прошептали мне куда-то в макушку.

— Только это не выход, Ния, — мне подарили ещё один поцелуй и когда я открыла глаза Карс уже был у дверей ведущих из комнаты.

— Карс! — окликнула я его. Он обернулся и замер в проходе. — Знаешь, я рада, что консортом новой Великой Ведьмы не станет герцог Сольмский, потому что я никогда не смогла бы тянуть жизнь из того, кто мне действительно дорог. Даже ради Севера.

* * *

— Я надеюсь, все присутствующие осознают создавшееся положение? Тир Анатейл Горейн достаточно четко описал ситуацию, разве нет? — Голос герцога Авильского оказался сухим и неприятным, словно в его горле давно не было ничего, кроме пыли и теперь звуки воспроизводились с царапающим скрипом. Да и сам высший аристократ, владелец чуть ли не четверти земель на западе страны. влиятельный политик, член Большого Совета и семейный деспот, выглядел не лучше. Его Сиятельство был поистине стар. Даже магия уже не могла поддерживать это дряхлеющее тело. Поговаривали, что старость настигла Шедара внезапно, после тог, как его прокляла одна из обиженных любовниц с ведовским даром, но, думаю, с этим прекрасно справилось самое действенное из проклятий человечества — время.

Я невольно пыталась найти общие черты между Ларторисом и его властным отцом.

Нет, не слишком похожи, разве что нос и разрез глаз, хотя цвет отличался. А так молодой граф намного статью превосходил более худого герцога. Ларт был даже не младшим, но одним из многочисленных отпрысков ещё недавно столь любвеобильного герцога. Нелюбимым сыном от жены, что хоть и была вполне законной, но родив сына, предпочла сбежать от старого сатрапа с молодым любовником куда-то за пределы страны, бросив ребенка отцу и прихватив изрядную сумму денег Полагаю, именно за эту обиду Шедар Авильский и вымещал на отпрыске свой мерзкий нрав. А тот, как порой случается, мечтал получить от отца признание и одобрение, доказывая, что он-то на самом деле многого стоит.

Да, у многих из нас где-то внутри живет недолюбленный ребенок…

Совет продолжался уже не первый час. Успели обсудить и убийство посла и возможные последствия. Споры были жаркими. Корния Таарская сидела с непроницаемым лицом, словно все происходящее лишь навевало на нее скуку, а не обсуждалась судьба страны и смена власти. Только несвойственная ей бледность могла подсказать об истинных чувствах Великой Ведьмы. Отец находился рядом с королевой, не только как принц-консорт, но и как представитель Лернов. хотя и не являлся главой рода. Сам глава Огненных уже какое-то время отсутствовал в стране, уехав куда-то под предлогом желания поправить здоровье, оставив дела на своего удачливого отпрыска — конечно удачливого, быть мужем Таарской в течении почти четверти века и выжить — это вам не шутка! Тут без божественного промысла не могло обойтись, не иначе.

— Ваше Величество, — Авильский отвесил поклон в сторону Корнии, — тиры советники и представители высшей знати, я сейчас высказываю консолидированное мнение родов западной части страны, которые доверили мне донести его до вас. Северу угрожает опасность и мы просим ускорить процесс передачи дара и власти, так как не уверены, что сила Таарских по прежнему послушна Великой Ведьме, — он гордо выпрямился и бесстрашно уставился на королеву.

Темнейший меня подери, да это же прямой вызов!

— Смотри-ка, прям даже не знаю, прервать этого старого ублюдка из сострадания, или пусть его схватит удар, — прошептала медовым голосом сидящая рядом со мной Верховная. — Ведь как-то непедагогично получится, если он сдохнет раньше, чем Корния его размажет.

Я посмотрела на Великую Ведьму и увидела, как Харн Лерн положил свою руку поверх её ладони, то ли успокаивая, то ли поддерживая и готовясь отдавать свои силы. Корния подняла глаза на Авильского и неожиданно рассмеялась.

— Браво, Шедар! Отличный способ самоубийства! И целей добиться и уйти непобежденным, — она перестала улыбаться. — Только впустую сотрясаешь воздух, твоему герцогству это не поможет. Если ты или кто другой, — она бросила взгляд коршуна на притихших советников, приподняв бровь, — Ещё раз посмеете усомниться в моей власти, я так и быть, вам ее продемонстрирую, — по её губам теперь скользнула гримаса презрения. — За неуважение к власти Убивающей Словом, тир Шедар Авильский лишается титула, который передается его среднему сыны, Парторису Право Таарской! Никто не в смеет сомневаться в силах Ведьм Севера!

— Святейшая Великая дева, что она творит, — с долей восторга прошептала тира Криг в звенящей тишине зала заседаний. — Вот это удар! Сразу двоих с арены! И старый маразматик устранен и твой Земляной вне игры — главы родов не становятся мужьями ведьм.

— Ты не посмеешь, стерва! — прошипел уже бывший герцог, его глаза пылали гневом.

— Ну как знаешь, — пожала плечами Корния — Я не меняю решений! За оскорбление королевы кара на месте. — Таарская вскинула ладони, в ее глазах полыхнул ведьмин огонь. Харн Лерн стремительно бледнел и я увидела, как он вцепился в подлокотники кресла.

— Враги Севера умирают на коленях, так Я говорю! — прозвучало в мертвой тишине.

Я видела, как замер зал, испуганно. словно мыши, почуявшие матерого кота. Ужас в глазах Авильского и неверие в то, что это происходит наяву. Неужели и вправду все решили, что Корния уже не способна уничтожать неугодных? Я вот точно ещё бы двадцать раз подумала, прежде чем пытаться ей противостоять.

Она просто сказала и старик рухнул на колени. Его кожа темнела, идя гадкими пятнами, зал заполнился хрипами, которые перешли в вой. Я же по наитию взглянула на умирающего ведьминым зрением и отшатнулась. Шедара Авильского словно муху обвивали темные линии силы, сдавливая и буквально кромсая плоть невидимыми нитями. И тут вновь сработал мой дар эмпатии.

Боги! Такого ужаса я не испытывала в своей жизни не до не после…

Не хочу! Слышишь, Мора, я не хочу этого дара!

Моё подключение к эфиру длилось лишь мгновение, но мне показалось, что прошла вечность. Все исчезло, оставляя лишь в моей памяти жирный след, который вряд ли когда изгладится. Герцог лежал посреди круга уродливой скрюченной кучей, а кругом царила тишина. Только Верховная неожиданно вцепилась мне в руку и склонившись к самому уху прошептала хрипло:

— Смотри, Ния, смотри на своего отца! Видишь эти сведенные судорогой пальцы?

Запомни хорошенько и пойми, чего стоит покой Севера. Ведьмам нельзя любить — иначе однажды может дрогнуть сердце ибо плата слишком высока!

Я знаю, моя дорогая опекунша, уже знаю… Но, позавтракайте лучше мною нерги, за что всё это именно мне?

— Властью данной мне Белой Морой, я Корния Таарская, говорю вам, моя сила со мной и Север под надежной защитой. Я прощаю род Авильских, ибо вижу, что тир Шедар был слишком стар для своей ноши власти. В этом я вижу и свою вину, что вовремя не уследила. Поэтому и даровала ему легкую смерть. Надеюсь. новый герцог будет править более мудро, — она обвела взглядом притихший Совет. — Таарские помнят о долге и я передам силу Агнии, но никто, слышите, никто не смеет нам указывать, что и когда делать! — она неспешно поправила прическу и повернулась к супругу, что так и сидел вцепившись в кресло. — Харн, дорогой, если тебе нужен лекарь, то я попрошу прислать, — спросила она с участием.

— Все в порядке, Ваше Величество, — хрипло ответил он. — Полагаю, я попрошу позже Верховную выдать мне что-нибудь из ее чудесного арсенала.

— Отлично, — улыбнулась королева. — Итак, тиры, я выслушала все ваши доклады и претензии. От вас, тир Горейн, я жду скорейших результатов по расследованию, — безопасник отвесил поклон. — Далее, вы, маршал Аккерли, надеюсь мои войска готовы к обороне, если дипломаты оплошают, — она побарабанила ладонями по резьбе, что украшала парапет отделяющий королевскую ложу в Совете.

— Ваше Величество, наши войска всегда в боевой готовности, можете не сомневаться, — поднялся с места пожилой военный, что нынче отвечал за армию. — Пока разведка ничем не порадовала, но ждем донесений в ближайшие часы.

— Что ж, с этим пока все. Но я жду ваши доклады, тиры, в любое время, — сказала Корния. — Ну и с тобой, Агния, — я тут же подняла голову и посмотрела на свою мать. — Думаю, что выбор из оставшихся двух кандидатов не займет у тебя много времени, так что твой брак — это вопрос лишь подготовки обряда. Сегодня, я полагаю, ты можешь ещё пообщаться со своими кавалерами, а уже завтра ты объявишь имя. Ты меня поняла? — на меня уставилась пара ледяных глаз в которых не было и толики сочувствия или любви.

— Да, Ваше Величество, — я услышала свой холодный голос словно со стороны. — Как вы верно заметили, Таарские помнят о своем долге перед Севером!

Глава 19. Вектор

Предпочитаю наспись «Вход воспрещен» надписи «Выхода нет».

Станислав Ежи Лец

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Карсиан Когда за спиной бесшумно захлопнулись двери спальни, отрезая меня от внимательного взгляда, которым Ния провожала меня, я прошел через шикарную гостиную к выходу. За окном небо ещё не начало светлеть — ночи зимой длинные и солнце не торопится выкатиться из-за вершин. И тем не менее, времени на сон оставалось катастрофически мало, но хотя бы пара часов отдыха все же были необходимы.

Ночная суета, вызванная тревогой, уже улеглась и коридор встретил меня приглушенным светом и тишиной замка, нарушаемой сейчас лишь редкими шорохами и скрипами. которые свойственны любым жилым зданиям. А ещё парочкой хмурых, не выспавшихся, но глядящих в оба братьев Дерисов.

Желание просто пройти мимо было таким заманчивым. Сейчас говорить о чем-либо не хотелось вовсе, мне итак хватало пищи для размышлений. Но вот только ребята, наверное, чувствовали себя виноватыми, что упустили Нию. Даже обоим не спалось — несли охрану несмотря на то, что я полночи провел внутри. Значит разговора не избежать. Да и не уверен, что последние новости им кто-либо удосужился сообщить. А неизвестность — мерзкая штука. По себе знаю.

Как всегда, первым шаг навстречу сделал Рот.

— Командир, — братья вытянулись, словно в строю. Рот поморщился и проговорил хмурясь, — Карс, прости, клянусь, что такого больше не повторится. Это моя вина, Майл не дежурил…

Я удивленно посмотрел на старшего из Дерисов. Его по праву можно было считать более ответственным, поэтому, если честно, был уверен, что ведьма обвела вокруг пальца именно младшего. Ну или вообще воспользовалась силой — благо у ребят не так много возможностей определить, что против них используют что-то, кроме оружия. Нет, амулеты были, какие-то мы с Нией в свое время им сами делали, — это несомненно. Да и сами Дерисы, хоть и были "пустышками", но магию чувствовали, иначе им бы тут и делать было нечего. Да вот только, что они смогут против действительно сильного мага? Или такой ведьмы, в жилах которой течет кровь рода Таарских? Лишь стрелять сразу при первом же подозрении, ибо маги тоже из плоти и крови.

— И как же она тебя? — не сдержал я любопытства. И когда Рот неожиданно опустил голову, явно не зная, как рассказать о своем фиаско, не выдержал его братец:

— Капитан, не поверишь, его Лита — служанка принцессы, развела, как мальчишку, — Я изумленно поднял брови, а Майл пытался не сиять, словно начищенная монетка.

Еще бы, извечные шуточки по поводу именно его похождений и падкости на женский пол, что стали уже легендами в окрестных селах и городках вблизи границы на фоне относительного благоразумия Рота, сейчас вмиг становились неактуальными. Ну как же, его осторожный брат оступился из-за миленькой мордашки и очаровательных округлостей! Думаю, сей повод теперь надолго станет темой для извечных перебранок этой парочки. — Купился на сочную девку, — хохотнул Майл. — Благо хоть без особых последствий…

А вот договорить он не успел. В глазах старшего буквально вспыхнули молнии гнева и младший был жестко впечатан в стену с приличным треском. Рот держал его за грудки и нависал, привстав на носки и наваливаясь всем весом на не ожидавшего такого и глядящем несколько растерянно ёрника.

— ОНА НЕ ДЕВКА! Понял! — прошипел старший брат, буравя взглядом.

Я вздохнул и чуть не закатил глаза. Это что у нас поветрие какое-то? А ведь вроде и не весна… Но, похоже, в нашем полку влюбленных кретинов. стало на одного рекрута больше. Может это заразно, а я и сам не заметил, как умудрился где-то подцепить эту болезнь? Хотя, в моем случае, семя зрело давно. Ещё в Весегонском форте. Просто раньше такие мысли и в голову не приходили, не позволяя развиться этому недугу в тяжелую форму.

— 0–0! Как скажешь, брат, — пропел Майл миролюбиво, аккуратно перехватив руки Рота, отрывая их от своей одежды и еле сдерживая при этом понимающую улыбку.

Братец же снова собрался что-то выговорить, зло сжимая кулаки.

Ладно, этот балаган надо было прекращать.

— Так, закончили оба цирк! Вы вроде на посту, или опять забыли? — осадил холодно.

— Давайте-ка по делу, я ещё надеялся урвать хоть час на сон.

Дозорные смерили друг друга взглядом и встали рядом.

— Карс, нам бы понять, что тут творится, а? — Майл насупился и почесал в затылке, — Да и, прости конечно, ты можешь смело нас поспать и в общем-то будешь прав.

Вот только сплетни поползут… Ну, ты понимаешь. Короче, не мы одни видели. что ты у Её Высочества ночь провел, — Дерис смело посмотрел мне в глаза.

— Она не сегодня-завтра сядет на трон, а у тебя появится масса врагов, первым из которых окажется, если не сам супруг, то его род, что непременно пожелает, чтобы все любовники Агнии были подальше от Великой Ведьмы. Пусть физически она и не станет далее изменять, но привязанности-то могут сохраниться. А кому это надо, делить милость королевы? — пробормотал тихо вторя брату все ещё нервный и взвинченный Рот.

Я сощурился недобро.

— Я вот не понял, это вы за меня переживаете значит? — процедил ядовито, — Или может за свои места печетесь? Как бы не вылететь вместе с неудачливым командиром, что решил вам осложнить жизнь? — раздражение предыдущего дня грозило обрушиться на братьев и я мысленно себя одернул, тут же пожалев о сказанном. Хотя и не произнес ничего не очевидного. Дерисы хоть и были вполне надежными товарищами, все же изначально преследовали цели тупо заработать, чтобы не влачить жалкого существования в своем захолустье. Для них место при дворе — это не просто шанс, а ШАНС именно так, большими буквами. И Ния, когда предлагала уйти только мне, прекрасно понимала, что права.

Да, Темнейший побери, такому магу. как я. имея дворянство и восстановленное имя, пусть и без титула, теперь бы не составило труда сделать карьеру. Вот хотя бы просто жениться! Сколько глав родов мечтают заполучить сильного стихийника под свою руку, да ещё и боевого мага — это ж и кровь свежая и перспективы. Пригрели бы и обласкали, чтобы работал на них.

А чувства что — пшик Они сегодня есть, а завтра нет. Логично. вроде. Для нормальных, конечно. Ко мне точно не относится, потому что…

Да все потому же.

Сказать, что на душе было гадко — это ничего не сказать.

Парни переглянулись и Рот Дерис сказал довольно спокойно:

— Так и думал, что вспылишь, — вздохнул старший. — И знаешь, на самом деле, мы, конечно, рады служить короне за хорошие деньги, да только Весегонская граница нас кое-чему научила. Карс. — Рот ухмыльнулся. — Хотя бы тому, что дружбу деньгами не меряют. Знаю, что ты к нам относился лишь как к подчиненным, но это не отменяет нашего к тебе уважения. Мы — одна команда, даже если своей дружбой ты нас не удостоишь. И нам хотелось, чтобы так оставалось и впредь. Ни в приграничье, ни во дворце в одиночку-то не выжить, как думаешь? — вопрос был риторический, я лишь смотрел на братьев сверху вниз (все-таки ростом их обделили. едва выше Нии), а Рот продолжил, — Мы ведь не слепые, Воздушник, и прекрасно видели. как принцесса реагировала на то. как ты во время показательных выступлений магов поймал всю эту шаркову конструкцию, не позволяя рухнуть. Ты-сильнейший маг Воздуха среди молодых, по крайней мере.

А значит. велика вероятность, что ты в числе избранных силой Таарских, пусть и родом не вышел…Так вот. просто скажи нам одно: насколько для тебя это важно, если ты осознаешь риски? И если да, то мы с тобой, вот только вслепую нас играть не оставляй, — Майл тоже кивнул, подтверждая согласие с братом. Они смотрели на меня выжидающе.

Я выругался под нос. кляня свой вспыльчивый нрав. Мда, что Огненные, что Воздушники никогда спокойствием не могли похвастаться. Может ещё и поэтому нас так мало осталось?

Значит считают, что я Ние подхожу на роль потенциального смертника. Неужели со стороны всё так очевидно? Если да, то ведь не только для Дерисов. И что из этого следует? Явно ничего хорошего.

— Север на грани войны, убит молонский посол. Подробнее — завтра. И я от принцессы не отступлюсь. — упрямо сжал кулаки, глядя на братьев. — Это мой выбор, дозорные, и не факт, что на этом пути я не утону окончательно.

Повисла пауза, Рот переглянулся с Майлом.

— Ну. зато не скучно. Шел бы ты спать, командир, силы-то не бесконечные, — просто сказал младший из Дерисов.

— Через пару часов разбудите, — буркнул поворачиваясь в сторону своих комнат. — И ещё, — я опять обернулся, — Тут в нашей команде новенький Южанин, истинный сын Тамийского яромата. Его имя Отей и подчиняться он будет мне лично, но на него всегда можете положиться. Так что дежурства теперь станут попроще. Но помните, его лучше не задевать, если не хотите обрести кровного врага.

— Да ладно, настоящий варвар? Я же говорю, будет весело. — утвердился в своей дурости Майли подмигнул Роту.

Ага, обхохочемся… Хорошие они парни, не хотелось бы им испортить жизнь. Вот только для себя я уже все решил. Я просто не могу позволить Северу сожрать мою ведьмочку. Потому что без вкуса ее губ, я конечно же, выживу, но это словно всю оставшуюся жизнь есть лишь пресное варево, помня, как таяли во рту изысканные деликатесы.

И, Великая мне в свидетели, я должен найти способ.

Кивок братьям и несколько шагов до своих комнат. Невольно усмехнулся тому. как бесшумной тенью с кинжалом в руке от двери тихо отделился мой персональный тамиец — молодец, реагирует на каждый шорох, вот только я его всё равно почувствовал. Но это я.

Запихнул в рот что-то холодное с тарелки, чтобы желудок отлип от позвоночника и молча прошел в спальню, сбрасывая на ходу одежду.

Отей не задавал вопросов и я ему был за это благодарен.

Всё потом. Пусть и наступит это потом слишком скоро.

Глава 20. Маленькие победы

Чаще всего побеждает тот, кого не принимали всерьез.

Эразм Ротердамский

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Селения Этот Большой Совет оказался большим только по продолжительности. В остальном — чистый фарс и игра в видимость коллегиальных решений, ведь последнее слово всё равно оставалось за Великой Ведьмой, пусть советники и главы родов, и пыжились что-то сделать по своему. Хотя понять их можно — единственный вопрос в котором у них была некая возможность надавить на королеву они всё же провели и их стараниями эта шаркова власть в скором времени уплывет из цепких рук Корнии.

По крайней мере официально.

Вот интересно, когда все эти прожженные интриганы начнут осаждать мою персону? Впрочем, моя матушка всех так запугала, что вряд ли кто-то кроме Верховной осмелится приблизиться. Но может я и ошибаюсь, не исключено, что мозги моей покойной сестры уже давно были кем-то обработаны, и теперь этот некто ожидает от Агнии определенных действий? Просто моё появление спутало карты.

Вот, к примеру, моя так называемая подруга явно рассчитывала на иное поведение наследницы. Но увы, увы.

Она. кстати, уже с утра, по словам Литы, обивала порог моих покоев, строя глазки Дерисам в надежде проникнуть внутрь. Когда же, к ее удивлению, ребята отказались впускать настырную девицу под предлогом, что я отдыхаю, та устроила скандал. Но и этим ничего не добилась. Спасибо, мальчики, желание видеть эту заправскую стерву у меня отсутствовало напрочь, даже с учетом ее полезности, как носителя нужных сведений. а вот посмотреть на то. как Ванду, привыкшую ко вседозволенности, щелкают по носу, не пуская к принцессе, я бы не отказалась.

Ох, моя дорогая Ния, неплохо бы хотя себе сказать честно, что эта светская львица особенно тебя бесит из-за того, что плющом обвивается вокруг Карсиана, пусть он и не дает повода думать, что ему ее притязания приятны.

Карс…

О, Великая, ну почему всё так, а?

Совет закончился на неприятной ноте. Не сказать, что я была не готова к подобному: иллюзий я не питала по поводу собственной судьбы, вот только полное пренебрежение моим мнением и явная манипуляция со стороны той, кто вроде бы как считалась моей матерью, просто добили что-то во мне.

Внутри неожиданно стало на редкость спокойно. Только это спокойствие было лишь затаившейся яростью, которую я пока держала под контролем.

Королева встала, намереваясь покинуть зал и все собравшиеся позволили себе тоже подняться с мест Все пришли в движение, знать начала бурно обсуждать случившиеся и с опаской посматривала в центр, где до сих пор лежало тело старого герцога. Словно немое предупреждение любому недовольству.

Смотреть на иссохшегося покойника я больше не могла, чувствую подступающую желчь к горлу. Нет, я однозначно, не кисейная барышня, просто осознание, что рано или поздно и мне придется вот так убивать… Не в бою, а выступать палачом во имя интересов страны и не скатиться до откровенной жестокости от безнаказанности крайне сложно.

Пустые размышления о том, чего не узнать пока не коснешься сам.

Я окинула взглядом огромное помещение зала Совета. Круглая зала с каменной кладкой стен, украшенных лишь светильниками и свисающими с потолка до попа штандартами с гербами провинций Севера. Трибуны для зрителей из тех дворян, кто не имел права слова. Внизу места для членов Совета, ну и ложа Великой Ведьмы и ближайшего окружения, к которому причислялась и я вместе с Верховной.

Бросила взгляд на дальнюю трибуну: где-то там должен быть Карсиан и новоявленный глава рода Авильских. Ведьма не пригласила нового герцога сразу занять свое место среди советников, а мне было бы любопытно увидеть его лицо, когда судьба резко свершила такой кульбит А ещё там был третий отмеченный силой кольца Моры. И если двух предыдущих я не видела из-за закрывавших их других зрителей, то тира Андре Лерна, виконта Рельского, чьё имя мне удалось узнать у тиры Криг буквально пару часов назад, я видела четко в течении всего Совета. Новые возможности ведьмы позволяли рассмотреть мужчину во всех подробностях даже на таком расстоянии — помещение-то было огромное. Хотя какой, к Темнейшему, мужчина? Юноша совсем, с нежным лицом и задумчивыми глазами… Ох, бездна! И что же мне теперь делать?

Мои мысли, что лихорадочно проносились в мозгу, прервал голос:

— Ваше Высочество!

Обернулась резко, глядя на застывшего в поклоне офицера из охраны Великой Ведьмы. Боги, что ж я так часто в последнее время впадаю в прострацию? Давно ведь пора на выход…

— Слушаю вас, лейтенант, — определила звание по нашивкам на мундире. Я поднялась и ждала, что мне скажут.

— Её Величество просила вас подойти в ее кабинет. Немедленно, — мужчина поклонился и сделал приглашающий жест.

Да что б вас всех! Корнии неймётся и дальше держать всё под контролем, не иначе.

Хочет ещё раз убедиться, что я не взбрыкну?

А вот это мы ещё посмотрим, Ваше Величество!

— Минуту, офицер, — кивнула с полуулыбкой мужчине. В конце концов, он только гонец и не виноват, что его хозяйка та ещё… — Мне надо предупредить охрану и я отправлюсь к Великой Ведьме.

Мужчина щелкнул каблуками и замер, склонив голову, ожидая пока я пройду мимо него.

На выходе из ложи меня уже ждали Карс и Дерисы. Совет, к моему счастью, начался только к полудню и поспать, пусть и не долго, но все же удалось, а то бы наша компания напоминала бы сейчас не слишком свежих умертвий, поднятых особо жестоким любителем лицезреть мертвечину.

Быстро направилась к стражам, сопровождаемая офицером, что явно был уполномочен убедиться, что я явлюсь без промедления пред светлые очи моей венценосной матушки. Карс цепким взглядом уловил расклад и нахмурился.

Ну да, уж этот точно запомнил, кого этот гвардеец охраняет и вывод сделал.

— Тир Карсиан, я могу вас попросить на время оставить меня, пока я нанесу визит в кабинет Её Величества, — на меня посмотрели вопросительно, скептически подняв бровь, намекая, что его не слишком устраивает этот расклад. Сегодня мой страж был непривычно молчалив и задумчив, чему я втайне порадовалась. потому как не сильно представляла, как себя с ним вести после вчерашней ночи. Я добавила шепотом, так чтобы охранник королевы не услышал. — Пожалуйста, Карс, не упрямься. Боюсь, я вынуждена буду объявить, что вернула тебе имя, а это вряд ли придется по душе Великой Ведьме. Со мной всё будет хорошо, — быстро добавила, считывая на его лице эмоции. И скорчила просительную моську, — Ну, пожалуйста, доверься мне!

Карсиан прожег меня взглядом, поджал губы, явно борясь с собой, но все же кивнул и отступил на шаг, быстро бросив Дерисам команду глядеть в оба.

Я мысленно похвалила себя и, держа спину прямо, поскользила по коридорам замка за офицером королевы, сопровождаемая братьями. которые несмотря на свой невысокий рост, не вызывали сомнений в своих возможностях — уж больно мальчики были похожи на хищников на охоте.

В какой-то момент мы прошли по боковой террасе с открытой анфиладой арок, глядящих на горы. Тело обдало зимним холодом, но мой внутренний огонь сегодня пылал и замерзнуть я не боялась. Почувствовала зов и выставила руку, согнув её в локте, на который тут же приземлилась впорхнувшая в открытый проем Арпи.

— Ты очень напряжена, Селения, — костар отчего-то всегда обращалась ко мне полным именем.

— У меня достаточно поводов для этого. дорогая, — горько улыбнулась я, продолжая следовать вперед.

— Ты ведь что-то задумала, я чувствую! — небольшая голова с внимательными зелеными, как у кошки, глазами повернулась ко мне.

— Не сомневалась в твоей проницательности, — покачала я головой. — только пока ничего определенного…

— Значит твоя решительность нужна чтобы просто сотрясти воздух?

— Это что сарказм? — даже опешила я, не ожидая от птицы подобного.

— Что-ты, мы же птицы. куда нам? Это просто здравый вывод. — Арли повернула голову слегка вбок. Ну да, я так и поверила! Вот сейчас точно, если бы эти хищные клювы могли изображать улыбку, то я бы уже любовалась ехидной ухмылкой. Но, похоже, цели своей она достигла — настроение слегка улучшилось.

Мы уже как раз пришли. Официальную часть крыла Великой Ведьмы ещё могли посещать посторонние, в отличии от личных покоев. Но охранные чары тут чувствовались буквально повсюду, а от количества пройденных постов, состоящих из бойцов и сильных магов, просто пестрело в глазах. Нас. естественно, никто не останавливал, лишь молча склонялись в подобающих моему статусу приветствиях.

Два гвардейца перед высокими дверями из темного горного дуба, склонились и без слов распахнули двери.

Офицер нырнул первым и произнес подобающее случаю:

— Ваше Величество, к вам Её Высочество тира Агния Таарская!

— Спасибо, тир Бойе, — раздался голос откуда-то из глубины комнаты, — Агния, я тебе жду!

Ну, конечно, а вот я как-то не спешу… Ладно, Ния, повоюем.

Тот, кого Корния назвала тир Бойе, сделал приглашающий жест и как только я совершила шаг во внутрь, тут же вышел, прикрыв двери за которыми остались мои Дерисы, что тенями приютились у стены напротив входа, абсолютно игнорируя уже имеющуюся здесь охрану.

Кабинет, оказался не столь шикарным на первый взгляд, как я могла ожидать. Чуть больше, чем у тиры Криг, мрачнее и совершенно лишен изысков. Да, темная мебель была из очень дорогого болийского кедра, а писчие принадлежности на рабочем столе матери стоили, как небольшое поместье, но в остальном, кроме пары портретов предков и огромной карты Шалиона тут и посмотреть было не на что. Не считая самой хозяйки, что склонившись водила пером. подписывая очередную бумагу А ещё пристроившейся в кресле у окна Верховной ковена Севера, застывшей, словно ее вовсе не интересовало происходящее.

Я замерла напротив, ожидая пока королева поднимет голову от бумаг Корния не стала меня томить и указав пером на стул у стола, произнесла не прекращая что-то читать:

— Присаживайся, Ния.

Села, расправляя складки на юбке темно-синего платья с серебристой вышивкой.

Костар перебралась на моё плечо и замерла, словно неживая. Корния же была в официальных королевских цветах — сирень и серебро — естественно, Совет же, а стало быть стоило подчеркнуть статус.

Наконец-то она оторвалась от дел, положив бумагу на стол и уставилась на меня тяжелым взглядом.

Странное дело, вот только сейчас на меня ее давление совсем не действовало.

Возможно, я просто для самой себя прошла некую точку невозврата. Может до сих пор я ещё никак не могла сжиться со своей ролью и поэтому боялась совершить что-то непозволительное. Да только за последние дни я, кажется, прожила и испытала гораздо больше, чем за всю мою не такую уж и долгую, но, в общем-то, довольно насыщенную на события жизнь.

Понять свою значимость и попробовать этим воспользоваться, а не слепо следовать назначенной судьбе. Хотя бы получить отсрочку, невзирая на чужое мнение, чтобы найти ПРАВИЛЬНОЕ решение. Без давления и угроз.

— Я хочу услышать о кандидатах, — начала без обиняков королева.

— А их не осталось, Ваше Величество, — я не без удовольствия смотрела на недоумение, что отразилось на таком холодном до этого лице.

— Что ты имеешь в виду, Агния? — раздался ледяной голос.

— Только то, что сказала, — пожала я плечами. — Вы, Ваше Величество, — я специально перешла на «вы» и официальное обращение, — обещали, что не станете вмешиваться в мой выбор, но поступили по своему. Я это приняла, — я смело посмотрела королеве в глаза. — За герцога Авильского я теперь выйти не могу по вашей монаршей воле, а вот за тира Моле — увы, по своей! Как вы понимаете, трупы не могут дать ведьме силы! — я прищурилась, наслаждаясь эффектом. Заметила, как изящные пальцы ведьмы сжались в кулак То-то же, мамочка! Покойного Моле вы уже не проверите, а я просто не могу подставить этого Огненного — он же совсем юный, нерги их всех сожри! Про Юргена тем более промолчу, этот вряд ли когда-нибудь ещё появится на горизонте, если вообще выйдет из подвалов старательного тира Горейна. Хотя, если бы этот шарков брак не пришлось бы консумировать, то я его, пожалуй, с чистой совестью бы подставила. И отправила бы к праотцам при необходимости не дрогнув. Терпеть эту мразь рядом я бы ещё смогла, но вот спать с ним — увольте! — Уж простите, не рассчитывала на то, что вы не держите слово, так что сильно сократила количество соискателей. Так уж вышло, — сказала без малейшего сожаления.

— Та-ак, — протянула Корния, откидываясь на спинку удобного кресла и глядя на меня изучающе, — я так понимаю у нас тут бунт наметился? — усмехнулась зло. — Вале, ты слышишь, как запела наша птичка? — она бросила взгляд на тиру Криг. что молча сидела с непроницаемым лицом, но я видела тех бесенят, что плясали в ее глазах. — И кто тебя надоумил, Агния? — резко рявкнула Великая Ведьма.

Вот только эффект получился обратный: я не испугалась, а улыбнулась и нарочито медленно погладила свою птицу.

— А отчего, Ваше Величество, вы не поинтересуетесь почему я не рассматриваю третью кандидатуру? — я смело смотрела на мать. — А-а-а. вы наверняка догадались кто это, ведь так? И не тратьте зря силы: никто меня не подговаривал и я вам даже благодарна за усилия, а то у меня никак не находилось официального повода отложить этот брак. Конечно же, такой необходимый Северу, вот только не мне! Впрочем, ведь вас всех это ни капли не интересовало, правда? — я говорила спокойно, не сильно беспокоясь об эмоциях собеседницы. Времени осознать, что для Севера я незаменима мне хватило, а значит хватит постоянно играть по чужим правилам. И только пусть попробуют надавить на тех, кто мне дорог. Я и вправду в полушаге от трона, а значит и от безграничной власти, которой не премину воспользоваться против тех, кто сейчас встанет у меня на пути.

И Великая Ведьма не продержалась бы столько лет у власти, если бы не умела быстро соображать в изменяющихся условиях. Она долго буравила меня глазами, после словно расслабилась и усмехнулась.

— Нет, ну глянь, как резко поумнела-то? Вале, ты могла представить. что эту дуру надо было проклясть, чтобы мозги начали соображать? — покачала она головой, видимо и не ожидая ответа от тиры Криг — Так что? — спросила она вполне миролюбиво, — Третий все-таки этот твой меченый Воздушник, Ния? — она собственно, не спрашивала, а утверждала. — Да, это был бы нонсенс… — Она посмотрела на Верховную и добавила весело, — А что? Уважаемая Верховная, как думаешь, проглотит Север брак Великой Ведьмы с бывшим меченым?

Или все же отдать ей Авильского? Хотя, что-то я не заметила его отирающимся у моего кабинета с просьбой отменить его внезапное вступление в наследство вне очереди, а?

Тира Криг пожала плечами:

— Обе идеи так себе, — проговорила она покривившись, — но я бы поставила на меченого, за ним по крайней мере не стоит ни один клан, а значит и возвышать короне никого не придется. Но вот прецедент, прямо сказать, не очень. Хотя вполне можно обернуть его на пользу — милость, возможность искупления и все такое.

Даже романтическую историю можно сочинить для народа по-быстрому, — вздохнула она.

Что? Вот это точно не входило в мои планы! Ну уж нет, Карса я не позволю выпить, как сосуд с необходимым эликсиром.

— А ничего, что я вернула этому самому меченому имя рода? — я увидела искренний испуг в глазах тиры Криг. — Вас устроит в качестве моего мужа тир Сольмский? — если я по наитию рассчитывала на неприязнь Корнии к этому роду. то я не ожидала такой бури.

Что!? — прошипела ведьма, а в её глазах вспыхнуло зеленое пламя. Она приподнялась, протягивая куда-то руку, на её лице появилось такое отрешенное выражение, как в зале Совета. Я подскочила с проворством стража приграничья и выхватила задрав юбку стилет с подвязки, приставляя его к своему горлу.

— Попробуешь навредить ему и, клянусь, у тебя либо не станет наследницы, либо я приду к власти и планомерно уничтожу всё и всех, кто тебе дорог, мама!

Таарская замерла, не сводя с меня глаз. Мы вели безмолвную борьбу и я уже пожалела. о своем желании вернуть моему стражу эту частицу гордости за все беды, что ведьмы Севера обрушила на его голову.

— Ты даже не представляешь, что сделал его отец, — наконец проговорила Корния.

Огонь в ее глазах потух, а сама она опустилась на стул, как-то вмиг постарев.

— Конечно же не представляю, ведь Север так не любит делиться секретами, даже с наследницами, — хмыкнула я, тоже опускаясь на сидение. — Только это ничего абсолютно не меняет. Карсиан мой друг и этого не изменить.

— И когда успел-то? — Корния удивленно подняла на меня глаза.

— А вот это уже действительно не имеет значения, — вздохнула я.

— Ну это мы ещё посмотрим, — проговорила ведьма и кинула обещающий кары небесные взгляд на Валенсию. — Я ещё разберусь откуда у нас появился отпрыск рода Сольмских. То-то я удивлялась, что у нас такой сильный Воздушник появился.

А оно вона как! — покачала она головой. Она задумчиво вновь посмотрела на тиру Криг, а потом вновь на меня. Я не торопила, давая ей осознать, что эту часть партии она проиграла. Впрочем, что она захочет реванша я не сомневалась. — Так что ты хочешь, Агния? — прозвучали, наконец, те слова, что я ждала.

— Ничего, что бы было не под силу Великой Ведьме, — сделала я словесный реверанс в ее сторону, а та невольно приподняла одну бровь, показав, что маневр засчитан. — Всего лишь то, что мне действительно необходимо — та самая отсрочка, о которой речь шла изначально, — я впилась глазами в мать и продолжила. — Я не желаю быть марионеткой и не буду. Думаю, вам всем уже понятно, что я сильно изменилась, но мне нужно время, чтобы править достойно, мама. И я уверена, что у тебя ещё достаточно сил, чтобы усмирить Совет, как и Молонию, чтобы это время мне дать. А отбор мы проведем чуть позже. Знаю, Белая Мора не оставит род Таарских без необходимого для их силы мужчины.

Корния глядела на меня прищурив глаза и поджав губы. Я внутренне замерла. Боги, мне никогда не приходилось играть на таком уровне, но о проигрыше я даже думать не хотела. Тишина повисла такая, что звук с которым тира Криг стукнула по полу своим посохом показался мне подобен грому. Мы обе, и я и королева вздрогнули.

— Чтоб тебя, Вале, — прошипела Корния. — Ладно, Агния, твоя взяла. Иди, я подумаю, как прищучить на время этих старых маразматиков.

Я поспешила встать и отвесить вежливый положенный поклон, но замерла и спросила:

— А как же Карсиан?

— Нет, ну наглая! — проговорила мать не зло, а как-то устало. — Забирай своего меченого, раз тебе так приглянулась такая игрушка. Что я сама молодой не была? — проворчала она. — Только не вздумай ему обещать титул! Не при моей жизни, Ния, — в её голосе вновь прорезалась сталь.

— Благодарю, Ваше Величество, — присела в книксене я.

— Иди уже, — махнула рукой королева. — Нам с уважаемой Верховной есть что обсудить.

Я бросила на Валенсию виноватый взгляд, но та смотрела на меня вполне доброжелательно. На деревянных ногах я шла к выходу из кабинета, когда услышала вслед:

— Бездна, ну надо же, характер прорезался! Истинная Таарская, вся в меня, — и мне почудились нотки гордости.

Ну уж нет, мамочка, я очень надеюсь, что мы с тобой не слишком похожи. Как же страшно ввязываться в эти игры. но разве у меня есть выбор? За спиной тиры Криг вечно не просидеть, да и кто сказал, что эта ведьма не блюдет свои собственные интересы?

Глава 21. Коридоры

Царят на свете три особы, Зовут их: Зависть, Ревность, Злоба.

Брант С.

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Карсиан Ния уходила на встречу с королевой, а я лишь мог смотреть ей вслед, Хотелось быть рядом, чтобы защищать от всего мира и этой страшной женщины. Ну да, это единственное, что я умею: охранять и убивать. А ещё выживать — другому жизнь не научила. Вот только и эти умения сейчас пасовали перед действительностью.

Глупо даже пытаться, понимаю. Каким бы сильным не был маг и воин, против Великой Ведьмы ни у кого нет и пол-шанса.

Но именно Селению она не тронет, по крайней мере физически. Кровь Таарских священна и неприкосновенна, даже для них самих. Что, в общем-то, ни в коей мере не остановило от того чтобы поставить на Селению метку запирающую дар, вырастить девушку без понимая того, кем она является, а после и вовсе отправить сначала в пасть к великосветским снобам в Резийскую офицерскую школу, а потом и на границу к тварям Весегонии.

Да и трусливо забыть о существовании второй дочери ничто не помешало.

А я ещё жаловался на судьбу! Меня хотя бы собственные родители не вышвыривали из своей жизни и памяти. Они просто переоценили свои таланты и недооценили избранного врага. Кстати, я, конечно, был мал, но запомнил, что герцог Сольмский был настолько безумен, что даже и мысли не допускал о поражении, и не готовил пути отступления. И если бы не тира Криг, меня бы точно смело черной яростью Таарской.

Впрочем, что-то из произошедшего, возможно, и к лучшему. Ведь если бы отцу удалось задуманное, то вряд ли я бы вырос и стал таким, как сейчас. Скорее всего я ничем бы не отличался от того же Моле — превратился бы в такою же избалованную деньгами и безнаказанностью сволочь. Так что, нет худа без добра.

Однако то, что жизнь сделала меня сильнее, злее, а порой и настырнее, сейчас не помогало решить главного из волнующих меня вопросов.

Я хочу эту девушку. Жажду, как единственное лекарство способное исцелить, или тот самый пресловутый глоток воды, что может спасти иссушенного путника в пустыне. Хочу её всю вместе с мыслями. чувствами, горестями и радостями.

Да. она мне нужна целиком. Эгоистично и собственнически. В полное и безвозвратное пользование всем тем огнем, что живет в её сердце, а не просто недолго наслаждаться этим гибким телом, которое — не спорю — так и тянет прижать к себе.

Эти желания за короткое время превратились в шарково наваждение! Вчерашние достаточно невинные ласки и поцелуи, как спусковой механизм арбалета, сорвали внутри последние заслоны, которыми я усердно отгораживался от несправедливого мира, поставившего когда-то меня в дерьмовые условия. И вот теперь и плоть и дух вырвались на свободу, но только лишь для того чтобы попасть из некогда навязанной чужой силой клетки в новую, теперь уже добровольную зависимость.

От неё.

Болезненно-сладкую. Безнадежную…

Но не с моим упрямством!

С трудом заставляю себя оторвать взгляд от удаляющейся группы. В Дерисов я верю, сейчас они точно начеку, так что по дороге ничего не случится. Впрочем Ния и сама не из слабых.

Надо ей доверять. Это только моё желание всё контролировать.

Не спеша иду в сторону башни, где расположены наши покои. Нынче «Корона Севера» напоминает скорее казарму в которой неожиданно устроили день открытых дверей. Полно гвардейцев и между ними бродят штатские. Похоже, Великая Ведьма перестраховывается после такого ночного переполоха.

Хотя, наверное, лишним не будет. Пусть от возможной диверсии и вряд ли спасет-уж больно высокого уровня подготовка была, явно не спонтанное убийство — а стало быть это лишь способ успокоить гостей и обитателей замка. Показать, что всё в надежных руках.

Если бы.

— Тир Карсиан!

Окрик прозвучал издалека, я медленно оборачиваюсь и с долей удивления и опаски смотрю на приближающегося ко мне главного по безопасности королевства тира Анатела Горейна. Он же граф Брийский и по совместительству главный над инквизицией Севера — си речь над следствием, со всеми возможными средствами его проводить: допросами, подвалами. пытками и ментальным воздействием.

Уже немолодой, но весьма подтянутый мужчина с холодным и цепким взглядом и в неизменном черном камзоле. Умен, сдержан и, по слухам, справедлив, что в нашей стране явление редкое. Тир Анател был из тех людей с мнением которого порой считалась и сама Корния. И надо отдать ему должное, дело свое он знал неплохо и до сих пор таких проколов у него не случалось. Полагаю, что смерть посла, как и проклятие Агнии, безопасник воспринял, как личный вызов. Ну, если каким-то боком в этом сам не замешан — нынче ничего исключать нельзя.

Мужчина поравнялся со мной и я отвесил подобающий поклон.

— Ваше Милость, чем обязан? — поинтересовался вежливо, держа лицо.

— Тир, я хотел бы с вами переговорить, если вы не против, — мужчина не был низким, но по сравнению со мной, ростом не дотягивал и ему пришлось слегка задрать острый подбородок, чтобы смотреть мне в глаза.

Что ж, начало обнадеживающее: он один, без стражи, на допрос пока не тащит. А «поговорить» — это всегда пожалуйста! Это мы можем.

— К вашим услугам, тир Горейн, — я ожидал, а мой собеседник просто встал рядом и предложил:

— Вы ведь куда-то шли? Не возражаете, если мы побеседуем на ходу?

Я заметил, как мой визави активировал артефакт от прослушки. Ну да, и у стен есть уши. Я сделал приглашающий жест и двинулся в прежнюю сторону. Горейн же сложил руки за спиной и вышагивал рядом фактически прогулочным шагом.

Наверняка со стороны мы выглядели, как пара давно знакомых собеседников.

— Тир, я не буду ходить кругами, нет у меня на это ни времени ни желания. Вы ведь слышали, что Её Высочество в категоричной форме запретила вас допрашивать по поводу вчерашнего и я не смею ей перечить, но… — Глава безопасности поднял на меня глаза. Я не оправдал его ожиданий, не стал уточнять, прекрасно понимая, что он и сам все расскажет, ведь явно не поболтать о пустяках пришел. Он слегка покачал головой, словно был разочарован моей прозорливостью, мешающей его игре, которую он однозначно вел. — Но ведь есть ещё Её Величество, а её слово более веское в любых вопросах, как вы понимаете. И я пока сообщил ей лишь общие сведения о вчерашнем инциденте. Хотя тир Юрген Мол, пусть и был найден нами в весьма плачевном состоянии, но охотно поведал нам огромное количество удивительных фактов, — на меня вновь бросили внимательный взгляд и продолжили с некоторой ленцой, — Он, видите ли, несмотря ни на что, всё прекрасно слышал и запомнил.

— И чем же порадовал нашу инквизицию этот… тир? — я опустил нелестный эпитет, что так и рвался с языка. Нет, надо было его все же пристукнуть. Да вот запретную магию применял не он, а стало быть от разбирательств и возможной кары я мог бы не отделаться даже при заступничестве Нии..

— Спасибо, что спросили, — расплылся в ироничной улыбке этот усыпляюще спокойный тип. — Представляете, тир Карсиан, тир Юрген утверждает совершенно немыслимое! Например, говорит о том, что Её Высочество использовала магию Огня, как истинный маг этой стихии? Удивительные фантазии, не находите?

— Ну, положим, Огонь там определенно присутствовал, не отрицаю. — ответил я равнодушно. — Вот только, стесняюсь спросить, возможно тир Юрген плохо был обучен магии, раз не может отличить ведьму от владеющего стихией по ауре? А зура принцессы несет лишь ведовский дар. Так что, все вопросы к силам родовых артефактов дома Таарских, — мне понятливо кивнули, лишь слегка изогнув уголок рта. Мол, конечно-конечно, но мы-то с вами понимаем, что тут все не так просто. — Что-то ещё, тир? — поинтересовался я вежливо, показывая, что на предыдущую тему мне добавить вроде бы и нечего. Сам же сказал, что это не допрос. Пока.

— Да, тир Сольмский!

Мне каким-то чудом удалось не вздрогнуть. За последние двадцать пять полных циклов я слышал свое имя рода лишь от двух человек: от тиры Криг и от Селении.

Непривычно и всё ещё опасно. Увы.

— Вижу, что слух Мола все же лучше, чем магическое зрение, — похоже я себя все же чем-то выдал, хотя, видит Великая, моё происхождение скоро в любом случае не станет являться тайной.

— Вы что-то имеете против? Это же право Таарской казнить и миловать, — сухо поинтересовался я.

— Что вы, тир, я, конечно же, нет, — улыбка Горейна стала ещё явственней. — Жаль будет, если у Её Величества на сей счет окажется другое мнение… Но, полагаю, тира Агния знала, что делала, — добавил он задумчиво. — Будьте осторожны, молодой Сопьмский. Вы уже нажили много врагов, а теперь рискуете их количество удвоить. Да и выбираете вы их, прямо сказать, необдуманно. Уж весовые категории больно разные…

— Боюсь, я сам прикладываю для этого не так много усилий, тир Горейн, чтобы неприятности меня находили. Да и сильные враги — это всегда повод к совершенствованию. Но спасибо за предупреждение.

— Берегите принцессу, капитан, — вздохнул старый политик. — Я был бы рад еще побеседовать, но спешу к Её Величеству на доклад. Новые депеши, понимаете ли, — показно засуетился граф. А потом поднял на меня внезапно ставшее серьезным лицо и произнес. — Молония стягивает войска к границе, тир. Они пока не атакуют, но и страха, как прежде, не испытывают. что странно. Словно выжидают чего-то. И мне это очень не нравится, — на этой странной ноте, глава безопасности вежливо кивнул и бодрой походкой засеменил в совершенно противоположную от моего маршрута сторону. А стало быть, это был не случайный разговор попутчиков. Он, похоже, просто хотел посмотреть на меня поближе, ну и предупредить, чтобы не расслаблялся.

Сообразительный интриган. Видимо, сделал вывод для себя, что я задержусь возле будущей Великой Ведьмы, и делает вроде бы ничего не значащий посыл. Доверие не появляется на ровном месте, его зарабатывают постепенно, а страх и долгая служба короне тоже не всегда спасают от предательства. Как и от отставки при новой хозяйке. Ладно, посмотрим, куда всё это приведет.

И что вообще, Темнейший подери, нас всех ожидает в ближайшее время?

Справится ли Север с новым призраком войны?

Я задумчиво посмотрел на лестницу вниз. Захотелось на воздух. Решил пройти дальше через двор — путь до башни с покоями принцессы преодолеть можно было и так. Быстро спустился, попутно встретив ещё несколько постов охраны. Мда, они по-моему только множатся, словно в замке уже введено военное положение, только гостей и постояльцев забыли об этом предупредить.

Улица встретила меня морозной свежестью, легкой горчинкой дыма из печных труб и крупными хлопьями снега, что кружась падал с совершенно белого сейчас неба.

Довольно легкий для гор порыв ветра швырнул мне в лицо изрядную горсть снежинок, но от этого только стало легче дышать. В голове прояснялось.

Я не спеша пробирался по расчищаемому расторопными слугами двору.

— Тир Карсиан, постойте! — звонкий голос заставил притормозить.

Бездна, да я сегодня не в меру популярен. Прям нарасхват!

Резко развернулся, чтобы встретить ту, которую послать к Темнейшему не позволяло мне только намертво вбитое ещё с детства воспитание. Тира Ванда Роэн легчайшей походкой спешила ко мне навстречу сияя белозубой улыбкой.

Надо отдать должное, девушка была хороша и наверняка, будь на моем месте кто-то иной, то просто бы замер в восхищении, раскрыв рот, рискуя закапать слюной одежду. разглядывая это дивное видение. Ведь и вправду было на что посмотреть: облако белых волос живописными прядями выглядывало из под отороченного голубым мехом капюшона теплого плаща, полы которого расходились на каждом шагу. позволяя любоваться изящными формами тела, которые подчеркивало насыщенно-голубое платье с корсетом, делающим фигуру ещё соблазнительнее.

Сегодня Ванда попыталась выглядеть хрупкой, сменив свой извечный образ хищницы. Да только это ничего не меняло: она двигалась, как хищница, смотрела и улыбалась, как хищница и сколько не изображала травоядное, все равно чувствовалось, что сожрет и не поморщится. Так что образ воздушной девы мог обмануть разве что совсем юного воздыхателя, без опыта. Или того. кто сам был рад обманываться. Я не стремился, но меня никто не спрашивал.

Ванда приблизилась и изящно рассчитанным жестом протянула мне руку для приветствия.

— АХ, тир, как я рада, что встретила вас. — промурлыкала большая кошка. — Сегодня в замке так тревожно, что мне не по себе, — она жеманно повела плечиками, не спеша забирать свою ладонь из моих рук. — Хотела увидеть Агнию, но даже идти нынче по всегда спокойной «Короне Севера» после сегодняшней ночи стало неуютно, — она картинно вздохнула. — Вы не проводите меня к покоям Её Высочества?

Конечно, я не мог отказать даме в такой малости, тем более и сам туда направлялся.

— Боюсь, тира Розн, что принцесса пока отсутствует — ее пригласила к себе Великая Ведьма, — сделал я последнюю попытку.

— Уверена, что я смогу ее дождаться, — меня одарили лучезарной улыбкой и клещом вцепились в локоть.

Ну очень хотелось скрипнуть зубами. Мы уже подошли ко входу в нужную часть замка и прошли первый пост охраны, поднялись на этаж с апартаментами наследницы и подходили почти к самым дверям ведущим к покоям. Внутри комнат на всякий случай я оставил с Литой Отея. Мой варвар уже с утра успел распрощаться со своей прежней службой у советника и полностью перейти ко мне, как и клялся, согласно велению своей веры и законам Тамийского яромата. Я для себя отметил, что появился ещё один внешний пост охраны, но у дверей самих апартаментов Дерисов пока не было, а значит Ния ещё не вернулась. И это несмотря на время, что я потратил на занимательные беседу с тиром Горейном и небольшую прогулку с Вандой. не прекращающей щебетать всякие нелепости, видимо призванные, по её мнению, вызвать мой интерес.

— Вы ведь составите мне компанию в ожидании, правда? — на меня бросили очередной призывный взгляд из-под ресниц и попытались прильнуть поближе.

— Сожалею, но вряд ли у меня получится быть удостоенным такой чести, тира, — отбиваться от не желающей принять отсутствие к ней интереса девушки становилось всё утомительней. — Я — человек военный. так что сидеть без дела, увы, не получится.

Мои слова явно не пришлись по душе Её Стервозности. Да, некоторые просто на хотят слышать слово «нет»! Только что кротко глядящая на меня девица буквально в миг превратилась в фурию. Ванда развернулась ко мне и дернула за рукав дублета, таким образом разворачивая к себе. Она с силой ткнула мне ладонью в грудь и прошипела той самой бешеной кошкой, суть которой так усердно пыталась скрыть в себе ещё минуту назад.

— Да что с тобой такое? Боишься, как бы хозяйка не узнала, а то лишит сладкого?

Агния всегда была жадиной! Кобеля пожалела? — Девица уже совсем не следила за словами. — Или печать со временем сделала несостоятельным, как мужика?

Проверим? — её рука резко рванула к моему паху, вот только у меня реакция всегда была безупречной. Я перехватил идиотку за запястье и по возможности безболезненно заломил руку за спину. Ванда зарычала и попыталась лягнуть, сыпля при этом отборной бранью.

— Да, уймешься же, наконец! — я скрутил уже основательно и прижал психопатку к себе спиной, боясь, что эта истеричка просто вцепится мне в лицо, если отпущу. Ну не магией же ее скручивать?

Аплодисменты прозвучали громким набатом в пустом до того коридоре. Я развернулся вместе с Вандой и уставился на с брезгливым интересом взирающую на нас Нию и парочку ошалевших от увиденного Дерисов за ее спиной. Пальцы разжались сами, а мерзавка выскользнув из моих рук смачно влепила мне пощечину, словно это я был виновником гадкой сцены.

— Агни! — заныла эта актриса и рванула к принцессе. — Он. он! Прости…Я растерялась, не хотела кричать. — всхлипывала она вполне натурально. — Там за дверью гвардейцы… Какой позор… А он…

А я почувствовал себя полным кретином, глядя в глаза моей ведьмы и с ужасом осознавая, как это могло всё выглядеть со стороны. Только оправдываться смысла не видел.

Ния слушала Ванду молча, а потом поманила ту пальцем и подождав пока та склонится к ней поближе, что-то очень тихо шепнула ей на ухо. Тира Роэн побледнела и замерла, словно ее стазисом припечатали.

В этот момент отворилась дверь в покои и на пороге возникла Лита.

— Простите, Ваше Высочество, — девушка склонилась в поклоне, — я лишь хотела предупредить, что вас ожидает герцог Авельский. Я проводила его в малую гостиную, если вы пожелаете его принять.

По лицу Селении я не мог что-либо прочитать и молча ждал развязки этого фарса.

Еще и Ларта нелегкая принесла. Похоже сегодня все сущности чертогов Темнейшего потешаются над одним неудачником.

— Передай Его Сиятельству что я непременно его выслушаю, — Селения развернулась к Ванде. — Тира Розн, вас проводит тир Майл Дерис. И прошу впредь не беспокоить меня без приглашения, — я увидела, как Ванда отшатнулась, словно ее ударили и смотрела на принцессу широко раскрыв глаза. А Ния кивнула Майлу, который немедленно подхватил графиню под локоть и потянул на выход, а наследница продолжила холодно, — Тир Сольмский, у вас, как я понимаю, недостаточно дел, так я вам подскажу. Тиры Дерисы давно не тренировались, а времена неспокойные. В «Короне Севера» есть прекрасные залы для фехтования и целый полигон для магии у западной стены Свободны! Полагаю я сама и тир Авельский в состоянии обеспечить мою безопасность, К тому же замок полон охраны, — она нарочито медленно погладила по оперению сидящую на плече Арли и прошла во внутрь, провожаемая нашими взглядами.

— Мда, ситуация… — покачал головой Рот, когда дверь захлопнулась, — Командир, да ты просто молодец! — по слогам произнес последнее слово этот умеющий тонко посочувствовать и поддержать товарища засранец.

— Шарково семя, — пробормотал еле слышно, испытывая желание побиться головой об стенку. Нет, погонять братьев по полигону я не откажусь, но кто мне скажет, чем закончилась беседа с королевой? И этот поганец, новоиспеченный герцог ещё… Его же сняли с этой гонки, так какого, спрашивается?

Вот уж дудки, с Лартом я Нию одну не оставлю, пусть хоть мой тамиец за ней приглядит — этот не позволит Земляному перейти черту. Тем более что прямой приказ был только мне с Дерисами.

Сказать, что занятие на полигоне, который я все же посетил, меня успокоили было нельзя. Сначала я там занимался лишь с Ротом, а после к нам присоединился и Майл. Нет, некоторое напряжение все же сошло. Несколько часов усиленной тренировки позволили отточить некоторые навыки и выплеснуть злость. Частично.

Но, вот мысли в порядок не пришли.

После ванны и ужина я все же решился зайти к принцессе. Бездна с ней, что сама не позвала и не позволила объясниться. Прогонит, значит так тому и быть. Правда, пусть не надеется, что уйду надолго. Мне, собственно, извиняться не за что, но женщины — они такие женщины! И что она себе напридумала, даже представить страшно. Впрочем, раз сразу не уволила, то либо не поверила, либо… ей всё равно.

О втором варианте думать не хотелось вовсе.

Я решительно зашагал из своей берлоги к дверям моей ведьмы. Майл, что скучал у входа, окинул взглядом моё решительное лицо и как ни странно не стал язвить, а бросил тихое «Удачи!»

В первом зале меня встретила Лита. Отей скромно и почти незаметно сидел на стуле в нише, словно некая экзотическая часть интерьера. Судя по тому, что Ния не отослала его прочь, тамиец пришелся ей по нраву. По крайней мере охранять свое жилье она ему позволила. Варвар сверлил меня черными глазами и когда они встретились с моими, слегка кивнул. Я ответил тем же и задал вопрос Лите.

— Её Высочество отдыхает? — спросил внутренне опасаясь услышать, что меня не ждут и не желают видеть. Впрочем, меня бы это вряд ли остановило.

— Тир Карсиан, госпожа велела вас впустить, как только вы придете.

Мне не надо было повторять дважды.

Отыскать Нию удалось не сразу. Звать не хотелось и я медленно шел по пустым и полутемным комнатам, по углам которых вечер уже распределил мрачные тени.

Магфонари горели на минимум. Я недолго думая бросил поисковое заклинание, если она не желает скрываться за щитами, то я ее найду сразу, а не буду, как идиот, заглядывать в каждую щель. Искра силы четко показала наличие живого объекта и я поспешил за ней к цели.

Девушка сидела на подоконнике в спальне, поджав ноги и прикрывшись шторой. Я медленно отодвинул ткань, она даже не повернулась, смотря печально куда-то вдаль и водя тонким пальцем по морозному узору на стекле — к ночи резко похолодало. Я замер на миг, ощутив в груди щемящее чувство.

— Ния…

Она так и не повернулась, только вдруг с усилием приложила всю ладонь к стеклу, оставляя отпечаток, словно желая впитать в себя этот холод. Не знаю. может пыталась остудить сжигающее пламя, что, как я хорошо знал, жило под маской сдержанности в этой маленькой и такой желанной мною девушке.

— Побудь со мной, — тихий шепот доносится до слуха.

Шаг чтобы стать ещё ближе. Ощущение скованного и сжатого, как пружина от напряжения тела в руках. Прижать, взять на руки, вдыхать её запах, зарываясь в пепел пахнущих горными травами волос. Любить, как древние драконы, защищая свое сокровище…

Она доверчиво утыкается носом мне в грудь и крепко обнимает за шею. В топку все вопросы, они подождут ещё хотя бы полчаса. Мне тоже жизненно необходимо это время, как и ей сейчас.

— Просто побудь рядом, ты мне так нужен…

Глава 22. Шёлк и пепел

От смерти и любви никто не скроется.

Публий

Болийской нагорье. Замок «Корона Севера» Селения Королевский замок располагается на вершине горы Менте, что входит в состав Болтйского нагорья. Там внизу, в черноте провала под нами лежит Север, расползаясь городами и весями на довольно огромную территорию размером почти в добрую треть континента. Ведьмы сумели собрать и удержать под своею властью большую державу, снискав этим злобу и зависть соседей. А у самого подножия Менте, по берегам берущей начало с ледников реки раскинулась Резия. Из окон моей башни даже видны её огни. Кое где в ночном небе над городом вспыхивают фейерверки, рассыпаясь огненными цветами. Столица ещё не ведает о нависшей над всей страной угрозе и беззаботно празднует приход зимы. Что ж, сегодня ещё можно. Не знаю, скоро ли в будущем появится повод для веселья. Да и появится ли вообще.

Я не верю в хороший исход. Что-то внутри бьет тревогу, последние вести с границы мне передала тира Криг. Она тоже в замешательстве. А я слишком хорошо изучила повадки молонцев во время службы в Весегонии, чтобы верить в то, что они просто вывели прогуляться тысячи бойцов и целую армию нечисти к границе ненавистного соседа.

Иногда мне малодушно хочется чтобы всё это оказалось нелепым сном, что навеян каким-нибудь неудачным дозором. Вдруг я оказалась настолько неуклюжей, что попала в зубы, например, умертвию и теперь по моей крови гуляет трупный яд вперемешку с молонской волшбой, навевая совершенно невозможные картинки. А присущий отравлению жар превратил моё тревожное забытье в кажущийся бесконечным кошмар. Может я просто сейчас лежу под небом Весегонии, или трясусь перекинутая через седло кого-то из стражей приграничья, поддерживаемая боевым товарищем, что спешит доставить моё бессознательное тело в форт.

Классная же идея, правда? Отчего бы не принять эту мысль за основу и просто расслабиться, а там уж, как повезет: либо меня успеют дотащить до лазарета, где высока вероятность найти противоядие, либо просто умру, что тоже вполне возможно. А в данных условиях и не противоречит внутреннему настрою.

Хотя вру… Вот именно сейчас я готова немного побыть в этом дурмане, пока меня обнимают такие сильные руки. Минуты тянутся в какой-то упоительно сладкой неге тепла и уюта, которых, если честно, я не испытывала никогда в жизни. Невольно вздыхаю, поддавшись мимолетной жалости к себе за это отсутствие в моем прошлом защищенности и нежности.

И разрушаю этим хрупкое счастье, что пусть на миг, но воцарилось в душе.

— Ты в порядке, Ния? — Карс склоняет голову почти к самому моему уху. Я чувствую его дыхание на своей щеке и понимаю, что совсем не прочь, чтобы его губы вновь коснулись моих. Но в реальности лишь прикрываю глаза и давлю в себе этот порыв.

Чуть позже. Чтобы не случилось, но я обязательно ещё хотя бы раз должна попробовать на вкус этого мужчину. Сама, потому что хочу этого.

А пока буквально заставляю себя выпутаться из объятий и пересесть на постель.

Карс отпустил сразу, но по его слегка нахмуренным бровям было видно, что делает это неохотно. Но он тут же опустился рядом и не спрашивая придвинул меня поближе, устраивая поудобнее, позволяя опираться на него спиной. Невольно от этой заботы что-то екнуло внутри.

— Не знаю, Карс, — качаю головой, отвечая на его вопрос. — Мне кажется, что я просто не справлюсь с навязанной мне ролью. Я вовсе не та, кто нужна Северу… Да и не хочу ей быть, если уж быть честной, но и отказаться права не имею.

— Не наговаривай на себя, Огненная, — меня привычным жестом погладили по голове. — И никогда в себе не сомневайся, слышишь? Я уже давно понял, что ты всегда очень тщательно взвешиваешь свои возможности и даже если они не велики, ты это умеешь признать и воспользоваться с умом тем, что имеешь, — заверил меня мой страж. — А сейчас тем более, когда я точно знаю, что у тебя появилась ведовская сила слова, а магия после снятия метки выросла на порядок, то ты точно справишься с любыми трудностями, — он улыбнулся и добавил. — Север, да и весь Шалион ещё вздрогнут, уверен!

— ИХ и без моих стараний изрядно потряхивает. — усмехнулась грустно в ответ, слегка откинув голову и и пробежав глазами по красивому лицу моего Воздушника.

— Нет, ведьма, без тебя явно не то, — ответили мне, иронично изогнув губы. Карс придерживал меня за плечи, его длинные пальцы как бы невзначай легким ласкающим движением прошлись вверх и кончиками подушечек задели обнаженный участок кожи на довольно широком вырезе домашнего платья, которым я сменила наряд для Совета. Вроде бы невинный жест, а я ощутила эти прикосновения так остро, словно уже была раздета полностью и находилась в его руках.

Впервые в руках мужчины, но при этом такая мысль не вызвала во мне протеста.

— О чем задумалась, ведьмочка? — вырвал меня из неприличных дум голос моего стража.

Так я тебе и сказала…

Заставила себя сосредоточится. не без труда, но отгоняя предательский зов тела, которое давало вполне недвусмысленные указания на того, кого оно жаждало.

— Ты ведь о чем-то хочешь узнать у меня. Карсиан, — вздохнула, отвлекаясь от навязчивых желаний.

— Я рад, что ты поняла, кто такая Ванда. Она последняя с кем стоит связываться, даже мимоходом. У меня точно нет желания. Это что касается меня, а остальное…

— Меня осторожно развернули так, чтобы мы могли видеть глаза друг друга. Лицо Карса было близко и он не скрывал эмоций: мой Воздушник взволнован. — Ния, ты ведь сама расскажешь, если пожелаешь. И что пожелаешь. Кто я тебе, чтобы спрашивать? — в голосе прозвучала горечь, но не обида.

Не знаю, что ответить. И вправду, кто он мне? Я ведь уже задавалась этим вопросом и ответ, что напрашивается всё явственней мне не нравится. Поскольку неуместен и не имеет будущего. Трусливо молчу об этом и говорю о другом.

— Я получила отсрочку вступления в брак и принятия дара. Надеюсь, Великая Ведьма справится ещё какое-то время, а я успею хоть немного вникнуть в реалии политики. Все же прежде я была слишком далека от того, чтобы править страной.

— А что Ларторис? Чего ему ещё от тебя нужно? — последнее было произнесено с такой злостью, что я не сдержала самодовольной улыбки. Да мой страж явно ревнует! Это даже столь неискушенной мне понятно. И греет сердце, не скрою.

— Ну… — Я слегка отстраняюсь от моего дозорного, выпрямляю спину и нарочито медленно расправляю складки на платье, словно это занятие мне сейчас жизненно необходимо. Бросаю взгляд на Карса и говорю тихо, — Ларт готов отказаться от титула ради меня, — ответом мне было настоящие глухое рычание.

Тут меня резко вновь развернули к себе и притянули в объятия с такой силой, что я думала, что кости не выдержат, но дергаться отчего-то желания не было.

— Мне придется просто напросто поотправлять к Темнейшему каждого, кого выберет твой дар, моя принцесса. Хотя бы попытаться, бездна побери! — Карс мотнул головой, от этого движения неожиданно сорвался кожаный шнурок, что удерживал его белые волосы и те рассыпались по плечам. Он двумя ладонями обхватил мою шею, за затылок удерживая мою голову так, чтобы я не отводила взгляда от от его лица. В глазах Воздушника был настоящий шторм, а в голосе от волнения и злости проскальзывали хриплые нотки, которые задевали что-то внутри меня, заставляя сладко трепетать в его руках. — Потому что я солгал тебе, моя рыжая ведьмочка, говоря, что не хотел быть твоим консортом, чтобы не стать трупом выпитым силой Таарских. Тебе я готов позволить всё, ради права быть вместе, пусть и недолго. И не возражай! — Он приложил указательный палец правой руки к моим губам, пресекая попытку заговорить и продолжая левой удерживать мой затылок. — Я — Сольмский, Ния. Это очень древний род, пожалуй, подревнее Таарских. Со своими особенностями магии, которая умеет указывать своим носителям на того или ту. что идеальна для нас. И мой Воздух требует твой Огонь, так же как я сам мечтаю о тебе. Там, в Весегонском форте я приглядывал за магичкой, которая должна была стать мне обузой, а стала другом и отдушиной в непроглядной действительности. Я очень злился сначала на тиру Криг, полагая, что это какая-то проверка и вскоре всё должно закончиться. Ведь, собственно, кому могла потребоваться невзрачная девчонка со слабым даром? Только, помнишь, буквально через месяц, как ты появилась, мы с отрядом напоролись на засаду из контрабандистов и половина дозорных тогда полегла? — я только слегка кивнула, буквально сраженная его откровениями и ещё не понимая, что с этим делать и как быть дальше. А Карсиан продолжал говорить. — Ты не струсила, Ния, не пряталась за спинами, хотя была явно слабее многих. Билась до последнего, а уж то как ты вливала остатки своей силы в того молодого меченого… Боги, я даже имени его не запомнил! Ты его спасла, пусть парень и остался навсегда калекой, дотянув до форта, почти досуха себя осушив и проведя после в постели неделю. Я помню, как подумал, что даже если Её Светлость передумает, буду следить за тобой и прикрывать. Потому что ты самая храбрая, ответственная и честная из тех кого я знал. А ещё с тобой весело, ты умна и язвительна, — Карс улыбнулся и прогладил большими пальцами по контуру скул, — Какие ещё нужны были поводы, чтобы со временем до одного тугодума дошло, что он жить без тебя не хочет?

Теперь он ждал моего ответа и боялся его услышать, я это чувствовала. Серые глаза блуждают по моему лицу, а пальцы зарываются в мои волосы. Вторая рука пустилась в путешествие по моей спине от талии, оглаживая ребра, с нажимом пройдясь по позвонкам, вызывая в теле сладкий отклик.

Я могла бы ему сказать о том, что не могу быть его убийцей, могла бы оттолкнуть и прогнать. Могла бы…

Но, порой мы так слабы, когда дело касается чувств. Этих шарковых чувств, которые возникают нас не спросив и бороться с которыми так сложно, да и просто нет ни малейшего желания.

Ненавижу себя за слабость…

Тянусь к его губам и отпускаю контроль. Будь, что будет! Хочу побыть счастливой.

Хотя бы сегодня.

Приглашение принято и я со сладким стоном капитулирую, позволяя ему выпить моё дыхание. Поцелуй сладок и пьянит не хуже вина. Меня больше не спрашивают, берут жестко и властно. И мне это нравится.

Нравятся руки, что сминают моё тело, словно боятся, что я исчезну и пытаются срастись со мной, чтобы не отпускать. Нравятся жадные губы и язык, что сплетается с моим. Нравится вкус и запах…

А ещё пальцы, что удивительно ловко избавляют меня от ставшего совершенно лишним платья и уже играют с моей грудью. Я не против, я очень даже за! Вот только эта шаркова рубашка мешает добраться до желанного тела. Я ведь тоже не отстаю от моего стража и хочу чувствовать эти каменные мышцы под ладонями ещё острее. С рычанием дергаю ткань в разные стороны. Пуговицы со стуком разлетаются по паркету из драгоценных пород дерева. Карс на миг отстраняется, на его губах лукавая улыбка и восторг, а я стону от нетерпения.

— Сейчас, моя девочка, — шепчут мне, укладывая на постель. Я почти полностью обнажена, остались только маленькие трусики из шелка и кружев. Мои бедра невольно сжались, желая унять жар, что рождается внутри. Вступая на неизведанную территорию, сложно быть храброй. Не скрою, мне страшно, но отступать я не намерена. Что бы не принесло нам завтра, я не пожалею…

Карсиан выпрямляется возле ложа. Сорочка, уже итак лишенная застежек, скинута с плеч. Пока мой мужчина борется с манжетами, срывая с запястий мешающую часть одежды, я откровенно любуюсь его удивительно гармоничным телом. Карс никогда не был перекачанным, он гибок и, кажется состоит из одних мышц.

Настоящий маг Воздуха, сильный, опасный, словно огромный горный кот, с перевитыми венами, что словно реки прочертили мускулы рук. За сорочкой следуют и шоссы вместе с сапогами. Я не отвожу взгляда, без малейшего стеснения рассматривая сильные ноги и далеко не маленькое мужское достоинство, находящееся в полной боевой готовности. Карс ловит меня за разглядыванием и по его губам скользит знакомая лукавая, немного самодовольная улыбка.

Он ничего не говорит лишь ложится рядом и склоняется надо мной, заглядывая в глаза и проводя пальцем по нижней губе с легким нажимом. Мой рот слегка приоткрывается и палец проскальзывает внутрь. Я инстинктивно облизываю и начинаю посасывать эту сладость. Моё дыхание давно сбивается, а тело жаждет продолжения.

— Ты ещё можешь сказать мне нет, моя Огненная, — я с трудом осознаю, что он говорит. Какое, к нергам, нет? Издевается…

Вскидываю руки, притягивая мужчину к себе, с восторгом ощущая обнаженной грудью вес и рельеф его сильного тела.

— Даже не думай, — шиплю обиженно и вновь тянусь за поцелуем.

А дальше… Руки, что ласкают так, что я выгибаюсь навстречу стремясь подставить под эти ласки каждый сантиметр распаленного тела. Губы на шее, ключицах, груди.

Пальцы сминают бедра и проникают под последнюю ненадежную шелковую защиту.

Я вздрагиваю от острой молнии, что пронизывает меня всю. Остро, пряно и порочно. Но хочется ещё и ещё.

Мои руки тоже совершали своё путешествие и добавляли наслаждения от приятных тактильных ощущений. Сейчас пальцы вцепились в плечи Карса и сжимаются с каждым сладким движением во мне. Мои трусики давно сорваны, а бедра бесстыдно распахнуты в приглашении. Мужчина покрывает поцелуями мой живот, прокладывая влажную дорожку вниз, оставляя сладкие укусы под мои всхлипы и неясные просьбы о продолжении, спускаясь к внутренней стороне бедер и вот с хриплым стоном впиваясь в сосредоточие моего желания.

Огонь в моей крови. Пальцы сминают простыни, а стоны наполняют ночной полумрак спальни. Я уже не здесь и мне все равно, слышит ли это хоть кто-то. Мой мир разлетается от неизведанного до селе удовольствия. Как это не банально звучит, но я, как героиня бульварного романа, потерялась в ощущениях. И когда губы и язык, подарившие мне столько сладости, заменяет что-то совсем иное, наши пальцы переплетаются, сердца колотятся, а дыхание сбивается, я лишь вскрикиваю от резкого толчка и мы оба замираем. Но отголоски испытанного оргазма не позволяют напрячься надолго, а поцелуи снова пьянят. И когда мой персональный страж и волшебник, что подарил мне такое удовольствие, начинает плавно двигаться, я уже вновь с восторгом принимаю, всё что он мне дает.

Ветер питает Огонь и мы вспыхиваем и падаем в бездну одновременно.

Это маленькая смерть и одновременно победа над нею.

А ещё это СВОБОДА! Моя, истинная свобода, вкус которой я почувствовала только сейчас.

Проснуться нагой на груди мужчины, чувствуя истому, легкую боль и ломоту во всем теле — необычно и безумно приятно.

Я нехотя приподнимаю голову, глядя на окно. Похоже ещё глубокая ночь. Что ж, ещё есть время притвориться, что весь мир остался где-то там за порогом спальни.

Меня обхватывают обеими руками и собственнически притягивают к себе, заставляя лечь обратно на грудь.

— Спи, моя неугомонная, ещё рано, — хриплым со сна голосом приказывают мне безапелляционно.

— Раскомандовался, — ворчу наигранно, не в силах сдержать довольную улыбку, при этом ерзаю, пытаясь устроиться поудобнее.

— Ния, прекрати елозить, — рука опускается мне на ягодицу и недвусмысленно ее сжимает. — А то прямо сейчас получишь вторую порцию сладкого, а тебе пока явно рано, — шепчут мне завораживающе интимно.

— Ой! — пищу и шлепаю по наглой конечности, что уже пробирается по знакомому маршруту. Рука исчезает под эротичный смех одного нахала. Я подкладываю локоть под подбородок и заглядываю в глаза Карса.

— А вот интересно, — я провожу пальчиком по груди мага, рисуя узоры, — Меня съедает любопытство: это где же ты, мой меченый собрат по несчастью, научился так умопомрачительно ласкать девушек, а? — я вскинула вопросительно бровь. глядя на реакцию Карса.

— Это ревность? — Карсиан отзеркалил мой трюк с поднятой бровью.

— Вот ещё, — обиженно фыркнула я, а этот мерзавец довольно рассмеялся. Тут же притянул мою голову к плечу и поцеловал в висок.

— Мне безумно приятно, что тебе не все равно, моя рыжая. Да и вряд ли ты захочешь знать, как на самом деле взрослеют мальчики, даже с такими ограничениями, как наши метки… — Он вздохнул и прижал к себе ещё теснее. — Просто запомни, ты для меня единственная. Отныне и независимо от того, что случится в будущем.

— Я вообще-то не рыжая, — отчего-то пробормотала я, на что Карс снова сотрясся новым приступом смеха.

— Это единственное, что ты услышала из сказанного мною? Ния, ты моё чудо! И для меня так и останешься рыжей Огненной ведьмочкой.

А потом снова был поцелуй и ласковое пожелание выспаться. Притом спать велели тихо и не ворочаясь, а то кто-то может и не сдержаться.

Я засыпала с улыбкой на губах и с полным отсутствием мыслей о скверном будущем, в надежде на то, что действительность даст мне передышку. Нам…

Вот только второе пробуждение оказалось вовсе не таким радужным, как предыдущее.

Крики и шум в коридоре моментально вытянули нас обоих из сладких грез. Небо за окном ещё не начало светлеть. Мы успели сесть на постели, Карс схватился за перевязь с мечом, а я потянулась к спрятанному под подушкой по многолетней привычке стилету, как в дверь забарабанили.

— Ваше Высочество, пожалуйста проснитесь! — голос Литы дрожал от паники, что проскальзывала в интонациях. — Тира Агния вас срочно ожидают в покоях Её Величества! За вами прибыл тир Анател Горейн.

— Лита, мне не нужна помощь с одеждой, передай Его Милости, что я буду готова буквально через пять минут.

Мы с Воздушником переглянулись и бросились по-военному быстро приводить себя в порядок. За эти минуты я даже успела лихорадочно принять душ и одеть платье. что вчера было на мне на Совете, а Карс с подозрительной сноровкой помог мне со шнуровкой. Вот только сам шипел ругательства под нос, пытаясь хоть как-то привести в порядок свой собственный костюм — пуговиц на сорочке явно не доставало.

Я вышла навстречу с безопасником нисколько не смущаясь и потянула за собой за руку Карсиана. Тир Горейн отвесил полагающийся поклон и даже не изменился в лице узрев столь вопиющий непорядок в одежде у моего начальника охраны.

— Ваше Высочество, прошу вас проследовать за мной, и заранее прошу прощение за то, что был вынужден поднять вас с постели. Но это дело государственной важности и секретности, — он недвусмысленно кинул взгляд на остальных присутствующих — Прошу вас поспешить.

— Надеюсь, я могу взять свою охрану? — спросила предчувствуя глобальную гадость.

— Конечно, но в личных покоях вам придется остаться одной, — тир Горейн прищурился и вдруг добавил, — впрочем, полагаю, тир Сольмский может пройти с вами.

А вот это было неожиданно, помня отношение моей матери к его роду…

Я кивнула и сделала шаг к двери, заметила, что Карс что-то шепнул своему тимийцу и тот быстро направился к выходу, стараясь обогнать нас. О чем тот говорил со своим варваром стало ясно, когда тот нагнал нашу группу, следующую коридорами замка в сторону королевского крыла. Отей просто принес своему ради дублет, который Карсиан одел на ходу, прикрывая беспорядок в одежде.

Я бы, конечно, повеселилась по этому поводу, но предчувствие, что буквально сжало сердце, гнало меня вперед, вырывая черными мыслями отголоски той ванили, что ещё час назад захватывала душу и тело.

Этим путем я шла сегодня днем, вот только сейчас замок ещё был погружен в крепкий предрассветный сон. Время на часах в гостиной перед выходом показало какие-то пять утра. Мы миновали множество постов охраны, двери в тот самый кабинет Великой Ведьмы так же остались позади, и вот мы наконец приблизились к личным покоям.

Охрана расступилась отворяя широкие створки. Сонные Дерисы и Отей остались снаружи, а Карсиану, глава безопасности протянул амулет, пояснив на ходу.

— На Её Высочество защита настроена, а редкие гости могут получить вот такой пропуск исключительно из рук королевы или меня. Его, разумеется, придется вернуть на выходе. И, так на всякий случай, подделать такой тоже не удастся — плетение с постоянно меняющимся кодом, что синхронизирован с защитой.

Я заметила, как Воздушник с явным уважением покивал головой. Ну да, серьезный подход.

А дальше был ещё один коридор в мягких пастельных тонах и распахнутые двери спальни на пороге которой стояла смертельно бледная тира Криг.

Шаг вперед под всеобщее молчание. Вижу замершего, словно изваяние отца, лицо словно мел, в глазах боль.

А на постели, покрытая по пояс одеялом из белоснежного меха, в тончайших шелках и разбросав все ещё густые каштановые волосы по подушке, лежала Великая Ведьма. Казалось, мать просто спит, но мгновенно перейдя на магическое зрение я вскрикнула и невольно прикрыла ладонью рот. Паутина чужого заклятья и кокон из родовой защиты, мощнейший, непробиваемый…

— Что с ней? И КАК, Темнейший подери, такое могло произойти? — выдавила я наконец из себя, поворачиваясь по очереди сначала к главе безопасности, а потом к тире Валенсии.

— Ния, попробуй коснуться Корнии. Ты Таарская, вдруг удастся? — тира Криг, которая обычно была твердой, как скала, сейчас пролепетала эту фразу слабым голосом.

Я больше не задавала вопросов и подойдя к постели попыталась протянуть руку. И тут же оказалась отброшенной чуть ли не противоположной стене, ловко подхваченная моим стражем.

— Это конец, — пробормотал до этого спокойный тир Горейн. — Ваше Высочество, боюсь, Север лишился своего главного козыря — дара Убивающей Словом. Кто-то гениально обошел защиту Таарских, которая теперь стала главной преградой к спасению, как вашей матери, так и самой страны.

Я смотрела все ещё не понимая, что все это значит. Может виной моя неопытность, а может раннее утро и ночь, что принесла столько радости… Но продолжила рассказ уже тира Криг — Ния, ты ведь видишь тут молонские нити? Кто-то изобрел то, чего никак не ожидали ни наши умники маги, ни ведьмы: десяток совершенно безобидных и даже полезных по отдельности нитей силы, что вплетались в ауру королевы, возможно, не один месяц, и только после последнего «вливания» заклинание активировалось, посылая свою носительницу в безобидный на первый взгляд сон. Вот только выйти из него самостоятельно она уже не сможет. Никак. А защита никого не подпустит, но и умереть не позволит, оберегая свою носительницу от всевозможных бед, — тира вздохнула и покачала головой. — Долго скрывать не удастся, а значит мы обречены воевать без поддержки дара Таарских, понимаешь?

— Север выдержит войну против Молонии но не против всех соседей, — добил меня тир Горейн.

Что ж, кажется я очень противилась необходимости принимать этот проклятый дар? И что, уважаемые высшие силы, вы серьезно решили, что я хотела именно этого?

Глава 23. Поиски выхода

Ничто не бывает утеряно окончательно. Просто оно лежит не на своём месте,

Сюзан Меллер

Иногда человека искать свой путь в жизни заставляет бездорожье.

Борис Крутиер

Болийское нагорье. Замок «Корона Севера» Селения Я закрываю глаза.

Темная ледяная вода. Легкие горят, а мозг никак не может осознать происходящее, чтобы спасти бренное тело…

Прошлой зимой в Весегонии случилась очередная облава на контрабандистов.

Ничего особенного, так рутина приграничья.

Просто пришла депеша от малонских сил правопорядка, что большая группа любителей незаконного обогащения собирается пересечь нашу границу. Власти Дормана и Молонии тоже были не в восторге, что казна регулярно не получает изрядное количество таможенных сборов, ну и надо же и поработать иногда, изображая сотрудничество! В общем, то ли звезды так сошлись, то ли именно эти контрабандисты кому-то недодали на лапу, а может, оказались неинтересны разведке, как перевозчики всякой вредительской пакости для недружественной державы, ну. или ещё чем проштрафились. Не суть. Но, так или иначе, наши пограничники встали на след по наводке соседей.

В тот раз мы быстро взяли нескольких нерасторопных неудачников, но парочке особо ловких удалось оторваться от дозорных, унося с собой явно что-то ценное, и судя по магическому фону, ещё и с запретной магией. Погода была не сильно морозная, настрой боевой, азарта — хоть отбавляй. Так, спрашивается, отчего не бросить по горячему следу поисковое заклинание и не пришпорить вполне ещё бодрую кобылку? Тем более когда за спиной скачет сильный и почти всегда злой маг Воздуха?

Погоня была славной… Ровно до того момента, пока наша «дичь» решила не дать стрекоча по свеже вставшему льду лесного озера, окруженного непроходимой чащей.

Всё произошло слишком внезапно. Всплеск магии, встающая на дыбы лошадь и моё падение в ледяную бездну. В Весегонии не всегда стабильный магический фон, особенно возле болот и воды, вот и не почувствовала оставленный сюрприз от беглецов. Да и, как маг, я была слаба…

Даже не успела испугаться, как надо мной сомкнулись черные воды, выбив от шока последний воздух из легких и, кажется, остановив сердце от нестерпимо-обжигающего холода. Нет, мой Огонь не дремал и магия сама активизировалась, спасая незадачливую меченую, да и Карс не медлил, вытянув меня воздушным арканом на твердый участок льда, но чудовищный контраст между разгоряченным эйфорией погони телом и столь быстро возникшей черной смертельной пропастью, впечатался в память навеки.

Вот и сейчас накрыло…

— Ния, дыши! Просто смотри на меня и дыши!

Карс притягивает к себе, прижимая крепко, видя что я не реагирую на его слова.

Мы вдвоем в огромном и сейчас кажущимся особенно мрачным кабинете Великой Ведьмы, из которого только что вышли чуть ли не все самые высокопоставленные лица Севера. Часы на главной башне замка пробили полдень. Время с неожиданной ночной побудки проскакало степным волком.

Моя голова готова буквально взорваться от всего услышанного и увиденного. Я понимаю, что это откат. Сердце колотится от подступающей паники. Сейчас руки и голос моего Воздушника — единственная зацепка, мой канат, не дающая мне остаться на том ледяном дне навсегда.

Я не истеричка и из моего горла не раздалось ни звука, а глаза сухи. Это просто отложенные последствия. Тело отсрочило шок и сейчас берет своё.

Совещание только что закончилось. Или скорее у нас лишь перерыв, предлагающий за полчаса попробовать привести себя в порядок и хоть что-то съесть, просто чтобы поддержать на плаву наши уставшие оболочки. Потом продолжим. Мне присутствовать желательно, хотя я тут скорее в роли статиста, как некий символ дома Таарских. Пока лишь так.

Север — огромный но, к счастью, неплохо отлаженный механизм, военная машина которого сейчас готовилась ускоренными темпами к обороне, наматывая обороты на маховик. Хвала Верховной, тиру Горейну и, конечно, моей матери, что держала страну в суровом порядке, пусть и дрожащую от страха.

Я ведь так мало в этом смыслю. Нет, я несомненно боевой офицер и маг, да и образование у меня одно из лучших, но…

Ещё есть политика, взаимоотношения внутри элиты, всяческие трения, амбиции и интриги, что надо учитывать. Распределение сил, как в самой державе, так и за ее пределами. И масса, масса нюансов: ресурсы людские и магические, вооружение и проблемы с переброской провизии и фуража и тому подобное.

Я — почти ноль и прекрасно это осознаю, поэтому стараюсь всё впитывать, как губка. Даже Карсиан, похоже, понимает во всем этом гораздо больше.

Призрак войны навис над страною, а впереди маячит очередной Большой Совет, где будут пытаться вырвать бразды правления у моего рода — ведьмы без дара не нужны! И этот бой за власть неизбежен — охотников попинать павшего льва всегда с избытком, а для хитрых и умных ещё и повод прорваться наверх. Слабость Таарским не простят и как только весть о состоянии Корнии просочится за стены ее покоев, шакалы нападут. Или когда Молония пересечет границы с армиями тварей созданных в лабораториях и смердящих темной магией.

Вот меня и накрыло откатом, как только последней из кабинета вышла герцогиня Криг. Её Сиятельство, кстати, быстро взяла себя в руки и вместе с главой службы безопасности развели бурную деятельность. Мне же оставалось только слушать и пытаться вникать в происходящее. Спасибо, что просто за дверь не выставили.

Сейчас надо собраться и успокоиться. Хотя, видят боги, такой соблазн спихнуть эту ношу на чужие плечи, а самой просто продолжать нежиться в заботливых объятиях.

Воспоминания о ночи мгновенно отзываются в теле россыпью мурашек. Теперь я вспыхиваю, утыкаясь в грудь Карсиана. Не хочу никакой власти. Никакой ответственности….

Но не выйдет, Ния, тебе просто не позволят. Таарскую в покое не оставят: тут или драться и победить, или погибнуть. Впрочем, если дела у Севера пойдут по самому неблагоприятному сценарию, то и пугаться какой-то внутренней борьбы смысла не будет: нас разорвут и перекроят карту Шалиона. И Молония будет первой. Шанс у нас только в том, что самих поклонников Темнейшего повсеместно выносят с огромным трудом. На этом и предлагают сыграть в переговорах с соседями, в случае войны, если не произойдет какого-нибудь чуда. Но потерь не избежим в любом случае, тут без вариантов.

Именно это мне и пытались втолковать мои нынешние советники.

Пока тира Криг давала распоряжения от имени моей матери. Собственно, никого это и не удивляло: Великая Ведьма доверяла Верховной в большинстве вопросов.

Ну, а моё присутствие тоже было объяснимо — я же скоро все равно должна сесть на трон, вот и учусь.

Ну да, учусь. Экстремально.

— Успокоилась? — голос моего стража вывел меня из состояния оцепенения. Карс уже привычным жестом приподнимает мое лицо за подбородок и тихо, но уверенно произносит, глядя в глаза, — Мы обязательно что-нибудь придумаем, слышишь?

— Я знаю, — пытаюсь улыбнуться, но к лицу словно прилипла каменная маска, которую я держала всё это время, скрывая эмоции. — У нас просто нет другого выхода, — я не выдерживаю и отвожу глаза. — Мне так жаль, что и ты втянулся в эту ловушку… Теперь и тебя точно не оставят в покое, — я с досадой бью несильно Карса в плечо кулаком и говорю с горечью, — Ну почему ты такой упрямый? Я ведь знала, что со мной опасно…

Меня вновь сгребают в охапку, прижимая ладонями голову к груди, не давая и носа высунуть. Он кладет мне подбородок на макушку и укачивает, как ребенка.

— Глупая, — шепчет ласково. — Ты просто устала. — Вдруг отстраняет меня за плечи и глядя на моё растерянное лицо говорит, — А знаешь, ну-ка пошли со мной! Хватит сидеть в этой каменной клетке. Ты когда в последний раз выбиралась погулять? Не по протоколу на праздники не спасать шкуру одного самоуверенного типа, а просто, ради того чтобы подышать горным воздухом? Я и сам скажу: с самого Весегонского форта.

Я хмурюсь и мотаю головой.

— С ума сошел? Можно подумать у меня на это есть время!

— Времени нет никогда, Ния! Так, давай-ка быстро переодеваться и вперед. Хотя бы час конной прогулки. И не возражай — тебе это необходимо! Все что могла ты уже сделала и в данную минуту от тебя именно здесь толку мало. А вот твои подданные как раз увидят, что принцесса ведет себя спокойно и естественно. И может это отсрочит неизбежную панику, когда всплывет правда о Великой Ведьме. Сейчас Северу нужно это время. Да и с Дерисами надо бы поговорить: ребятам стоит довериться, рыжая. Ведь тебе и вправду нужны сейчас все союзники.

Он говорил очень уверенно, даже я проникалась этим настроем. Ведь действительно, я здесь словно пленница. Птица в золоченой клетке. Вот только если раньше на мои перышки просто любовались, надеясь, что скоро запою, притом под чью-то дудку, то сейчас есть шанс, что могут отправить в ощип. А это явно не входит в мои планы.

Я вскинула голову и прищурилась.

— А поехали! Не то и вправду уже в голове полный сумбур.

— Умница! — Карс склоняется и мне достается самый нежный поцелуй, — Пойдем переодеваться, смотри какой сегодня день за окнами! Ведь и не скажешь, что ещё вчера мело. Мороз и солнце. Тебе понравится.

Мы выходим из кабинета и сталкиваемся с лакеем, что нес обед для нас. Я быстро приказываю доставить его в мои покои, куда отправляюсь и сама, оставляя распоряжение охране королевы, передать Её Светлости, что буду здесь через пару часов. Дерисы молча следуют за нами. Что ж с ними я поговорю. Пожалуй и вправду не следует скрывать от них ни кто я, ни положение дел в стране. Ребята доказали, что им можно верить и не раз.

Через полчаса, поев на скорую руку и сменив платье на привычный мне мужской костюм — тот самый в котором я расправилась с Моле — мы поспешили к королевским конюшням. Распоряжение оседлать нам лошадей отдала ещё когда шли в апартаменты.

Кстати, я понятия не имею, что за конь был у Агнии, ведь моя кобылка явно осталась где-то там в прошлой жизни. Это Карс своего бешеного вороного смог сюда привести, а у меня всё чужое: имя, титул, вещи и даже лицо непривычное.

Признаться, я слегка волновалась по этому поводу. Лошади очень умные создания и могут почувствовать, что я другая. И не принять.

Королевские конюшни встретили нас чистыми денниками, запахом сена и конским ржанием.

Главный конюх, немолодой но крепкий мужик со степенными повадками и окладистой бородкой, встретил нас у входа, отвесив не слишком низкий поклон.

— Доброго здравия, Ваше Высочество, — пробасил он, улыбаясь вполне искренне.

Ну надо же, чуть ли не первый, кто так рад Агнии. Да и говорит без подобострастия, однозначно не испытывая страха или неловкости перед царственной тирой. На моих губах невольно появилась ответная улыбка. — И вам здравствовать, благородный тир, — кивнул он и Карсу. — Как хорошо, что вы смогли вырваться, тира Агния, Самира совсем без вас извелась. Не может она так долго, любит вас, — покачал он головой с долей укоризны. А я испытала ещё большее беспокойство.

Бездна, такая преданная лошадь точно может не принять меня, а это проблема: только слухов мне не хватало, что от принцессы собственная кобыла отвернулась.

Уж раздуть и напридумать у нас обожают.

— Мне жаль, что совсем не было времени, Родак, — именем конюха я озаботилась заранее.

— Да это понятно, — вздохнул мужчина и протянул мне яблочко. — Идемте, а то ведь заждалась, — он произнес это так, как если бы говорил о ребенке, что с нетерпением маялся в разлуке с родителем.

Я смутно представляла, какая кобыла могла быть у сестры при ее-то характере, но когда увидела, то с огромным трудом удержала в себе удивленный возглас.

Привычка держать лицо спасла от неловкой ситуации.

Я могла представить Агнию на белоснежной тонконогой аннийке, или серой в яблоках, а может и вороной ханке, прекрасно подходящей для поездок по горам и статью и грацией достойных принцессы, но увидеть даже не гнедую, а огненно-рыжую с черной, как смоль гривой и хвостом кобылу, я точно не ожидала. Да. моя прошлая, по настоящему гнедая кобыла, тут и близко не стояла.

Мама моя, это же настоящая герийка! Да-да. этих зверюг единицы и все они принадлежат славному роду Лернов. И теперь-то я знаю, что, вероятно, когда-то мои предки притащили этих красавцев с собою с самой Герии. Раньше как-то название не вязалось с происхождением рода. Просто не знала откуда пришли эти маги. А вот порода лошадей хорошо известна по всему Шалиону и слава у них, как у самых преданных к хозяевам и безумно свирепых к чужакам. Конюхов переносили с трудом и то только знакомых с детства. Красть и продавать взрослую особь было бесполезно — не подпустят и никогда не покорятся. Жеребят порой продавали за баснословные деньги, но всегда выхолощенных, не позволяя ещё где-то развести породу. Умные, безумно выносливые и быстрые, словно ветер. Боевые кони, не для простых прогулок. И кто умудрился подсунуть эту хищницу, маскирующуюся под травоядное, моей беспутной сестре? Да она точно меня не признает — это проблема! И неужели Агния с ней справлялась? Может и в ней где-то глубоко жил Огонь, раз такое животное ее любило.

— Ния, это же… Бездна, — тихо рядом ругнулся Карс, — Не подходи к ней! — он попытался удержать меня за руку, но я упрямо вывернулась и глядя, как завороженная в глаза замершей напротив животины, пошла вперед, протягивая яблочко на вытянутой ладони.

Шаг, ещё шаг. Кобыла всхрапнула, слегка склоняя голову и прядая ушами.

— Ну же, милая! Нам ведь будет хорошо вместе, — шепчу красавице, не размыкая зрительный контакт.

Я понимала, что творю немыслимое, но что-то внутри так и подбивало подойти к совсем не безобидному зверю. И чудо произошло: Самира фыркнула, раздувая ноздри, переступила с ноги на ногу, протянула морду и взяв мягкими губами с руки подношение, ткнулась носом мне куда-то в плечо и замерла, выпрашивая ласку.

А я с колотящемся сердцем и подрагивающими пальцами, зарылась в гриву, гладя и шепча какие-то нежности этому потрясающему животному.

— Обалдеть! — проговорил сквозь зубы Карс, покачав головой. — Ния, это просто…

Сумасшедшая ведьма!

— А я в тебе не сомневалась. Селения! Самира так ждала твой Огонь. В Дгнии его ей не хватало. Герийские скакуны безумно любят Огненных магов. Ты это ещё почувствуешь на себе.

Моя Арли спикировала вниз и устроилась рядом на ближайшем подходящем для ее когтей выступе.

— Где ты была, моя хорошая? — спросила фамильяра. Костар пропадала где-то с ночи. Хотя я была так ошарашена предыдущими событиями, что и не звала ее.

— Я всегда рядом, просто ты не сильно во мне нуждалась. Тебя было кому поддержать. Особенно ночью.

Ох, моя собственная птица вгоняет меня в краску. Я промолчала, хотя прекрасно знала, что Арли уловила мои мысли. Ага, вон сидит и демонстративно чистит перья, словно только что не поддела меня не слишком тонко. С ней не соскучишься.

Я погладила ещё раз Самиру и быстро вскочила в седло. Карсиан и Дерисы уже давно гарцевали на своих соскучившихся по хорошей разминке лошадкам.

— Давай, милая, — шепчу, склоняясь к ушам кобылы, — Покажем им, как надо, а?!

Поймаем ветер?! — На меня косятся карие глаза. Кажется со мной полностью согласны! Слегка бью пятками в бока и погоняю, — Ю-ху! Догоняйте, коль сможете! — мой совершенно сумасшедший и восторженный крик разносится, кажется по всему замку.

Самира срывается с такой скоростью, сразу взвинчивая быстрый темп, что я еле удерживаюсь в седле. Проскакиваем ворота, лишь кивнув застывшим по стойке смирно гвардейцам — им я отправила уведомление о том, что ненадолго покину замок, так как меры безопасности на въезд и выезд после гибели посла были ощутимо усилены. Но нас, естественно, сейчас никто не пытается остановить.

Кобыла пролетает по подъемному мосту через Западные ворота и только набирает скорость.

Да, моя красавица точно хочет поймать ветер. Мне кажется ещё немного и ее копыта перестанут касаться земли, несмотря на то, что дорога ведет вверх. ЕЙ подъем нестрашен.

Солнце немного слепит глаза, отражаясь от шапок ледников вершин гор, снег искрится, а мороз щиплет щеки. Мне кажется, сам воздух нагорья сейчас сладок от первозданной свежести этих мест.

Мы летим по серпантину, словно сами пособники Темнейшего гонятся следом. И я чувствую, как тиски, что сжимали сердце немного ослабли. Я поворачиваю голову назад и улыбаюсь. Да, мой личный ветер не отстает. Его Ворон всегда был красой и гордостью Карса — этого потрясающего жеребца, говорят, он получил ещё в Резии, как отступные от какого-то зарвавшегося дворянина. Вроде тот со своим другом-забиякой нанесли оскорбление меченому, видимо позабыв, что право дуэли у таких, как мы, никто не отбирал. Ну и нарвались. Дружок пал первым, притом по всем правилам и при свидетелях, ну и к тому же в первые секунды поединка. А вот второй оказался не совсем уж идиотом, быстро сообразил, что на погост можно и попозже отправиться, и принес извинения Карсиану по всей форме. А чтобы их точно приняли, предложил это потрясающее животное в качестве компенсации. По крайней мере так мне рассказывал один из дозорных, Шерл, что слышал эту историю от тех с кем Карс вместе учился в Офицерской школе. Сам-то Воздушник не любитель вести задушевные беседы и тем более делиться чем-то из своего прошлого.

Ворон явно не привык быть вторым и вошел в раж, пытаясь обогнать Самиру, но мой страж не потворствует его прыти. придерживая поводья, позволяя мне лидировать, чтобы почувствовала сполна этот маленький глоток свободы. Дерисы вообще плетутся где-то в хвосте, но не выпускают из рук своих любимых арбалетов.

Они всё же держатся на расстоянии выстрела, хотя их животинкам и приходится не легко.

Наверное, полчаса я не сдерживала герийку. пока эйфория не схлынула, медленно возвращая меня к действительности. Ничего не изменилось, но все же дышать стало легче. Пора возвращаться.

Я медленно торможу и разворачиваю кобылу. Встречаюсь взглядом с Карсом и молча киваю в сторону замка, который сейчас едва виден из-за легкой дымки, что появилась в воздухе. «Корона Севера» похожа на мираж, что дрожит в этом мареве. На миг мне захотелось чтобы так и было. Я медленно проезжаю мимо Воздушника и обхожу Дерисов, которые просто ждали, когда я приближусь и проеду мимо, чтобы занять своё место в нашей маленькой кавалькаде.

— Тебе лучше, — Арли красиво планирует мне на руку откуда-то с небес. Она не спрашивает, а утверждает.

— Да, только я всё равно ума не приложу что со всем этим делать. Скажи мне, Арли, мы обречены? Ведь ты же многое знаешь, правда?

Дорога идет на спуск. Самира ещё часто дышит от стремительной гонки, что несомненно была нужна нам обеим. Я жду ответа. Уверена, костары не просты и не договаривают по одним им известным причинам. Но ведьмы все равно им благодарны: и за помощь, и за то, что скрашивают одиночество, на которое обречены, увы, многие сильные и умные женщины.

— С чего ты взяла? Я — всего лишь птица!

Я фыркнула вслух, продемонстрировав кокетливо склонившей голову Арли своё отношение к ее попыткам казаться попроще. Но веселье сменилось вздохом. Я посмотрела на костара и послала ей мысль со всей серьезностью.

— Пожалуйста, мне нужна хотя бы подсказка. если не можешь помочь напрямую! Я ведь совсем не знаю куда двигаться. Есть ли путь избежать войны или хотя бы уменьшить ее последствия? — пусть наш диалог шел ментально, но горло мне сдавило наяву. — Я даже готова вернуть Корнию с этим шарковым даром, чего, как ты понимаешь, я хочу меньше всего. Особенно сейчас.

— Я знаю, Селения, — даже в обычно звучащих бесстрастно мыслях фамильяра чувствовалась грусть. — Мне жаль, что именно тебе досталась эта ноша. И прости, что я так мало чем могу ее облегчить. Мы не знаем будущего, девочка, но мы помним прошлое. То, которое вы, люди, порой предпочитаете забыть. В нем и стоит искать ответы.

Я смотрела на птицу вопросительно. Ну вот на кой столько тумана? Что за бред устраивать полосу препятствий для героев, как в сказке? Нет чтоб сказать по-нормальному…

— Не сердись, я ограничена в ответах, но тебе стоит поговорить с тирой Криг.

Моё сердце пропустило удар. Неужели хоть что-то конкретное?

— Спроси ее про четвертое хранилище в королевской сокровищнице.

Настоятельно спроси.

Она больше ничего не сказала. Но в моей глупой душе всколыхнулась надежда.

Хотя это и преждевременно испытывать это неверное и обманчивое чувство, но я верила, что Арли не направила бы меня туда, где меня будет ждать лишь разочарование. Но и легкого пути там точно не обещают.

Я обернулась к моим стражам и поманила рукой подъехать к себе поближе.

Пришло время побеседовать с братьями, а тира Криг от меня живой не уйдет — я умею быть настойчивой. Уж упрямства мне не занимать.

— Ладно, тиры, кажется, пришло время представиться заново…

Глава 24. О политике. А ещё об истории, древних тайнах и снова о политике

ЗАКОН УИМСА: Исторические заблуждения долговечнее исторических

фактов. Мейсон Лок Уимс

Болийской нагорье, Замок «Корона Севера» Селения То, что с Дерисами не будет серьезных проблем я и не сомневалась. Реакция братьев на мой довольно сжатый, но не упускающий основное рассказ, в общем-то была предсказуемой. Майл покачал головой и выдал сквозь зубы пару непечатных фраз, глядя куда-то в небо. А Рот хмыкнул и улыбнулся, разглядывая меня с новым интересом и после кивнув каким-то своим мыслям сказал:

— А знаешь, Высочество, я, в принципе, даже не особо удивлен. То, как ты исчезла в качестве рыжей меченой и поведение несколько не укладывающееся в представления о принцессе, наводили на мысли о несоответствиях. но я не настолько умен, чтобы сложить два и два. Короче, великого покаяния и становления на порядок умнее от тиры Агнии я не ждал точно, а вот то, что от одной рыжей занозы в заднице — ой, простите, благородная тира, неотесанного дозорного за грязный язык, — Рот картинно округлил в испуге глаза и прикрыл на миг кривящиеся в ухмылке губы ладонью. — Так вот, от той, что проворачивала в Весегонии совершенно умопомрачительные трюки просто от скуки, я мог ожидать чего угодно. Селения, ты же не думаешь, что мы с братом не догадались, кто, к примеру, доставил столько приятных минут тиру Ромуэлю? — старший Дерис посмотрел на меня весело. — Кстати, я не слишком наглею обращаясь на «Ты», как прежде в дозоре?

Я покачала головой с улыбкой. Ох, как же хорошо оказывается, когда рядом те, с кем не надо играть навязанную роль — Конечно же на «ты», само собой когда рядом никого из посторонних.

— Можешь быть спокойна, — сказал он уже серьезно. — Мы с братом итак тебе клялись в верности, но и без клятвы, Ния, мы на твоей стороне. Можешь на нас всегда рассчитывать. Майл скажи?

Младший уже вышел из состояния нецензурного общения с высшими силами по поводу крутых поворотов в жизни. Не скажу, был ли монолог продуктивен, но Майлу явно полегчало и он ответил уже спокойно:

— Мог бы и не спрашивать. Ния, мы с тобой! — и добавил себе под нос еле слышно.

— За такую Великую Ведьму можно и покорячиться не только за деньги. Прям стимул…

Вот и вся реакция. Дерисы легко приняли новый расклад и даже остались им весьма довольны. Меня всегда восхищало их умение держаться друг друга и подстраиваться под изменения вокруг очень быстро. На границе такие качества приходились весьма кстати. Ну, и сие одна из причин по которой я настойчиво желала именно эту парочку оставить при мне. Хотя, если честно, у меня есть идея в будущем перетянуть в свою команду ещё нескольких ребят из Весегонского форта и парочку магов, которых я помнила по офицерской школе. Пусть там у меня и не сложилось с друзьями, но это не значит, что я не замечала и не запомнила тех, кто мог очень достойно служить стране. Но это вопросы не сегодняшнего дня, а грядущего и не такого близкого.

И ему ещё нужно как-то помочь наступить для всех нас. Шансы пока довольно расплывчатые.

Больше мы не разговаривали с братьями, неспешно направляя наших лошадей в сторону замка. Карс лишь на миг подъехал совсем близко и поймав мой взгляд сказал негромко:

— У тебя не может быть ничего и никого рядом, кто бы не захотел оправдать твоё доверие. Остальные отсеиваются, как та же Розн, — он бросил взгляд на Самиру, которая косилась на Ворона и недовольно фыркала, не позволяя тому приблизиться вплотную, ревниво охраняя себя и свою хозяйку. — В тебя даже герийка влюбилась с первого взгляда.

— У нас с ней это взаимно, — я похлопала ласково кобылу по мощной шее успокаивая.

— Да уж, я ей завидую… — и вновь придержал коня, позволяя свободолюбивой огненной кобылице гордо лидировать в нашем строю.

А я промолчала. Нет, мой страж, ты тоже открыто не скажешь мне о любви. Потому что мы оба знаем, как быстро всё может измениться, а мы с тобой именно те, кто если и произнесет такое, то только, как клятву. Прежде всего самим себе.

Ведь можно прожить с пустотой в сердце, когда долг того требует, но нельзя жить без души, которую отдашь другому.

Может я до сих пор и наивна, но не могу иначе, или это уже буду какая-то другая я.

И она мне вряд ли понравится.

«Корона Севера» встретила нас непривычной тишиной. Я даже заподозрила, что состояние королевы перестало быть тайной, но встретивший нас у самого входа тир Горейн, что с нетерпением не свойственным ему переминался на ступенях, пока у нас принимали поводья лошадей, о которых позаботятся и без нас, развеял хотя бы эти опасения.

— Ваше Высочество, пожалуйста, не уезжайте больше не оповестив меня или тиру Криг. Я понимаю, как вам тяжело, но все же осмелюсь напомнить о том, что мы пока не выяснили, кто же стоит за всем этим, — Тир Анател шел рядом со мной, даже не удосужившись поинтересоваться куда я направляюсь, а может сразу сообразил. что вероятнее, раз я не повернула в сторону своей башни, то отправлюсь обратно в кабинет Великой Ведьмы, где нынче был некий штаб. Ну да, мне не терпелось увидеть герцогиню, которая наверняка там. Я даже плюнула на необходимость переодеться. В конце концов, переживут мой неподобающий вид, не умрут.

— Тир Горейн, не стоит беспокоиться ещё и обо мне. Я помню свой долг и не намерена подвергать свою жизнь риску без действительно серьезной необходимости, — глава безопасности просто отвесил мне неглубокий поклон, подчеркивая, что принимает мою позицию, но надеется на благоразумие. И на том спасибо. — Тир, скажите, отчего вдруг такая тишина? Несколько непривычно, не находите? Или у нас ещё что стряслось? — поинтересовалась я вполголоса, так чтобы нас не могли услышать посторонние. Но тот тут же активировал артефакт от прослушки и заговорил быстро, при этом слегка улыбаясь мне и успевая кланяться случайно встречающимся пусть и редким, но все же попадающимся навстречу гостям.

— Моя принцесса, я уже сказал, что к моему стыду, мы пока не знаем, кто совершил все эти преступления, но не могли себе позволить, чтобы информация о Великой Ведьме хоть каким-то образом дошла до Молонии, или прочих соседей, как и просочилась бы в головы граждан самого Севера. Нет, конечно, бесконечно мы это не сможем скрывать, но пока нам требуется время подумать и подготовиться… — Тир Горейн всё так же мило улыбался, но я бросила взгляд, быстро повернув голову, на его пальцы рук, что он уже привычно сцепил в замок за спиной. Эту его привычку расхаживать так я успела отметить. И эти пальцы даже у такой невозмутимой скалы, об которую казалось бы могли разбиться ещё и не такие волны, сжимались в нервном напряжении. — «Корона Севера» час назад переведена в режим военного положения приказом от имени Её Величества, так что вы, Ваше Высочество, и ваши люди были последними, кто покинул замок без специального разрешения. Хотя вас, моя принцесса, никто не посмеет задержать. именно поэтому я и обращаюсь к вам лично с просьбой быть осмотрительнее.

— А как же члены делегаций от посольств, что остались в замке на празднование прохода зимы? Под каким предлогом мы их задерживаем? Ведь это же нонсенс! — Я машинально кинула магическую проверку зашиты окружающего пространства и чуть не присвистнула совсем не по-королевски. ДА ЛАДНО! Замок буквально был накрыт куполом через который, как я была уверена, нельзя было послать вестников и проскочить незамеченным тем более. Похоже для нас специально держали вход открытым.

— У нас нет выбора, а значит и им мы его не оставим, — глухо проговорил мужчина.

— Тира Криг отдала приказ, как второе лицо во власти Севера, если вы, моя принцесса, не примете на себя эти обязанности в этот тяжелый час. Мы отправим всем заинтересованным лицам депеши с извинениями, объясняя ситуацию, как чрезвычайную и заверяя, что дипломатам и их свите ничего не грозит, и это лишь временная мера, целесообразность принятия которой мы непременно разъясним, как только проблема минует. И, разумеется, выплатим компенсацию за неудобства.

— Вы понимаете, что как только такая информация появится, то это будет равносильно признанию успеха воздействия на королеву для тех, кто это задумал, то есть, с вероятностью в девяносто девять процентов, для Молонии? И они начнут действовать без опаски.

— Само собой, тира Агния. Поэтому депеша уйдет только завтра и самой обычной почтой, пусть и с дипломатической пометкой. Протокол будет соблюден, мы не нарушим сроки, — вновь коротко поклонился тир, но при этом я поймала его вполне довольный взгляд, как похвалу мне за сообразительность и верные рассуждения.

— И сколько у нас приблизительно времени? — спросила я то, что меня сейчас волновало больше всего.

— Немного, — тир Горейн невольно все же поджал губы. — Если ничего ещё не случится, то четверть луны и то с большой натяжкой. Дня три-четыре — гарантировано.

Да уж, не густо. Надо торопиться. Моя Арли опять куда-то упорхнула, но впрочем, я и так поняла, что сейчас нам с ней сказать друг другу пока нечего. Что ж, пока следует пообщаться с Верховной, а там будет видно.

— Благодарю за пояснения, тир Анател, — кивнула я в задумчивости.

— Всегда можете на меня рассчитывать, Ваше Высочество. И на Совете тоже, — произнес он почти равнодушно. Только я знала цену этим словам — они реально дорогого стоили.

— Я это не забуду, тир.

Кабинет королевы оказался нынче на редкость спокойным местом. Верховная ковена ведьм была там одна и сидела на месте Великой Ведьмы, сосредоточенно вчитываясь в какой-то свиток, но подняла глаза сразу, как только дверь отворилась.

— Ваше Высочество? Рада, что с вами всё хорошо, но…

— Всё в порядке, — мягко перебила я свою бывшую опекуншу, — Тиры, вы не могли бы нас оставить наедине с Её Сиятельством, прошу вас!

С этими словами я повернулась к Карсу и тиру Горейну, ожидая их реакции. Оба мужчины синхронно приподняли по одной брови, так что в другой ситуации я бы даже рассмеялась схожести выражения лиц, но сейчас обстановка несколько не располагала. Правда и вопросы мне никто не задал, а лишь отвесили вежливые поклоны и удалились, предупредив, что будут рядом. Я же не спеша подошла к столу и села напротив заинтересованно глядящей на меня тиры Криг.

Да, медлить и ходить кругом да около я не собиралась.

— Расскажите мне о том, что такого ценного находится в четвертом хранилище сокровищницы «Короны Севера», Ваше Сиятельство, — сказала я твердо, не сводя глаз с женщины.

Герцогиня медленно отложила свиток, что до сих пор держала в руках и откинулась на спинку кресла, вскинула локоть вверх, чтобы прикрыть ладонью усталые глаза.

Её губы изогнулись в горькой усмешке. Она застыла на краткие секунды, а потом опустила руки на столешницу и слегка подалась вперед, будто придя к какому-то согласию с самой собой.

— Вот интересно, кто накормил твое воображение этими старыми историями? — сказала немного надтреснутым голосом. — Ния, это из разряда детских сказок о мифических кладовых древних карлов, что якобы жили в горах и собирали несметные сокровища, с той лишь разницей, что в хранилище действительно лежит некая вещь, которой много-много тысяч лет и которую приписывают аж самой первой Таарской, — вздохнула с каким-то надрывом она. — Вот только толку от нее ровно столько же, сколько от предыдущей легенды.

Я глядела на совершенно измотанную женщину. Под глазами залегли глубокие тени, а лучика мимических морщин стали казаться ещё глубже. А ведь Валенсия Криг вряд ли намного старше Корнии Таарской. Я ведь ещё с детства помню сколько всегда на себя брала работы моя опекунша даже в не столь частые приезды в поместье Валозии. На износ, всю свою жизнь ради Севера. И не забывала одну не самую простую меченую, давая ей отличное воспитание, оберегая…

Внезапно почувствовала порыв обнять герцогиню. До сего дня мне такая мысль ив голову прийти не могла — это было равносильно тому, что лезть с нежностями к божеству. А сейчас не раздумывая поднялась и обойдя стол присела рядом с креслом на корточки и сама от себя не ожидая такой реакции, взяла руку тиры в свою и прижала к своей щеке, прикрывая глаза.

— Расскажите мне всё, пожалуйста, — попросила тихо у буквально застывшей от этого моего действия женщины. Я чувствовала, что ее ладонь сначала задервенела, а потом внезапно расслабилась. И через насколько секунд вторая рука неуверенно легла мне на голову, буквально по сантиметру продвигаясь по волосам в какой-то неловкой ласке. Словно Валенсия никогда в жизни этого не делала. А может так и было.

— Ох, девочка… — голос её подвел дрогнув. Рука на моей макушке дрогнула, но не убралась. Послышался новый вздох. И вдруг герцогиня нагнулась и поцеловала меня в эту саму макушку. А потом, наверное, смутилась собственных чувств, с некоторой поспешностью отпрянув. — Ну хватит, садись напротив, я тебе всё расскажу, что знаю, — произнесла она в своей обычной манере или даже преувеличенно резко, явно пытаясь скрыть неловкость. Вот только я уже успела почувствовать ее тепло, пусть сдержанное, но живущее внутри. Я приложилась губами к руке женщины, которая несмотря ни на что сделала для меня безумно много и отпустив ее ладонь встала и послушно уселась напротив.

Тира Криг не была бы Верховной, если бы не умела быстро приходить в себя.

Передо мной вновь сидела жесткая глава ковена и самая влиятельная после королевы женщина Севера. Она положила руки на стол и пару раз ударила кончиками пальцев по столешнице.

— На самом деле, истинная история «ларца Эзиры» потеряна в толще веков и я могу многие вещи только предполагать, — сказала она после некоторого раздумья. — Полагаю, каждый знает, что первой носительницей Дара Убивающей словом была именно Эзира Таарская. По крайней мере, именно об этом пишут во всех учебниках. А ещё там обычно приводится расплывчатая и очень героическая легенда о темных веках и гонениях на ведьм. О том, что Белая Мора в своей милости одарила Таарскую силой, отчего-то поставив в зависимость от магии супруга. Якобы, чтобы понапрасну не убивали ведьмы, оберегая своих мужей. Мол равновесие и все такое, — Её Сиятельство неопределенно покрутила в воздухе кистью руки, — Ну и ещё общепринятая сказка гласит, что Эзира победила своих врагов и основала Север, беря под крыло всех ведьм и магов, а также простой народ, который с удовольствием обосновывался на землях, где шансы войны стали невелики, а налоги достаточно низкими, чтобы не голодать и даже процветать.

Кстати, этот замок как раз и упоминается в хрониках уже тех далеких лет. Конечно же он изрядно разросся и изменился, но местоположение всё тоже. И, заметь, в хрониках почти ни слова о самом легендарном месте обретения Дара и точных обстоятельствах. На мысль не наводит?

— Думаю, не вы одна это подмечали, ведь так? — пожала я плечами. Да, действительно странно, а ведь раньше и не задумывалась, принимая, как должное.

Словно догмат веры.

Нам на истории много приходилось зубрить о магических войнах, о темных веках, о том, как Север спасал и принимал у себя ведьм со всего Шалиона, как и магов, да и прочих нуждающихся в защите. Ведьмы завоевали за прошедшие тысячелетия многих соседей и от этого, само собой, не снискали к себе любви оставшихся сильных держав. Но вот уже несколько веков подряд границы особо не меняются.

Это соседи всё не угомонятся, а мы вроде как нынче все такие розовые и пушистые, шарки нас задери.

— Конечно, не я одна, — вывела меня из прострации Верховная. — И то, что я скажу дальше не предназначено для широкого круга, Ния. У ведьм давно есть негласное правило, что всё что касается Дара Убивающей словом не должно быть подвергнуто хоть какому-то сомнению. Полагаю, ты неплохо соображаешь, догадываешься почему?

— Потому что Таарские крайне удобное оружие и относительно дешевый способ контроля населения и ведения войны. А ещё символ неотвратимости возмездия, — пожала я плечами. — Кто ж от такого откажется по доброй воле? Конечно, проще забыть о том, что могли быть иные пути и варианты. А нам бы сейчас они очень бы пригодились, — добавила уже тихо последнюю реплику.

— Ну, мы не настолько беззащитны без Дара, Ния. Не стоит уж настолько впадать в отчаяние. Мы ещё повоюем, — пробормотала Валенсия. — Но, сама понимаешь, дела действительно скверные и прежде всего из-за того, что власть ведьм излишне централизована. Нет Великой Ведьмы и нет единства — это главная проблема, — она нахмурилась. — Ладно продолжим. Так вот… Когда-то и я была молода и любознательна. Впрочем, я уже тебе говорила, что прошлая Верховная поручала мне рыться в архивах. Вот там я и искала информацию не только на заданные наставницей темы. — Она усмехнулась мне. Видимо, я от нетерпения и любопытства заимела вид придурковатый. Ну да, чуть ли рот не открыла. — Не делай такие восторженные глаза, словно я сейчас тебе открою все тайны мироздания. Все не так радужно и те крупицы, что упоминались обычно даже не по теме, а вскользь, скорее просто натолкнули меня лично на некоторые выводы. — Она ненадолго замолчала, обдумывая, наверно, как и что сказать, повернув голову куда-то в сторону окна. Но потом продолжила. — Не стану терять время на то, каки по каким крохам я сделала выводы, но послушай мои рассуждения. Начну с того, что есть версия, что сама суть дара ведьм была несколько иной, но вот какой — из хроник вымарано и, думаю, что намерено. Некогда действительно случилась большая заваруха между ведьмами, людьми и некими сильными магами, скорее всего речь уже тогда шла о поклонниках Темнейшего. Кстати, ты же знаешь, что молонцы вообще-то всего лишь ветвь самого реакционного культа, что взяли на вооружение часть догматов учения Темного бога. Древние верили в Темнейшего иначе. Да и мы до сих пор почитаем его, как справедливого жнеца, наряду с Великой матерью судящего наши души и карающего по делам нашим. Несущего. если можно так выразиться, воспитательную функцию, обрекая низкие душонки на мучительное посмертие, порой без права на переход в другие планы… Но это всё вопросы веры! Молонцы же взяли у своего бога только ту часть, где речь идет о великих знаниях, пусть и чуждым любой морали, именно их эти бледные маги ценят выше всего. Сама суть темной магии — жажда! Они познают бытие, не гнушаясь методами. Вот только остаются ли при этом людьми — большой вопрос! Ну, да я отвлеклась. Короче, Эзира обратилась к нашей покр